ГЛАВА 30

Единственное, чего мне стоило опасаться по пути к машине, так это гололеда. Погода и не думала брать пощаду — вместо того чтобы насыпать нормального снега и окончательно парализовать город, на улице то и дело слегка теплело, ровно настолько, чтобы покрыть все поверхности свежей, идеально гладкой коркой льда. Я юркнула в салон, и мотор, к моему облегчению, завелся с пол-оборота. Проявив секундную дальновидность, я выудила из сумочки пластинку ибупрофена и перекинула её в бардачок — очень не хотелось бы через две недели, когда у меня начнутся месячные, обнаружить, что Джейк их благополучно спиздил.

Брат уже поджидал меня на обочине у ворот Арсенала. Завидев мою развалюху, он шутливо выставил большой палец, как заправский автостопщик, а я в ответ моргнула ему дальним светом.

— Привет, сестричка! — весело воскликнул он, запрыгивая на переднее сиденье.

— И чем я заслужила такую честь? — спросила я, плавно отъезжая от бордюра.

— Обычное дело. Твоим отменным вкусом на родственников и тем фактом, что у нас общая мама. — Он задорно ухмыльнулся мне в зеркало заднего вида. — Как сама?

— Ну так… Устала как собака.

— Ты работаешь в ночную смену. Ты всегда уставшая.

— Твоя правда.

— Но у меня для тебя сюрприз.

— Да неужели? И какой же?

— Сегодня я угощаю.

Я тут же щелкнула правым поворотником.

— Ты чего? — удивился он.

— Беру курс на ближайший «Бургер Кинг».

Он фыркнул:

— Давай прямо еще два светофора, а на следующем повернешь налево.

Я послушно выполнила его инструкции, а дальше он уже координировал меня по ходу движения. В итоге мы припарковались у закусочной в районе, который с большой натяжкой можно было назвать приличным. Я бывала здесь давным-давно, когда мама высаживала нас с Джейком у полузабытого зала игровых автоматов, выдав горсть четвертаков, чтобы мы убили где-нибудь вторую половину дня. Автоматов уже и след простыл, а вот забегаловка устояла.

— Ого, ну и привет из прошлого, — заметила я, заезжая на тесную парковку.

— Я так и думал, что тебе понравится.

— Спасибо. Кажется, и впрямь нравится. — Он вежливо придержал передо мной дверь на входе.

Проходя мимо него, я заметила, что одет он прилично и вообще выглядит весьма опрятно. Моему разуму было чертовски трудно состыковаться с этой новой версией Джейка — чистым, вежливым и заботливым. Официантка проводила нас к угловому диванчику.

— Всё как в старые добрые времена. Хочешь шоколадный коктейль? — спросил Джейк, пока девушка ждала наш заказ на напитки.

— Пожалуй, лучше горячий шоколад. И бургер, пожалуйста.

— Мне то же самое. Только двойной.

Официантка черкнула что-то в блокноте и удалилась.

— Ну? — я выжидающе уставилась на брата.

— Что «ну»?

— Серьезно, Джейк. Что случилось? — Я сняла шапку и положила её на стол. Внутри, по крайней мере, было тепло и уютно. И, что немаловажно, никаких безглазых киборгов.

— А у меня обязательно должно что-то случится?

— В твоем случае — всегда.

— Я просто очень хочу, чтобы ты снова начала мне доверять.

— И сколько раз ты меня обкрадывал, Джейк?

— Я не хочу ворошить прошлое.

— Как удобно.

— Неужели мы обязаны перемывать одни и те же кости каждый блядский раз, когда встречаемся?

Я прищурилась, глядя на него:

— Ну, разве что в те дни, когда мы вообще не разговариваем.

Он скрестил руки на груди и по-детски высунул язык. Я не сдержалась и прыснула от смеха. Официантка как раз принесла наш горячий шоколад, и мы на какое-то время увлеклись, размешивая ложками зефирки.

— Я тебя не виню, — начал Джейк, и я уже приготовилась к привычной отговорке, которая всегда следовала за этими словами: «Я не виню тебя за твои проблемы, например за то, что ты мне не доверяешь», — и при этом ни слова о собственных косяках. Но на этот раз он продолжил: — Я не виню тебя за то, что ты на меня злишься. Но хочу, чтобы ты знала: я начал новую жизнь.

От меня не ускользнула ирония: на дворе мёртвая зима, и никакой новой листвы не будет до самой поздней весны.

— В каком смысле?

— Для начала — я сегодня плачу за ужин. А в следующем месяце оплачу свою половину счёта за телефон.

Я поджала губы. Будь мы обычной семьёй, такие вещи обрадовали бы меня — это были бы признаки того, что мой непутёвый брат наконец встаёт на ноги. Но Джейк научил меня одному: у всего всегда есть подвох.

— На какие шиши?

Джейк небрежно пожал плечами.

— Нет. Серьёзно, Джейк. Мне нужно знать.

— Просто в последнее время много работаю, вот и всё.

— Об этом и речь, Джейк. — Я не могла прямо сказать брату, чтобы он перестал тусоваться с бездомными — с белыми парнями с дредами, которые, скорее всего, торгуют наркотиками. — Чем именно ты занимаешься?

— Тем да этим.

— Торгуешь наркотиками, — предположила я, уже готовясь выскользнуть из кабинки. Подходящее ли это время, чтобы устроить сцену? Да и бывает ли подходящее время для такого? Из всего, что Джейк мог сделать, чтобы окончательно оттолкнуть меня, это было бы самым страшным, последней каплей.

— Нет. Энергетическими добавками.

— Теперь так называют метамфетамин?

Он глубоко вдохнул и выдохнул.

— Я знал, что ты всё усложнишь, Эди.

— Прости. Рада, что у тебя всё налаживается. Но если ты берёшь деньги за то, что толкаешь наркотики, а потом пытаешься на них меня накормить — я этого просто не вынесу.

— Это не наркотики! — возразил он. Я встала, и он тут же вскочил следом. Теперь на нас косились другие посетители.

— Почему ты просто не можешь в меня поверить? — прошипел он.

— Ты серьёзно это спрашиваешь? — мой голос сорвался на крик. Он вытянул руки ладонями вверх, будто умоляя.

— Эди. Я тебя люблю. Мне просто нужно, чтобы ты ещё хоть раз в меня поверила. Всего один раз.

Я стояла и смотрела на него сверху вниз, разрываясь между желанием убежать и желанием броситься к нему. Сделала тяжёлый, глубокий вдох — и снова опустилась на сиденье.

— Энергетические добавки, — повторила я, будто пытаясь убедить саму себя.

Он кивнул.

— Они реально популярны. В следующем месяце я оплачу счёт за телефон. Весь счёт, не только свою половину. Я тебе должен.

— Ладно, — сказала я ему и себе. — Ладно.

***

Нам принесли ужин. Джейк раскрыл свой бургер и под моим пристальным взглядом полез в карман, вытащил целую горсть стеклянных флакончиков.

Я уже видела такие. «Luna de Lobos». Точно такие же были у Лус и, возможно, она тайком дала один Хавьеру, пока я отвернулась. У флакончиков Джейка не было этой шрёдингеровской неопределённости: он открутил крышки и высыпал содержимое прямо на бургер — капли растеклись по сыру. Он заметил, как я брезгливо поджала губы.

— Эй, я не просто владелец, я ещё и участник. — Он водрузил верхнюю булочку на место и сделал широкий жест, будто только что провернул фокус, а потом достал из кармана ещё один полный флакончик и поставил передо мной.

— Что там внутри? Витамины и средство для мытья стёкол?

— Скорее витамины и кофеин. — Он откусил несколько раз, улыбнулся и отложил бургер. — Знаешь, Эди, я правда думаю, что именно эта штука дала мне второй шанс.

— В каком смысле? — я подняла флакончик, разглядывая его, и всмотрелась в лицо Джейка, искажённое голубоватым стеклом. Внутри плавали какие-то крупинки — похожие на перец.

— Просто… с тех пор как я начал это… — его голос затих: он явно подбирал слово, которое не выведет меня из себя. — …участвовать в многоуровневом маркетинге, — наконец выдавил он.

— Угу.

— Тяги, которые раньше были, пропали. Я купил один такой, начал принимать — и все остальные позывы просто исчезли.

Я вспомнила, сколько денег давала ему, когда он «заботился» обо мне после того, как меня пырнули ножом. Очевидно, он потратил их не только на обеды.

— А потом я понял, с кем надо поговорить, чтобы самому начать их продавать и получать процент, — и всё пошло на лад, правда. У меня теперь есть деньги. Я больше не хочу ловить кайф. Единственный кайф, который мне нужен, — это ощущение, что я выкладываюсь по полной. — Я видела, как в его глазах вспыхнул огонёк воспоминаний. — Боже, я так хорошо себя не чувствовал с тех пор, как бегал на стадионе.

— Мы оба знаем, Джейки, что это было очень давно. Мы уже не в старшей школе.

— Но суть та же. Я хочу понять, как далеко смогу зайти. Насколько круто у меня получится. Точно так же, как на беговой дорожке в те времена.

Джейк был бы не первым наркоманом, которого я видела: человек бросает одну привычку, а вместо неё тут же цепляется за другую. Я встречала зависимых, которые сожгли себе перегородку в носу, а потом подсели на покупку дорогущих кроссовок — когда кокаин перестал давать нужный эффект. Всегда должно быть что-то, что заполняет эту ноющую пустоту.

— Просто попробуй один. Ну правда, тебе понравится, клянусь. — И вот он опять пытается меня уговорить. Я вспомнила, как в первый раз он протянул мне стеклянную трубку с набитой чашей и хохотал, глядя, как я кашляю от горячего дыма.

— Знаешь, Джейк… — я вернула флакончик на стол. — Рада, что тебе сейчас лучше, но это точно не моё.

— Именно это и не даёт мне снова искать дозу, Эди. Это прямо магия какая-то.

— Ну да. — Я опустила взгляд на свой обычный, ничем не приправленный бургер, потом взяла его и откусила огромный кусок. Лишь бы не сказать того, о чём потом пожалею.

Джейк вздохнул, покачал головой и доел оставшиеся у него на тарелке картошку фри. Когда подошла официантка с коробкой для еды навынос, он взял счёт — и имел наглость пофлиртовать с ней прямо у меня на глазах. Она даже ответила тем же.

Я попыталась посмотреть на него её глазами: не как на очередного клиента, а как на человека. Он выглядел опрятно. Чёрт, он вообще выглядел неплохо. У него были папины карие глаза, а его взлохмаченные каштановые волосы явно нуждались в стрижке, но лёгкая небрежность в этом городе была почти редкостью. Зима заставляла большинство людей расплываться и становиться какими-то рыхлыми. А он выглядел так, будто недавно бывал на улице, будто знает, что делать с футбольным мячом или граблями. Он положил наличные за оба наших ужина и оставил щедрые чаевые — как настоящий взрослый.

Приходилось признать: пусть даже с этой странной жидкостью в голубых флакончиках — я впечатлена. И очень рада, что успела наесться картошки.

— Вот, Эди, возьми. Вдруг передумаешь, — сказал он, когда мы встали.

Я глубоко вздохнула, чтобы возразить, но вдруг поняла, что устала с ним бороться. Суть в том, что Джейк всё равно всегда делает то, что хочет. Он до конца останется продавцом — с ним невозможно выиграть. Мне просто хотелось, чтобы он нашёл это своё призвание пораньше.

— Ладно, хорошо. — Я сунула голубой флакончик в карман, и мы вместе пошли к моей машине.