Глава 14

Мне не верилось, что это всё происходит со мной... Нальдивы, приставания дарга, а теперь ещё какой-то невероятный оргазм в постели сразу с двумя боссами.

Вот последнее меня совсем выбило из колеи, и я закрыла лицо руками, хотя, наверное, выглядело это глупо при условии, что в этот момент я была без одежды. Удивительно, но пульс, ещё недавно ушедший в галоп, сейчас бился почти нормально, несмотря на то, что я сейчас испытала.

— Я же теперь не умру? ... — поинтересовалась я, прикрывая то глаза, то грудь, то лобок ладонями и не понимая, что же должно быть скрыто от глаз эльфов.

— Это не точно! — раздался опасно близко над ухом голос Даэласа, в котором было столько огня, что моё тело тут же откликнулось. — Нам стоит продолжить!

— Согласно исследованиям, действие данного эликсира слишком опасно для слабых рас, лишённых магических сил... — принялся занудно зачитывать Гвинлиан, цитируя статью из Расопедии. — Боюсь, что твоей жизни ещё угрожает опасность.

Судя по тому, как вело себя моё тело, абсолютно не подчинявшееся голосу разума и нежащееся под умелыми поглаживаниями боссов, действие снадобья точно не закончилось.

— Не хочу, чтобы вы думали, что я сейчас с вами только из-за этого проклятого препарата... — прошептала я, не в силах прикусить себя за язык, ведь слова сами срывались с моего языка.

Кажется, та фигня, которую Валафар добавил в мой напиток, обладала ещё и эффектом зелья правды.

— Машенька... — начал Даэллас, но его дыхание сбилось, а вечная мерзлота в глазах сменилась вдруг синью апрельского неба, глядя в которое понимаешь, что всё точно будет хорошо.

— Малышка! — подхватил Гвинлиан, а его руки скользнули по моему телу, разжигая новый огненный смерч.

— Мне страшно... — призналась я откровенно, понимая, что сейчас произойдёт.

— Мы будем нежными... — хором ответили эльфы, и я закрыла глаза, покачиваясь на волнах их обволакивающего голоса и жара прикосновений.

Теперь я уже не могла понять, где чьи губы, руки, языки, горячее дыхание. Казалось, что я попала в кокон жарких ласк.

Мои бёдра распахнулись сами собой, когда мужские сильные руки их развели требовательно, но нежно.

— Не зажимайся, Маша... — шёпот Гвинлиана был чарующе-гипнотическим.

Короткая резкая боль опалила низ живота, и я тихонько вскрикнула, но в этот момент ощутила нежное касание к своим волосам и утонула в голосе Даэлласа.

— Расслабься. Ты такая красивая, восхитительная. Мы просто хотим сделать так, чтобы действие эликсира не навредило тебе... Ты невероятная!

Под этот восхищённый шёпот мышцы внизу живота, сжатые в страшной судороге, расслабились. А следом я ощутила, что внутри меня на место боли приходит сладкая наполненность.

— И всё же вы невыносимые, самоуверенные и надменные эльфы! Учтите, что я уволюсь, как только мы вернёмся с Нальдив! — простонала я, ощущая, как мой первый мужчина наращивает скорость и амплитуду, а в следующий момент взорвалась нестерпимо-яркой вспышкой удовольствия.

— Куда ты от нас денешься, Машенька? — раздалось сквозь пелену удовольствия дуэтом таких похожих, но при этом разных голосов. — Ты теперь наша!

«Ты теперь наша!» — раздавалось в голове, даже когда я забылась непробудным сном, который накрыл меня, словно тёплое одеяло.

Почему мои боссы так сказали? Неужели то, что между нами было, имело для них хоть какое-то значение? Почему-то мне вспомнились слова стюардессы-суккубы о том, что эльфы уже однажды любили смертную человечку и поклялись больше не впускать в сердце тех, чей век так недолог.

Во сне я вдруг ощутила чьё-то присутствие, но оно не было кошмарным или пугающим, скорее — тёплым и участливым. Сквозь череду сумбурных образов я вдруг увидела юную и миловидную девушку с вьющимися рыжими волосами, задорными веснушками и добрыми глазами. Почему-то я уже знала, кто она.

— Здравствуй, Маша... — раздался мелодичный чистый голос.

— Здравствуй! Извини, я не знаю, как тебя зовут.

— Неважно. У меня не так много времени. Хорошо, что у тебя есть зачатки магических способностей, иначе мне не удалось бы к тебе прийти.

— Магических? У меня? — переспросила я недоумённо.

— А не твоя ли бабка считалась деревенской ведьмой?

На миг мне стало не по себе. Откуда эта девчонка знает, что моя бабушка была так называемой знахаркой, к которой приезжали люди со всей области, чтобы полечиться?

— Ты и сама умеешь чувствовать людей и представителей всех рас. Знаешь, как себя повести в сложной ситуации, а твоя интуиция почти никогда тебя не подводит.

— Недавно подвела... — пробурчала я, вспомнив, как Валафар подмешал мне эликсир страсти.

При одном воспоминании по телу пробежал озноб.

Силуэт девушки подёрнулся рябью, и она обеспокоенно оглянулась куда-то, словно увидев нечто неприятное.

— Мне уже пора. Жаль, что не могу поговорить с тобой подольше. Маша, я пришла, чтобы попросить тебя об одном... Позаботься о Даэлласе и Гвинлиане. Они закрыли свои сердца, когда меня не стало. Но невозможно жить без любви. Даже таким надменным и холодным эльфам, как они.

— Но я... — начала я неуверенно.

— Ты уже сама всё чувствуешь. Пусть сейчас они испытывают чувство вины и раскаяние в том, что решили тебя использовать в своих целях, но за этим скрывается нечто большее. Просто эльфы этого ещё не понимают. Сама знаешь — мужчины порой бывают такими непонятливыми. И я слышала, как они сказали, что ты их... Когда-то эти слова звучали и для меня... — в голосе рыжей послышалась такая грусть, что сердце сжалось.

Но вместе с сочувствием я испытала стыд. Неужели она знает, что произошло ночью между мной и мужчинами?

— Как ты могла слышать? Ты что, подсматривала за нами?

Серебристый лёгкий смех наполнил пространство и мою голову звоном сотни бубенцов.

— Как я могла подсматривать? Я ведь всего лишь плод твоего сна, видение, которого не существует? — произнесла собеседница, тая в воздухе. — Позволь себе и своим избранникам быть счастливыми, позаботься о тех, кто навсегда в моём сердце. Они заслуживают любить и быть любимыми...

Последние слова прозвучали едва слышным отдаляющимся шёпотом. И в этот же момент я открыла глаза.

Солнечные лучи щекотали лицо, из распахнутого окна доносился аромат экзотических цветов и свежий йодистый запах моря. Кажется, у меня дежавю — недавно я уже просыпалась в постели боссов, только тогда всё было иначе. Тогда я была их неловкой, зажатой секретаршей, которая должна выполнить свою часть договора.

А кто я для них теперь?