Глава 6

В тот момент, когда я шла по дорожке между высоченных пальм, экзотических цветов и каких-то неизвестных плодоносящих кустарников, я едва успевала крутить головой по сторонам, жалея, что меня торопят и не дают сфотографировать каждый бутон, каждый упавший кокос, каждую яркую птичку на ветке.

Боссы взяли меня под локти и буквально тащили, зажав между собой так, что я едва успевала перебирать ногами, иногда зависая в воздухе.

Но вот на горизонте показалась полоска воды такого небывало насыщенного цвета, которого я не видела в реальной жизни, лишь в фотошопе.

— Море! — взвизгнула я и попыталась ломануться в сторону невероятной красоты, похожей на драгоценный камень, переливающийся сотней оттенков от небесно-голубого до глубокого изумрудного. Но затем вдруг волны в свете солнца становились ярко-сиреневыми, словно стараясь загипнотизировать сменой непривычных глазу оттенков.

— Не море, а океан! — поправили зануды-эльфы, а потом приподняли меня над землёй, не давая стартануть в сторону вожделенного пляжа. — Машенька, нас уже ждут!

Мне оставалось лишь сучить в воздухе ножками и возмущаться, пока меня тащили в сторону белоснежного сооружения, чем-то похожего на зефир.

Там меня передали с рук на руки, а возможно, на хвосты нагинь. Женщины-наги всегда были особо искусны в деле красоты. Даже те из них, кто утратил способность к обороту в человеческую ипостась, штурмовали подиумы недель моды и были одними из самых высокооплачиваемых моделей.

— Никаких хирургических вмешательств! Вот список того, что нельзя делать с моей внешностью! — заявила я, прежде чем оказалась в плотном кольце ласковых хвостов, рук, ароматов лаванды и сандала.

Меня словно насильно погрузили во всепоглощающий дзен, бессмысленный и беспощадный. По крайней мере, несколько часов я провела в странном оцепенении, наслаждаясь сотней процедур, что проделывали со мной нагини.

— Мария, как себя чувствуете? — вдруг спросила горделивая хозяйка салона, протягивая мне пиалу с зелёным чаем.

Я сделала глоток и зажмурилась, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

— Лучше, чем когда-либо! — сообщила я честно.

Хвостатые красавицы вдруг улыбнулись, сразу становясь такими родными и понятными.

— Посмотрите на себя, вы просто невероятная!

Внезапно передо мной появилась голливудская актриса со светлыми волосами, лицом порочного ангела и фигурой девочки из журнала Playboy. Я невольно кивнула нереальной красотке, а она повторила мой жест.

И в этот момент я вдруг осознала, что это было моё отражение, а не сногсшибательная незнакомка.

Даже не знаю, как описать состояние в тот момент... Передо мной просто застыл другой человек — неприлично красивый, испуганный и безгранично счастливый. Слёзы навернулись на глаза, но я старалась их сдержать, чтобы не испортить макияж. Но всё же я вдруг разревелась от счастья так, как не плакала от боли.

Нагини утирали шёлковыми платками мои слёзы и ревели вместе со мной. Эта странная, родная женская энергетика, о которой я не знала ранее, наполняла меня уверенностью в себе.

— А теперь покори Нальдивы! И обязательно забегай к нам на кофе: лишь мы, женщины-наги, умеем готовить его правильно! — хором заявили хвостатые красотки. Удивительно, но моя нелюдимая, вечно испуганная внутренняя зануда вдруг улыбнулась и обещала прибыть завтра же в первой половине дня.

Теперь оставалось продемонстрировать себя боссам, которые сказали, что будут ждать меня неподалёку, в зоне бара у бассейна.

Ещё издали я заметила их белокожие тела, которые казались высеченными из дорогого мрамора, выделяющиеся на фоне загорелой кожи остальных отдыхающих. Даже зелёные орки приобрели оливковый колор, а что уж говорить про даргов, отливавших сиренево-чёрным.

Я застыла за лежаками боссов, прислушиваясь к их неспешной беседе.

— Давай посмотрим, Даэллас, — лениво произнёс младший из братьев, потягивая мохито, — что мне достанется самая красивая девчонка курорта.

— Неужели тебе не надоело проигрывать? Все они выбирают меня, — отрезал старший, глядя вокруг. — Ну, и кого выберем в качестве королевы?

Я и сама обвела глазами лежаки возле бассейна: здесь нежились на солнце соблазнительные суккубы, плескались в прохладных водах ундины-перевёртыши, прятались в тени горделивые надменные эльфийки.

Никогда бы раньше я не подумала, что могу составить конкуренцию этим красоткам, но сейчас что-то во мне требовало привлечь внимание, доказать в первую очередь самой себе, что я не серая мышка.

Я поймала своё отражение в зеркальной поверхности витрин бара и осталась довольна. Алое платье струилось и развивалось, пока я шла вдоль кромки бассейна, то запахивая мою фигуру в кокон, то игриво открывая бедро или обрисовывая полушарие груди.

Сперва мне безумно хотелось провалиться под землю — ведь все взгляды были направлены на меня, но я шла вперёд, забыв, как дышать, имитируя движения суккубы Анжелики-дай-ей-бог-хорошего-мужа.

— Вот эта! — чуть не прорычал нетерпеливый Гвинлиан, а его хоть более говорливый, но менее эмоциональный брат лишь кивнул, пройдясь изучающим взглядом по каждому изгибу моего тела.

— Эй, красотка! — разом окрикнули они, явно не узнав меня.

Но я продолжала гордо шествовать вдоль бассейна, отмерив себе ещё десяток шагов. Потом, так и быть, остановлюсь, ведь я слышала, что эльфы буквально преследуют меня по пятам.

Ладно, хватит играть в кошки-мышки. Сейчас я повернусь к ним и посмеюсь над ошарашенными лицами — насколько такие вообще бывают у эльфов.

Но в этот момент нога вдруг скользнула по мокрой плитке, а я тихонько ойкнула, понимая, что не просто упаду в бассейн, а, скорее всего, ещё и сломаю шею о его бортик.

— Не-е-ет! — коротко крикнула я, задевая распростёртыми руками подол платья, превращаясь в алый цветок.

По крайней мере, меня запомнят умопомрачительно красивой...

Когда тело начало неудержимо крениться в сторону, а шансов на спасение не осталось, я пожалела лишь о том, что ни разу не целовалась в жизни.

Многие однокурсницы уже детей родили, а я... Но вдруг кто-то подхватил меня, удерживая над самой поверхностью воды и опасным бортиком.

Я взирала на случайного спасителя и не могла отвести взора от удивительно красивого дарга с переменчивыми глазами оттенка расплавленного серебра и смуглой кожей цвета искрящихся углей.

— Надеюсь, мне полагается поцелуй за спасение красавицы! — произнёс мужчина низким, пробирающим до мурашек голосом. — Хотя я излишне самонадеян, ведь приличные человечки не дарят поцелуи незнакомцам. Меня зовут Валафар. А вас, прекрасная дева?