– Послушай, Роуз, хотел спросить, не приютишь ли ты еще одного человечка на следующие несколько недель до нашего отлета в Париж?

Бретт стоял в кухне, потупив глаза. Он ужасно смущался.

– Где она сейчас? – вздохнула Роуз.

– У родителей, сообщает новость. Вчера они вернулись из санатория, и она решила, что лучше покончить с этим сразу. Мы бы сняли что-нибудь на три недели, но все забито туристами. Как раз самый разгар сезона.

Роуз согласно кивнула.

– Конечно, Лия может остановиться у нас. Полагаю, лишняя кровать вам не нужна?

Ее глаза хитро блеснули.

Бретт покраснел.

– Нет.

– Ну, вы с Лией останетесь тут одни. Через неделю Миранда, Хлоя и я улетаем в Америку. Дом опустеет. Бог знает, как воспримет это Дорин Томпсон. Лия сообщила мужу? Мне бы не хотелось, чтобы он появился тут с парой бугаев и разворотил дом.

– Этого не будет. Очевидно, он воспринял ее уход разумно. У них уже были какие-то проблемы.

Роуз видела сияющие глаза Бретта и откровенно радовалась.

– А Лия согласна переехать с тобой в Париж?

– Ну, мы серьезно пока не обсуждали, но думаю, что да. Через пару недель я, вероятно, улечу в Париж, поищу квартиру до начала семестра. Лия присоединится ко мне, когда я найду пристанище. Ей хочется побыть с родителями и удостовериться, что они справятся одни.

Лицо Роуз посерьезнело.

– Лия, наверное, от тебя без ума, раз на такое решилась. Даже если отношения с мужем не клеились, она бросила ради тебя все. Смотри не подведи ее, Бретт.

– Не подведу, Роуз. Ты знаешь, как я ее люблю. Мне повезло, что мне дали еще один шанс. Мы поженимся, как только она будет свободна.

– Хорошо, – улыбнулась Роуз. – Мне сегодня придется заскочить в Лидс, чтобы купить одежду для Америки. Тебе что-нибудь нужно?

– Нет. Спасибо. Я пойду в студию, подожду Лию. У меня пальцы чешутся после пяти дней отдыха. – Бретт подошел к Роуз и обнял ее. – Спасибо, Роуз. Я знал, что ты поймешь.

Поцеловав ее, он вышел из комнаты.

Роуз проводила его глазами. Она от души надеялась, что ничто не помешает ее идеалисту-племяннику обрести счастье с любимой женщиной.

* * *

– Лия! Я думала, что ты вернулась в Америку к Энтони! Что ты здесь делаешь?

Миссис Томпсон увидела в доме Лию, и ее лицо засветилось от счастья.

– Я все вам расскажу. Сначала я хочу услышать, как вы себя чувствуете. – Лия прошла за матерью в гостиную и обняла отца. – Надо сказать, оба смотритесь как новенькие.

Лия сжала руку отца, терзаясь и не зная, как рассказать им печальную новость. Оба заметно окрепли. Она медленно выпила чашку чая и выслушала материнский рассказ о чудесах в санатории.

– Вот. Наши новости я доложила, расскажи нам с отцом, почему ты здесь.

Лия набрала побольше воздуха и выложила все как есть. Родители были в шоке, и ей хотелось зарыдать.

– Простите меня.

Это было все, что она смогла сказать.

После долгого молчания миссис Томпсон заговорила:

– Ты уверена, что не ошибаешься? Энтони – такой порядочный и добрый. Он так хорошо к тебе относился.

Лие хотелось заткнуть уши. Мать права, но слушать ее было невыносимо.

– Я долго была несчастной, мама. А Бретт, ну… – Лия сжала перед собой руки. – Я его люблю.

– Он уже раз тебя подводил, Лия. Может и опять бросить. У молодого человека нет чувства ответственности. Витает в облаках, как и тетушка.

– Нет, мама, не подведет. Он изменился, вырос. Он больше не мальчишка. Мужчина.

– А я еще много лет назад как взглянула на того молодого человека, так и решила – жди беды, – сообщила миссис Томпсон. – Так где вы оба собираетесь жить?

– Бретт спросит Роуз, не приютит ли она меня в большом доме, пока мы с Бреттом не полетим в сентябре в Париж.

– Париж, значит. А чем ты будешь заниматься там, пока Бретт будет рисовать картины?

– Мне предложили работу в двух домах моделей.

У миссис Томпсон заблестели глаза.

– Да? А кто мне много лет назад заявил, что больше в жизни не ступит на подиум?

– Я пока не решила, – ответила Лия, раздраженная, что мать ее подловила. – Я и так сделала глупость, что последние годы ничем не занималась…

– А тебе не кажется, что после Энтони жить со студентом покажется трудновато? В конце концов, Бретт будет студентом. И работать будет день и ночь. Сколько времени у него останется на тебя?

– Достаточно. Я люблю его, мама, и сделала свой выбор. Мне в любом случае нужна собственная жизнь, независимая от мужчины. Вот что пошло не так со мной и Энтони. – Лия повернулась к отцу, который молча сидел в кресле. – Что ты об этом думаешь, папа? – в отчаянии обратилась к нему Лия.

Он взглянул на нее и пожал плечами.

– Главное во всем этом то, что наша Лия счастлива. Ты ведь счастлива, милая?

– Еще как, – ответила Лия, глядя ему в глаза. – Очень.