Головорезы Чапы Вангвы развязали веревки на запястьях и лодыжках Софи Торнадо, притягивавшие ее к деревянной раме. Она могла бы убить их обоих. Мимо проехал человек на кинжалозубой кошке. Она могла бы убить и его, а потом ускакать на животном.

Вместо того она скромненько постояла, после чего пошла вместе с остальными через лагерь гибельных к Равнинному Бродяге. Эти пауки умная ловушка. Может быть, ей удастся сорвать коробку с шеи раньше, чем они укусят. Может быть, ее тело, измененное благодаря тренировкам оуслы и мясу животных силы, устойчиво к воздействию их яда. Или, может быть, если она что-нибудь предпримет, то закончит на земле, со сломанной челюстью, ногами и спиной.

Воины Гибельных Земель, их повара, слуги и все остальные едва удостаивали пленников, даже Чоголизу Землетрясение, второго взгляда. Дальше впереди, на Равнинном Бродяге, Софи видела в клетке белого медведя и других крупных животных, которых не узнавала.

Не нужно быть гением, чтобы сложить части в общую картину. Гибельные, по крайней мере эта их группа, прочесывала Океан Травы, вероятно, заходя и за его пределы, в поисках интересных людей и животных, чтобы отвезти их в Гибельные Земли. Они схватили оуслу и племя вута не потому, что охотились за ними специально, а потому что наткнулись на них и признали интересными. Гибельные как будто выбрались на охоту на оленей, а оусла и оказалась этими оленями. Как унизительно.

Она показала бы им, что они не олени. Она показала бы им, что оуслу нельзя хватать и везти куда-то против их воли. Но как? Она перехватила взгляд Йоки Чоппы, подняла брови и склонила голову набок, словно спрашивая: «Сдернуть мне с шеи эту ловушку, рискуя быть укушенной?»

Он качнул головой, едва заметно, очень медленно, примерно так же выразительно, как и всегда. Она доверяла его суждениям. Она дождется подходящего момента.

– Идите сюда! Те, которые сзади, идите все сюда! – заорал Чапа Вангва, когда они подошли к боку Равнинного Бродяги. – Ты, которая сражалась с Раппой Хогой, по крайней мере пыталась. Ха! Ха! Да, это было смешно! – Он возвысил голос, чтобы его слышали все в радиусе сотни шагов. – Большинство из вас это пропустили! Раппа Хога побил ее, словно ребенка. Иди сюда, вперед, девочка-воительница. Как тебя зовут?

Оусла и вута расступились, чтобы дать ей дорогу, однако Софи Торнадо не собиралась исполнять приказы ухмыляющегося психопата, если, конечно, он не ее император (но Залтан, может, и был психопатом, однако никогда не ухмылялся). Она стояла, глядя ему в глаза.

Ухмылка Чапы Вангвы сделалась только шире.

– Э, да ты, похоже, рассердилась, бедная девочка. Ты! – он указал на Гуннхильд Кристолюбку. – Должно быть, у тебя есть что сказать о злости?

– «Злость – матерь храбрости», – произнесла Гуннхильд громко и ясно.

– Нет! Это не то, что мне нужно. Скажи, что злость – это плохо, а не хорошо.

Гуннхильд пожала плечами.

– Извини, это все, что я знаю.

– Неважно. Ты, драчливая девчонка, подойди сюда.

– Софи, – зашептала Ситси Пустельга. – Прошу, сделай, как он хочет. Наше время еще придет, и ты будешь нужна нам, когда оно придет. «Злость как змея. Если держаться за нее, она ужалит».

Софи подошла к Чапе Вангве, почти улыбаясь, потому что амбициозная Ситси только что доказала этой женщине грибоедов, что не только она способна выдавать походящие к случаю прописные истины.

– Хорошо, хорошо! Итак, как тебя зовут?

– Софи Торнадо.

– Софи Торнадо. Изумительно. Так вот, Софи Торнадо, можешь первой подняться на Равнинного Бродягу.

Софи вздохнула и запрыгнула на лестницу. А что еще ей оставалось, с пауками-то на шее?

Сасса Губожуйка вслед за оуслой и племенем вута, в том числе и енотами Оттара, поднялась на Равнинного Бродягу. Последним был Толстый Волк. Командирша оуслы поднялась первой, значит, вождь вута должен быть замыкающим. Это было не главное и не сказать, чтобы особо важное. Просто очередной пример того, что Волк знает, как нужно поступать, и поступает.

Она была горда и довольна тем, что носит его ребенка. Во всяком случае, так она надеялась. Ее тошнило этим утром и предыдущим утром тоже. Сначала она списала это на плохую рыбу: странного вида рыбину поймал Бьярни, а Ситси Пустельга заверила, что она съедобная. Однако никого, кроме нее, не стошнило, и на следующее утро Сассе снова было плохо.

Получается, она беременна.

Она была в восторге и ужасе. Достаточно того, что они просто шли в неведомое, но теперь их еще и взяли в плен эти страшные люди, и у нее на шее сидит пара смертоносных пауков, которые могут укусить в любой момент… какое же будущее ждет крошечную личность, которая борется за жизнь внутри нее? Одно было ясно наверняка. Она сделает все возможное, чтобы остаться в живых и произвести на свет его или ее.

Она поднималась по лестнице, видя перед собой крепкие ягодицы Тайри Древоног. На нижнем ярусе стояли клетки с животными: медведи, львы и множество других. Она притормозила, заметив белого медведя, зверя, которого никогда не видела раньше, но о нем часто упоминалось в истории о том, как их предки путешествовали из старого мира.

– Поторопитесь там! – крикнул снизу Чапа Вангва. – Мы уже отправляемся!

Лестница вела на широкую деревянную платформу на уровне самой высокой крыши в Трудах. Сасса пролезла в отверстие в боковом ограждении и снова остановилась, изумленная.

Сасса никогда не видела корабля, зато видела лодки и слышала достаточно саг, чтобы понять: это сооружение подобно огромной лодке – кораблю, – и она сейчас стоит на верхней палубе. Это был обшитый досками, сужавшийся с одного конца прямоугольник более семидесяти шагов в длину и пятнадцати шагов в ширину, а в узком конце, на носу, было шага три. По внешнему периметру тянулось ограждение, и гибельные велели кальнианцам и вута найти себе места, чтобы сесть рядом с ним.

На сужавшемся конце сидели, скрестив ноги и повернувшись к ним спиной, шесть лысых детей. Рядом было еще четыре человека, которые смотрели на вновь прибывших широко раскрытыми глазами. Широко раскрытыми и навыкате, как оказалось, когда Сасса пригляделась. Радужные оболочки у всех были выпучены. Выглядели они странно, но и эти люди, и лысые дети были еще не самыми странными существами на верхней палубе Равнинного Бродяги.

На корме, привалившись к ограждению, сидело новое чудовище. Оно походило на человека, только полностью заросшего черным мехом с рыжеватым отливом, и размерами превосходило даже Чоголизу Землетрясение. Существо держало себя за пальцы ног, морща лоб, явно безучастное ко всему вокруг.

– Быстрее, рассаживайтесь вдоль ограждения! – крикнул один из гибельных. – Мы вот-вот двинемся!

Неужели он всерьез, что эта громадная постройка собирается сдвинуться с места? Не может быть.

– Давайте, садитесь! Куда хотите, только подальше от сквотча.

– От сквотча? – переспросил Волк.

– Волосатый великан на корме. Держитесь подальше от этих длинных рук, если не ищете быстрой смерти.

Волк усадил Сассу рядом с четырьмя странными людьми, трое мужчин и одна женщина, которые кивнули, приветствуя их, когда они сели. Выглядели они не особо счастливыми, что, вероятно, соответствовало действительности. У них на шеях тоже висели коробки с пауками.

– А вы, – начала Сасса, стараясь не пялиться на их выпученные глаза, – откуда…

Ее прервал Волк, опустив руку ей на плечо и кивнув на запад.

Там поднялась неимоверная стая кучных голубей, заслонив собой добрую часть небосвода. Сасса вспомнила, как кучные голуби однажды пролетали над Трудами, и после них все осталось покрыто слоем помета. Она догадалась, что стая, должно быть, освобождает дорогу, если Равнинный Бродяга действительно собирается двигаться.

А затем палуба дрогнула. Сасса схватилась за ограждение. Она ощутила волну тошноты и животного ужаса, когда вся палуба Равнинного Бродяги, скрежеща, словно лес в бурю, поднялась. Она поглядела на Волка.

Он подмигнул.

– Кажется, поехали.

Скрежет усилился, нос задрался еще сильнее, еще один толчок, и показалось, что они движутся в пространстве. Сасса поглядела вниз, на равнину. Вся конструкция плыла над травой, следуя за стаей кучных голубей.

– Но как… – недоумевала она.

– Поразительно, правда? – сказал один из странных людей, и его глаза выпучились еще сильнее. – По сути это громадные сани, ничего больше, но все равно поразительно.

– А эти голуби…

– Они тянут нас, это верно. Каждый голубь привязан к Равнинному Бродяге нитью шелка от паука биба, такой же мерзкой мелкой твари, как те, что у нас на шеях. Каждый вечер голуби расклевывают свои нити и улетают кормиться. А когда возвращаются, несметные полчища пауков биба ткут всю ночь, заново привязывая голубей к Равнинному Бродяге.

– Какие сговорчивые пауки, – заметил Волк.

– Это все Пустые Дети, вон те безволосые существа, – пояснил незнакомец. – Они управляют животными. Я не знаю, как. Тут же не только пауки и голуби. Заднюю часть Бродяги поддерживает стадо бизонов. Я не приверженец гибельных, однако это их творение поистине выдающееся.

– А как оно преодолевает реки? – спросила Сасса, глядя на равнину. Они теперь двигались, по ее ощущениям, не быстрее бегущего бизона. Несмотря на жуткие намеки Чапы Вангвы, это уже казалось куда лучшим способом пересечь Океан Травы, чем на своих двоих.

– Надуваются пузыри, привязанные к бизонам и к основанию конструкции, – продолжал незнакомец. – Бизоны плывут, голуби летят, и все это благополучно переправляется. Но хватит уже о Равнинном Бродяге. Кто вы такие, куда направлялись, когда эти гады вас схватили?

– А я как раз собирался спросить вас о том же, – произнес Волк.

– Я спросил первым! – обходительно улыбнулся его собеседник.

– Ладно, скажи, как вас зовут, и я расскажу тебе нашу историю.

– По рукам. Я Оветс. Он Волекс, она Сандея и еще Клоган. – Все его пучеглазые друзья улыбнулись и кивнули, когда их представляли. – Все мы из племени лупоглазов.

– Ну, это понятно.

– В каком смысле?

– Лупоглазы, потому что… – Сасса забавлялась замешательством Волка.

– Мы называемся в честь бога. Разве может быть иная причина?

– Мне…

– Я понял, чего ты хочешь. Пытаешься выведать нашу историю раньше, чем расскажешь свою! – Оветс хихикнул. – Нет уж, твоя история вперед. Уговор есть уговор.

– Да ты видишь меня насквозь. – Волк тоже хмыкнул. – Примерно сто лет назад наши предки прибыли из-за Бурного Соленого Моря…

Волк с Сассой рассказали лупоглазам историю трудяг и то, как они стали племенем вута. Когда они дошли до части о Лугах, Оветс перебил.

– Луга в Пустыне, Откуда Не Выходят?

– Да, за Сияющими горами, по-видимому, и…

– Не ходите туда. – Первый раз за все время Оветс казался серьезным, даже испуганным. Его соплеменники глядели так же.

– Почему? – спросила Сасса.

– Земли племени лупоглазов находились к западу от Сияющих гор, в Пустыне, Откуда Не Выходят, – пояснил Оветс.

– Находились? – переспросила Сасса, ощутив волну страха.

– Мы последние четверо из пламени лупоглазов. Все остальные мертвы.

– Как так?

– Все началось с зимнего паводка, еще до того, как растаял снег, когда никаких паводков не бывает. Затем последовал камнепад, несколько торнадо, еще один камнепад, новые наводнения, – он покачал головой, и его выпученные глаза наполнились слезами. – Мы научились жить с этим бедствиями, обходить опасные места, подыскивать укрытия. Но потом стали приходить чудовища.

– Чудовища?

– Гигантские осы и визжащие летучие твари с когтями, как у кинжалозубых кошек. Они теперь повсюду на дальней оконечности Сияющих гор, но мы слышали и о том, что гораздо хуже – чудовища еще крупнее и злее, бедствия еще разрушительнее. Мы находились под защитой гор, далеко-далеко от Лугов. Но, говорят, чем ближе к Лугам, тем хуже.

– А насколько далеко от Лугов земли лупоглазов? – спросил Волк.

– Примерно в пяти сотнях миль.

Волк поглядел на Сассу.

– Но в конце концов нас прикончило другое племя. Двигаясь на восток, они захватили наши земли и приказали нам убираться. Их было больше, и вооружены они были лучше. Мы покинули свои убежища и направились на восток. Только мы четверо сумели перейти через Сияющие горы. Всех остальных перебили сквотчи. – Он указал на волосатое человекоподобное существо на корме Равнинного Бродяги. – Это сквотч, но он, должно быть, какой-то урод, слишком слабый или глупый, раз гибельные схватили его. Остальные же жуткие, злобные, могучие… и они слишком умные, чтобы называть их животными. Они чудовища.

Оветс взял руки Сассы в свои и перевел взгляд выпученных глаз с нее на Волка.

– Умоляю, если гибельные отпустят вас, или вам удастся сбежать, пообещайте, что вы вернетесь на восток и не станете даже пытаться попасть в Луга. Если вы каким-то чудом минуете сквотчей в Сияющих горах, вас убьют в тот же день, когда вы доберетесь до Пустыни, Откуда Не Выходят.

– Не стоит беспокоиться из-за Пустыни, Откуда Не Выходят, – произнес голос гибельного.

Сасса подняла глаза. Ухмыляющийся Чапа Вангва стоял, упираясь руками в бока.

– Почему же? – спросил Волк.

– Потому что все вы умрете в Гибельных Землях! Ха-ха-ха!