Глипты перешли из разряда грузчиков в наездников, чтобы доставить своих хозяев к выходу из пещеры, а потом переквалифицировались в боевую силу. Нападающих было много, навскидку тысячи три. Когда мы выбежали, бо́льшая часть виверн была уже в воздухе, они пикировали на врага, проделывая в серой массе мёртвые полосы. Когти на высокой скорости отлично разрывали плоть.

— Всем разведчикам подняться в воздух! — скомандовал я. — Глипты на стены! Первый и второй отряд на стены!

Сам я оседлал вожака нашей стаи сильного и гордого Маздара, которым собирался пользоваться до того, как Иней подрастёт. Взрослый виверн был первым претендентом на «трон» отца Сейдха, но в итоге папка спихнул его мне, чтобы не убивать.

Маздар, как я и обещал, получил власть и особое положение, потому вся стая координировалась быстрей, чем у экспедиционного корпуса. Они обменивались между собой короткими ментальными сообщениями, кто где находится, и кто куда собрался закладывать вираж. Это смотрелось жутковато, как слаженная работа улья, только здесь многотонные зверюги.

Взмыв в воздух, я получил хороший обзор на происходящее, Иней остался на малой высоте, помогая целителям. Противостоял нам широко известный в научных кругах РГО лесной народец древоточцев. Перед визитом сюда мы подготовились и выслушали о них доклад от Чечевичкина.

Ростом в метр-полтора, с пепельно-серой кожей и тёмными поперечными полосами, как у термитов, они обладали антропоморфным телосложением, как и пресловутые змееголовые. Только на этом их внешнее сходство заканчивалось. Массивная круглая голова с выступающими вперëд жвалами, на макушке по два коротких усика, глаза мутные, капельками торчат наружу, ступни раздвоены с дополнительной подушечкой мозоли для пружинистости, жилистые длинные до колен руки.

Всё это вкупе с огромной численностью позволяло им держать в страхе лесной ареал. Они здесь хозяева: деревья, дичь, всякая падаль, растения и даже подземная живность вроде личинок и червей входили во всеядный рацион. Мы заявились в их охотничьи угодья без приглашения, потому атака была остервенелой. Умирать древоточцы не боялись, а вот потерять драгоценные земли ещё как. У них по границам и так были медленно тлеющие межвидовые конфликты с другими племенами, а тут чужаки пробрались в самое сердце владений!

Руководил бешеным воинством 2.5-метровый вожак. Если честно, я видел монстров и пострашнее, но на фоне этих карликов он как белая ворона.

Слаженная работа разведчиков не оставила лесной братии никаких шансов — наездники на вивернах своё дело знали. Пока центр рвали на куски «холостые птички», безнаказанно залетая в толпу и вновь поднимаясь в небо, маги с воздуха шквалом разностихийных заклинаний уничтожили фланги.

Древоточцев разрывало на куски, сносило десятками, дождь из ветряных лезвий отсекал им конечности, лëд навсегда примораживал и ломал плоть, огонь обугливал кожу и нутро. До укреплений добралось от силы полтысячи тварей, но там их ждали наши камнекожие колоссы. Непробиваемая мускулистая мощь с острыми выдвижными лезвиями на руках.

Первый и второй отряд особо не вмешивались, ждали. Потратить силы всегда успеется. Правда, до Маркела это туго доходило — он с преогромнейшим удовольствием кромсал своими клинками древоточцев и порывался надрать зад их вожаку, но опоздал — какая-то случайная самка виверн оторвала бедолаге полтуловища и забросила подальше в лес.

Я увидел, как элементалист гневно махает в воздух всеми тринадцатью дополнительными руками. После смерти главного стая всë равно штурмовала форт, но безрезультатно. Центр через десять минут тоже подвергся магической атаке, и только тогда Мефодий со товарищи покинули стены, чтобы добить уцелевших.

«Похоже, это пристрелочный отряд, будут и ещë гости».

Параметр лидерство +1, повысился до (77/100)

Параметр организованность +1, повысился до (28/100)

В наших интересах, чтобы они сами сюда пëрли — так проще разделывать трупы и перетаскивать домой. Но в этом и минусы: повышается риск случайного прорыва в храм.

Мы быстро учились технологиям имперцев по захвату колоний, тем более что в моëм распоряжении сейчас были опытные исполнители. Они обладали нужными знаниями и навыками, а я разработал план, куда это всë приложить.

— Спускаемся, — велел я Маздару, когда острая фаза миновала.

Мы приземлились в месте, где гридни встали полукругом и со смешками наблюдали за боем древоточца и молодого виверна.

— Наваляй ему, Иней, кусай!

— В шею меть, в шею!

— У тебя же есть хвост, твою мать!

Вместо привычной крылатой тактики боя мой питомец выбрал сражение на земле, но свою способность летать использовал для быстрых манëвров и бросков всем телом. Разнообразие в рационе и усиленные харчи давали свои плоды: он подрос и мелкой козявкой уже не назовëшь, размером с матёрого сенбернара.

По росту виверн трудно судить, потому что у них длинная шея и такой же хвост для стабилизации. Вот я и описывал лишь тело, прибавьте к нему шею с головой и хвост и получится довольно крупное животное, способное носить на себе ребëнка.

Иней двигался быстрее древоточца и реакция у него несравнимо выше. Шея изгибалась под немыслимыми углами, путая врага. Тот только и делал, что махал верхними конечностями в попытке царапнуть или ухватиться, а там уже мощные жвалы без проблем откусят голову. Виверн это отлично понимал и не рисковал напрасно.

— Куда прëшь? Назад давай! — витязь из второго отряда оттолкнул щитом древоточца, когда монстр сдуру полез на людей.

Насекомоподобная тварь под смех гридней кубарем покатилась обратно, вскочила быстро на ноги и повернулась к ожидавшему Инею. Тот не воспользовался моментом и дело не в благородстве, у магзверей такое понятие отсутствовало. Просто это был его тренировочный бой.

Вместо того чтобы атаковать зубастой пастью, виверн придумал другое: расправил крылья, зависнув низко над землëй, буквально в метре, и закружился вокруг древоточца, заставляя того мельтешить.

Иней то приближался, то отдалялся, и в момент, когда монстр зазевался, хвост хлыстом обвил шею, подлезая под жвалы, и прокрутился с такой силой, что оторвал противнику голову. Питомец удостоился одобрительных возгласов гридней, а после с презрением обнюхал труп — не понравилось мясо. Редко, но такое бывало.

Юра спустился к нам за указаниями.

— Найдите и уничтожьте ближайшее к нам гнездо, только без магии огня. Не хватало нам ещё лесных пожаров.

— Разрешите выполнять?

— Разрешаю.

Зачем ждать следующей атаки, если проще напасть самому? Нам желательно подавить всë сопротивление километров на двести вокруг. Это для начала. Плохо, что из древоточцев кормовую базу для виверн не сделаешь — так бы пустили всю стаю на круглосуточную зачистку.

— Первый отряд с сотней Грымзика в дозоры, обеспечьте безопасность. Второй отряд разбейтесь на две части и возьмите по 250 глипт. Одна половина возвращается в пещеру и выносит чёрные кубы, потом всё остальное. Вторая половина потрошит и собирает трупы в кучу. Нашедший золотистую эндотею получит тысячу рублей. Приступайте.

Те, кто оказался в рядах сборщиков, радостно потирали ладошки, а вот их менее удачливые сослуживцы явно были недовольны. Ничего, в следующий раз махнутся местами. Офицеры организовали работу как надо, а я в это время вместе с Гио прошëлся по границе леса, отодвигая её подальше. Земельник в стычке не участвовал, сохранил магическую энергию.

Джанашия валил деревья с корнями, выталкивая из почвы. Чуть позже мы их тоже соберём и обработаем на лесопилке — вполне сносные стволы для строительства.

Здесь я намеревался развернуть маленькую копию Таленбурга, без излишеств, только самое необходимое. Выкорчёвывание и расчистка под поляну нужна была для оборонительных мероприятий: чем с большего расстояния мы заметим угрозу, тем оперативней среагируем на неё.

— Слушай, а девке-то и правда легче стало, — сказал старик между прочим, имея в виду Пелагею. — Выходит, продолжать будешь?

— Ты про что, про сбор анимы? — уточнил я.

— Про неё самую, — ответил Джанашия, вытирая засопливившийся нос, лечиться у Склодского он наотрез отказался, а Юрков улетел с разведчиками на бойню.

— Почему бы нет? Пелагея полностью восстановилась, всё только упирается в новый цветок. Скоро и туда заглянем, не всё сразу.

— Ага, правильно, — поддакнул земельник.

— Ну и выбрать надо, кого возвращать — это должен быть кто-то ценный, полезный для нас.

Джанашия остановился попить водички.

— Ценный. Ты прав, — отсалютовал он фляжкой. — Так, нечего отлынивать, идём дальше, — сказал он вслух.

— Погоди, — остановил я его, уловив что-то неладное, обычно маг так себя не вёл, да и выглядел слегка растерянным, хоть и бодрился.

— Ась?

— А зачем тебе это? — Гио в отличие от Склодского не лез в управленческие дела, своих обязанностей море, участвовал, только когда совета спрашивали.

— Интересуюсь, — пожал он плечами и зажмурил один глаз от упавшего солнечного луча. — Нельзя?

Я подошёл к нему поближе.

— Давай-ка выкладывай, некогда мне с тобой в эти игры играться, что стряслось?

Его уровень счастья в последние дни прыгал туда-сюда, такое происходило у людей по разным причинам: кто-то влюблялся и попадал в изматывающий шторм чувств, кто-то в карты туда-сюда выигрывал и проигрывал, ну а в случае с Гио не совсем понятно — старик неазартен, а от любви брал только самое лучшее. Я не имел права закрывать глаза на такие изменения.

— Ты точно уверен, что сможешь повторить свой «Логос»? — спросил он вместо ответа.

— Кто у тебя болеет? — догадался я.

— Внучка.

Джанашия сорвал травинку и закусил её, отвернувшись в сторону.

— Припадки пятнадцатый год.

Так вот почему он в долгах был, когда поступал ко мне на службу! Да и обновок с хорошего жалованья не видно — ходит в одном и том же, мало куда выбирается вне Таленбурга. Всё отсылает на лечение.

— Привези еë к нам, восстановлю без очереди. Понял?

Гио кивнул несколько раз, всё ещё не глядя на меня.

— Дальше сам справишься, — сказал я ему, уходя вместе с Инеем обратно к пещере.

Иногда мужчине нужно время побыть одному.

Золотистой эндотеи в тот день мы наскребли всего лишь 10 грамм, то есть на десять «Пределов». Чисто статистически это провал, но впереди ещë много попыток, а также осмотр разворошённого гнезда древоточцев. Охранять там трупы оставили пятьдесят виверн — желающих полакомиться тухлятинкой они в эту же тухлятинку и превратят.

— Узнайте для чего кубы, — сказал я на следующее утро Александру и стоявшей в углу Пелагее.

Девушка притворялась, что ей неинтересно, но нет-нет, да поглядывала на стол со вскрытым чёрным артефактом. Курносый любопытный носик приподнялся выше обычного.

Её преданность сдвинулась с места только на пять единиц. Медленно. Но я готов был потерпеть сколько надо. Пусть выделывается. Со слов Чечевичкина, Пелагея уже осознала, что на поверхности никто еë не ждёт, взялась за работу: помогала ему со всякими мелочами и много читала.

— Ты хочешь забрать хронолит? — уточнил храмовник.

— Пока не узнаем, что это за штука, ничего не трогать, — велел я, не желая терять в случае чего ценную магтехнологию. — Раз она у каждого была в доме, значит, и нам пригодится. И ты тоже, слышишь? — позвал я Кох. — С твоей задачей пока отбой, на второй план еë — помоги Александру. Один умник хорошо, а два хорошо в квадрате.

— Пф-ф-ф, — закатила она глаза, но благо без возражений.

— У нас опять исчезнувшая магическая цивилизация людей. Я думал, они только в чёрных мирах встречаются, — вздохнул Чечевичкин, он успел мельком осмотреть пещеру. — Судя по всему, артефактами они не пользовались, но подобные скульптуры без магии не сотворишь. Я проконсультировался с Гио Давидовичем — он подтвердил мои слова, пещеру облагораживали земельники. Все эти статуи, укрепление сводов — тончайшая инженерная работа. Да и место не случайное, прямо под жилой.

— Мечи, кольчуги, утварь — у них всë из этого чëрного металла, — добавил я.

— Никсорианская руда или никсор.

— Что?

— Это официальное название от РГО, — пояснил Александр. — Материал чуть мягче и легче железа, без труда обрабатывается и плавиться даже в обычной печи. Казалось бы, неплохо, но при минусовых температурах становится хрупким, для бытового потребления сойдëт, но в бою зимой хуже обычной палки.

— Департамент металлургии и материаловедения считает, что никсор — технически бесполезный материал, — подала голос Пелагея. — Он обладает худшими характеристиками по всем ключевым параметрам по сравнению с земной сталью и чугуном, про разницу с межмировыми сплавами я молчу. Месторождения консервируются как нерентабельные. В список стратегических металлов не внесëн. Аборигены использовали его как единственную альтернативу. Такие дела, — качнула она плечами.

Я одобрительно кивнул и показал пальцем на куб.

— Заткните за пояс этих лопухов из РГО, присмотритесь к никсору повнимательней. Зодчие, спрятавшие город в пещере, были гениями и что-то да знали. Копайте, друзья. Ответы мне нужны как можно скорей. Ах да, чуть не забыл, подойди, — велел я Кох.

Иллюзорница оттолкнулась от стены и неохотно послушалась.

— Что это? — спросила она, когда я высыпал на ладонь из бумажного мешочка драгоценную смесь порошков.

Они у меня были расфасованы по дозировкам на заклинания и хранились под замком.

— Стой смирно, — приказал я и запустил процесс разрушения её предела, золотистая плёнка опутала тело Пелагеи второй кожей и впиталась. — Ага, прошло. Аккуратней, садись, — я передал за локоть обмякшую девушку Александру, и тот усадил еë на стул.

— Я как будто лечу… — пролепетала она, и я, усмехнувшись, покинул их, ещё дела на поверхности ждали.

Разведчики сейчас сжигали трупы древоточцев, потрошили уничтоженное гнездо, рыскали по округе, составляя карту местности, а также активно строились с помощью глипт и привлечённого с поверхности прораба Яра.

Кстати, этот молчун успел обзавестись дополнительной профессией, талантом и даже общественный статус заполучил! Не верится, что совсем недавно мы с ним и Митькой Кошевым бороздили низкоранговое Межмирье, сшибая копейки. Эти два мужичка были первыми, кто поверил в меня, и теперь заслуженно стали большими людьми.

Ермолай Константинович Яр

Отвага (40/100)

Командная работа (77/100)+4

Лесоруб (А), Каменщик (А), Плотник ©, Прораб © +Новая профессия!

Преданность к «В. Д. Черноярскому» (94/100) +54

Трудолюбие (92/100) +5

Счастье (78/100) +10

Боевой дух (44/100) +4

Общественный статус: «Золотые руки» — универсальный мастер, для которого нет чужой работы. Плотник, каменщик, лесоруб — любое дело спорится в его руках.

Достигнуто ⅔ предельного уровня развития. -⅙

Скрытые таланты — «Глаз-алмаз» (на глаз без отвесов и лекал определяет длину, уровень и угол с точностью до миллиметра)

На плечи Яра легла организация труда глипт и разведчиков, дабы эффективно распределить захваченную площадь и построить необходимый минимум для колонии: лесопилку, хранилища, казармы. Виверн мы временно подселили в пещеру. Самим туда нет смысла соваться — врата расположены перед входом, проще в них забежать. Задача сейчас закрепиться, удобства обеспечивать будем потом.

— Привет, кто это там снаружи ждёт? — спросил я Марину, чмокнув её в щёку, когда зашёл в свой кабинет в тереме.

— Первый урожай привезли, продать хотят.

— Мне сейчас этим заниматься не с руки. Ейчиков их не примет?

— Он в Ростове, а Марич с командой занят. Ты загрузил всех выше крыши, хуже американского плантатора стал!

— Может, возьмёшь их на себя? — я сложил руки в молитвенном жесте, не желая выслушивать бесконечные жалобы и торговаться с жадными крестьянами. — В другое время — пожалуйста, но у меня на носу важная поездка.

— Хорошо, но за это ты пригласишь Пелагею на нашу свадьбу.

— Завела себе новую подругу? — удивился я, плюхнувшись на свой мягкий стул.

— И ошейник с неё снимешь, — она грозно упёрла руки в бока.

— Хорошо, но только на праздник. Она не спешит мне доверять.

— Я пригляжу за ней.

— Марин, она маг иллюзий, ты даже не поймёшь когда она сбежит, — хмыкнул я, протирая сочное яблоко о грудь и вгрызаясь в него.

— Не сбежит, тебе надо чуточку ослабить поводок. Такие, как Пелагея, не любят давление и рамок.

— Только на праздник, — повторил я и получил в ответ рожицу с языком.

— Там один продавец слёзно клянчил переговорить с тобой с глазу на глаз.

— Кто таков? — спросил я с набитым ртом.

— Осип, староста из Чумбур-Косы.

— Зови, — сказал я, но окликнул, когда девушка прошлась до двери и взялась за ручку. — Марин.

— Что? — обернулась она.

Задержав взгляд на еë прелестях, я заглянул ей в глаза.

— Пройдись ещё раз, а?

— Обойдёшься, — шутливо отмахнулась она и скрылась за дверью, вскоре передо мной стоял старый знакомый.

Гладковыбритый мужчина средних лет выделялся широкой щербинкой и большими синими глазами.

Преданность к «В. Д. Черноярскому» (60/100)

После инспекции его деревня получила от меня особую поддержку и защиту, а теперь он приехал пополнить столичные зернохранилища богатым урожаем пшеницы.

— Новые удобрения, мой барон, это нечто! Земля так и пышет, растёт всё, что ни кинь в неё, божественная милость. У нас склада ломятся, пришлось в портовые сгружать. Мельница еле поспевает, благо помощники ваши крепкие, денно и нощно жёрнова крутят. Мы и забыли, что такое ветра ждать, — довольно просиял Осип.

— Рад за вас, — коротко ответил я.

— Позвольте, мы тут собрали всей деревней, вам с Мариной Васильевной подарок на помолвку, — он бережно положил на стол свёрток и размотал его.

Открыв скромный на вид ларь, Осип повернул его ко мне и показал содержимое. На бархатной подкладке лежало пять стеклянных искусных флаконов в форме рыб. Особенно выделялся в центре дельфин с розовой жидкостью внутри.

— Выменяли у персов, редкий парфюм «Розовая амбра». Как же ш он говорил… — наморщил лоб староста, вспоминая слова торгаша, а затем поднял палец вверх, меняя интонацию на более торжественную. — «Связует земную любовь с небесной благодатью», во! — довольно растянулся он в улыбке.

На внутренней стороне ларчика притаилась выгравированная персидская вязь с коротким изречением.

«В этой влаге сто лет нежности» — прочитал я и взял дельфинчика в руки.

— Добро, — похвалил я, когда откупорил дорогую склянку и учуял донëсшийся трепетный мягкий аромат, Марине такой придëтся в самый раз. — Спасибо, Осип, отличный подарок. Ну, теперь говори, какое у тебя ко мне дело?

— Момент, ваше благородие, — попросил староста и выбежал из кабинета, с чем-то возясь, через пару минут у меня стоял метровый глипт-карлик, которых мы выводили под узкие задачи, да и для забавы детишкам. — Вот посмотрите, — мужчина как ребёнка подвёл ко мне магзверя и протянул его маленькую ладошку.

— И что я должен увидеть?

— Это же наше спасение! Петрушка, или как там тебя, сожми-разожми кулачок. Чего смотришь, чучело каменное? Не понимаешь? — глипт потешно растерялся и за поддержкой вытаращился на меня.

Я показал ему пятерню и тот тоже поднял. Потом я по очереди стал загибать каждый палец, и карлик ловко повторил все движения.

— У нас нехватка рук просто катастрофа, Владимир Денисович. Урожай прёт, а собирать некому, бабы выдохлись, мужики с ног валятся — второй заход ещё ладно, справимся, но вот на третий и четвёртый я народ не подниму. А подёнщину нанимать — дорого, жаба душит. Что, если этих вот выкидышей да в поля? Они ж мелкие совсем, туда-сюда рыскают. Я как глянул в первый раз и обомлел. Топ-топ-топ идёт себе, тащит тяжеленный мешок, а пальчики у них не в меру подвижны, ягоду не подавят! Вот смотрите, — он для демонстрации достал из кармана заранее приготовленное яйцо и вложил в руку карлику.

Тот с интересом рассмотрел его, держа тремя пальцами перед глазами.

— С косьбой тоже управятся и жрут всего четвертинку брикета!

Осип, на самом деле, говорил годную вещь. Вес метровых глипт не превышал 80 кг, но при этом они владели своим телом не в пример лучше мускулистых сородичей. Вполне хорошая пропорция для чистого крестьянского экземпляра.

Наша зашоренность почему-то поместила их на самое дно, выделяя двух- и трëхметровых верзил как эталон пользы. Мощные кисти — это идеальный инструмент для войны и переноски тяжестей, но тонкую работу они не в состоянии выполнить, каменная короста тормозила моторику пальцев. У метровок такой проблемы не было, их кожа тоньше, пробить еë легче. Объëм сапфировой кости мал и вред от неë тоже.

«Боже, это блестящий ход!»

— Рискованно и дорого на все деревни разбрасывать, понимаю. Вот и предлагаю: давайте на Чумбур-Косе на втором урожае испытаем их? Штучек сто бы. Мы еду им сами готовы оплатить, выгода на лицо — 3750 рублей в месяц, как за 38 человек, а пользы в четыре раза больше — они меньше спят и работают как волы!

Для виду я посидел с важным лицом, будто сомневаюсь, и согласился.

— Хорошо, у нас сейчас только 10 штучек метровок, ммм… — призадумался я. — А что скажешь насчёт трёх сотен? Возьмёте столько?

Осип о таком счастье и подумать не смел, открыл рот, закрыл, а потом опомнился.

— Да-да, триста тоже возьмём, ваше благородие. Ух, это ж сколько мы всего успеем и город вам доделаем и…

— Приезжай в Таленбург через неделю — заберёшь их, и запас брикетов заодно изготовим. А сейчас марш на склад. Как отгрузишь пшеницу, забирай удобрения. Радуешь, Осип и подарком, и смекалкой своей.

Раскланявшись, староста убежал, только пятки сверкали. Три сотни глипт для сообщества купцов Чумбур-Косы — это великая подмога. За зиму и весну они основательно распробовали инструментарий камнекожих и знали им настоящую цену. Самое прогрессивное моё поселение после Таленбурга, конечно же. Посмотрим, как у них выйдет организовать цикл работы, а я себе параллельно тоже таких наделаю. Ведь это идеальное решение для хозяйств Межмирья!

«Надо только дообучить их под фермерство».

Покинув терем, я встретился с шпионами-колонистами, ожидающими меня на выезде из города. Это была первая группа во главе с длинноволосым Федотом. Тот успел обзавестись самым современным протезом на данный момент и получил исчерпывающее лечение. Теперь он с четырьмя спутниками без проблем ходили на свои двоих и использовали искусственные руки как настоящие.

РГО в этом плане старалось на совесть, их артефакторное протезирование самое лучшее в мире. Цены аховские, но на своих подданных не жалко. В нагрузку вручил им перчатку-линзу и двадцать полутораметровых глипт. Рост отрегулируют сами под свои нужды.

— Держи, — сказал я Федоту, протягивая жирную пачку банкнот. — На первое время вам. Как только освоитесь, приступайте к работе.

Им объяснили, как будет происходить обмен информацией и прочие детали, так что колонистам ничего разжёвывать не пришлось, кроме одного.

— И куда нас забрасывают? — поинтересовался калека с протезом руки, остальные тоже жаждали услышать, где проведут остаток жизни.

— В «Красный-34».