ОЛИВИЯ

Глава 29

Снова оказаться на корабле было куда тяжелее, чем в прошлый раз. Без Амары, которая могла бы меня утешить, я сидела, съёжившись, под палубой, замёрзшая и испуганная. Рядом со мной спали шлюхи, к которым приходили мужчины, но Романа я не видела несколько дней.

Однако корабль быстро рассекал волны. Его вперёд гнали люди, мечтавшие поскорее вернуться к своим жёнам и семьям — если они у них были, — или просто сбежать от кровавого безумия войны. В отличие от пути на север, мы больше не останавливали и не брали на таран встречные корабли. Мы лишь неуклонно держали курс, миновали Гибралтарский пролив и направились на северо-восток, к берегам Латинской Италии²⁷.

На палубе снова установили роскошный шатёр для развлечений императора — такой же, как и прежде.

Наконец, когда после очередного приступа морской болезни я без сил лежала на своём месте, а сердце разрывалось от тоски по Амаре и Роману, знакомые руки ласково коснулись моего лица. Огромное тело Романа опустилось рядом.

От него пахло морем и его собственным, таким родным мужским запахом, мгновенно пробуждая мои чувства.

— Прости меня, любимая. Я не мог вырваться от императора раньше. Он следил за мной, словно орёл за добычей.

Я вздрогнула.

Стоит ли рассказать ему, что Марселиус шпионил за нами в ту ночь перед отплытием? С тех пор мне так и не представилось случая поговорить с Романом — всё время ушло на подготовку к отъезду.

Закинув ногу ему на бедро, я с восторгом почувствовала, как его член зашевелился под набедренной повязкой.

— Ты пришёл утешить меня… так, как умеешь только ты? — Я провела ладонью по его растущей эрекции сквозь льняную ткань.

Роман тихо простонал.

— Если бы только я мог украсть хоть немного времени для этого. У меня есть всего несколько мгновений, прежде чем император снова начнёт меня искать.

— Почему он так пристально за тобой следит? — нахмурилась я.

— Хотел бы я знать. — Роман крепче прижал меня к себе. — Честно говоря, меня это начинает тревожить. Он и Марселиус проводят слишком много времени вместе в его личных покоях. И я не думаю, что они просто делят между собой какую-нибудь шлюху. Мне кажется, они что-то замышляют.

Я задумчиво прикусила губу.

— Помнишь нашу последнюю ночь в Каледонии, когда ты пришёл попросить у меня прощения?

— Помню. А что? — Роман слегка качнул бёдрами, и его напряжённый член прижался к моему животу, посылая по моим бёдрам волну сладкой дрожи.

— После того как ты ушёл, я застала Марселиуса возле нашей палатки. Он шпионил за нами.

Его возбуждение тут же начало угасать.

— Почему ты не сказала мне раньше?

— О, не потому ли, что перед отплытием меня держали вместе со шлюхами, а ты с утра до ночи был занят своими обязанностями центуриона?

Роман тяжело вздохнул.

— Верно. Прости. Но что именно он сказал?

— Он заявил, что услышал кое-что, что может ему пригодиться. Я так и не поняла, действительно ли он что-то узнал или просто пытался вывести меня из себя.

Я медленно провела пальцами по пульсирующей жилке на его сильной шее.

— Не припоминаю, чтобы мы сказали что-то, чем можно было бы воспользоваться. — Роман нахмурился.

— Я тоже… Разве что ты говорил о том, что отправишь меня искать священные писания.

Морщина между его бровями стала ещё глубже.

— Это могло заставить его заинтересоваться нами, но вряд ли настолько, чтобы вызвать настоящие подозрения. Что же он задумал?

Роман сел и провёл рукой по волосам, которые за это время заметно отросли и стали непослушными.

— Послушай, Оливия. Мне нужно кое-что тебе отдать. Если Северус и Марселиус действительно что-то замышляют, я хочу, чтобы это было в безопасности.

Он достал из-под своей набедренной повязки кинжал с чёрной рукоятью.

Я широко раскрыла глаза.

Он был точь-в-точь как тот кинжал, что уже был у меня. Лезвие едва заметно светилось, хотя далеко не так ярко, как в ту полную луну, когда я оказалась в Риме.

Роман осторожно вложил кинжал мне в руки и внимательно посмотрел в глаза.

— Мне нужно, чтобы ты сохранила этот кинжал.

— Ничего не случится, Роман. Мы ведь возвращаемся в Рим. Это всё же лучше, чем поле боя.

— Знаю. Но после того, что ты рассказала о Марселиусе, я должен быть уверен, что кинжал спрятан и находится в безопасности.

Я кивнула и убрала его туда же, где уже лежал мой.

Роман пристально посмотрел на меня.

— Мне нужно вернуться на палубу. Северус как раз заканчивает со своей шлюхой и в любую минуту выйдет из шатра искать меня. Я буду настороже и постараюсь выяснить, что они замышляют.

После короткого поцелуя в губы он поспешно покинул каюту.

По моим венам разлилось тревожное предчувствие. С тех пор как я застала Марселиуса за шпионажем возле нашей палатки, меня не покидало беспокойство. Но теперь, когда я узнала, что император буквально не спускает глаз с Романа, меня накрыла настоящая паническая атака. Я металась по своей тесной каюте, пока не натёрла ноги до волдырей. Когда пришло время спать, я легла на свою постель, но всю ночь лишь ворочалась, прислушиваясь к стонам и похотливым вздохам шлюх и приходивших к ним солдат.

До самого конца путешествия я больше не видела Романа, и моя тревога становилась всё сильнее. При каждом удобном случае я тайком поднималась на палубу, надеясь хоть мельком увидеть его. Лишь когда замечала, как он отрабатывает боевые упражнения на качающейся палубе, моё сердце ненадолго успокаивалось. После этого я снова возвращалась в своё убогое убежище под лестницей — в тёмные, кишащие крысами помещения, отведённые для женщин.

Когда мы наконец причалили к берегам Италии, угрюмый стражник поспешно вывел меня наверх, провёл через палубу и спустил по сходням²⁸.

В то же самое время по передним сходням спускался Роман. Он выглядел таким же измученным, как и я. Даже его плечи поникли и ссутулились. Сейчас он совсем не походил на того могучего воина, которого я знала.

Едва мои ноги коснулись земли, я стала проталкиваться сквозь толпу к Роману. К чёрту все правила и запреты.

Наши взгляды встретились, и он широко раскрыл мне объятия.

В тот же миг к нему сзади подскочили несколько вооружённых стражников. Они схватили его за руки и заломили их за спину.

Роман яростно вырывался, пытаясь освободиться.

— Что всё это значит? Уберите от меня свои грязные руки!

Из толпы вышел император. Он приблизился к Роману своей мелкой, почти женственной походкой.

— Роман, Роман, кровавый ублюдок, — произнёс он. — Ты обвиняешься в государственной измене. До меня дошли сведения, что и ты, и твоя ведьма являетесь шпионами.

Я зажала рот рукой, пытаясь сдержать потрясённый вздох.

— Что? Это нелепо. Я живу ради вас и служу вам, мой государь, — произнёс Роман.

Жилы на его шее вздулись, а лицо покрылось багровыми пятнами. Он отчаянно искал меня взглядом.

— Оливия.

Я попыталась прорваться к нему, но двое стражников схватили меня за руки и грубо заломили их за спину.

— Роман! — закричала я. — Роман!

Я в ужасе смотрела, как стражники защёлкнули кандалы на его запястьях и повели прочь.

— Нет! — закричала я. — Отпустите меня, ублюдки!

Повсюду толпились люди, жаждущие увидеть разворачивающуюся на их глазах драму.

Над гулом толпы раздался голос Марселиуса:

— Отпустите эту суку.

Стражники разжали хватку.

Я стремительно бросилась к Марселиусу и с силой толкнула его.

Он пошатнулся, но устоял на ногах.

— Я был бы на твоём месте поосторожнее, — усмехнулся он. — Меня повышают. И теперь именно я пользуюсь особым доверием Северуса.

По моей коже пробежал холод страха.

— Мне плевать, какими привилегиями ты пользуешься. Всё, что ты наговорил императору, — ложь. Всё до единого слова.

Марселиус мерзко ухмыльнулся.

— Неужели? Я всего лишь повторил то, что услышал в вашей палатке. А выводы император сделал уже сам.

В панике я принялась искать взглядом Романа.

Вдали я едва различала его удаляющуюся спину.

— Роман! — снова закричала я.

Марселиус схватил меня сзади и зажал рот своей вонючей ладонью. Наклонившись к самому моему уху, он прошипел:

— Я понял, что ты шпионка и предательница, в ту же секунду, как увидел тебя.

Я резко отвела руку назад, пытаясь схватить его за яйца. Но сил почти не осталось, движения были слишком медленными, и Марселиус успел увернуться.

— Не переживай. У тебя ещё будет возможность до них добраться.

Я резко повернула голову и плюнула.

Слюна попала лишь ему на плечо.

— Я прикоснусь к твоим яйцам только для того, чтобы отрезать их, — прорычала я.

Он грубо схватил меня за плечо и толкнул вперёд.

— Пошли. Моя колесница уже ждёт.

— Что? Зачем? Куда ты меня тащишь?

Ледяной страх сковал всё моё тело.

— В мои покои, разумеется. Видишь ли, дорогая, ты теперь официально шпионка. Но мне удалось договориться с императором, и он разрешил мне забрать тебя себе. Я всегда мечтал трахнуть рыжую. Теперь, когда Роман больше не стоит на пути, наконец-то настанет и моя очередь.

Во мне вспыхнула ярость. Собрав последние силы, я с размаху ударила Марселиуса ногой в живот.

Он вцепился мне в волосы и ударил кулаком по лицу.