Ровно через неделю в сотрясающейся от музыки квартире негде было упасть яблоку.

Дженни держала стакан с колой и, улыбаясь, смотрела влюбленными глазами на арабского принца. В прошлый четверг, когда она позвонила в Мехико и сообщила, что Рану в городе, Лия облегченно вздохнула. Это была поддержка, в которой больше всего нуждалась подруга. Рану даже предложил свой самолет, чтобы доставить ее в Палм-Спрингс в понедельник утром.

Лия стояла в толпе незнакомых ей людей: в основном здесь были модели и фотографы, художники и дизайнеры, сливки нью-йоркской модной тусовки.

Тем не менее кто такая Лия знали все. Вопросы задавали одни и те же: как дела у Карло? Правда ли, что ей заплатили полмиллиона за контракт с косметической фирмой «Шаваль»? Когда она прилетела в Нью-Йорк?

Лия тяжело вздохнула. Может, сказывалась усталость, но у нее совсем не было настроения для светских бесед. Она вышла из гостиной и направилась в ванную, желая на минутку уединиться. Лия закрыла за собой дверь и уставилась на отражение в зеркале. «Самое дорогое лицо в мире» – такой заголовок появился в прессе на прошлой неделе, когда журналисты узнали о сумме, которую ей заплатили за контракт с косметической фирмой.

Она часто не могла совместить лицо со своей сущностью, своим внутренним «я». Первое было известно всему миру, на последнее… ну, никто даже не удосужился взглянуть. Да и кому это было интересно?

Лия подперла лицо руками. Как было бы здорово провести день там, где тебя никто не знает, и встретить человека, который понятия не имеет, кто ты такая.

Лия причесалась и подумала, придет ли сегодня Бретт. Прометавшись всю неделю взад-вперед, она решила дать ему возможность оправдаться. Как и договорились, она оставила сообщение Пэт из «Купер индастриз» с приглашением на вечеринку, указав адрес.

Она вдруг поняла, что увиливает от обязанностей хозяйки. Лия неохотно вышла из ванной, открыла дверь спальни в коридор и сразу же столкнулась с высоким темноволосым пожилым мужчиной.

– Извините, – пробормотала она.

– О, не беспокойтесь. Я как раз вас искал.

– Вот как? – устало, с неохотой спросила она.

– Да. Меня зовут Энтони Ван Шиле.

Если он считал, что имя должно было ей о чем-то сказать, то мужчина ошибался.

– Очень приятно.

– В общем, вы работаете на меня.

– Да?

Лия ничего не поняла.

Он улыбнулся, озорно блеснув глазами.

– Да. Я владелец «Шаваль косметикс»… И прочего.

– О боже. Прошу прощения. Я и понятия не имела.

Лия смутилась.

– Ничего страшного. Большинство работающих на меня людей тоже не имеют понятия. Компанию я приобрел всего лишь несколько месяцев назад и считаю, что нет ничего хуже «новой метлы», которая вмешивается в устоявшийся порядок.

Своей раскованностью, которая в Нью-Йорке, по-видимому, была большой редкостью, Лие он сразу понравился.

– Рада познакомиться с вами, мистер Ван Шиле.

– Взаимно. Позвольте мне пригласить вас на ужин, чтобы отпраздновать наше сотрудничество.

Отказать Лия не могла.

– С удовольствием.

– Вот и чудесно. В среду в восемь жду вас в «Дельмонико». Вам удобно? – Лия кивнула. – Отлично. Мне нужно идти, но надеюсь на скорую встречу. До свидания, мисс Томпсон.

Он чинно поклонился и направился к выходу.

В дверях он столкнулся с Бреттом, который зашел и сразу направился к Лие.

– Здравствуй, Лия. – Он расцеловал ее в обе щеки и предложил бутылку шампанского, которую принес с собой. – С новосельем!

– Спасибо, Бретт. Проходи, я сейчас тебя угощу. Пива?

– Здорово. Да у вас тут настоящий бал. Ты что, знаешь всех этих людей? – удивленно прошептал Бретт.

– Нет, – хихикнула Лия. – К несчастью, они все знают меня.

– Ты, оказывается, довольно известна. Даже мой отец позавидовал, когда я сообщил, что иду на вечеринку к Лие Томпсон.

– Ну, раз ты пришел и притащил шампанское, сделаю исключение и налью себе бокал. Выпьем за британцев.

С громким хлопком выскочила пробка. Лия вскрикнула.

Она вдруг почувствовала себя на седьмом небе от счастья, и ей захотелось пококетничать.

– За британцев!

Она подняла бокал.

– За нас, – ответил он.

Они перешли в гостиную, где ревела аппаратура и звучала песня Satisfaction. Бретт схватил Лию за руку.

– Потанцуем? Мне нравится эта песня!

Они присоединились к толпе, топавшей и кричавшей на импровизированном танцполе в центре комнаты. Когда песня закончилась, Бретт подхватил Лию на руки и закружил.

– Боже, как я счастлив, – сказал он, опуская ее на пол.

– Я тоже, – просияла Лия.

И она не кривила душой. Как только Бретт вошел в квартиру, она ожила. Все чувства обострились, и мир вдруг стал казаться самым чудесным местом. Музыка Rolling Stones сменилась мелодиями Лайонела Ричи, и темп замедлился. Бретт обнял Лию, и она удобно устроилась у него в объятиях.

Их уют нарушила Дженни.

– Милая, Рану пригласил меня к себе. Ты обойдешься без меня?

Лия раздраженно повернулась к нарушительнице идиллии.

– Конечно. Дженни, это Бретт.

Дженни и Бретт пожали друг другу руки.

– Бретт, это Рану.

– Привет, Бретт, как поживаешь? – Рану повернулся к Дженни. – Мы уже знакомы. Вместе учились в Итоне. Он на шесть лет моложе.

Бретт кивнул.

– Да. Я, как младший, оказывал Рану услуги какой-то семестр. Ему трудно угодить.

Хотя Бретт шутил, Лия заметила в его глазах очевидную неприязнь.

– Вернусь из Палм-Спрингс, соберемся и сходим куда-нибудь поужинать, – предложила Дженни. – Пока, Бретт, пока, Лия. До завтра.

Она подмигнула подруге, пока Рану уводил ее из гостиной.

Бретт покачал головой.

– Неужели Дженни серьезно увлеклась Рану? Он тот еще придурок, хотя денег у него навалом. В Итоне его не любили.

– Боюсь, что увлеклась, – подтвердила Лия. – Но не беспокойся, Дженни умеет за себя постоять, – добавила она с убежденностью, которой не чувствовала.

Остаток вечера Лия играла роль хозяйки, предлагая напитки, переходя от группы к группе и знакомясь с элитой мира моды Нью-Йорка. Бретт сопровождал ее и откровенно скучал. Уединиться с ней не получалось даже на пару минут.

Но постепенно из квартиры выплыли последние завзятые тусовщики, оставив Лию и Бретта в центре полной разрухи.

– О боже, – застонала Лия, оглядывая бутылки, бокалы и переполненные пепельницы, в беспорядке разбросанные по гостиной. Она рухнула на диван. – У меня нет сил.

– Держись. Я тебе помогу. Уборка не займет много времени, стоит только начать. – Бретт поставил Лию на ноги. – А не уберешь сейчас, придется мыть завтра утром.

Весь следующий час они вдвоем усердно приводили квартиру в божеский вид. Когда Лия снова плюхнулась на диван, уже светало.

– Кофе? – предложил Бретт.

– Мм. Пожалуй.

Лия закрыла глаза.

Бретт принес пару дымящихся чашек кофе и сел перед Лией на пол.

– Давай, соня. До спальни тебя мне не дотащить, тяжеловато. Пей кофе. Я разожгу камин. Здесь холодно.

Лия с усилием открыла глаза и принялась наблюдать за тем, как Бретт включает старинный газовый камин. По ее телу пробежала дрожь: она вдруг поняла, что впервые за очень долгое время они остались наедине.

Лия медленно потягивала кофе.

– Люблю нью-йоркские рассветы. За последнюю неделю наблюдал их несколько раз. Мне почему-то не спалось, – размышлял Бретт, когда камин ожил.

Он устроился на ковре из большой овечьей шкуры, купленном Лией утром, и посмотрел через балконные окна на горизонт.

Кофе они допили в тишине, предвкушение неизвестного остановило все разговоры.

Лия поставила пустую чашку на пол. Убрать руку она не успела, Бретт перехватил ее и крепко сжал. Он заглянул Лие в глаза и поцеловал.

Она охотно открыла ему губы, и он заключил ее в объятия.

Все ее тело восторженно затрепетало. Она ахнула, когда губы Бретта коснулись ее шеи, и он осторожно опустил Лию на ковер из овчины. Бретт приподнялся, и его рука зависла над пуговицами ее черного топа.

– Можно? – спросил он.

Лия застенчиво кивнула, и Бретт с благоговением расстегнул каждую жемчужную пуговку, пока одежда не слетела прочь.

– Лия, ты такая красивая, очень красивая.

Лия лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь новыми обуревавшими ее чувствами, но знала, что пора принять решение.

Она так долго хранила невинность, что та стала почти священной.

И только теперь поняла почему. Она ждала Бретта.

Наверное, Бретт почувствовал ее мысли. Он перестал ее целовать и посмотрел прямо в глаза.

– Я хочу… очень хочу заняться с тобой любовью.

Он говорил это нежно, и она увидела искренность в его глазах.

Она кивнула, собираясь сказать ему, что он будет у нее первым, но постеснялась. Казалось вполне естественным, что они сольются в единое целое. Она знала, что всегда ждала только его, никто другой не смог бы принести ей счастья. Ощущения и эмоции Лии слились в единый поток и выплеснулись чистой радостью.

Потом она уютно лежала в его объятиях на ковре перед камином, глядя в окна на лиловый рассвет. Сегодня она нашла ключ к своему будущему. Бретт был ее второй половинкой, недостающей частью души.

Бретт тоже это чувствовал. Сколько бы он ни боролся с собой, глядя на Лию, он понимал, что любить ее было предназначено судьбой. И знал, что с сегодняшнего дня эта любовь будет править его жизнью.

Погрузившись в размышления, они лежали рядом, четко зная, что встретили свою судьбу.