В субботу, когда обе наши семьи поднялись на палубу, мне казалось, нас ждет поистине чудесный день. Разодетые в честь первого причастия, мы с Гибси облокотились на борт и смотрели, как дельфины гонятся за яхтой.

Помню, мы всю дорогу прикидывали, как распорядиться свалившимся на нас богатством. За сегодня мы сколотили целое состояние. Сумочки наших мам были набиты пухлыми конвертами с деньгами, предназначенными только для нас.

Однако день, суливший стать едва ли не лучшим в жизни, обернулся кошмаром.

Вот мы с Гибсом ругается с сестрами из-за дурацкой лазерной указки, а в следующий миг одна из девочек летит за борт.

Все случилось очень быстро и вместе с тем — как в замедленной съемке.

Бетани на палубе, а через миг ее уже нет.

Время словно застывает, а потом земля содрогается от душераздирающего вопля Сайв.

Это был самый жуткий, самый страшный звук из всех, какие мне только доводилось слышать.

— Бетани! — кричала она. — Джо, я не умею плавать! Ради бога, Джо! Я не умею плавать.

— Я ее вытащу. — Нас оттеснили в сторону, и Джо Гибсон с разбега прыгнул за борт. — Бетани!

— Папа тебя спасет, детка! — надрывалась Сайв, а моя кожа покрылась мурашками от осознания надвигающейся беды. — Держись, Бет! Папа уже близко!

В панике я поволок бившуюся в истерике сестру подальше от края.

Все кричали, и я совершенно растерялся. На Сайв было страшно смотреть, звуки, которые она издавала, пугали до обморока.

Прижимая к себе маленькую кудрявую девчушку, я благодарил Господа за то, что он пощадил мою сестру.

Потому что случилась настоящее несчастье.

Я прекрасно это понимал.

Кроха Бет не умела плавать, и тонула она не в бассейне, а в Атлантическом океане с яростным течением. Она сразу ушла под воду и с тех пор ни разу не появилась на поверхности.

— Бет, держись! — С истошным воплем Гибси полез за борт. — Пап, я иду!

— Гибс, нет! — Я ринулся к другу, но опоздал.

Его голова уже скрылась под водой.

— Держись, Гибс!

Я набрал в грудь побольше воздуха, прыгнул — и завис в воздухе. Сильная рука схватила меня за шиворот.

— Нет! — рявкнул папа и рывком вытащил меня на палубу. — Сиди здесь! — скомандовал он и исчез за бортом.

— Папа! — На четвереньках я устремился к нему. — Папа!

В мгновение ока мама сгребла меня в медвежьи объятия и пригвоздила к полу.

— Нет, пусти! — Я отчаянно извивался и брыкался. — Гибс толком не умеет плавать.

— Он не умеет плавать! — вторила мне Клэр, подскочив к краю, за которым скрылись наши друзья. — Сделайте что-нибудь! — Она исступленно молотила кулачками по ноге Кита. — Вы должны их спасти!

— Я не умею плавать! — выпалил Кит, цепляясь за потерявшую рассудок Сайв. — Прости, я правда не умею плавать.

Марк, скрестив руки на груди, стоял в стороне.

Неподвижный, как статуя.

Как сам дьявол.

Даже не пытался ничего предпринять.

С трудом высвободившись из маминой хватки, я подскочил к борту и закричал: Джо вынырнул на поверхность с обоими детьми на руках.

Облегчение.

Оно накрыло меня с головой.

Обмякший Гибси висел у отца на плече, малютку Бет Джо прижимал к груди. Оба не подавали признаков жизни.

Глаза у Гибси были закрыты, золотистые волосы Бет, слипшиеся от воды, облепили ей лицо.

Облегчение резко сменилось паникой.

О нет.

Нет, нет, нет...

— Джерард! — (Мне еще не доводилось слышать такого страха в голосе сестры.) — Только держись, ладно? Я здесь, Джерард! Не спи!

— Они живы? — завывала Сайв, безвольно сползая на настил палубы. — Они дышат?

— Гибс, я иду! — Тяжело дыша, папа пытался подплыть к лучшему другу. — Я здесь, приятель.

— Пит! — Джо отчаянно боролся с натиском волн.

«Зря мы вышли сегодня в море», — промелькнуло в голове.

Папа еще с утра объяснял маме, что погода слишком переменчивая, условия отвратительные.

Однако в глубине души теплилась надежда, что все обойдется.

Надежда рухнула, когда огромная волна накрыла всех четверых, вырвав Гибси из рук Джо.

— Джерард! — Пронзительно вскрикнув, Клэр дернулась за ним, но, к счастью, мама вцепилась в нее мертвой хваткой. — Папочка, найди его! Пожалуйста! Пожалуйста! Папочка, там! — С истошным воплем она тыкала пальцем туда, где беспощадные волны поглотили нашего друга. — Папочка, его утянуло сюда!

— Я найду его, Гибс, — заверил папа; выглядел он гораздо бодрее Джо, чьи силы стремительно таяли. — Я найду твоего сына, обещаю! — Он глянул в том направлении, куда указывала Клэр, и кивнул. — С ним все будет хорошо.

— Пит, не дай ему погибнуть.

— Не дам. Займись малышкой, а мальчика предоставь мне.

Накатила новая волна, и Бет вслед за братом исчезла под водой. Джо устремился за дочерью.

А та, как безвольная кукла, пошла ко дну.

Мелькнуло розовое платьице — и все.

Бет больше не выплыла.

Как и Джо.

— Он его нашел! — Вопль Клэр разжег мою угасающую надежду. — Папа нашел Джерарда!

Я боялся поднять глаза из страха увидеть его мертвым.

Моего друга с рождения.

— Хью, послушай. — Мама развернула меня к себе лицом и крепко взяла за плечи. — Соберись, хорошо?

— Хорошо, — кивнул я, смаргивая слезы.

— Ты должен сделать в точности, как я скажу. Что бы ни случилось.

— Ладно, — снова кивнул я, всхлипнув.

— Я должна помочь твоему папе, а ты присмотри за сестрой, хорошо?

Я подавил рыдание и кивнул в третий раз.

— Молодец. — Мама крепко поцеловала меня в лоб и прыгнула за борт.

— Мамочка, нет! — истошно закричала Клэр, когда мама погрузилась в бушующий океан. — Вернись!

С трудом преодолевая сильное течение, мама поравнялась с отцом. Забрала у него бездыханного мальчика и поплыла обратно. Папа перевел дух и поспешил за ней.

Каким-то чудом им удалось добраться до яхты.

— Он погиб, — завывала с пола Сайв. — Они все погибли.

Но я даже не посмотрел в ее сторону.

Целиком сосредоточившись на маме, я ждал указаний.

— Хью. — Мама цеплялась за борт, совершенно вымотанная борьбой со стихией.

Передав Гибса отцу, она умоляюще посмотрела на меня из воды.

— Твоя задача — удержать друга. Соберись с силами и держи его, ясно? Что бы ни случилось, не отпускай.

— Не отпущу, — пообещал я сквозь слезы.

Перегнувшись через борт, взял Гибси за плечи. Взял и попытался втащить на яхту, но он весил больше обычного, и у меня ничего не получилось.

— Я держу тебя. — Клэр повисла у меня на ногах. — Держу и не отпускаю.

— Не отпускай, — скомандовал папа, забираясь на яхту. — Молодец.

— Не отпущу, — скрипя зубами от напряжения, отозвался я.

Течение так и норовило вырвать у меня Гибса, волны накатывали одна за другой. Но если океан и заберет Джерарда Гибсона, то только с моими руками, потому что я не разожму их даже под угрозой смерти.

Пошатываясь, отец добрался до меня, ухватил Гибси под мышки, втащил на палубу и обессиленно рухнул на настил.

— Джерард! — Сайв на четвереньках подползла к сыну. — Сынок, дыши!

Ее руки заметались по безжизненному телу, надавили на грудь, потом еще раз и еще — отчаянно, как попало, — лишь бы сердце забилось.

Вот только оно не билось.

Гибс не дышал.

Даже его кожа была неправильного оттенка.

Серовато-синяя.

Он умер.

Все кончено.

Не обращая внимания на царивший вокруг хаос, я свесился за борт и помог маме забраться на палубу.

— Мой храбрый мальчик, — прохрипела она, очутившись в безопасности.

Не знаю, океанская ли вода катилась по ее лицу или слезы, но мама улыбнулась грустно-грустно, погладила меня ледяными пальцами по щеке и поспешила к Гибси.

— Дыши! — кричала Сайв, не переставая давить сыну на грудь, пока мой папа делал ему искусственное дыхание.

— Ну же, парень, дыши!

Бесполезно.

— Сынок, очнись. Не бросай меня!

Ничего не помогало.

— Дыши, Гибс. Дыши, парень!

Он не дышал.

— Отойдите! — велела мама.

Склонившись над моим бездыханным другом, она начала реанимировать его. Как полагается. Потому что у меня гениальная мама. Она всегда знает, что делать. Если для Гибса и существовало спасение, оно находилось в маминых руках.

Она работала медсестрой в реанимации.

И хорошо представляла, как заставить человека снова дышать.

— Завожу мотор, — хрипло объявил Кит. — Я позвонил в «скорую». Врачи встретят нас на берегу.

— Нет, нет, нет! — Сайв забилась в истерике и, не переставая рвать на себе волосы, подскочила к борту, откуда упала ее дочь. — Моя девочка! Моя девочка еще там! Мы не можем уплыть без нее!

— Сайв, Гибс умрет без врачебной помощи, — возразил Кит. — Любимая, нужно плыть.

— Он уже умер.

— Заткнись, Марк.

Двигатель заревел, яхта пришла в движение, тонкие ручонки вцепились в меня, и я не колеблясь прижал к себе сестру.

— Джо! — истошно выла Сайв. — Джо!

— Любимая, все хорошо. Мы сейчас вернемся, и тебе дадут что-нибудь от шока.

— Бетани! Джо! Нет, умоляю, не надо! Не бросайте их!

Никогда за все пять лет ее жизни я не испытывал такой благодарности к сестре. Благодарности за то, что она здесь, на яхте, и ее сердечко бьется.

— Люблю тебя, Клэр. — Обливаясь слезами, я до боли, до хруста маленьких косточек стискивал сестру в объятиях и ничего не мог с собой поделать. Мне нужно было почувствовать, что она жива. Нужно было ощутить кожей что-нибудь живое после бездыханного тела Гибси. — Люблю тебя. Люблю. Люблю!

— Я тоже тебя люблю, — всхлипывала Клэр, цепляясь за меня с не меньшим остервенением; ее золотистые кудряшки лезли мне в нос. — Не вздумай так поступить со мной, Хьюи. Не смей!

— Не поступлю, обещаю, — шепнул я и крепко прижал ее к себе в стремлении защитить от кошмара, творящегося вокруг.

Отчаяние, отравлявшее меня изнутри, нарастало, увеличивалось, грозило поглотить без остатка, но тут до слуха донесся кашель.

— Молодец, парень! — воскликнул папа. — Давай, борись!

Звук повторился, но я не позволял надежде разгореться.

Вдруг я ошибаюсь?

Вдруг мне просто померещилось?

— Скорее, переверните его на бок. Он задыхается, Пит, — командовала мама. — Молодец, Гибси. Давай. Выкашливай эту гадость.

— Быстро, укройте его, пока не началась гипотермия.

— Джерард! — завопила Клэр, и только тогда я отважился поднять взгляд.

Отважился поверить.

Выскользнув из моих объятий, Клэр на четвереньках поползла к нашему другу, который лежал на боку, в реабилитационной позе, лицом к нам. Его глаза ничего не выражали, но они были открыты и смотрели только на мою сестру.

— Мы с тобой, Джерард, — твердила она, не переставая гладить его ввалившуюся щеку. — Ты вернулся ко мне.

Синюшно-серый, как покойник, он дрожал под грудой пальто и одеял, которыми друга накрыли взрослые, однако его грудь вздымалась.

Гибси дышал.

В ту секунду я зарекся оставаться в стороне.

Зарекся каменеть, как Марк, или опускать руки, как Кит с Сайв.

До конца своих дней я буду помогать.

Буду спасать людей.

Возвращать их к жизни.

Как папа, вытащивший Гибса из водной могилы.

Как мама, заставившая его сердце снова биться.