Старая водяная мельница на отшибе Тридевятого царства выглядела как декорация к постапокалипсису. Это был «лофт» в стиле «гнилое дерево и безысходность». Маленький домик официально числился в списках под снос еще со времен воцарения Горохова, но до сих пор держится на честном слове и магических соплях. Крыша, латанная дырявым брезентом, во время ливней превращала интерьер в филиал аквапарка, отчего половицы не просто гнили — они вели свою суверенную биологическую жизнь.

Внутри пахло тиной, сыростью и нереализованными амбициями. На колченогом столе в дешевом подсвечнике оплывала одинокая свеча, чей воск за десятилетия въелся в древесину на молекулярном уровне.

Водовик Водяник Водянович, для друзей просто Водян, вошел в хижину, швырнул охапку сырых дров у камина и с тяжелым вздохом рухнул на стул.

Он открыл свой старенький ноутбук «Береста-Air» и зашел в «Болотограмм 3/9».

Его профиль был образцом искренности в мире фильтров и масок:

Водян глянул на счетчик активности и его глаза едва не вывалились из орбит, став размером с бейсбольные мячи.

— Триста пятьдесят комментов? Шестьсот семьдесят четыре дизлайка?! — он нервно клацнул по вкладке. — Да что со мной не так? Может, селфи в тине было лишним?

Он начал читать:

Водяной с горечью закрыл вкладку и тоскливо протянул:

— И где же теперь искать себе невесту?

Он снова набрал в поисковой строке «Знакомства Онлайн».

Через мгновение на экране появился сайт «Все как на подбор». ИП. Черноморский.

Водяной кликнул по ссылке. Сайт грузился вечность, выплевывая баннеры с рекламой молодильных яблок в кредит. Водян начал листать анкеты.

— Так, эта... — он поморщился. — Губы такие, что ими можно присосаться к борту корабля и остановить шторм. Зина из резиновой долины, честное слово.

Свайп влево.

— А у этой что? Грудь как два арбуза, которые ужалил рой бешеных шмелей. Срамота! — он в сердцах плюнул на экран и тут же вытер его рукавом рубашки.

Вдруг он замер. На экране появилась дама «40+» в латексном костюме медсестры. Она сидела в позе, нарушающей законы геометрии, и игриво помахивала розгами. Подпись гласила:

«Целительница со стажем. Излечу невзгоды. Встречи на твоей территории. Вп гарантирован (Вп- Взаимный перепихон)»

— Этому миру нужен экзорцист! — Водян с грохотом захлопнул крышку ноутбука. — Срочно! Целый батальон в рясах и с огнеметами!

Он откинулся на спинку стула, глядя в протекающий потолок.

— М-да... Помру в одиночестве. Почти красивый, но абсолютно ненужный. В старости даже стакан воды подать будет некому.

Он потянулся за гитарой. Пальцы привычно легли на струны, и по хижине поплыл меланхоличный бард-рок:

«Я Водяной, я Водяной...

В Болотограмме я изгой.

Я по жизни романтик и бард,

Но девчонки хотят миллиард.

Я стихи сочиняю в бреду,

И мелодию мимо веду,

Но душа моя чище росы,

А не ваши понты и часы...

Эх, жизнь моя — жестянка!

Да ну её в болото!

А мне любви... охота!»

В этот момент оконная рама с треском распахнулась, и на подоконник, грациозно помахивая хвостом, запрыгнул Котов — местный авторитет в вопросах выживания и стиля.

— Всё рефлексируешь, Водян? — Кот прищурился, оценивая масштаб разрухи.

— А что делать, Кот? Невест нет. На сайтах — либо боты, либо те, кому пора в лечебницу к Айболиту.

Котов спрыгнул на пол, брезгливо обходя лужу.

— Не хочу тебя абьюзить, дружище, но посмотри на свой «дизайн интерьера». Это не ретро, это катастрофа. Как ты сюда приличную девушку приведешь? На свидание в стиле «выживи или умри»?

Водян ударил по струнам, издав жалобный дребезг.

— Не начинай! Я жду реновации. Обещали квартиру в центре, в элитном ЖК «Три Шестнадцатых».

— Ага, — Кот цинично усмехнулся. — Жди. Наш Иван Царёв скорее тебе дырку от бублика подарит, чем ключи от недвижки. Кстати, о птичках...

Водяной замер, внимательно слушая.

— Если тебе реально приспичило остепениться, дуй на Тернистое болото. Там Царевна-лягушка открыла брачное агентство «Ква-Love». Говорят, у неё база данных — закачаешься. Красавицы, умницы, с приданым в виде заливных лугов.

Водян скептически хмыкнул:

— Кот, эти агентства — сплошной скам. Там одни аферистки, которые ищут, кого бы развести на алименты.

— Зря ты так. Вон, Кощеевич с Ягишной через них сошлись. У них теперь эта... как её... совместимость семьдесят процентов по шкале Рихтера! Живут душа в душу: он её золотом посыпает, она ему мухоморы маринует. Идиллия!

Водяной зашелся таким громким, булькающим смехом, что из щелей в полу испуганно выскочили мокрицы. Он буквально сполз со стула, хватаясь за бока в приступе истерики.

— Ха-ха-ха! Ой, не могу, Кот! Рассмешил до икоты! — Водян вытер выступившие слезы. — Вся округа слышит, как они «душа в душу» живут. Особенно когда Кощеевич носится по деревне за Ягишной с её же реактивной метлой наперевес. А всё почему? Потому что бабуля опять перебрала медовухи в компании богатырей и начала требовать у мужа ключи от иглы с его бессмертием! Это не брак, Кот, это шоу «Выжившие в Тридевятом».

Котов, ничуть не смутившись, извлек из кармана новенький «iБереста 15 Pro Max» и небрежно смахнул уведомление на светящемся экране.

— Семейная жизнь, дружище, — это тебе не крафтовый бард-рок на расстроенных струнах пиликать, — ответил Кот. — Бытовуха — штука суровая. Зато им будет что вспомнить в доме престарелых, если Кощеевич, конечно, туда когда-нибудь соберется. У них хотя бы страсть кипит, а у тебя только тина по колено.

— Да ерунда всё это, — буркнул Водяной, поправляя гитару. — Эти агентства — просто легальный способ выкачать последние гроши из отчаявшихся одиночек.

Кот замер, глядя в экран телефона, и его усы многозначительно дернулись.

— Слушай сюда, скептик. Ходят слухи, что у Царевны-лягушки рука легкая, как пух. Она полцарства сосватала, и конверсия там — закачаешься. Если она лично возьмется за твой фейс, то гарантия женитьбы — сто процентов. Даже с твоим «дизайнерским» ремонтом и амбре сырого подвала.

Водяной лишь скептически махнул рукой, демонстрируя полное недоверие к маркетинговым уловкам болотной бизнес-леди.

— Ладно, дело твоё, — Кот спрятал телефон и направился к выходу. — Что-то я засиделся в твоем филиале сырости. Пора бежать. Мне еще на завод к Луке Морьеву заскочить надо. У них там на главной линии опять золотая цепь лопнула, производство стоит, рабочие бастуют. Без кота-технолога, как обычно, никуда.

Котов вышел из хижины и зашагал по узкой, заросшей тропинке, ведущей в сторону промышленного сектора. Его ворчание доносилось до Водяного даже сквозь закрытую дверь:

— Кот нудный, видите ли... Умничает много... Бубнит, как старый дед на завалинке. А как только у кого-то магия заглючит или цепь порвется, так сразу: «Котов, выручай! Кот, дай совет! Кот, почини роутер!». Ничего без меня не могут, поколение зумеров сказочных...

Водяной отложил гитару в сторону. В хижине воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным «кап-кап» с протекающего брезента. Он задумчиво посмотрел на закрытую дверь, а потом окинул взглядом свои владения: гнилые поленья, воск на столе, одинокую кровать.

«А ведь Кот прав, — пронеслось у него в голове. — Терять мне особо нечего. По голове за визит не дадут, а вдруг... вдруг там и правда сидит та самая? Которая не будет спрашивать про баланс на карте и марку ковра-самолета?»

Водяной решительно поднялся и одним мощным выдохом задул свечу. Комната погрузилась в густой, пахнущий тиной сумрак.

— Всё, решено. Завтра с утра выдвигаюсь на Тернистое болото. В конце концов, я бард или кто? Пора написать новую главу. А сейчас — спать. Утро вечера мудренее, особенно если утро начинается не с дизлайков.