На следующее утро Лия отправила несчастную Дженни к врачам и, приготовив себе чашку горячего крепкого кофе, села в гостиной дожидаться Майлза. В одиннадцать часов дверь открылась, и в гостиную вошел Майлз, одетый в халат Дженни. Сердце Лии учащенно забилось.

– Доброе утро. Хочешь кофе?

– У меня есть.

Лия пошла за Майлзом на кухню и наблюдала, как он спокойно наполняет и включает чайник.

– Кстати, с Новым годом. – Он улыбнулся. – Боже, прошлая ночь была просто потрясающей.

– Можно и так сказать. Садись, Майлз. Нужно поговорить.

Он удивился тому, как строго Лия с ним разговаривает.

– Хорошо. Кстати, где Дженни?

– Вышла.

– Никогда бы не подумал, что она встанет так рано. Вчера мы оба немного перебрали с выпивкой на вечеринке.

Чайник вскипел, и Майлз, наполнив чашку, сел напротив Лии.

Его бесстрастность после такой жестокости вчерашней ночью Лию нервировала.

– Майлз, вчера, когда я в три утра вернулась домой, то обнаружила плачущую Дженни. Она была очень расстроена. Она мне рассказала, что ты пытался ее задушить.

Майлз удивился, причем совершенно естественно.

– Что? – Он громко рассмеялся. – Она, очевидно, перебрала спиртного вчера вечером.

– Нет, дело не в этом. Она была вся в синяках, и это уже не первый раз. Месяц назад у нее распухло лицо и под глазом был синяк.

Лицо Майлза потемнело, а его проницательные глаза заблестели.

– Ты хочешь сказать, что я ее избил?

– Да. Дженни не только сама сказала мне, что это был ты, но и вряд ли это мог быть кто-то другой. Ты был с ней всю ночь. – Лия подумала, насколько нелеп их разговор. – Я хотела попросить тебя уйти еще месяц назад, но Дженни за тебя заступилась. Она сказала, что ты всегда потом извиняешься и обещаешь больше этого не делать. Поэтому я разрешила тебе остаться. Но, Майлз, так больше продолжаться не может. Я хочу, чтобы ты сегодня же ушел из квартиры.

Он сидел молча, пристально глядя на Лию. Выражение его лица было таким же пугающим, как и раньше. В детстве она дрожала, стоило ему так посмотреть на нее. Ее будто обваляли в грязи.

– Значит, ты веришь Дженни? – медленно, не мигая, произнес он.

– Да. Еще бы. Я своими глазами видела синяки. У меня нет причин сомневаться в словах Дженни. В общем, собери вещи, и чтобы к обеду тебя здесь не было. На твое счастье, Дженни отказалась обратиться в полицию. Если ты уйдешь и пообещаешь прекратить попытки с ней общаться, я тоже не стану привлекать полицию ради твоей семьи.

– Моей семьи? Какой еще семьи?

– Роуз, Миранды и Хлои, конечно. Вряд ли они обрадуются, если ты попадешь в суд по обвинению в избиении женщины.

Майлз медленно подошел к Лие и встал, возвышаясь над ней. Лию тут же охватил страх, тот животный ужас, от которого кровь стынет в жилах.

– Ты знаешь все о моей семье? В детстве ты всегда пыталась примазаться, подлизываясь к Роуз и соблазняя моего жалкого кузена. У тебя хватает наглости диктовать другим, как им жить. Мисс Безупречность, мисс Совершенство.

Майлз поднес руку к ее лицу, и на мгновение Лия решила, что он хочет ее ударить. Но он нежно обвел контуры ее скулы, пальцами касаясь шеи и груди. Лия вскочила.

– Перестань, Майлз! Не смей ко мне прикасаться! Уходи отсюда, сейчас же! Или я вызову полицию!

– Ладно, ухожу. – Майлз неторопливо направился к двери, но остановился и обернулся, сверкнув темными глазами. – Ты пожалеешь об этом, дражайшая Лия.

Минут через десять он появился с чемоданом и бросил ключ от входной двери на пол.

– Не провожай меня. Чао.

Хлопнула входная дверь, и лифт поехал вниз. Лия надеялась, что видела Майлза Деланси в последний раз. От ледяного страха она застыла. Будто ей снова стало шестнадцать лет и она осталась наедине с ним в амбаре Роуз.

«Перестань, Лия. Он ушел. Он не вернется. Он знает, что случится, если вернется».

Два часа спустя она услышала скрежет ключа в замке и подумала о том, как ей придется бороться, чтобы еще раз убедить дорогую подругу в том, что жить действительно стоит.

В гостиную вошла бледная несчастная Дженни.

– Он ушел?

– Да, дорогая.

– Ох…

Дженни разрыдалась. Лия обняла подругу.

– Знаешь, я его по-настоящему любила. Что же теперь делать? – плакала она.

– Продолжать жить и смотреть в будущее. Дженни, прости, конечно, но неужели ты не видишь, что без этого негодяя тебе будет гораздо лучше? Я знаю Майлза давным-давно и всегда его опасалась. Мужчина, который поднимает руку на женщину, тебя не достоин.

– Знаю. Но он пробудил меня к жизни. Вывел из депрессии. А теперь его нет.

– Дженни, вспомни, какой счастливой ты была в Вудстоке. Почему бы тебе не позвонить Джеку? Он тебя подбодрит.

– Нет. Он уехал отмечать Новый год со своей девушкой. К сожалению, нет такой записной книжки, где бы мой номер стоял первым.

– У меня ты номер один. Надеюсь, что и я у тебя тоже. Дженни, пожалуйста, продолжай бороться. В жизни еще встретится немало мужчин, которые будут тебя любить и заботиться о тебе, а не избивать, как Майлз.

Дженни плюхнулась на диван.

– Лия, а стоит ли?

Лия вытерла слезы со щек подруги. Дженни явно не хватало уверенности в себе.

– Ну конечно, глупышка. Ты просто переживаешь трудные времена, только и всего. Но это пройдет, поверь.

Дженни схватила ее за руку.

– Ой, Лия, ты такая сильная. Как бы мне хотелось иметь такой же характер. И ты так добра ко мне. От меня же только одни проблемы.

– А для чего тогда друзья? В ответ я хочу увидеть, что ты справишься и с этой трудностью. Попробуй. Обещаешь?

Дженни безнадежно покачала головой.

– Я не смогу. Майлз был для меня всем. Теперь у меня не осталось ничего.

– Перестань, Дженни, брось эти мысли, – Лия отчаянно пыталась найти слова, чтобы приободрить подругу. – А что сказал врач?

– Ничего особенного. Ты ведь их знаешь. Он ни капельки не поверил тому, что я упала с лестницы, но добавил, что ничем помочь не сможет, пока я не скажу ему правды. Потом осмотрел и сказал, что все в порядке. Я получила рецепт на снотворное и валиум.

– Так, давай их мне. Мы ведь не хотим начинать все сначала.

– Я даже не стала их покупать, – быстро ответила Дженни.

– Хорошо. Обещай мне, что не купишь. Все эти лекарства не помогут, ты уже знаешь. – Дженни кивнула. – Ты бы прилегла. Наверняка устала. Я принесу тебе чашечку чая.

Дженни осторожно встала.

– Да, немного устала. – Она снова сжала Лие руку. – Спасибо тебе за все.

– Если что, я здесь. Иди. Через минуту принесу чай.

Дженни медленно вышла из кухни. Лия наполнила чайник, размышляя, что же делать. С такой глубокой степенью депрессии, как у подруги, она раньше не сталкивалась. Ответственность тяжелым грузом легла на ее плечи. Она решила позвонить в «Ленокс-Хилл», врачу, который ранее лечил Дженни.

В регистратуре ей сообщили, что врач в отпуске до завтра, и посоветовали позвонить, когда он вернется. Лия повесила трубку. Больше она ничего предпринять не могла, но завтра она первым делом позвонит врачу, если Дженни будет в том же подвешенном состоянии, что и сейчас.

– Вот, держи.

Лия вручила дымящийся чай жалкой фигуре на кровати.

– Спасибо.

– Хочешь посижу с тобой?

Дженни покачала головой.

– Все в порядке. Очень хочется спать. Я точно вздремну.

– Ладно. Но если что, зови, не стесняйся. Я пойду к себе.

Лия закрыла за собой дверь и пошла в свою спальню, надеясь немного подремать. Впервые она задумалась о предложении Энтони. С Дженни и Майлзом у нее не было возможности поразмыслить о себе.

Любила ли она Энтони? В его обществе она чувствовала себя свободно, он о ней заботился и полностью понимал, что было большой редкостью. Кроме всего прочего, он был привлекателен.

Но выйти за него замуж? Об этом она как-то не думала.

В тот же вечер в половине одиннадцатого Лия зашла в спальню Дженни.

Та сидела в постели, жевала яблоко и смотрела программу по переносному телевизору. Дженни расчесала блестящие волосы и с учетом всех обстоятельств выглядела отлично.

Лия присела на кровать и взяла Дженни за руку.

– Привет, Лия. Мне вроде намного лучше.

– Это заметно. Хочешь сегодня переночевать у меня в комнате?

– Нет. Мне и тут неплохо.

– Точно?

Дженни широко улыбнулась.

– Сто процентов.

– Дженни, я тобой горжусь, – тепло ответила Лия. – Ты знаешь, где я. Спокойной ночи и сладких снов.

Она встала.

– Лия? – Дженни взяла ее за руку и притянула к себе. – Ты самая лучшая подруга на свете. Как ты мне помогла в последнее время. Большое спасибо. Я тебя люблю.

Дженни обняла Лию и прижала к себе.

– И я тебя люблю. С Новым годом, дорогая.

– Да, с Новым годом. Желаю тебе всего самого лучшего. Просто помни, кто ты, и все будет хорошо.

Когда Лия выходила из комнаты, Дженни помахала ей рукой.

– Прощай, – прошептала сквозь слезы она.

В девять утра Лия с дымящейся кружкой кофе вошла в спальню Дженни.

Она еще не успела ничего увидеть, но сильный запах спиртного подсказал ей, что случилось худшее. Лия включила свет и подошла к неподвижному бледному телу. Прежде чем проверить пульс, она убрала с одеяла пустые бутылки из-под бурбона и упаковки от валиума.

Лия обняла Дженни и, крепко прижав к себе, заплакала.

– Дженни, дорогая Дженни…