Итак, фея.

Сказать, что я обалдела, значило бы сильно преуменьшить. Но почти сразу же пришла твердая уверенность, что всё это — просто затянувшийся сон. Ни в каком я не в волшебном лесу! Скоро прозвенит будильник, и я, босиком прошлёпав на кухню, с упоением стану варить себе дорогой родительский кофе, чтобы потом варварски разбавить его сгущенкой.

А потом пойду в ветеринарку за котом.

Или его тоже не было?

— А если не надоело, то зачем ты трогала прамарант? Да еще с такой… кхм… целью?

— Кого трогала? А-а, вон те лопухи? А они всё-таки ядовитые? — ну, сон так сон. Поиграем по вашим правилам.

— Ты что, новенькая? — с сомнением спросила фея и подлетела ближе. Красивое личико из сердитого стало заинтересованным. Я обратила внимание, что крылья почти совсем не трепыхаются, лишь в воздухе вокруг вспыхивают мелкие искорки.

— Ну, смотря в каком смысле, — несмотря на нереальность происходящего я почему-то не хотела однозначно соглашаться или отпираться, пока не пойму, о чём идет речь. — Я вообще-то тут ненадолго. Просто за котом в лес забежала. Поймаю и сразу обратно.

— За котом… — протянуло волшебное создание. — Ведьма, что ли?

— Нет.

— Ладно. Давай пойдём длинным путём. Вижу, одежда на тебе не деревенская. Ты из какого города?

— Из Питера.

Волшебное создание нахмурилось.

— Хорошо. А в каком мире твой Питер?

— В реальном! — вспылила я. — Чего вы меня допрашиваете вообще? Я кота заберу — и обратно! И вообще всё это — дурацкий сон.

— Ага, всё-таки новенькая, — невозмутимо заключила фея.

— Ну и что это означает? — спросила я. Очень хотелось поскорее оборвать беседу и проснуться, но любопытство пересилило.

— Тебе знакома концепция Лимба? — серьезно спросила летунья.

— Что-о? Вы намекаете, что я умерла? — меня пробрал холодный пот. Из уроков литературы это слово запомнилось даже слишком хорошо.

— Да нет! — она махнула рукой. — Просто Лимб — такое место в вашей мифологии, которое собирает в себя кого попало, без всякой определенной цели. Ну, или что-то вроде того. Твой мир ведь — Земля, правильно?

— Правильно, — я прислонилась к дереву, чтобы обрести дополнительную точку опоры. — Только не кого попало, а тех, кому в Рай нельзя, а в Ад — не за что.

— Не цепляйся к формулировкам. Важно другое. Это место собрало кучу иномирян. Никто не знает, по какому принципу вас сюда затягивает. Обычно гости стараются найти соотечественников и держаться вместе. Впрочем, людей это касается в меньшей степени. Ну, пробудешь подольше — разберешься.

— Я не хочу подольше, я домой хочу! — уныло сказала я, начиная подозревать, что проснуться не получится. — Родители вернутся, будут меня искать! Да и как же я — одна, без них, чёрт знает где? — на глаза навернулись слёзы.

— Ну тут уж, извини, ничем помочь не могу. Мир сам выбирает, кого затянуть, а кого выбросить.

— И совсем никак не попасть обратно?

— Возможно, повторюсь — только возможно, у тебя есть здесь какая-то задача, выполнив которую ты сможешь вернуться обратно. Но обещать не могу, прости. Многие вновь прибывшие живут здесь до конца своих дней. Но если тебя это утешит, бывают даже вполне счастливы. Семьи заводят, хозяйство…

«Так. Ладно. Это уже похоже на какой-то компьютерный квест. Пройду и вернусь… Наверно.»

Я вытерла слёзы и глубоко вздохнула пару раз, чтобы успокоиться.

— А где мне найти… ну… своих? С Земли.

— Поищи кого-нибудь в городе. Людей очень много. Больше, чем всех остальных. Хотя вы не настолько придерживаетесь своих групп, так что не гарантирую лёгких поисков. Я тебя сейчас выведу на тропу, а там топай прямо, не ошибешься.

— А тут не опасно? Расскажите хоть немного, что меня ждёт?

— Да не опаснее, чем в любом другом мире. Бандиты есть, конечно. Звери дикие. Гоблинов лучше не злить. В незнакомых зарослях не спать… И не делать в них того, что ты делала. А так в целом всё как везде.

— А магия? — осторожно спросила я.

— Ты сама как думаешь? — фыркнула фея, крутнувшись в воздухе.

Тут я почувствовала мягкое прикосновение к ноге. Вздрогнула, но оказалось, что это рыжий подлец наконец нагулялся. Пришел полюбопытствовать, куда-таки завел свою новую хозяйку. Сволочь.

Я взяла кота на руки и уткнулась лицом в тёплый пушистый бок. Стало полегче.

— Точно не ведьма? — уточнила фея, с опаской отстраняясь от кота. — Уж очень на фамильяра похож.

— Не выявлено, — процитировала я универсальный ответ для докторов.

— Ладно, пойдем, — вздохнула моя собеседница.

Я секунду постояла у переноски и решила ее бросить. Если это всё-таки сон, нет смысла напрягаться, а если нет, то не в интересах кота теряться. И его безопасность — наименьшая из моих нынешних проблем.

* * *

Фея не соврала. С малозаметной лесной тропы она вывела меня на довольно широкую и утоптанную дорогу, попутно рассказывая о том, как устроен Лимб.

Пока всё выглядело похожим на среднестатистический фэнтези-романчик а-ля средневековье. Есть города: центры торговли, полезных знакомств и всяческого мошенничества. Есть поселения, живущие огородничеством, скотоводством и охотой. Из непривычного — множество разных народов: демоны на севере в предгорьях, карлики, предпочитающие путешествовать по одному-двое, эко-люди…

— Эко-люди — это эльфы, что ли? — уточнила я.

— Не-а, эльфы сами по себе. Они почти ни с кем не общаются, — махнула рукой спутница. — Эко-люди — они такие, как бы сказать, странные. Встретишь — не спутаешь. Большинство из них, кстати, с Земли в разных её вариациях.

На фоне эльфов и демонов загадочные экоактивисты не показались мне чем-то выдающимся и тем более «странным», но спорить я не стала.

— А гоблины, демоны, кто там ещё, олицетворяют силы зла? И нападают на мирные поселения?

Фея поморщилась:

— Ты вот отучись, пожалуйста, сразу делить всё на черное и белое! Насколько я понимаю, в твоём мире есть книги об этих существах. И все они ведут себя совершенно определенным образом. Например, эльфы — хорошие, орки — плохие, фейри — коварные и всё в таком духе. Правильно?

— Ну, вроде того.

— А вот теперь представь, пожалуйста, что сюда, к нам, попадает не армия орков разом, а один единственный их представитель. И вместо того, чтобы с порога начинать творить злое зло, он должен как-то привыкать, приспосабливаться, выстраивать свою жизнь в совершенно новом мире. Вполне вероятно, что он станет воином, потому что умеет это лучше всего (и то — не факт). Но против кого он станет применять своё оружие — это уже очень большой вопрос. Потому что на первый план выходят индивидуальные черты.

— Ну ладно. Но он же не один сюда попадает, так? Со временем найдёт своих и…

— Что «и». Кто-то из них здесь уже десять лет сеет хлеб. Кто-то обучает деревенских детишек основам боя. Кто-то вообще за книги засел. Нету плохих и хороших народов. Есть только поступки и решения каждого конкретного существа. Или ты считаешь, что все люди изначально хорошие?

— Не считаю, — я смутилась. — Но, если уж мы взялись обсуждать орков, неспроста же их всегда описывают злыми и опасными? Да и вообще, я была уверена, что их выдумал писатель из нашего мира. А теперь что же получается — он здесь был и сам их видел?

— Может быть. Хотя я предполагаю другое. Не он их видел, а любая озвученная многократно мысль, и тем более — книга, создаёт миры. Чем больше людей о них знает, тем они обширнее и надёжнее. У нас всё время появляются новые создания, о которых никто никогда раньше не слышал. Но тех же орков и эльфов — сравнительно много. Фейри, драконов, чародеев — тоже. А вот, не знаю, вендиго, змеев Горынычей или лис кицунэ — куда меньше. Возможно, о них думает или пишет гораздо меньше народу.

Мне стало немного обидно. Вроде, живу в большой стране с богатой историей и мифологией, а Горынычи у них, видите ли, непопулярны. Впрочем, ничего не попишешь, европейский фольклор распространился по всему миру. Как и почему, — вопрос десятый. Но даже у нас молодые писатели скорее опишут какого-нибудь Джона, скачущего по фьордам, чтобы спасти прекрасную даму от дракона, чем Ивана, добывающего меч-кладенец для битвы с Кощеем. Где-то мы свернули не туда…

Всё это тут же натолкнуло меня на другую мысль:

— Выходит, мой мир первичен?

— Что ты имеешь в виду?

— Ну, раз здесь появляются существа, описанные в нашем мире, значит это именно мы их придумали?

— Ну, может быть. Если только однажды кто-нибудь восьмиглазый и четырёххвостый в порыве вдохновения не придумал забавных существ под названием «люди».

— Вот ещё! — какая возмутительная идея. — И вообще, чего нас выдумывать? Нету в нас ничего «забавного».

— О-о, ты серьёзно? — фея расхохоталась.

— Ладно. Я поняла. А с языками что? Я смогу вообще объясняться с окружающими?

— Об этом не беспокойся: все понимают всех. Это одно из свойств Лимба. Могут, конечно, проскакивать особо заковыристые выражения, но это больше у древнейших рас. И там по интонации скорее всего будет ясно, что имеет в виду собеседник. Переспросишь, если что.

Да уж, интересное место. И куда же мне пристроить себя в таком мире? Как заработать на жизнь? Ни пахать, ни прясть, ни даже воровать я не умею. Боевым искусствам не обучена. Даже костер при помощи подручных средств, наверно, разожгу далеко не с первой попытки.

Надо найти других людей с Земли. Только станут ли они помогать просто так, за здорово живешь? Если русских встречу — может и приютят. А американцы какие-нибудь? Или немцы?

Хотя нет, стоп! Возможно и правда стоит отвыкать судить людей… тьфу, любых живых существ судить… по месту рождения и внешнему виду. В конце концов, тут все в одной лодке. Не имеет значения, кто кем был раньше.

— Пожалуйста, посоветуйте мне что-нибудь, — попросила я.

— Легко! Не сиди на холодном — застудишься, — съехидничала фея и снова засмеялась, глядя на мое обиженное лицо. — Ну хорошо. Тебе надо подумать, что ты умеешь. И попробовать этим заработать. Если не выйдет, припомнить что-нибудь другое. На милостыню долго не протянешь, да и не любят в городах новеньких попрошаек. Там уже всё поделено между местными.

— Но в том-то и дело, что ничего я особо не умею! Даже не решила, куда после школы буду поступать. Какое уж тут ремесло?

— В таком случае могу тебе наколдовать одежду… м-м, как бы так выразиться… барышни сомнительных моральных устоев. Они всегда нужны. А ты молоденькая, симпатичная. Глядишь, зацепишься за какого-нибудь богатея, да и неплохо устроишься.

Я внимательно посмотрела на летунью. Нет, не издевается.

Прямо скажем, никакая из нее поучилась фея-крёстная. Хотя, с другой стороны, Золушка ведь почти так и поступила. Чёрт! Никогда не рассматривала сказку с этой стороны.

А мироустройство — совсем как у нас. Некоторые одноклассницы себе как-то так грядущую жизнь и представляют. Найти папика и кататься по курортам за его счет.

— Мне эта идея что-то не очень нравится. Может есть ещё варианты?

— Ну вот была бы ты ведьмой, было бы проще, но отпираешься же!

— Да что вы заладили? Нету у нас в мире магии, и все ведьмы — шарлатанки, которые просто тянут из людей деньги. Стойте! А здесь такое тоже сработает?

— Почему бы и нет? Люди-то одинаковые, — беззаботно пожала плечами волшебная провожатая.

— Так, уже лучше. А как тут у вас, не жгут за ведьмовство?

— Фу, какое варварство! — возмутилась спутница. — А у вас жгут?

— Ну, сейчас уже нет, а так — были времена.

— Жечь не будут. Ну, поколотить могут, если на обмане поймают. Или из города выгнать. Или камнями забить, если совсем не повезёт. Тут, как и с любым обманом — по грани ходишь.

— Похоже это мне тоже не очень подходит, — перспектива избиения камнями не вдохновляла.

— Погоди пугаться, может тебе и врать-то не придется. У тебя же такой кот!

— А что — кот?

— Кот — по определению — существо необычное. Их знаешь сколько на весь наш мир? Может, едва десяток наберется. А твой — так и вовсе какой-то особенный. Никак не пойму, в чём тут дело. Понимаешь теперь, почему я так настойчиво тебя спрашивала о ведьмовстве? Ну-ка, погладь его!

Рыжик к этому времени уже давным-давно удобно устроился у меня на плечах, свесил лапы и вполглаза дрых. Я послушно потянулась рукой наверх и почесала его по большой круглой башке.

— Теперь щелкни пальцами.

Я щелкнула. Посыпались маленькие едва заметные искорки, как те, что кружились вокруг феи.

— Ой! Что это? — ничего умнее мне в голову не пришло.

— Видимое проявление магии. Любые предметы с волшебной аурой, живые существа и заклинания при взаимодействии с чем-то проявляют себя таким образом.

— Так что же это, я теперь умею колдовать? — настроение резко пошло вверх.

— Ну нет! — рассмеялась спутница. — До «колдовать» тебе еще ой как далеко. Если вообще освоишь когда-нибудь это искусство, с твоим-то неверием! Но на спецэффекты пока хватит. А с них ведь всё и начинается, верно?

— Вы много слов из моего мира знаете, — заметила я. — «Спецэффекты» вот, да и другое…

— Так я сколько ж на свете живу? — тяжко вздохнула собеседница, — Навидалась вас, разных.

— А сколько? — заинтересовалась я, отбросив приличия.

— Как сказать… наша жизнь отличается от человеческой. Весной, с нарождающейся травой и тёплыми солнечными лучами мы открываем глаза, расправляем крылья и кружимся в потоках воздуха до поздней осени. Потом приходят холода, а с ними — долгий и тёмный сон без сновидений. И снова весна. Мне кажется, что каждый раз я — новая, только что рожденная. Но память и знания сохраняются. Так что лет мне, вероятно, столько же, сколько и этому миру. Если не больше. Вот так.

Я не нашла, что ответить. Наверно непросто веками в одиночестве скитаться по лесам и полям, периодически наставляя на путь истинный свалившихся на голову идиотов, вроде нас с котом. Хотя, если представить её просто как компьютерный бот, созданный для первичного инструктажа персонажей, то уже не так всё и грустно.

Всё, что когда-либо было выдумано, обретает где-то жизнь. Вот и фея-инструктор подгружается по мере необходимости.

Да нет, ну невозможно ведь воспринимать такое всерьез!

Я честно попыталась вспомнить, не соглашалась ли на участие в тестировании какой-нибудь новой супер-реалистичной компьютерной игры перед тем, как мне привиделся загадочный лес. Безрезультатно.

— Ну всё, — заявила спутница. — Теперь шагай по прямой до города, все перекрестки и развилки игнорируй. Нужная дорога — самая широкая. Ближе к цели и народу побольше будет. Если засомневаешься — не стесняйся, спрашивай.

— А долго идти?

— Часов за пять-шесть доберешься.

— О-о, — протянула я. Ноги и так уже гудели, хотелось есть и пить. Шея под котом вспотела и чесалась.

— И давай так. Я тебе сейчас кое-что дам с собой, несмотря на то что ты испоганила мои кусты. Но будешь мне должна. Ясно?

— Ясно, — обреченно согласилась я.

— Во-первых, одежда. Ходят у нас тут в разном, женщиной в штанах никого не удивишь, но раз уж ты ведьма, потребуется что-то более приличное. Например, вот.

Вокруг меня закрутилось искристое марево, кот молниеносно спрыгнул и забился под ближайший куст, а джинсы с майкой превратились в бесформенное одеяние по щиколотку, расшитое таинственными символами. На поясе забренчали птичьи черепа и какие-то подозрительные мешочки.

— А что означают эти надписи? — спросила я, зачарованно разглядывая красивущие рукава.

— Да бесы их знают, — отмахнулась фея. — Но ты придумай что-нибудь соответствующее.

— Ещё вот карты возьми. Гаданием проще всего людей привлечь, — мне в руки легла толстая колода больших и бывалых с виду карт, оформленных в том же стиле, что и одежда.

— Спасибо.

— С деньгами сложнее. Их я наколдовать не могу. Только превратить твои собственные — в здешние. Есть у тебя с собой монеты?

— Нет… Только вот это, — я вытащила из кармана рюкзака банковскую карточку.

— М-да. Ладно, давай посмотрим.

Маленькая чародейка окутала пластиковый прямоугольник целым снопом сверкающих искр. Тот закрутился в воздухе, затрещал, запульсировал, и в дорожную пыль один за другим упали несколько металлических кругляшков.

— Надо же, получилось, — удовлетворенно пробормотала фея. — Но как придёшь в город — потрать всё подчистую, на завтра не оставляй. Они, конечно, обратно уже не превратятся, но и надолго у тебя не задержатся.

— А одежда и карты тоже исчезнут? — с опаской уточнила я.

— Нет, это статичный эффект. Только с деньгами у нас проблемы. У всех, кто имеет дело с магией, — уточнила новая знакомая на мой вопросительный взгляд. — Между прочим, специалисты твоей профессии предпочитают натуральный обмен — оплату едой, тканями, услугами. Не держатся деньги рядом с волшебством. Мне вот и в руки-то их не взять, а от чародеев они просто уплывают при первой возможности.

— Понятно, — сказала я. — Спасибо огромное! Меня, кстати, Кристиной зовут. А вас?

— А вот с этим ты поосторожнее. Не нужно каждому встречному имя называть. И моё тебе ни к чему. Лучше прозвище придумай, чтобы никто из тебя марионетку не сделал или ещё чего похуже.

— А что, и такое возможно?

— А ты можешь себе такое вообразить? — ответила вопросом на вопрос волшебница.

— Могу.

— Ну, значит, это есть. Подходи к нашему миру с такой позиции, и будешь примерно понимать, чего ожидать.

После этого она просто исчезла. Как и не было. Только искорки осыпались, бесшумно растворяясь в траве.

Всё-таки типичная фея-крёстная, — подумалось мне. — Вот тебе одежда, вот деньги, только потрать всё до полуночи. И даже волшебный кошак в помощь. Ладно, попробуем с этим как-то прожить.

Непрошенное «попробуем прожить» снова всколыхнуло волну отчаяния. Я представила, как родители, вернувшись домой, тщетно обзванивают общих знакомых. Как мама, рыдая, даёт показания хмурому полицейскому, а папа молча держит ее за плечо. И как я совсем одна скитаюсь по дорогам чужого мира с тощим котом в поисках чёрствой корки хлеба.

С полчаса я сидела в пыли прямо посреди дороги, размазывая слёзы и изо всех сил пытаясь проснуться. Кот влез на колени, усердно мурча. Я яростно наглаживала его, рассыпая снопы магических икорок, но никто так и не пришёл, чтобы спасти нас обоих и за шкирку вышвырнуть в привычную реальность.

Наконец я продышалась и тяжело поднялась. Если уж вариантов нет, остаётся действовать. Постепенно, шаг за шагом, не отвлекаясь на бессмысленные метания. Если это какой-то странный квест, я пройду его и вернусь. И чем скорее начну — тем лучше. В конце концов — исходные условия могли быть куда хуже.

Еще мелькнула мстительная мысль, что Наташа, заводила из класса, матерящаяся, разгульная и курящая уже года три, точно выбрала бы наряд путаны. Но дальше все мысли вытеснило монотонное перебирание ногами. Кот иногда бежал рядом, иногда просился на руки, но в целом не пытался потеряться и вообще вёл себя как приличный магический фамильяр.