Сознание снова путалось.

Очередной перепад настроения неумолимо надвигался, словно сошедший с рельс товарняк, грозя погрести под собой весь достигнутый прогресс.

На колени и умоляй меня остаться...

Не брыкайся, и в следующий раз больно не будет...

Будь хорошей девочкой и глотай таблетку...

Чокнутая шлюшка, тебя реально это заводит...

Наклонись, шлюха. Если заорешь, я ее убью...

Терзаемая кошмарами и воспоминаниями о несуществующей жизни, я уповала на ножницы, спрятанные под матрасом. С их помощью мне удавалось худо-бедно справляться.

Порезы и шрамы, глубокие и поверхностные. Чик-чик-чик.

Чем кровавее, тем спокойнее на душе.

Следы на коже отражали боль в сердце.

«Элизабет, выходи, где бы ты не пряталась...»

«От меня не скроешься...»

«Я чувствую тебя внутри...»

«Я везде тебя найду, пчелка Лиззи...»

Мысли скакали с такой бешеной скоростью, что даже таблетки, засунутые мне в глотку, не могли укротить пробудившегося зверя.

Хотелось сорвать с себя одежду и кожей ощутить солнечные лучи.

Хотелось содрать с себя кожу, кусок за куском, чтобы все увидели мое испорченное нутро.

Хотелось выброситься из окна спальни и напороться грудью на прутья решетки.

Хотелось ощутить, каково это — перерезать сонную артерию и наблюдать, как кровь вытекает из тела.

Хватит ли ее, чтобы утопить монстра?

Может, попробовать заточить ногти, как у страшной женщины, и убить его во сне?

Мне было не привыкать терять связь с реальностью, но всякий раз, когда это случалось, охватывал страх не вернуться.

Пожалуйста, не дай мне вернуться.