ГЛАВА 23

Когда я проснулась, дверцы шкафа были по-прежнему закрыты. Я немного полежала в постели, обдумывая свой следующий шаг. К счастью для меня, нижнее белье хранилось в комоде, а из одежды можно было натянуть что-нибудь не очень грязное с пола. Открывать шкаф мне совершенно не хотелось. Ну то есть представьте: полезу я туда за футболкой, случайно сорву с окна светонепроницаемую ткань, девчонка рассыплется в прах от дневного света и оставит мне прямо в шкафу кучу пепла. Как я потом буду возвращать свой залог за квартиру?

Я хмыкнула, перекатилась в вертикальное положение и отыскала хоть какую-то одежду.

Гидеон всё еще сидел в гостиной на диване. Интернет-радио уже давным-давно отключилось. Я бросила взгляд на часы на духовке — было четыре вечера. Значит, я проспала всего шесть часов. Маловато, чтобы почувствовать себя отдохнувшей после такой ночки. Но на улице еще вовсю светило солнце. А это в любом случае безопаснее, чем ночная тьма.

— Так. Я пойду раздобуду нам какой-нибудь еды. — Я забрала у Гидеона ноутбук и разбудила экран, чтобы проверить банковский счет. Моя зарплата автоматически упала еще вчера вечером — почему-то я никогда в это не верю, пока не увижу цифры своими глазами. Дышать сразу стало немного легче. Еще две недели я вполне протяну, а за аренду платить только пятнадцатого числа. Но я не могла вечно кормить Гидеона одними яйцами. У него же цинга начнется. — Ты китайскую еду любишь?

Рядом была неплохая забегаловка на вынос. К тому же там всё изначально нарезано мелкими кусочками. Он пожал плечами.

— Это значит «нет» китайской еде?

Он снова пожал плечами.

— Нам придется получше освоить кивки и покачивания головы, если мы хотим хоть как-то друг друга понимать. Так, погоди… Спринг-роллы? — Кивок. — Курица с грибами? — Решительное покачивание головой из стороны в сторону. Я облегченно вздохнула. — Лимонная курица? — Еще один кивок.

Мы сыграли в «двадцать вопросов», пока я окончательно не определилась с меню, попутно выяснив, что Гидеон терпеть не может грибы, цыпленка гунбао и кисло-острый суп. Что было даже к лучшему, учитывая, что суп он всё равно бы выпить не смог. И тут мне в голову пришла одна мысль.

Я отыскала старый пульверизатор, которым когда-то брызгала в Минни, чтобы отучить её драть диван — в те далекие времена, когда мой диван еще имело смысл спасать. Я хорошенько промыла носик, наполнила бутылку водой и вернулась в комнату.

— Открывай рот. Буду опрыскивать тебя, как комнатный цветок.

Кажется, на него самого воды попало куда больше, чем ему в рот. Но он приноровился зажимать флакон обеими руками сразу, в стиле Халка, и брызгать самостоятельно. Это займет его на какое-то время. Вообще, со временем именно это станет для него самой большой проблемой. Невозможность нормально взаимодействовать с внешним миром способна свести с ума кого угодно. Я уже видела такое у пациентов на длительном лечении. Чаще всего до травмы они были наркоманами, так что никакой особой поддержки от близких после трагедии у них не оставалось. Вот и у Гидеона, по сути, никого не было — только Анна, его новоиспеченная вампирская подружка, да я. А ведь мне с трудом удается содержать даже кошку, так что долгосрочный уход за целым другим человеком был абсолютно исключен.

Я окинула взглядом свою крошечную гостиную, ставшую еще меньше из-за присутствия Гидеона. Мой взор упал на коробки, которые остались лежать здесь после рождественского утра — с ними еще только предстояло разобраться. В одной из них лежал тот самый уродливый ремень, который мне подарил Питер и который я ни за какие коврижки в жизни бы не надела. Если я верну его в магазин, то смогу хотя бы частично отбить расходы на китайскую еду.

— Так, Гидеон, я ухожу, — сказала я, сгребая коробки, чтобы выкинуть их на помойку и/или сдать обратно. Гидеон со своего места на диване издал утвердительный кивок-стон.

***

Тест-полоска с кровью Уинтера всё еще валялась у меня в сумочке. Надо было, конечно, положить её в пластиковый пакет, всё-таки биологическая угроза, фу, но кровь уже высохла, и я сильно сомневалась, что с наступлением полнолуния моя сумка внезапно превратится в сумку-оборотня. В любом случае, прикасаться к ней мне не хотелось. И я не собиралась этого делать, пока не придет время передать её Дрену.

Дневной свет, какой уж был, едва пробивался сквозь плотную завесу облаков. Эта вечная серость Порт-Кавелла — по крайней мере зимой, в отличие от удушливо жаркого лета, изрядно действовала на нервы. Каждый зимний день здесь был до онемения холодным, сырым и промозглым, точь-в-точь как предыдущий. Неудивительно, что вампирам так приглянулся этот город.

Я припарковала машину на полупустой стоянке. Теперь, когда Рождество закончилось, все эти выцветшие от непогоды праздничные украшения выглядели как унылые маленькие флажки, бессильно трепещущие на ветру и выбрасывающие белый флаг.

Первым делом я заглянула в китайскую забегаловку. Пока я стояла в очереди, ожидая свой заказ, зазвонил телефон. Джейк. Обычно я не беру трубку в людных местах, чтобы не быть той самой раздражающей личностью, которая треплется на публике, но в случае с братом меня уже выдрессировали вечно чувствовать себя в одной секунде от чрезвычайной ситуации.

— Привет, сестричка.

— И тебе привет. — Я отступила на шаг назад с виноватым видом, протягивая кредитку китаянке за прилавком. — Какие планы на вечер?

— Сантиметров на сто восемьдесят, — брякнул он, и я фыркнула от смеха.

Женщина за кассой вернула мне карту. Я оставила ей щедрые чаевые, понимая, что поступила некрасиво, отвлекаясь на звонок.

— Что случилось? — Я забрала еду с прилавка и направилась к выходу.

— Просто хотел узнать, не сходишь ли ты со мной завтра на ужин.

— Правда? — Я вышла на холод.

— Не надо так удивляться.

Я уже открыла рот, чтобы перечислить все возможные причины и способы, которыми могла бы это опровергнуть, но потом аккуратно закрыла его обратно.

— Тоже не надо так поражаться моему приглашению, — сказал он, пока я молчала.

— Прости, Джейки. Просто пытаюсь не поскользнуться на льду, вот и всё.

— Угу. Так что, ты согласна?

— Согласна. Во сколько?

— В шесть?

— Хорошо. Хочешь, я тебя заберу?

— Звучит отлично.

— Люблю тебя, Джейк.

— Я тебя тоже.

Я устроила наш с Гидеоном ужин на пассажирском сиденье машины и осторожно обошла к водительской двери. Торговый центр был в двух съездах отсюда, и я была готова поспорить, что сегодня у них бойко идут возвраты — вряд ли я единственная, кому подарили самый уродливый ремень на свете.

Торговый центр представлял собой конструкцию в форме буквы «U», вокруг которой тянулась парковка от бордюра до бордюра. Я припарковалась ближе к середине, на месте, которое расчистил снегоуборочный плуг торгового центра, и приготовилась пройти остаток пути пешком. Как только вышла из машины, сразу заглянула в коробку, чтобы убедиться, что чек на возврат всё ещё лежит на дне. Господи, благослови здравомыслящего Питера.

Впереди припарковалась какая-то машина. Я закрыла коробку и пошла в сторону магазина. Водитель вышла из машины и быстро направилась к крылу торгового центра позади меня — в этом не было ничего странного, на улице ведь холодно. Она была укутана от непогоды в стильную парку с меховым капюшоном и прижимала что-то к щеке, будто разговаривала по телефону.

Я наблюдала за ней и заметила, что она тоже меня заметила. Девушки должны быть настороже в таких ситуациях. Может, не все, но я буквально десять часов назад проверяла багажник на наличие вампира. Мой «параноидальный датчик» сейчас зашкаливал. Её рука была у уха, будто она держала телефон, но самого телефона я не видела. Мне не нравилось, как близко она подошла, но телефоны заставляют людей вести себя глупо — это научный факт.

Мы миновали ещё один ряд машин, потом обогнули крошечный сугроб, который оставила снегоуборочная машина торгового центра. И тут я увидела, как из машины женщины выходит ещё один человек. Я остановилась, а когда первая женщина повернулась посмотреть на второго, я поняла, что она вообще ничего не держала в руке.

Я развернулась и побежала обратно к своей машине.