Сначала всё казалось замершим. Под низко висевшими сизыми тучами, сквозь которые пробивались редкие, широкие солнечные лучи, распростёрлось, насколько хватало глаз, укрытое редкой травой поле. Правый его бок с низким берегом омывался быстрыми разливанными водами Варкасы. Алые с золотым крылатым силуэтом палатки разбитого лагеря хлопали тканью на ветру, будто вторили взмахам перепончатых крыльев. Всё живое ждало команды.

— Сомкнуть ряды! Маги – в круги!

Все, кто мог летать, оседлали своих драконов и поднялись в воздух. Ведьмы и колдуны заняли свои места на расстеленных цветных квадратах ткани с подготовленными рисунками; расположены они были в шахматном порядке, с соблюдением дистанции между позициями. Впереди них, в авангарде, встали воители – те, что сражались с драконами бок о бок. С лязгом и шорохом оружие вдохнуло свободу, ожидая грядущих жертв.

Стоявший во главе капитан вскинул руку, подняв заискрившийся меч. Все немногочисленное войско напряглось, как сжатая пружина, готовая с силой сорваться. Все вглядывались в растекающееся по приземистым холмам чернеющее море.

Когда Клэр увидела, что отделилось от него первой волной, к горлу подкатила тошнота.

Паукообразные существа размером с волка, быстро передвигавшиеся на тонких, похожих на ветки лапах, больше всего напоминали сенокосцев. Только вместо маленького, овального тела было что-то другое, что ведьма пока различала с трудом. Она нашарила в сумке пузырёк с кобальтово-синим зельем и выпила его не глядя. Это был «Орлиный глаз», служивший для обострения реакции и зрения. Она моргнула, и мир на мгновение помутнел, а когда прояснился, стало ясно: вместо туловищ у этих пауков были человеческие черепа. На некоторых из них еще сохранялись участки кожи, а иногда можно было даже различить раскрытые в безмолвном крике рты.

Клэр прижала ладонь к губам. Шиайха поднялся и воинственно встряхнул гребнем, вытягивая длинную шею.

— Мерзость, — негромко сказала ведьма.

— В джунглях пауки были симпатичнее, — согласился дракон.

Подпустив уродливых созданий ближе, Дестан отдал первый боевой приказ:

— Тина, в атаку! Сейчас!

Клэр была удивлена, что её подруга уже знала о некой стратегии.

Цихомбу, видимо, получивший ментальный сигнал, нырнул под воду. Когда он взвился на поверхность, выбросившись вытянутым корпусом на берег, его подщёчные мешки были раздуты. Разинутая пасть — и мощный поток кипятка, ошпарив нечисть, скосил её первые ряды. Тонкие лапы опрокинувшихся на спины, сбившихся в кучи пауков задёргались в предсмертной агонии, исходя паром.

— Готовьте ещё залп! Воздух – в атаку! — махнул по направлению к врагу Дестан, и драконы, парившие в ожидании, сорвались вперёд.

Огненные реки полились следом. Они беспощадно выжигали низших мортамеров: слышался паучий высокий писк, рокот исторгаемого драконами пламени, свист рассекаемого гигантскими крыльями воздуха.

— Оставайся рядом, — предупреждая характер Шиайхи, произнесла Клэр, — нам надо беречь силы.

— На мелочь и не покушаюсь.

Когда дым и пламя рассеялись, стало очевидно: это только начало. Восседая на огромных чёрных псах с широкими, мощными мордами, на них надвигались настоящие жнецы. С серпами и косами наперевес, укутанные в балахоны, скрывающие лица, они рвались схлестнуться в кровавом бою, прикрываемые до этого своим пушечным мясом, и быстро преодолевали милю за милей.

По полю прокатилось ещё несколько огненных столпов. Некоторые из мортамеров пали, повалившись обугленными наземь, но не меньше прорывалось вперед. Цихомбу выпустил ещё один поток кипящей воды, избавив от жизни очередную часть жнецов. И всё же они прорывались – их было слишком много.

Клэр содрогнулась, не в силах больше ждать, и зашептала воззвание к Ноктис.

— К оружию! Вперёд! — выкрикнул Дестан, и воители, кто на драконе, кто в паре с ним, ринулись в бой.

По сторонам от Клэр зажигались ритуальные круги. Марша призывала одну восставшую нежить за другой, с вынужденными перерывами между заклятиями. Наконец ей удалось вызвать даже драконий скелет, тут же принявшийся загребать костяными лапами прямо в сторону бегущих жнецов.

— Отправляйте големов! — прокатился голос Лилиан, и глиняные великаны со звериными головами, сотрясая землю, двинулись вперед. Их контроль тоже требовал затраты сил, и некоторые из магов, стремясь сохранить концентрацию, держались за виски.

Глаза Клэр вновь закатились. Она распростёрла руки по бокам, ладонями вверх. Ещё оставалось немного времени, чтобы воплотить заклинание, которое ей уже удалось раз применить. Бледно-голубое пламя поползло по её коже.

Первого жнеца Шиайха отбил с лёгкостью. Сбросив седока мощным прыжком и тут же пригвоздив его к земле когтями, он разодрал ему горло. Но кровь не хлестнула из плоти мортамера; обнажилась только зияющая, пустая рана из неживого мяса.

Второй. Третий. Дракон отбивал взмахи псиных лап и уворачивался от сверкавших серпов; чёрные, словно дымящиеся тела противников смешивались в единое пятно с зелёной чешуей в смертельной схватке. В тот момент, когда челюсть огромного пса была готова сомкнуться на шее Шиайхи, он услышал в голове вопль: «Пригнись!».

Пламя, созданное магией, сорвалось с вытянутых рук, и прокатилось обжигающей волной. Взвигивая, псы понесли валившихся с их спин ездоков прочь.

Одни големы уже тяжело оседали оземь, подавленные, как скопившимися термитами, количеством пеших жнецов, другие же ещё отбрасывали противника тяжёлыми ударами. Освобождённые от надобности контролировать големов маги вполголоса стали читать заклинания: их голоса сливались в один монотонный звук.

От драконьего пламени на поле было ужасно жарко, то тут, то там горела подожжённая высокая притоптанная множеством ног трава, источая удушливый запах. Драконы, возглавляемые воителями, теснили жнецов назад, переступая трупы, – подальше от магов. Костяной прислужник Марши рассыпался от настигших со всех сторон лезвий, страшно взмывающих в воздух. Цихомбу выпустил ещё один заряд кипятка – на предельно возможное расстояние, чтобы не задеть своих.

— Ты как? — перекрикивая шум бойни, спросила Клэр.

— Пока в порядке, — прошипел Шиайха в ответ.

Клэр пыталась следить за происходящим, но в мешанине боя было трудно сосредоточиться на чём-то одном. Воспользовавшись небольшой паузой, она всматривалась в воздух: где-то там мелькали резкими цветными мазками драконьи спины, несущие своих воителей. Клэр поймала себя на том, что действительно беспокоится за Лагерту и даже за Ренига, хотя небо и казалось сейчас самым безопасным местом. Марша, стоявшая по левую диагональ, отправила сражаться новую пару зверей, освободив после потери мёртвого дракона свой разум для нового контроля.

— Осторожно! — услышала она крик Арса и обернулась, когда к Шиайхе уже подскочил прорвавшийся мортамер. Каменная гряда, сталагмитами выросшая из-под земли, преградила ему путь. Дракон Клэр тут же заполз на них сверху и, спрыгнув, оторвал напавшему голову.

— Не отвлекайся!

Арс был прав. И всё же Клэр успела заметить кое-что еще: она нигде не видела Дестана.

Странное шипение вдруг коснулось её слуха. Сначала совсем незаметное, но нарастающее с каждой секундой. С этим звуком из небытия восставали убитые жнецы. Только те, что лишились головы, так и остались лежать.

Трупы поднимались один за другим, отрезая путь назад продвинувшимся драконам и их воинам. Маги, прикрывавшие их спины, остались открытыми для атаки. Безмолвная нежить, ещё немного медля, словно пробуя свои силы, двинулась вперед.

— Бейте в голову! — крикнула Клэр, и её послание эхом разлетелось между колдунами и ведьмами.

Шиайха бросился вперед, метя ударами туда, где свисали капюшоны, скрывавшие искажённые, землистого цвета лица. Мимо пролетали яркие вспышки, отбрасывавшие восставших, взрывавшие их головы, охватывавшие их пламенем. Арс помогал строить преграды, чтобы помочь выиграть драгоценное время.

На этот раз Клэр удалось нанести удар быстрее. И всё же она понимала, что сейчас этого не будет достаточно. Тогда у неё затеплилась надежда, что она смогла придумать нечто более действенное.

«Сдержишь их еще немного?» — обратилась она мысленно к Шиайхе.

«Давай» — только и ответил он.

И Клэр припала к центру ритуального круга рассечённой ладонью. Кровь впитывалась в его линии, но то была необходимая жертва: интуитивно она это знала наверняка. Она представляла, представляла изо всех сил то, что хотела увидеть вживую, пока не услышала драконье шипение совсем близко. А потом до её лица донеслось движение воздуха, словно резко дунул ветер.

Тогда она открыла свои побелевшие глаза. Из спины Шиайхи прорезались покрытые крупными перьями крылья, точно у орла. По краям их бежали те же бледно-голубые всполохи, какими она разила жнецов. «Попробуй» — скомандовала она Шиайхе, и тот расправил оперение, взмахнул крыльями раз, другой, и, оттолкнувшись, поднялся в воздух.

— Да! — с ликованием воскликнула Клэр.

Пробуя свое новообретённое умение, Шиайха спикировал сверху на мортамера, вырвав голову с плеч, и снова взмыл вверх.

«Я чувствую горечь в горле» — услышала она его.

«Если это сработает… Представь, что ты можешь испепелять, как другие».

И Шиайха раскрыл пасть. Из неё синей, раскалённой волной сорвалось пламя богини Ноктис.

Дракон быстро вошёл во вкус, поражая противников одного за другим. Вкупе с остальными драконами, магам удавалось сдерживать поднявшихся из мёртвых жнецов.

Клэр, убедившись, что её сил хватает для поддержания существования крыльев и пламени Шиайхи, вскинула голову. И её зрение, обострённое зельем, вдруг уловило неясный блеск – совсем далеко, на вершине холма. В отражавших свет – по крайней мере, так казалось на расстоянии, – сияющих доспехах на белой лошади восседал всадник. Он сделал неясное движение, словно заводил руку за спину, а потом…

Цихомбу покачнулся, взревев. Раскачивая головой из стороны в сторону, змей пытался что-то сбросить, избавиться от боли. И когда он развернулся боком, Клэр увидела, что из него торчит древко длинной стрелы. Чешуя вокруг раны тускнела, темнела, но не столько от крови, сколько от проникающего под щитки яда. Дракон покачнулся своим мощным телом и начал медленно погружаться в речную воду. Клэр не слышала, но видела, как кричит Тина, беспомощно протягивая руки к Цихомбу.

Оказалось, что драконы действительно были в опасности.

Ещё одна стрела поразила дракона вместе с воителем прямо в небе. Клэр видела, как крошечный человечек летит вниз и не хотела даже думать о том, кто это был. Но она уже знала, потому что видела, чей был дракон. Его ярко-алая чешуя была слишком знакомой. Она никогда не думала, что её сердце сожмется при мысли о смерти Ренига; и всё же оно мучительно заныло.

Другой дракон упал замертво в полёте. Она слышала крики: казалось, отдавали команду «Назад!». Прорезая себе дорогу огнём, воители вместе с драконами отступали обратно к магам.

И тут тучи сгустились. За ними, скрытый облачной пеленой, пронесся гигантский тёмный силуэт. Он кружил над полем, будто не решался явиться; послышался раскат грома. Ещё один следом. Крупные капли полились вниз, ускоряясь всё больше и больше. Пожары растворялись в нарастающем ливне.

Клэр заметила, как всадник на холме вскинул руку, и жнецы замерли. Впрочем, как замерло всё поле.

Будто прорвав мембрану, из выси вырвался гигантский дракон. Тело его реяло в воздухе, как стяг; шипастая голова, напоминавшая костяную дубину, была посажена на покрытую наростами вытянутую шею. Такие же наросты разной длины проходились по всей спине ящера. Его чёрная чешуя, похожая более всего на крокодилью, переходила в грязно-жёлтую на брюхе и внутренней части лап. Кожистые крылья обнимали небо. На спине ящера сидел воин с шипастым шлемом, скрывавшим лицо.

Дракон раскрыл широкую пасть, обнажив несколько зубастых рядов, и в его животе что-то засверкало. Послышался усиливающийся рокот. Дракон поднял голову и выпустил сверкнувший разряд прямо в центр сгустившихся облаков.

В следующее мгновение небеса разразились цепью из молний, осыпавшихся на землю. Мортамеры, пораженные ими, тут же сгорели дотла. Дракон повторил это снова; никто не смел двинуться, кроме нежити, вдруг хлынувшей назад. Нечисть отступала, сбиваясь в кучу, превращаясь в чернеющую муравьиную толпу.

Но всадник на холме не двинулся с места и, казалось, смотрел прямо на Дестана и его дракона. Наконец, когда его подданные оказались совсем близко, он просто развернулся и скрылся из вида, словно сражения и не было. Реки жнецов потекли следом, растворяясь в тумане дождя.

Ливневый шквал заглушил все звуки, пока капитан не приземлился. «В цитадель» — прокатилась по войску его команда.

Лишь один отряд, собранный им из добровольцев, отправился подбирать тела погибших. Если бы не шорох косых капель, срывающихся стеной с небес, Клэр могла бы услышать плач Лагерты.