Он откинулся на спинку стула. Эти глаза, сводящие меня с ума, поднялись к моему лицу.

— Я хочу, чтобы ты меня поцеловала.

Дыхание застряло в горле. Я пыталась не обращать внимание на рой бабочек, танцующих в моём животе. Вместо этого я скрестила руки на груди и прожгла Трейса взглядом.

— Так нечестно.

Он удивлённо поднял брови.

— Почему?

— Ты дождался, когда я разденусь до нижнего белья, прежде чем загадать это действие. Это читерство.

— Да в каком месте? — Уголки его губ дрогнули в улыбке. — Это просто хорошая стратегия.

— Не суть.

Вообще-то он прав, но я не готова так просто сдаться.

— Можешь не целовать меня, если не хочешь, — спокойно сказал он, прекрасно зная, что дело не в том, хочу я или нет.

— Но тогда мне придётся снять ещё что-нибудь из одежды.

А значит, я останусь либо с голой грудью, либо без трусов.

— Знаю.

Он даже не пытался скрыть, как его веселит то, что я угодила в его ловушку.

Вот же козёл. Я резко выдохнула, игнорируя его самодовольную усмешку.

— И сколько мне нужно будет просидеть без лифчика? — спросила я, взвешивая вариант. Даже не знаю, что хуже: трясти голой грудью перед Трейсом или целовать его. Самой. Нет, конечно, нет ничего плохого в том, чтобы самой поцеловать Трейса. Напротив, это даже слишком хорошо. Но в этом-то и проблема.

— До конца игры, — ответил он, прервав мой внутренний поток бредовых мыслей. Его глаза продолжали разглядывать меня.

Мой взгляд опустился на его губы, и температура в комнате снова подскочила.

— А целовать? Как долго?

Он пожал плечами, как будто ему было всё равно.

— Не знаю, секунд десять.

— Десять секунд, — повторила я и затем решительно кивнула. Честно, это же всего ничего. Меньше четверти минуты. Я вполне могу выдержать соприкосновение губ с Трейсом каких-то жалких десять секунд.

Фигня вопрос. Я справлюсь.

— Хорошо… Десять секунд, — сделала я свой выбор, стараясь не выдавать своих эмоций ни лицом, ни голосом. А лучше принять скучающий вид, словно речь идёт о сущей ерунде. Хотя сердце уже бешено колотится в груди.

Он сжал зубы и ждал, пока я стояла, ничего не предпринимая. Я должна наклониться и сделать это, но ноги отказывались слушаться.

Трейс смотрел на меня ещё пару секунд. А затем его руки легли на мои бёдра, сжали и притянули на свои колени. Мои ноги оказались по обе стороны от него.

В груди мгновенно разлился жар от его горячего взгляда. Я кое-как сдержала стон, грозивший сорваться с моих губ, когда Трейс ещё сильнее сжал мои бёдра, прижимая меня к своему бугру в штанах. А наши губы разделяли считанные миллиметры.

Не отрывая от меня взгляда, Трейс провёл пальцами по моим волосам и обхватил рукой мой затылок, чтобы притянуть ближе. Я дрожала в его объятьях.

В голове был какой-то туман. Я лишь видела, как Трейс облизывает губы, отчего ямочки на щеках стали отчётливее, и у меня участилось дыхание. Моя грудь поднималась и опускалась в предвкушении. Ладони лежали на его груди. Подушечки пальцев впивались в его горячую кожу. Каждая клеточка моего тела вибрировала из-за всей этой ситуации. Из-за него.

Кого, чёрт побери, я обманываю? Это не может быть просто десять секунд. Только не с Трейсом. Его поцелуй перевернёт весь мой мир.

И станет началом конца.

Я вздрогнула от внезапного приступа паники. Оттолкнулась от его груди, попыталась слезть с колен, но он тут же схватил меня за талию и прижал к себе.

— Что не так? — хрипло спросил он. Его прикосновения дарили умиротворяющее тепло, как будто он чувствовал мою тревогу и точно знал, как меня успокоить.

— Это была плохая идея.

Я замотала головой, стараясь не смотреть ему в глаза. Глаза, что заволокло желанием и порочными фантазиями.

О, мне хорошо знаком этот взгляд. Это очень опасно. Потому что глубоко внутри я чувствовала потребность ответить взаимностью, удовлетворить и его, и мои желания. Честно, не уверена, что смогла бы вовремя остановиться.

— Почему? — хрипло спросил он, сжимая мои бёдра, чтобы вернуть моё внимание.

Жар распространился по всему моему телу. Взгляд упал на его пухлые губы и чёртовы ямочки. Мне нужно очень много сил, чтобы удержаться и не поцеловать его.

— Потому что… мы друзья, — слабо выдала я, не сумев придумать что-нибудь вразумительное.

— Мы намного больше, чем друзья, и мы оба это знаем.

Он поднёс руку к моему лицу, медленно и сдержанно, словно ждал сопротивления, но когда я не отреагировала, его пальцы нежно коснулись моих щёк.

Я глубоко вдохнула и не дышала, пока подушечка его большого пальца скользила по моим губам. Жёстко, как будто его уже раздражали все эти ограничения, что я установила между нами, но в то же время осторожно, не желая применять силу.

Но эти ограничения я установила не просто так.

У меня была причина, о которой не стоит забывать.

Убрав его руку, я сползла с его колен и отшатнулась, как от огня.

— Не понимаю, о чём ты говоришь, — постаралась ответить я максимально холодно, хватая с пола майку и прижимая к груди. — Это была просто игра, Трейс, и ты победил. Радуйся.

Он смотрел на меня так, будто не мог поверить. Я же старалась не съёжиться под его взглядом.

— Просто игра, значит? — повторил он, вставая со стула, и сократил расстояние между нами. Его желваки ходили ходуном, пока он прожигал меня взглядом. — Ты уверена, Джемма? Потому что для меня это не было игрой.

Он указал на стул, на котором мы только что сидели. Ну, или не просто сидели…

Меня качнуло к нему, как маятник, который не мог изменить свою траекторию. Глаза Трейса вспыхнули, словно он чувствовал это притяжение, которое я так старательно подавляла.

В этот момент я осознала, насколько опасную ситуацию я создала. Я оказалась слишком близко к нему, в слишком личной обстановке. Стены, что я возвела вокруг своего сердца, потихоньку, но весьма зрелищно шатались, уже не выдерживая натиск чувств, вышедших из берегов. Чувств, которые, как я думала, я давно похоронила. Не знаю, хватит ли мне сил удержать эти стены. Усмирить чувства.

— Для тебя это было просто игрой? — снова спросил он, его голос прозвучал уже тише, мягче. Глаза пытались поймать мой взгляд, установить контакт.

Я очень бы хотела ответить ему честно. Рассказать правду обо всём. Но я не могла. Нельзя нам нырять в эту кроличью нору… пока мы не узнаем наверняка, что ждёт нас с той стороны.

— Это была просто игра. Прости, если обманула твои ожидания, — сказала я и с болью в сердце наблюдала, как река агонии пронеслась в его глазах, прежде чем он скрыл всё за маской равнодушия.

Какая бы связь ни возникла между нами, сейчас прямо у меня на глазах она разорвалась.

— Хорошо, Джемма, — ответил он. Слова слетали с его губ, точно умирающая бабочка. — Как скажешь.

Он стремительно вышел из комнаты, даже не взяв с пола футболку.

В комнате без него резко стало темно и холодно.

Опустив голову от стыда, я молча раздумывала, стоит ли мне уйти или остаться. Находиться с ним в одном доме после случившегося казалось неправильным, но в то же время Трейс вряд ли меня отпустит, даже после того, как я его отвергла. Да и у меня не осталось сил на сопротивление. Поэтому я достала из сумки ночнушку и шорты, выключила лампу и забралась в его кровать, чувствуя себя как никогда гадко.

Неважно, сколько раз я повторяла себе, что это ради его же блага. Что я защищаю его от того, что может разрушить защитные барьеры его разума. Его взгляд, полный боли и разочарования, разрывал мою душу на куски. И это всё, о чём я могла думать, пока не заснула.

11. ЕСЛИ БЫ МЫ БЫЛИ ИЗ ВОДЫ

³

Когда я утром спустилась на первый этаж, Трейс уже сидел на кухне, одетый. Не знаю, возвращался ли он в спальню или ушёл спать в другое место. Скорее всего, он не мог находиться рядом со мной и заснул на диване или в гостевой спальне.

Заставить кого-то чувствовать себя неудобно у себя же дома? Могу, умею, практикую.

Нет, мне серьёзно нужно найти себе другой дом. И поскорее.

Я уже собиралась выйти из кухни, чтобы не беспокоить его, как его негромкий голос донёсся мне в спину:

— Тебе нужно поесть что-нибудь перед школой.

Он указал на тарелку на краю стола.

Мой взгляд скользнул по сэндвичу, нарезанным фруктам и снова вернулся к Трейсу, который пил кофе, листая что-то в телефоне.

— Я думала, всё испортилось? — зачем-то спросила я, всё ещё неловко переминаясь с ноги на ногу в дверном приёме.

— Да, — ответил он, всё ещё не глядя на меня. Когда я так и не решилась войти, он оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня. В его глазах была бесплодная пустыня. — Я купил новую еду, — медленно добавил он, как будто разговаривал с непроходимой дурой.

Ух. Это будет долгое утро.

— Да, точно, разумеется, — сказала я и стремительно подошла к тарелке. В животе заурчало от голода. Я взяла вилку и проткнула половинку клубники. — Спасибо тебе большое. Я дико голодная.

Тихо жуя, я скользнула взглядом по кухне и остановилась на нём. Он продолжал пялиться в телефон.

Жутко неловкое окончание прошлой ночи явно теперь продолжается утром. По крайней мере, для меня. Решив, что надо прояснить ситуацию, пока это не испортило мне весь день, я отложила вилку и прочистила горло.

Трейс поднял на меня взгляд.

— Прости за вчерашнее. — Слова давались тяжело, словно бетонные блоки на моём языке. — Мне не стоило говорить то, что я сказала.

Он долго смотрел на меня, после чего отложил телефон на стол, сложил руки на груди и откинулся на спинку стула, внимательно глядя на меня.

— За что ты извиняешься?

— В смысле?

Его вопрос сбил меня с толку.

— Ты ведь просто сказала правду, так? — Он не дал мне времени ответить. — Так зачем извиняться за свои чувства?

Очевидно, мои слова не были правдой, и поэтому я теперь чувствую себя виноватой, но я не могу ему об этом сказать.

— Я просто… — Пожала левым плечом. — Не хотела ранить твои чувства.

Его щека дёрнулась.

— Ничего ты не ранила.

— Да, ну, я… — Запнулась. Попыталась понять по его лицу, правда ли он так считает или просто возразил из принципа. Увы, его лицо совершенно не выдавало эмоций. — В любом случае, прости.

Я опустила взгляд в тарелку, чувствуя, как горят щёки от смущения и угрызений совести одновременно.

Он тихо выругался себе под нос, и моё внимание вновь устремилось к нему.

— Это я должен извиняться. Я был пьян. Я не должен был давить на тебя, — резко сказал он и мотнул головой. — Это больше не повторится.

Угрызения совести только усилились от его слов. Я вовсе не хотела, чтобы он извинялся передо мной.

— Ты не сделал ничего плохо, Трейс. Ты замечательный. Тебе удалось отвлечь меня от мыслей о… сам знаешь.

— Да, наверное, — ответил он, но что-то мне подсказывало, что сам он не считал это достижением.

Я растерянно свела брови, пытаясь разгадать, в чём дело.

— Я что-то не так сказала?

— Нет, всё хорошо. — Он хлопнул ладонями по столу и вскочил со стула. — Пойду соберу вещи. В холодильнике есть сок, если захочешь.

Бросив эти слова, он спешно вышел из кухни.

— Спасибо! Ты мне очень помог, правда! — крикнула я ему вслед, но он скрылся в коридоре ещё до того, как я договорила.

Что ж, это прошло не так уж плохо.

Вопреки моим усилиям, между нами определённо что-то изменилось с прошлой ночи. И пускай рациональная, консервативная часть моего разума кричала, что надо радоваться его остывшему интересу, другая часть была слишком занята тем, что переживала утрату, и не могла оценить всю иронию ситуации.

***

В школу мы поехали каждый на своей машине. Трейс уже стоял, прислонившись к своей, пока я парковалась рядом. Заблокировав двери, я обошла машину и вместе с Трейсом направилась ко входу в школу. Несмотря на холодок, пробежавший между нами, Трейс всё же подождал меня, перед тем как возобновить шаг.

Это уже что-то. Не знаю, что именно, но что-то.

— Между нами ведь всё хорошо, да? — уточнила я, едва ли не переходя на бег, пытаясь поспевать за его широкими шагами.

— А что? — спросил он, даже не глядя на меня.

— Ну… — Я поймала его за руку и остановила. — Ты ведёшь себя холодно и отстранённо.

Расправив плечи, он посмотрел на меня из-под тёмных ресниц.

— Разве не этого ты хотела?

Я хотела что-то ответить, но не смогла.

— Мы ведь просто друзья, верно? Не больше? Что ж, вот так я веду себя с друзьями, Джемма, — тихо добавил он, без капли язвительности в голосе. — Что ещё ты от меня хочешь?

Учитывая, что он приготовил мне завтрак утром, извинился за то, в чём не было его вины, и подождал, чтобы вместе пойти в школу, я и правда не могу сказать, что он сделал что-то не так. Подумаешь, он больше не смотрит на меня как раньше, общается иначе… Ерунда! Я ведь в любом случае пыталась его остудить.

Умом я это понимала, правда. Но сердце было не согласно.

— Я просто… хочу, чтобы всё было как до этого.

— Как до чего?

— Как до прошлой ночи, — прошептала я. Мимо прошло несколько младшеклассниц. Они притихли, с любопытством поглядывая на нас. — Как было до того, как я сказала тебе те слова.

— Почему? — спросил он, смотря мне прямо в глаза, словно пытаясь увидеть там ответы на вопросы. — Это ведь была просто игра, верно? Всё это не имело значения.

Я поморщилась. Эти противные слова так и будут преследовать меня.

Трейс наклонился, продолжая заглядывать мне в глаза.

— Ты же сама так сказала, разве нет?

— Да, так я и сказала.

— Так в чём же проблема? — спросил он и сделал маленький шаг ко мне, заполняя моё личное пространство своими вибрациями.

— Проблема в том, что… — Я потёрла руки, пытаясь собраться с мыслями, но это было сложно, пока он стоял так близко ко мне. — Я не знаю, в чём проблема.