— Кто готов к встрече нового тысячелетия?

С дуделкой во рту и праздничным колпаком на голове, Гибс переступил порог моей комнаты, нагруженный полупустыми коробками любимых шоколадных конфет, и плюхнулся в кресло-мешок.

— Только в следующем году, Гибс, — буркнул Фили, не отрываясь от компьютерной игры.

— Спасибо, я в курсе, — сердито фыркнул Гибси. — Поэтому и спрашиваю, кто готов к встрече.

— Фили имел в виду, что новое тысячелетие начнется в двухтысячном году, — спокойно объяснил я, не переставая разделывать Фили под орех в «ФИФА». — А сейчас только девяносто восьмой.

— А Патрик сказал, в следующем году, — недоверчиво протянул Гибс.

— Правильно сказал, — сухо отозвался Фили. — Миллениум ждем в следующем году.

— Почему в следующем, если Хью говорит, что не в следующем? — недоумевал Гибс. — Мы празднуем миллениум или нет?

— Хью, это по твоей части, — покачал головой Фили.

— Сегодня последний день девяносто восьмого года. — Я поставил игру на паузу и повернулся к другу. — Время — восемь вечера, а в полночь наступит год девяносто девятый. Получается, сейчас девяносто восьмой, а через четыре часа будет девяносто девятый. Новое тысячелетие мы встретим, когда девяносто девятый закончится, а не начнется.

— Выходит, все-таки в следующем году? — уточнил Гибси, нахмурившись.

— Верно, Гибс, именно так, — энергично закивал я.

— Теперь понятно. — Он на секунду задумался, а после сердито уставился на Фили. — Патрик, почему сразу не сказал?

Фили открыл было рот, но быстро захлопнул, бормоча себе под нос: «Боже, дай мне сил».

Внезапно дверь распахнулась и в комнату заглянул отец — разумеется, совсем не похожий на себя прежнего, с неопрятной бородой, ввалившимися глазами и страшно изможденным лицом. Не человек, а ходячая оболочка.

— Как настроение, ребята? Праздничное?

— Пит! — обрадовался Гибси. — Потрясная рубашка.

Во время эпизодических появлений отца они с Клэр оба чуть не прыгали от счастья.

— Решил перебороть себя по такому случаю.

«Перебороть себя».

Какой героизм!

— Вы с Шинейд поедете отмечать в Олд-Холл-хаус?

— Да, Гибс, — улыбнулся папа, поворачиваясь ко мне. — Сынок, готов праздновать Новый год с друзьями?

Никак не отреагировав — ведь он поступал со мной так же, — я продолжил играть в «ФИФА» и чуть не прожег глазами дырки в экране. Почувствовав мое настроение, Фили в знак солидарности тронул меня плечом.

Он понимал.

— Пит, любимый! Такси уже здесь, — донесся снизу голос мамы. — Клэр! Приехала Лиззи с Кивой.

Мое сердце стучало немногим тише топота сестры, которая выскочила из комнаты и помчалась по лестнице с криком:

— Лиззи, Лиззи, Лиззи!

Да, сестренка.

Я тоже.

— Я тут подумал, — спустя пару часов объявил Фили, — если Кива выйдет за Марка, Гибс породнится с Лиззи.

— Точно, — нахмурившись, пробормотал я. — Они будут одна семья.

— Нет, не будем. — Гибс в ужасе замотал головой. — Потому что он мне не брат.

— И слава богу. — Устроившись на моей кровати, Клэр красила ногти на ногах. — Фу, Патрик. Не оскорбляй гены Джерарда.

— Спасибо, медвежонок Клэр. Дай пять. — Гибси вскинул руку. — Этот кусок дерьма мне не родственник.

— Его отец женился на твоей маме, чувак, — с добродушным смешком напомнил Фили. — Значит, вы с ним сводные братья.

— Блин, не начинай, — простонал Гибс и снова сосредоточился на «ФИФА-98», в которую мы рубились. — Кит Аллен. — Он с отвращением фыркнул. — Ему больше подходит Кит-паразит. — Он яростно давил на кнопки геймпада. — Потому что он и есть гребаный паразит-захватчик.

— Что я пропустила?

Лиз вернулась из кухни, нагруженная вкусностями. В байковой рубашке с длинными рукавами и мешковатых джинсах она выглядела сногсшибательно. Бросив мне упаковку «Минстрелс», Лиз явно намеревалась присоединиться к нам с Фили в кресле-мешке, но передумала, направилась к кровати — и в ужасе отпрянула, поняв, что постель превратилась в салон красоты.

Как можно незаметнее попятившись, она наконец устроилась рядом с Гибсом на фиолетовом надувном кресле — его загодя приволокла в мою комнату Клэр.

Собственно, это была ее идея — всем собраться и устроить пижамную вечеринку. Предвкушая драки подушками, сплетни и девичью болтовню, Клэр агитировала засесть у нее. Однако в моей комнате была «Плейстейшн», а мальчики присутствовали в большинстве, вот почему мы тусили у меня.

— Кто паразит-захватчик, Тор? — Лиз толкнула его бедром, вынуждая потесниться. — Кого мне покусать?

— Ты можешь. — Гибс со смехом подвинулся, освобождая ей место. — Маленькая гадюка.

— Кит Аллен. — Клэр снова взялась за кисточку для лака. — И я совершенно согласна с Джерардом.

Ну началось.

Подавив стон, я откинулся в кресле и приготовился к неприятностям.

— Я только сказал, что, если твоя сестра выйдет за Марка, вы с Гибсом породнитесь, — сообщил Патрик, не подозревая, какие чувства наш друг испытывает к сводной родне.

Впрочем, Фили не виноват. Он не жил по соседству, а Гибси был тот еще конспиратор. Чем невыносимее становилось дома, тем отчаяннее он шутил и дурачился.

— А Гибс разозлился, — добавил я.

— Правильно сделал. — Лиззи протянула Гибси упаковку с чипсами «Тайто». — И вообще, нам не нужна ничья свадьба, чтобы стать семьей.

— Точно, — искренне поддержал я.

— Зачем мы вообще говорим про этого урода? — Гримаса отвращения на лице Клэр мало уступала отвращению в голосе. — Разве вам мало, что он сосется с Кивой в нашей гостиной? — Она содрогнулась. — Фу.

— Согласен, — кивнул я, с ухмылкой забивая гол команде Фили. — У нас Рождество, народ, а не Хеллоуин.

— Кстати, о Рождестве... — Гибси с добродушным смешком обнял Лиззи и привлек к себе. — У меня для тебя подарок.

— Не смей! — хором возмутились мы.

В следующий миг по комнате прокатился оглушительный и на редкость зловонный пук.

— О господи, ты сейчас навонял? — Захлебываясь смехом, Лиз пыталась вырваться из захвата Гибса. — По-моему, я даже чувствую вкус.

— Наслаждайся. — Он замахал рукой, подгоняя к ней воздух. — Мой фирменный рецепт.

— Господи Исусе, чего ты наелся? — возмутился Фили, прикрывая нос футболкой. — Ощущение, как будто у тебя внутри кто-то сдох.

— Обожаю печеные бобы с картошкой, — расхохотался Гибси и запел: — Бобы, бобы, вкусней любой еды. Чем больше жрешь, тем громче твой пердеж...

— И с унитаза долго не сойдешь, — подхватила Клэр, зажимая пальцами нос. — Сколько бобов ты умял, Джерард?

— Радуйся, что не сосиски, — хихикнул Гибси и затянул новую песенку: — От соси-, от сосисок брюхо пучит. В рот я бу-, в рот я булочку совал.

— Ты больной. — Фили со смехом покачал головой. — И жуткий пошляк.

— Могу спеть еще, — не переставал хохотать Гибс. — Хотите?

— Нет! — хором воскликнули мы вчетвером.

— Ну и ладно. — Фыркнув, он переключился на Лиззи, которая отчаянно пыталась высвободиться. — Иди сюда, Лиз. Санта просил передать тебе подарок.

— Пукнешь на меня еще раз, и тебе не жить, — завизжала Лиззи, не переставая брыкаться. — Предупреждаю!

— Поздно! — возвестил Гибс, повалив ее на пол. — Неизбежное на подходе.

— Гибси, нет! Не смей... а-а-а! — Лиз с истерическим смехом старалась сбросить его с себя.

— Трр, трр, трр, трр! — заурчал Гибс, подражая мотору, затем, ухмыляясь, присел и смачно пукнул ей в лицо. — Счастливого Рождества!

— Господи боже! Я их чувствую! — заверещала Лиз. — Чувствую бобы!

Едва сдерживая рвотные позывы, Лиззи выбралась из-под вонючки и бросилась к окну.

Распахнув раму, она высунулась наружу и сквозь смех принялась жадно хватать ртом воздух.

— Если я из-за тебя заработаю конъюнктивит, клянусь богом, Тор, ты пожалеешь, что родился на свет.

— Бросаешь мне вызов, гадюка? — Гибси вскочил и стал, как горилла, бить себя в грудь. — Принимаю!

— Да ну? — Лиз вскарабкалась на подоконник, прицелилась. — Надеешься со мной сладить?

— Даже не сомневайся, гадюка. Перед тобой Мэтт и Джефф[14] в одном флаконе. — Гибс задиристо поманил ее пальцем. — Я — третий брат Харди.

— Тогда готовься к смертельному сальто Литы[15], сосунок! — Лиззи повернулась к нему спиной и замерла в полуприседе.

— Нет, Лиз, не вздумай! Тут же нет матов! — Испуганный Гибси рванул к ней. — Погоди! Ты сломаешь себе... а-а-а-а-а!

— Выкуси! — ликовал я, всецело очарованный девочкой, которая не только исполнила головокружительное сальто с подоконника, но и опрокинула Гибса навзничь.

— Я труп! — стонал тот, пока Клэр попискивала в подушку. — Серьезно, я труп!

— Нюхни, Тор! — гоготала Лиззи, пригвоздив его к полу. — Так пахнет победа.

— Ты, конечно, с заскоками. Кого хочешь напугаешь, — пробормотал Гибс. — Но при этом совершенно незабываемая.

Лиззи со смехом помогла ему встать.

— Ну как, цел?

— Если не считать самооценки.