Райкер последним вошёл в Рубиновый зал. Мужчины разбились на пары и тройки, переговариваясь меж собой и поглядывая на дверь. В воздухе царила нервозная атмосфера, пока все ждали появления матроны, которая расскажет их планы на сегодня.

Райкер направился к бару, где эльф света с топорщащимися волосами разливал напитки.

— Кофе, сэр?

— Да, спасибо.

Кофеин был неотъемлемой частью ежедневной рутины Райкера. Необходимостью для нормального функционирования. Его младшая сестра, Ривер, часто подкалывает его из-за этой зависимости, но ей всего двадцать один, она ещё не понимает, как сильно ему нужен кофе. Со временем поймёт.

Эльф света поставил перед Райкером красную чашку с дымящимся коричневым напитком. Ноздри Райкера затрепетали от богатого аромата свежесваренных зёрен, и улыбка расплылась на его лице.

— Благодарю.

Райкер уступил своё место, когда к бару подошёл блондин-перевёртыш и заказал то же самое.

В первую их встречу в Зале Выбора перевёртыш представился Терианом Файербрефом. Его имя, буквально означавшее «огнедышащий», само по себе было достаточно говорящим, но его крупное телосложение и вовсе не оставляло сомнений, что внутри него скрывается самый настоящий дракон. На фоне него, даже в его человеческом облике, Райкер казался худощавым.

Перевёртыш развернулся с чашкой кофе в руке.

— Доброе утро, капитан.

— Доброе.

Райкер пожал руку Териана.

Они оба служили в армии, хотя в разных дивизиях. Райкер был наслышан о Териане, но впервые встретил его лично. Перевёртыш был талантливым воином, славившимся огромными размерами своего чёрного дракона. Поговаривали, что он никогда первым не нападает, но всегда выходит победителем. Он мог быть как верным другом, так и опасным врагом.

Райкер придерживался правила дружить с теми, кто мог создать ему проблемы в будущем. Так у него появилось два лучших друга — Этлас и Никейл.

— Ну и денёк вчера выдался со всеми этими интервью, согласись? — завёл разговор Териан. В этот момент к ним приблизился Филипп, эльф земли.

— Я думал, это никогда не закончится, — согласился Райкер.

Филипп поинтересовался:

— Как справилась ваша группа?

— Хорошо. Вопросы были ожидаемыми, — ответил Райкер.

У него были заранее готовы ответы на всё. У Райкера всегда есть ответы. Это его работа. Он уже давно выучил наизусть всё, что можно и нужно говорить, ведь одно случайно вырвавшееся слово может поставить под угрозу его и всю его семью. Что бы ни случилось, он не станет ими рисковать.

Особенно Ривер.

У фейри редко бывают дети с такой маленькой разницей в возрасте — Райкер всего на двадцать лет старше своей сестры. А потому у них с Ривер, в отличие от многих фейри, сложились очень близкие братско-сестринские отношения. В день, когда родилась его младшая сестра, Райкер поклялся защищать её любой ценой.

И никогда не нарушал этой клятвы.

Делая глоток кофе, Райкер окинул быстрым взглядом собравшихся. Помимо Териана и Филиппа здесь был ещё один фейри, два оборотня, два вампира, три эльфа и ведьмак. Все в чёрных костюмах с красными розами на лацканах, как у Райкера.

Ровно в назначенное время дверь открылась. В зал вошла матрона Кассандра в пышном алом бальном платье. Белоснежные волосы были убраны с лица в высокую причёску. Она держалась с достоинством. Для каждого отбора из жителей Республики выбирают матрон, которые помогают участникам проходить все этапы. Это большая честь — отдать свой долг Республике таким образом.

Кассандра приветливо улыбнулась, напомнив Райкеру его бабушку, Фэнни. Та угасла, когда Райкеру было шесть, но прежде успела окружить его любовью.

— Доброе утро, джентльмены. Пришло время для Церемонии Открытия. — Она вскинула бровь, обводя взглядом каждого участника. — Помните, там также будут присутствовать ваши будущие жёны. И пускай вы сами не сможете увидеть женщин, вам всё же не пристало вести себя как животные.

Разглядывая большой бальный зал, Райкер вцепился в перила ложи, где он с другими участниками-мужчинами ждал начала церемонии. Две ложи в стиле оперных театров тянулись вдоль всей длины зала — по одной с каждой стороны. Одна для мужчин, другая для женщин. Искусственная стена из теней (наверняка созданная каким-то вампиром) разделяла зал пополам. Даже со всеми своими обострёнными органами чувств Райкер не мог понять, что происходит по ту сторону.

А он пытался. И его можно понять. Как-никак, одна из женщин, скрытых за этой тьмой, станет его невестой. Райкер должен найти себе пару на отборе. Иного варианта нет.

Снизу доносился гул, пока толпа занимала места. В зале собралось не меньше сотни гостей, судя по тёмным силуэтам. То тут, то там раздавались приглушённые шепотки, велись тихие разговоры. Несколько ярких прожекторов освещали сцену, рядом стояли операторы в ожидании появления канцлера.

Минуты сменяли друг друга. В воздухе чувствовалось всеобщее предвкушение. По коже Райкера побежали мурашки, магия пульсировала в венах. Это было необычно, а необычное никогда не приводило ни к чему хорошему.

— У меня одного такое чувство, что что-то не так? — Териан шагнул к Райкеру; его здоровенные ладони сжали перила. — Уже должны были начать.

— Не знаю, — честно ответил Райкер.

Он потянулся к заднему карману, где обычно держал телефон, но затем вспомнил, как сдал его два дня назад. Чёрт.

— Странно всё это.

Перевёртыш-дракон сложил руки на груди и нахмурился.

Райкер был с ним согласен. Весь его военный опыт научил его с подозрением относиться ко всему, что шло не по плану. У него было дурное предчувствие, и внутренности скручивало от напряжения. В прошлый раз, когда у него было такое предчувствие, ему пришлось столкнуться с семейным кризисом шесть лет назад.

Оторвав взгляд от пустой сцены, Райкер внимательно оглядывал зал в поисках возникшей проблемы. И хоть он не замечал ничего сомнительного, тревога его не отпускала.

Прошло ещё десять минут.

Райкер сжал руки в кулаки. Пожевал губу изнутри. Это публичное мероприятие, и подобная задержка недопустима. Как и большая часть отбора, Церемония Открытия транслировалась в прямом эфире. По всему континенту жители Республики ждут начала.

В какой-то момент он понял, что больше ждать не может, и зашагал прочь от перил.

— Пойду найду кого-нибудь из организаторов. Узнаю, что стряслось.

— Хорошо, — пробормотал Териан со своего места у перил.

Райкер был на полпути к двери, когда снизу раздалось цоканье каблуков по дереву. Плечи Райкера тут же расслабились, и он вернулся к своему месту.

Канцлер Игнейша Роуз появилась перед публикой. Её иссиня-чёрные волосы были убраны от лица, серебряные серьги свисали с заострённых ушек фейри. Белый брючный костюм выглядел дорого. Маленький микрофон был прицеплен к лацкану. Она смотрела прямо в камеры, излучая уверенность.

Но внимание Райкера привлекла не сама канцлер, а четверо солдат, одетых в чёрное от макушки до пят, стоявшие за ней. На их груди был изображён символ Республики — весы, окружённые четырьмя красными розами. Каждый солдат имел при себе большой чёрный пистолет. Их суровые лица не выдавали ни мыслей, ни эмоций. Лишь холодные взгляды скользили по рядам гостей.

Напряжение усилилось, едва ли не потрескивая в воздухе. Болтовня мигом прекратилась, никто не решался произнести ни слова.

Позади участников отбора щёлкнула дверь, и в ложу вошли два охранника.

Нахмурившись, Райкер направился к ним.

— Что здесь происходит?

Охранники переглянулись, и Райкер расценил это как тревожный звоночек.

Тот, что был повыше, ответил:

— Ничего, сэр. Стандартные меры безопасности.

Стандартные меры безопасности, как же. Райкер точно знал, что что-то не так. Чувствовал это.

Но расспросы подождут, потому что канцлер в этот момент прочистила горло. Микрофон неприятно заскрежетал. Райкер поморщился.

— Леди и джентльмены Республики Равновесия, прошу прощения за задержку, — мелодичный обволакивающий голос канцлера наполнил зал. Игнейша Роуз — фейри, как и Райкер, только её стихия — огонь. — Случилось небольшое происшествие.

Это объясняет усиление охраны.

— К счастью, ситуация уже разрешилась, и мы можем начинать. — Канцлер улыбнулась, но от огненной фейри веяло лишь льдом.

Райкер не поверил её заявлению. Если с происшествием уже разобрались, зачем тогда столько охраны? Проблема, в чём бы она ни заключалась, никуда не делась. Он готов поклясться в этом.

Он оставался начеку на протяжении всей речи Игнейши. По традиции, она напомнила гостям и участникам историю отбора, о желании основателей усилить нацию и сплотить жителей континента. Канцлер особо подчеркнула, что отбор создан не только для делегатов и их семей. Были также выбраны шесть участников из простого народа. Высокий статус участников отбора позволит им влиться в высшее общество Республики Равновесия.

Канцлер в общих чертах описывала, что нас ждёт в ближайшие три месяца, как вдруг в дальней части зала раздался крик. Это было настолько внезапно, настолько неожиданно, что на секунду все застыли.

А затем Райкера обуял ужас. Капитан выпустил перила и обернулся. В этот момент в зале разверзся ад.

5. Проклятье и благословение

Где-то посреди размышлений Бринли о том, насколько плохо будет скользнуть в Пустошь, чтобы не видеть больше эту утомительную церемонию, как вдруг монотонную речь канцлера прервал женский визг. Можно ли винить Бринли за то, что она на секунду даже обрадовалась этой возможности переключиться с выслушивания истории отбора на что-то более интересное?

Едва церемония началась, как Бринли уже с нетерпением ждала её окончания. Мало того, что речь была безумно скучной, так ещё и всех девушек одели в чёрные платья без бретелей. А десятисантиметровые каблуки так и вовсе были орудиями пытки. Бринли мечтала поскорее их снять.

Второй крик раздался вскоре после первого.

Бринли запрокинула голову и сощурила глаза в поисках источника звука. Тени пульсировали внутри неё, и Бринли, сжимая пальцы в кулаки, позволила им соскользнуть с неё. Чёртова завеса посреди зала, которая, по задумке, не позволяла им увидеть мужчин, на деле мешала увидеть что-либо вообще.

Вон там!

В дальней части зала, у самого выхода, лежала на полу зрительница. Даже сквозь завесу Бринли разглядела её распростёртую фигуру.

Ноздри вампирши затрепетали, сердцебиение ускорилось.

Кровь.

Она узнала бы этот запах где угодно. Это её жизнь, как-никак. Источник её бессмертия. Кровь для неё — это всё.

В их нише прозвучало рычание, и Бринли не сразу сообразила, что оно доносилось из её собственной груди. Она опустила глаза в пол, пытаясь справиться с инстинктами.

Часть её — дикий, смертоносный, беспощадный монстр, созданный, чтобы убивать, — хотела перепрыгнуть через перила. Бринли бы вызвала крылья и спокойно опустилась вниз. Но другая часть — рациональная, разумная — помнила, что Бринли пришла сюда не пировать. И эта часть говорила ей, что нужно уходить, пока из-за какой-то глупости вся миссия не оказалась под угрозой.

Женщины вокруг вопили. Бринли готова была поклясться, что даже слышала плач. Но все их голоса превратились в фоновый шум.

Бринли боролась с противоречивыми желаниями. В этом она не отличается от других вампиров: кровь — это и её сила, и слабость одновременно. Проклятье и благословение. То, что даёт ей жизнь, и пульсирующая нескончаемая нужда.

Клыки царапнули язык. Бринли не могла оторвать глаз от всё увеличивающейся багровой лужи на полу. Так близко… Всего два, максимум три этажа. Никто и глазом моргнуть не успеет, как Бринли окажется внизу. Тени защитят её, пока она утоляет жажду. Она могла бы…

— Леди! — крикнул охранник, его зычный голос выдернул Бринли из раздумий.

Она заставила себя оторвать взгляд от тела и развернулась к солдату.

— Следуйте за мной, — приказал он. — Мне велено немедленно вернуть вас в Багровый зал.

Вздох облегчения сорвался с губ Бринли, когда она двинулась к стражнику. Каждый шаг уводил её всё дальше от багряного искушения.

Ещё три охранника ждали в коридоре. Двое шли впереди, указывая девушкам путь, двое замыкали.

Хищная сторона Бринли пробудилась от запаха крови и теперь не унималась. Кружила, извивалась, точно тени в её венах, готовилась напасть.

Бринли вздрогнула, когда кто-то коснулся её руки.

— Что происходит? — спросила Хейли дрожащим голосом, обняв себя руками. Её бледные крылышки подрагивали за спиной.

У Бринли всë внутри сжалось при звуке голоса эльфийки судьбы. Хейли звучала почти как…

Нет.

Бринли запретила себе об этом думать. Она не может позволить воспоминаниям взять над ней верх. Она должна сохранять бдительность.

Но всё же она могла сжалиться над Хейли и постараться защитить её. Эльфийка судьбы казалась слишком хрупкой для этого мира. Окружающие их жестокость и несправедливость могут сломить её.

Бринли наклонилась.

— Точно не знаю, — шепнула она. — Рискну предположить, что в кого-то стреляли.

Это было самое логичное объяснение такому количеству крови. Даже когда Бринли ушла достаточно далеко, чтобы не чувствовать запаха, еë клыки всё ещё горели. Ей нужно будет утолить жажду, причём довольно скоро.

В прошлом, когда королевством Элейта правили вампиры, дети Исваны часто заводили себе кормушки. Они могли пить кровь из вены когда хотели. Сейчас же подобное поведение осуждается. Необходимую для выживания жидкость вампиры получают из банка крови.

За определённую плату, разумеется.

Платить за кровь считалось более «гуманным», чем кусать. Если уж на то пошло, Бринли ни разу никого не кусала. И она была убеждена, что все эти банки крови — это лишь один из способов обуздать вампиров, придуманный делегатами.

Когда дети луны пьют кровь не из вены, их силы значительно уменьшаются. Да, такие дары, как крылья и тени, от этого не страдают, но Джелизетт часто рассказывала своему потомку, что в былые времена у вампиров были и другие дары. Один из их кровавых предков мог даже читать мысли. Бринли ни разу не встречала Эстрейю де ла Поинт, но была наслышана о её невероятных способностях.