Тем же вечером Бастиан пригласил Эдвину прокатиться, и давно мечтавшая о полете девушка сразу же согласилась.

– Отсюда я не смогу тебя забрать, – сказал дракон на выходе из заросших сталактитами подземелий. – Проход, которым пользуюсь я, слишком опасный для тебя, потому что там гуляют сильные сквозняки и он резко обрывается в пропасть. А я не могу рисковать твоей жизнью. Возвращайся на свой балкон, Эдвина. Я буду ждать тебя там.

В предвкушении самой невероятной прогулки в своей жизни Эдвина радостно побежала в свои покои. Когда она оказалась там, по небу уже расползалось оранжевое зарево. Скоро начнет темнеть, однако Эдвина больше не чувствовала страха ни перед ночью, ни перед чем иным. Знакомство с драконом сделало ее сильнее и гораздо увереннее.

Спустя пару минут Бастиан аккуратно подлетел к балкону. Эдвина любовалась его переливающейся в закатном свете чешуей и широко расправленными крыльями. Свободно парящим в небе он выглядел по-особенному величественно. Он держался в воздухе так легко, будто весил не больше перышка, балансирующего на тонкой струне.

То, как мягко и тихо он приземлился на лапы, удивляло. Склонив перед Эдвиной голову, он покорно ждал, когда она взберется ему на спину.

– Я буду осторожен, – нежным тоном пообещал дракон.

– Хорошо. – Эдвина удобно устроилась у основания его шеи, схватилась за рога и крепче прижала колени к чешуйчатой коже. Ее сердце трепетало от восторга.

– Готова?

– Да!

Дракон развернулся и направился к краю балкона, попутно расправляя огромные крылья. Вскочив задними лапами на балюстраду, он оттолкнулся, спрыгнул вниз и отдался власти воздушных потоков. От нахлынувших чувств Эдвина крепче сжала его рога. Она чувствовала первые мгновения полета так ярко, как будто время замедлилось.

Ветер подхватил дракона, помогая ему плавно проплыть в воздухе над вершинами деревьев, а после резко взмыть в небо. В этом полете не ощущалось тяжести, лишь мягкое соприкосновение со стихией.

Эдвина чувствовала, как сильно бьется сердце дракона. Такое горячее и такое большое, что и в ней самой пробудилась сокрытая прежде сила, от которой хотелось жить. Ее эмоции стали многократно полнее, объемнее и ярче. Казалось, что сам воздух стал чище и слаще, и потому Эдвина никак не могла им вдоволь надышаться.

Ленты, стягивающие ее косы, развязались и яркими пятнышками полетели вниз. Волосы распустились, преумножая захлестывающее чувство свободы. Ветер игриво трепал ее развевающиеся локоны, в то время как под ее ногами расстилался прекрасный мир – королевский дворец, родной город в низине за лесом и бескрайние горные пейзажи.

Резко ускорившись, дракон сделал крутой вираж, и воздушное пространство заполнил звонкий радостный смех Эдвины. Бастиан довольно прикрыл веки, откликаясь глубоким рычанием и мягкими взмахами крыльев. Прежде он никого не катал на спине и даже не задумывался об этом. С каждой минутой удовольствие от полета вместе с Эдвиной только нарастало. Он и сам словно впервые познал небо.

Девушка и дракон больше не чувствовали себя одинокими. Теперь они оба были важной частью этого удивительного мира, на который взирали с высоты, откуда лес, густо стелящийся внизу, казался волнующимся морем. А острозубые горные вершины, покрытые снежными шапками, напоминали плавучие льдины.

Эдвина в восхищении подняла руки, чтобы прикоснуться к плотным облакам. Почувствовав ее стремление, дракон поднялся выше, и пальцы Эдвины разрезали небесный белый туман, словно взбитые сливки. Облака завихрились, ласково окутывая двух скитальцев и охотно раскрывая им свои тайны. Это было поистине волшебно.

Когда же окончательно стемнело, дракон повернул обратно к дворцу.

– Не замерзла? – спросил он, мягко опуская ее на балкон.

– Нет! – Эдвина расплылась в благодарной улыбке за этот незабываемый полет. Ей не обязательно было делиться восторгами, поскольку все чувства отражались в ее искрящихся счастьем глазах. – Пожалуйста, не оставляй меня одну этой ночью, – вдруг попросила она, ласково погладив Бастиана по шее.

Отказать в просьбе девушки дракон не мог. Осторожно протиснувшись через двери балкона, дракон свернулся калачиком у подножия кровати и положил морду себе на лапы. Ему нравилось охранять спокойствие Эдвины, быть ее верным стражем. Его дыхание было глубоким и ровным. Успокаивающим. Наравне с ночной тишиной оно окутывало спальню мягким покрывалом умиротворения.

Предаваясь воспоминаниям о полете, Эдвина плавно отдавалась в объятия сновидениям. Окруженная теплом и защитой своего дракона, она уснула с улыбкой на лице. И впервые за долгие годы ее сон был безмятежен.

* * *

В последующие дни они с Бастианом почти не разлучались, все лучше узнавая друг друга. Вместе занимались реставрацией и благоустройством дворца, постепенно возвращая ему облик даже лучше прежнего.

Эдвина пригласила столичных мастеров и в первую очередь поручила им заменить выбитые стекла витражей. Так сквозняки перестали разносить по залам пыль и сухую листву. Следующим шагом стала уборка комнат от пыли и паутины, которые слоились в них десятки лет. В ход пошли метелки и швабры, щетки и тряпки. Бастиан же использовал свою силу и переносил тяжелые балки и камни.

Преображением дворца Эдвина руководила столь грамотно, что все вокруг воодушевленные ее энергией и веселым нравом ладили с работой легко и быстро. Мыльная вода пенилась и растекалась под заводные песни трудяг, что возвращали руинам замка прежнее великолепие. Заменяли ржавые ручки дверей на новые, красивые и блестящие. Восстанавливали старинные мозаики и росписи на стенах. Вместо разбитых зеркал, потертых гобеленов и выцветших картин вешали новые, красивее прежних. На место треснувшей черепицы укладывалась новая. Очищенные от плесени стены приобретали свежий вид, вымытые окна сверкали чистыми бликами.

В один из дней Эдвина обнаружила во дворце маленькую темную комнату без окон. Та была заставлена портретами Мирабель, на которых она красовалась так и эдак.

– Откуда здесь эти картины? – поинтересовалась Эдвина у Бастиана.

С портретов сестра глядела как живая. Сходство было невероятным.

– Это подарки Мейфордов, о которых я не просил, – едко усмехнулся дракон. – Чтобы я знал наверняка, за кем в следующий раз посылать советника. Шехар же счел, что этим картинам самое место в темной кладовке. Я с ним согласился.

– Неужели они тебя не заинтересовали? – Эдвина бросила на дракона взгляд, сочетающий в себе восхищение и удивление.

– Скорее наоборот. – В голосе дракона проскочила насмешка.

После такого количества присланных родителями картин король Бастиан должен был оценить красоту Мирабель и очароваться ею со всех сторон. Однако он остался к ней совершенно равнодушен, что окончательно растопило сердце Эдвины.

С тех пор она больше не представляла свою жизнь без Бастиана, пусть даже тот навсегда останется драконом. Он принял ее со всеми несовершенствами, как и она приняла его. Они вместе летали, вместе смеялись, вместе наводили чистоту в их общем доме, вместе читали книги, вместе засыпали и просыпались.

Между тем Эдвина усердно выкорчевывала из земли старые деревья, очищала сад от бурьяна, ядовитых поганок и гнилых коряг. Так она проявляла любовь к Бастиану и к этому месту. Она надеялась, что однажды солнечный свет все же разбудит спящие растения. И тогда розовые кусты, жасмин и лилии зацветут вне оранжерей. Белые цветы акаций, яблонь и абрикоса распустятся вновь, как когда-то случалось каждую весну. Оживший под трудолюбивыми руками дворец только укрепил веру Эдвины в возрождение Эсминара.

Когда же пришло время уборки в библиотеке, среди пыльных книг девушка обнаружила старые записи чернокнижника. Помимо прочего, в них говорилось о том, что большинство проклятий разрушается под воздействием любви. Эдвина всем сердцем полюбила Бастиана и чувствовала, что он тоже ее любит. Это было очевидно безо всяких признаний. Но если их чувства были взаимны, то почему же проклятье не исчезает? Больше всего на свете Эдвина хотела разгадать эту загадку.

Лишь одна комната так и осталась нетронутой. Как бы Эдвина ни хотела довести уборку до конца, Бастиан строго-настрого запрещал ей даже на шаг приближаться к дверям тронного зала. Хотя он не вдавался в подробности, Эдвина понимала: источник проклятия спрятан там. И он представляет смертельную опасность для всякого, кто посмеет к нему приблизиться.

Но почему-то… каким-то непостижимым образом Эдвина чувствовала, что разгадка кроется именно там. И пока она до нее не доберется, пока не узнает тайны тронного зала, проклятье так и останется непобежденным.