Глава 2.

Осознание реальности.

Утро второго дня на острове встретило четверых выживших ярким солнцем, которое, казалось, решило извиниться за ночной ливень, высушив песок и превратив его обратно в золотистую пыль. Лазурное море искрилось, словно усыпанное бриллиантами, а джунгли за пляжем наполнились пением птиц и шелестом листвы. Райская картина, достойная открытки, могла бы вдохновить любого на философские размышления о красоте природы, но только не эту компанию. Для них остров всё ещё оставался местом полным неудобств, опасностей и, что хуже всего, отсутствия Wi-Fi.

Макс проснулся первым, потянулся, хрустнув суставами, и оглядел своё «королевство». Укрытие, которое они с таким трудом соорудили накануне, выглядело ещё более жалко, чем ночью. Половина листьев сдуло ветром, а оставшиеся свисали, как мокрые тряпки. Девушки, свернувшись калачиком на песке, напоминали сердитых котят, которых выгнали из тёплой постели. Их идеальные причёски превратились в спутанные гнёзда, бикини покрылись зелёными травянистыми пятнами, а лица выражали крайнюю степень недовольства даже во сне.

Мужчина, потирая виски, мысленно прикинул план на день.

«Вода есть, еду надо добыть, укрытие укрепить, — думал он. — И как-то заставить этих принцесс хотя бы не мешать».

Он понимал, что надеяться на их помощь пока не стоит, но, возможно, если они осознают, что спасение не придёт само собой, они станут чуть менее… Невыносимыми.

Первой проснулась Стейси. Она резко села, моргнула, глядя на солнечные лучи, и тут же сморщилась, словно ей под нос сунули лимон.

— О боже, это что, не кошмар? — простонала она, оглядываясь. — Я думала, меня уже спасли и я в спа-салоне на Бали.

— Доброе утро, ваше высочество, — съязвил Макс, подбрасывая ветки в костёр, который он развёл с помощью линзы от очков. — Увы, спа-салон отменяется. Но у нас есть песок, солнце и море. Всё бесплатно.

Стейси фыркнула, откидывая с лица прядь спутанных волос, и попыталась встать, но тут же ойкнула, схватившись за спину.

— У меня всё болит! — пожаловалась она. — Этот песок — просто кошмар., Наверное, теперь мой позвоночник искривлён навсегда!

Макс только закатил глаза, продолжая раздувать огонь. Тем временем проснулась Сэнди, которая, потянувшись, тут же принялась осматривать свои ноги, словно проверяя, не появились ли на них мозоли.

— О, мои бедные ступни, — простонала она, глядя на свои идеальные пятки, которые, к слову, выглядели так, будто она только что вышла из педикюрного салона. — Я же говорила, что без обуви я не выживу. У меня кожа слишком нежная для этого дикого пляжа.

— А у меня, кажется, солнечный ожог, — подала голос со своего места Эмили, которая наконец открыла глаза и начала ощупывать свои плечи. — Я же говорила, что мне нужен крем с SPF 50! Теперь я вся облезу!

Мужчина, который уже привык к их бесконечным жалобам, только пожал плечами.

— Леди, я не волшебник, — сказал он, подбрасывая в костёр ещё одну ветку. — У нас нет крема, нет обуви, нет массажиста. Но у нас есть шанс выжить, если вы перестанете ныть и начнёте помогать. Или хотя бы не мешать.

Девушки переглянулись, явно не привыкшие к такому тону. Обычно их капризы выполнялись мгновенно, стоило только хлопнуть ресницами или надуть губки. Но здесь, на этом богом забытом острове, их чары, похоже, не работали.

— И что ты предлагаешь? — спросила Стейси, скрестив руки на груди. — Чтобы мы, что ли, ловили рыбу? Или, о ужас, копали ямы?

— Для начала, — принялся пояснять Макс, стараясь говорить спокойно, — нам нужно собрать еду. Я вчера видел кусты с какими-то ягодами в джунглях. Нужно проверить, съедобные ли они. Потом надо укрепить укрытие, чтобы сегодня ночью не остаться под открытым небом. И, наконец, собрать дрова для костра, чтобы ночью не замёрзнуть.

— Ягоды? — перебила его Сэнди, сморщив нос. — А вдруг они ядовитые? Ты что, хочешь нас отравить?

— А я вообще боюсь джунглей, — добавила Эмили, нервно теребя край своего бикини. — Там же змеи, пауки и… И… Я не знаю, что ещё! Может, там даже тигры!

— На островах нет тигров, Эмили, — устало сказал Макс, потирая лоб. — Но если вы боитесь, можете остаться здесь и собирать ветки для костра. Это хотя бы безопасно.

Девушки снова переглянулись, явно не в восторге от перспективы что-то делать. Но, к удивлению Макса, Стейси вдруг выпрямилась и заявила:

— Ладно, я пойду за ветками. Но только потому, что не хочу мёрзнуть ночью. И если увижу хоть одного паука, я закричу так, что ты оглохнешь.

— Отлично, — кивнул Макс, стараясь скрыть удивление. — Сэнди, Эмили, вы с ней. А я пойду проверю ягоды и попробую поймать ещё рыбы.

Девушки, ворча, начали собирать ветки, но их «помощь» больше напоминала комедийное шоу. Стейси, взяв в руки первую попавшуюся палку, тут же уронила её, потому что «она была слишком тяжёлая». Сэнди, пытаясь выглядеть полезной, схватила ветку с колючками и тут же завизжала, бросив её на песок, словно это была змея. Эмили, которая решила, что её вклад в общее дело — это просто стоять и указывать, куда класть ветки, через пять минут принялась жаловаться, что у неё болят ноги от стояния.

— Ой, нет, это просто какой-то кошмар! — воскликнула Стейси, размахивая ладонью, на которой красовалась едва заметная царапина. — Я, кажется, порезалась! Сэнди, посмотри, это не смертельно?

— Стейси, это просто царапина, — вздохнула та. — Но, знаешь, если тут есть какие-то тропические бактерии, то, возможно, тебе стоит начать писать завещание.

— Завещание? — взвизгнула девушка, округлив глаза. — Ты что, думаешь, я могу умереть от этой ерунды? Эмили, скажи ей, что она несёт чушь!

Эмили, которая теперь лежала на песке, подложив под голову руку и закрыв глаза, даже не пошевелилась.

— Стейси, если ты не замолчишь, я сама тебя прикончу, — пробормотала она. — И, кстати, если мы будем делить еду, я требую самую большую порцию.

— Это ещё почему?

— У меня метаболизм быстрее, чем у вас двоих вместе взятых.

— Метаболизм? — фыркнула Сэнди, театрально закатывая глаза и поправляя волосы. — Эми, единственное, что у тебя быстрое, — это скорость, с которой ты начинаешь ныть, как только нужно что-то сделать. Посмотри на себя, ты уже лежишь, как выброшенная на берег дохлая рыба, а мы тут за тебя вкалываем!

— Вкалываете? — приоткрыла глаза Эмили, и смерила Сэнди взглядом, полным сарказма. — Ты только что визжала из-за ветки, как будто она тебя укусила за твою тощую задницу. А Стейси вообще думает, что царапина — это повод вызывать вертолёт спасения. Давайте признаем, девочки, без Макса мы бы уже давно стали ужином для крабов.

— Ой, да ладно тебе, — надула губки Сэнди, пытаясь выглядеть обиженной, но тут же не удержалась и хихикнула. — Хотя, знаешь, Эми, если крабы и выберут кого-то на ужин, то точно тебя. Ты же такая… Сочная.

Она сделала многозначительную паузу, окидывая взглядом фигуру подруги.

- в районе бёдер, конечно.

Эмили резко села, возмущённо глядя на Сэнди, и демонстративно похлопала себя по бокам.

— Это не жир, это стратегический запас на случай, если мы застрянем тут на месяц! А вот ты, подруга, с твоими палочными ножками, будешь первой, кого сдует ветром, если начнётся шторм. Или нет, подожди, тебя же спасут твои силиконовые «плавательные круги» на груди, да?

Стейси расхохоталась так, что чуть не уронила очередную ветку, которую она с великим трудом всё-таки решилась поднять.

— Сэнди, Эми права. Эти твои «круги», такие огромные, что их, наверное, видно из космоса. Может, стоит снять бикини и потрясти ими, вдруг спутник заметит?

— Очень смешно, — огрызнулась Сэнди, поправляя верх своего купальника с таким видом, будто это был её главный актив на острове. — А ты, между прочим, не лучше. У тебя такие скулы, что ими можно кокосы раскалывать. Хотя, знаешь, это даже плюс — если Макс не вернётся с рыбой, мы сможем использовать твоё лицо как консервный нож.

— Ха! — гордо вскинула подбородок Стейси, словно её только что похвалили. — Лучше скулы-ножи, чем твои губы, которые выглядят так, будто ты только что поцеловала пчелу. Или это у тебя от природы такой «надутый» характер?

Эмили, которая уже снова улеглась на песок, не удержалась и прыснула со смеху.

— Ой, девочки, прекратите, а то я сейчас описаюсь. — Признаться, если честно, я бы не отказалась от пары птичьих яиц. Я так голодна, что готова съесть даже ту колючую ветку, которую ты уронила.

— Ты? Голодна? — сделала вид, что шокирована Стейси, и театрально приложила руку ко лбу. — Эми, ты же всегда говорила, что можешь прожить на одном листике салата и глотке воды. Или это всё была ложь, чтобы влезть в платье на последнем показе? Признайся, ты тайком ела круассаны в гримёрке, да?

— Ой, не начинай, — отмахнулась та, но щёки девушки почему-то подозрительно порозовели. — А ты, между прочим, на том же показе чуть не застряла в платье с корсетом. Или ты думаешь, я не видела, как ты умоляла ассистента не затягивать шнуровку? «Ой, я не могу дышать, мне нужно больше воздуха!»

— Это было платье не моего размера! — возмутилась Стейси. — А вот ты, дорогуша, не строй из себя мисс Совершенство. Помню, как ты на фотосессии в Париже пыталась втянуть живот, чтобы казаться худее, и чуть не упала в обморок. Фотограф даже спросил, не нужно ли тебе понюхать нашатырь!

Сэнди, которая уже откровенно наслаждалась этим шоу, хлопнула в ладоши.

— Девчонки, вы такие милые, когда пытаетесь доказать, кто из вас самая тощая катастрофа. Но давайте признаем: без Макса мы бы уже давно начали грызть друг друга, и не в переносном смысле. Кстати, Стейси, ты уверена, что он ушёл за рыбой, а не просто сбежал от нашего нытья?

— Если сбежал, то я его не виню, — хмыкнула девушка, бросая очередную ветку в кучу. — Но если он вернётся без еды, я лично заставлю его съесть ту колючую ветку, которую ты уронила. А вы, девочки, можете начинать репетировать свои слёзы для камеры, когда нас наконец спасут. Сэнди, не забудь надуть губы ещё больше — вдруг режиссёр реалити-шоу решит, что ты главная звезда.

— Главная звезда? — гордо выпрямилась та, отбрасывая назад длинную прядь. — Это само собой. А вы с Эми можете быть моими ассистентками. Эми будет отвечать за нытьё, а ты, Стейси, за драматичные обмороки.

— Отлично, — подыграла Эмили, лениво потягиваясь на песке. — А я ещё потребую в контракте, чтобы мне приносили коктейли с зонтиками. И, девочки, если нас спасут, я первой побегу в спа. У меня уже мозоли от этого песка на попе, а мои волосы… О, мои волосы! Они выглядят так, будто я снималась в фильме про конец света.

— Конец света? — хихикнула Сэнди. — Эми, с твоими волосами ты бы не прошла кастинг даже на роль зомби.

Они несколько минут молчали, слушая шум волн, отгоняя от себя надоедливых насекомых. Каждая думала о своём.

— Слушайте, девочки, а вы заметили, как ужасно выглядит мой загар? — вновь принялась жаловаться Сэнди, рассматривая свою руку, переключаясь на другую тему. — Солнце здесь какое-то злое, ложится пятнами! А я же только недавно сделала себе идеальный бронзовый оттенок в салоне! Теперь всё испорчено! Может, Макс принесет нам какое-нибудь кокосовое масло? Хотя, откуда ему тут взяться, кокосовому маслу… Это просто катастрофа!

— Ты серьёзно сейчас о загаре? — протянула Эмили, приоткрыв один глаз. — Мы тут, между прочим, на необитаемом острове, пытаемся не умереть с голоду и жажды, а ты волнуешься из-за своего загара? Тебе бы лучше волноваться, как бы твоя силиконовая грудь не лопнула от жары. Хотя, может, это и к лучшему. Меньше весить будешь. Экономия калорий.

Сэнди оскорбленно всплеснула руками.

— Ты снова?? Моя четвёрка — это моя гордость! И, между прочим, натуральная! В отличие от… Некоторых!

Она бросила язвительный взгляд в сторону Эмили, которая, по слухам, действительно «улучшала» свои формы перед последним сезоном показов.

Эмили лениво пожала плечами.

— Дорогая, в нашем бизнесе натуральное — это прошлый век. Главное — результат. А результат, как говорится, налицо, то есть, в нужном месте. В любом случае, нам обеим далеко до идеала. Вон, посмотри на Стейси. Вот это фигура! Тонкая, звонкая, как тростинка! Правда, мозгов как у птички колибри, но кого это волнует, когда есть такие ноги?

Стейси, услышав комплимент в свой адрес, тут же расцвела и перестала рассматривать уже другую царапину.

— Ой, ну перестань! Ты же знаешь, я вечно борюсь с лишним весом! Эти постоянные диеты, тренировки… Как же я устала от всего этого! Вот бы сейчас чизбургер с картошкой фри… И молочный коктейль… А лучше два!

— Тесс, если ты сейчас же не прекратишь говорить о еде, я тебя точно съем, — прорычала Сэнди, у которой, видимо, тоже разыгрался аппетит. — И, кстати, насчет фигуры. Твоя «тонкая тростинка» скоро превратится в палку от метлы, если ты продолжишь питаться одним воздухом. Нам тут, между прочим, нужны силы, чтобы выжить! А не твои анорексичные выходки!

— Да пошла ты! — обиделась Стейси. — Я вообще-то слежу за своим здоровьем! И, в отличие от некоторых, не напиваюсь на вечеринках до потери пульса! И не курю как паровоз!

— Ах, вот оно что! — подхватила Эмили, с удовольствием вступая в перепалку, принимая слова на свой счёт. — Значит, мы уже переходим на личности? Ну что ж, давай вспомним твой последний провал на кастинге белья! Ах, да, тебе же сказали, что твоя «фигура мечты» слишком костлявая! И что твои ноги, конечно, «длинные», но больше похожи на две оглобли!

Они продолжали перебрасываться словами, время от времени принося ветки. Впрочем, это был их обычный разговор, без истерик, но с привычными подколами и злыми шутками.

* * *

Макс продирался сквозь густые заросли, цепляя голыми плечами колючие ветки лиан. Его босые ноги утопали в мягкой, влажной земле, а каждый шаг сопровождался хлюпаньем и треском листьев. В правой руке он сжимал нож, единственное, что осталось от той роскошной яхты, которая теперь покоилась где-то на дне океана, разорванная штормом, как бумажный кораблик.

Ещё вчера ему думалось, что он оказался в раю. Один мужчина, три женщины. И какие женщины! Сэнди с её длинными ногами и томным взглядом, Эмилия с копной вьющихся волос и звонким смехом, Стейси с её дерзкой улыбкой и манерой поправлять бикини каждые пять минут. Он представлял себе романтические вечера у костра, кокосы, падающие прямо в руки, и лёгкий флирт, который, конечно же, перерастёт в нечто большее — может быть, даже в страстный роман под звёздным небом.

«Да это же мечта любого мужика!» — размышлял он, когда их выбросило на этот остров.

Но реальность оказалась куда более жестокой.

Все они были истеричками, которые начинали визжать при виде любого насекомого, будь то безобидный жук или паук размером с ноготь. Слишком шумные, слишком глупые, требующие вещей, которых, понятное дело, не будет на острове.

— Мне нужен фен, — передразнил он одну из девушек. — Ой, я не могу без зеркала.

«Почему я не могу просто наслаждаться одиночеством?» — думал он, отмахиваясь от назойливой мухи, которая вилась у его лица.

Мужчина даже начал всерьёз подумывать о том, чтобы построить плот и уплыть, пусть даже на соседний остров, лишь бы подальше от этих трёх вопящих сирен.

Макс остановился, чтобы перевести дух, и прислонился к стволу огромного дерева, покрытого мхом. Его взгляд скользнул по окружающей растительности. Джунгли были одновременно прекрасны и пугающи. Гигантские папоротники с листьями размером с зонтик покачивались на ветру, а из-под их тени выглядывали яркие цветы, похожие на раскрытые рты каких-то хищных тварей. Где-то вдалеке раздался пронзительный крик. То ли птица, то ли обезьяна, Макс не мог разобрать. Он заметил маленькую ящерицу, что замерла на коре дерева. Её чешуя переливалась на солнце, как драгоценный камень.

«Красиво, конечно, — подумалось ему, — но всё это великолепие может сожрать тебя в один момент».

Он вспомнил, как накануне видел огромного питона, обвившего ветку в нескольких метрах над землёй. Тогда он замер, боясь пошевелиться, и только через несколько минут осторожно отступил, содрогаясь от мысли, что мог стать его добычей. Хорошо, что эти леди не видели змею, иначе истерик было бы...

Мысли вновь вернулись к яхте. Всё произошло так быстро. Шторм налетел внезапно, волны били о борт, как молоты, а капитан кричал что-то неразборчивое в рацию. Макс помнил, как он цеплялся за поручни, как вода хлынула на палубу, унося всё на своём пути. А потом шлюпка, которую он упустил. Но что стало с остальными? С капитаном, с Ричардом, с той парочкой из Германии, которая всё время фотографировала закаты? Может, они тоже где-то здесь, на другом конце острова, а может, их унесло в открытый океан. Макс покачал головой, прогоняя мрачные мысли. Сейчас главное — выжить самому, а там видно будет.

Он двинулся дальше, раздвигая лианы ножом, чувствуя, как влажный воздух джунглей обволакивает кожу. Впереди показалась небольшая полянка, заросшая высокой травой, в которой что-то шуршало. Мужчина замер, напряжённо вглядываясь в зелень. Из травы выскочила маленькая птица с ярким красным хохолком и тут же улетела, оставив его с учащённым сердцебиением.

«Да уж, нервы ни к чёрту», — пробормотал он себе под нос.

Он присел на корточки, чтобы рассмотреть следы на земле. Похоже, здесь недавно пробегало что-то крупное. Может, кабан. Желудок Макса жалобно заурчал. Последний раз он ел вчера. Несколько кислых ягод, которые нашёл на кустах, да кусок кокоса, который с трудом расколол ножом. Надо было что-то придумать с едой, иначе они долго не протянут.

Пока мужчина продвигался вперёд, его мысли снова вернулись к девушкам. Он вспомнил, как утром Сэнди устроила скандал из-за того, что Эмилия случайно наступила на её спальное место, кучу пальмовых листьев, которую она гордо называла люксовой кроватью. Стейси, конечно, не осталась в стороне и начала кричать, что ей надоели их разборки, и что она вообще не собирается здесь гнить.

«Гнить, — усмехнулся Макс, — как будто у нас есть выбор».

Он вдруг подумал, что, возможно, проблема не в них, а в нём самом. Может, это он слишком многого ждал? Может, ему стоило быть терпеливее, добрее, мудрее? Но тут же отмахнулся от этой мысли. Нет, они действительно невыносимы. И если он останется с ними ещё на неделю, то либо сойдёт с ума, либо придушит кого-нибудь из них голыми руками.

Макс вышел к небольшому ручью, который журчал среди камней, покрытых зелёным мхом. Вода была прохладной и чистой, настоящее спасение в этой духоте. Он опустился на колени, зачерпнул воду ладонями и жадно выпил. Потом умыл лицо, чувствуя, как напряжение немного отпускает. Посмотрел на своё отражение в воде. Заросшее щетиной лицо, покрасневшая кожа, от солнца и укусов москитов.

— Всё будет нормально. Обязательно будет. Трудно только первое время...

"Чёрт. Предлагал ведь отец работу электриком у себя на фирме. Так нет же, захотелось лёгких денег, моря, романтики. Теперь получай".

* * *

Макс, вернувшись через час с корзинкой из пальмовых листьев, полной ягод, и несколькими рыбинами, застал картину, достойную кисти сюрреалиста. Куча веток лежала в полном беспорядке. Стейси сидела на песке, массируя свои «измученные» руки, Сэнди пыталась выковырять занозу из пальца, а Эмили просто лежала в тени, утверждая, что у неё «солнечный удар».

— Ну что, команда, — сказал Макс, стараясь не рассмеяться, — вижу, вы тут отлично поработали. Прям строители века.

— Мы старались, — обиженно сказала Стейси, глядя на него исподлобья. — Но это всё ужасно неудобно! И вообще, где еда? Я голодная.

Макс молча показал на ягоды и рыбу. Девушки, увидев его улов, снова начали ныть.

— Это что, опять рыба? — сморщилась Стейси. — Я же сказала, я не ем ничего, что не приготовлено шеф-поваром.

— А ягоды выглядят подозрительно, — добавила Сэнди, тыкая пальцем в одну из них. — Они точно не ядовитые?

— А я вообще не ем ничего красного, — заявила Эмили, отодвигаясь от корзинки. — У меня аллергия. Или нет? Но вдруг у меня все-таки аллергия?

Макс, чувствуя, что его терпение снова на исходе, глубоко вдохнул и сказал:

— Ладно, смотрите. Я сейчас пожарю рыбу на костре. Ягоды я проверил — они съедобные, я сам попробовал. Если вы не хотите есть, ваше право. Но учтите, другой еды у нас нет, и я не собираюсь бегать по острову в поисках трюфелей или веганских бургеров.

К его удивлению, девушки, хоть и ворча, вскоре начали понемногу пробовать еду. Стейси, осторожно взяв ягоду, долго её разглядывала, словно это был бриллиант с подозрительным дефектом, но всё же решилась попробовать. Сэнди, увидев, что подруга не умерла на месте, тоже взяла одну, но тут же сморщилась, заявив, что «на вкус это как органик, но без фильтров». Эмили, которая до последнего держалась, наконец поддалась голоду и схватила кусочек жареной рыбы, но ела его с таким видом, будто совершает подвиг ради спасения человечества.

— Ну что, девчонки, не так уж и плохо, правда? — спросил Макс, наблюдая за их кислыми лицами.

— Это отвратительно, — буркнула Стейси, но всё же взяла ещё одну ягоду. — Но я слишком голодная, чтобы быть привередливой.

— Я ем только потому, что не хочу умереть, — добавила Сэнди, откусывая крошечный кусочек рыбы. — Но учти, Макс, я всё равно веган. Это временно.

— А мне даже немного нравится, — неожиданно сказала Эмили, глядя на рыбу с удивлением. — Только не говорите моему диетологу, а то он меня убьёт.

Мужчина, глядя на эту картину, почувствовал, что, возможно, не всё потеряно.

«Может, они всё-таки начнут адаптироваться, — думал он. — Главное, чтобы не было новых истерик».

Но, как оказалось, его оптимизм был преждевременным.

К полудню, когда солнце снова начало палить нещадно, девушки, наевшись, решили, что пора «отдохнуть». Стейси растянулась в тени пальмы, заявив, что у неё «пищевое отравление» от ягод, хотя съела она всего три штуки. Сэнди начала жаловаться на жару, утверждая, что у неё «обезвоживание», хотя Макс буквально час назад принёс им свежей воды из ручья. Эмили, которая, казалось, была самой тихой из троицы, вдруг начала нудеть, что ей скучно, и что без телефона она «чувствует себя как в каменном веке».

— Макс, сделай что-нибудь, — заныла она, глядя на него жалобными глазами. — Тут же ничего не происходит! Где развлечения?

— Развлечения? — переспросил Макс, который в этот момент пытался укрепить укрытие, чтобы оно не рухнуло при первом же порыве ветра. — Эмили, мы на необитаемом острове. Тут нет кинотеатров, клубов или шопинг-моллов. Развлекайся природой.

— Природой? — возмутилась та, вставая и упирая руки в бёдра. — Ты что, предлагаешь мне смотреть на деревья? Или, о ужас, плавать в этом грязном море?

— Вообще-то, море чистое, — сказал Макс, указывая на лазурную воду, которая искрилась под солнцем. — И купание было бы неплохой идеей. Освежитесь, расслабитесь…

— Расслабитесь? — перебила его Стейси, поднимая голову. — Ты что, думаешь, я полезу в эту солёную воду? У меня кожа станет как у ящерицы! И вообще, там же акулы!

— И медузы, — добавила Сэнди, содрогнувшись. — Я видела передачу, как медуза ужалила человека, и у него всё лицо опухло. Я не хочу быть уродиной!

— А я вообще не умею плавать, — призналась Эмили, нервно теребя край бикини. — И я боюсь глубины. И рыб. И всего остального.

— Тебе не грозит утонуть, — усмехнулась Сэнди. — В тебе столько силикона, что ты даже в шторм будешь плавать на поверхности.

— У меня всё моё! — соврала девушка. — Натуральное!

— Ну-ну…

Макс, чувствуя, что его терпение снова подвергается испытанию, бросил пальмовый лист, который держал в руках, и повернулся к спутницам по несчастью.

— Ладно, слушайте, — сказал он, стараясь говорить твёрдо, но без раздражения. — Я понимаю, что вам тяжело. Но поймите и вы: мы застряли тут, и неизвестно, на сколько. Если вы будете только ныть и жаловаться, мы не выживем. Нам нужно работать вместе. Или хотя бы не мешать друг другу.

Девушки замолчали, глядя на него с удивлением. Возможно, впервые за два дня они начали осознавать, что их привычные методы, капризы, слёзы и требования, здесь не работают. Стейси, которая всегда была самой бойкой, вдруг отвела взгляд и пробормотала:

— Ладно, я поняла. Но это не значит, что мне это нравится.

— И мне, — добавила Сэнди, скрестив руки на груди. — Но если ты думаешь, что я буду ловить рыбу или копать ямы, то ты ошибаешься.

— А я всё равно боюсь, — тихо сказала Эмили, глядя в песок. — Но я попробую… Не ныть. Хотя бы сегодня.

Макс, услышав это, почувствовал, что, возможно, лёд тронулся.

«Маленькая победа, — подумал он. — Но победа».

Он решил не давить на них дальше и просто продолжил укреплять укрытие, надеясь, что к вечеру они хотя бы не устроят новый скандал.

К вечеру, когда солнце начало клониться к горизонту, окрашивая небо в оранжево-розовые тона, девушки, к удивлению Макса, действительно стали вести себя тише. Они даже помогли собрать немного веток для костра, хотя делали это с таким видом, будто выполняют тяжелейшую работу в мире. Стейси, правда, пару раз пожаловалась, что у неё «руки устали», а Сэнди заявила, что «дрова слишком грязные», но в целом обошлось без истерик. Эмили даже попыталась развести костёр, правда, чуть не подпалила себе волосы, но Макс вовремя вмешался.

Когда огонь наконец разгорелся, и все четверо уселись вокруг него, глядя на пляшущие языки пламени, Макс почувствовал, что, возможно, этот день был не таким уж плохим. Девушки, уставшие от жары и голода, сидели молча, глядя на огонь, и, кажется, впервые за два дня начали осознавать, что их привычный мир остался где-то далеко, за горизонтом.

— Завтра будет легче, — сказал Макс, подбрасывая в костёр ещё одну ветку. — Если мы будем работать вместе, всё получится.

— Надеюсь, — буркнула Стейси, но в её голосе уже не было прежней злости.

— Только не заставляй меня ловить рыбу, — добавила Сэнди, зевая. — Ты ведь помнишь, я всё ещё веган.

— А я всё ещё боюсь змей, — тихо сказала Эмили, придвигаясь ближе к костру. — Но, может, тут не так уж и плохо. Если не считать песка. И жары. И насекомых.

Макс улыбнулся, глядя на них.

«Может, они всё-таки исправятся, — подумал он. — Или хотя бы перестанут орать».

Но, как оказалось, судьба готовила ему новое испытание, которое должно было проверить не только его терпение, но и храбрость.