Я вздрогнула, покидая чужое воспоминание. Свечи на столе горели ровно, оплавившись лишь самую малость.

Не было никакого утра на чужом крыльце и дороги без возврата. Точнее — у меня не было. Пришлось сосредоточиться на том, что я — Крис, гостья из другого мира и, видимо, будущая ведьма-менталист, а не королевская ищейка Нэйилинн.

Но серая тоскливая пелена на сердце так и осталась. Какое-то время я действительно была ею: видела чужими глазами, испытывала чужие эмоции. И были они, честно говоря, ненамного лучше моих собственных. Вот тебе и несгибаемая железная женщина-воин!

Время снова потекло в привычном темпе.

Подруга библиотекаря сидела напротив с отрешенным лицом и стиснутыми кулаками. Значит, хорошо понимала, что я копалась в ее воспоминаниях и многое успела увидеть. Но с другой стороны — она ведь сама этого и хотела, разве нет? Получила нужного специалиста, протестировала его на себе. Чего обижаться?

— Похоже тебе придётся поехать со мной, — наконец заявила Нэй, поднялась и принялась нервно вышагивать по залу.

— А-а, э-э, если я не захочу? — романтика героических странствий в моём представлении чуть поистрепалась, когда я заглянула в воспоминания человека, для которого подобные путешествия являлись суровой рутиной.

— Это не обсуждается, — в голосе воительницы зазвенел металл. — Приказ короля!

— Мне кажется, Фелбс упоминал, что здесь совсем другая страна, — я сделала еще одну робкую попытку отпереться.

— Ты уверена, что ДЕЙСТВИТЕЛЬНО хочешь со мной спорить? — прошипела Нэй, нависнув надо мной и окончательно перестав быть приятной собеседницей.

Я замолчала. Пожалуй, она была не в том состоянии, чтобы выслушивать какие-либо аргументы «против».

— Вот и отлично, — буркнула Нэй и, не прощаясь, выскочила за дверь.

— Поздравляю, — как-то невесело усмехнулся смотритель библиотеки, — у тебя очень редкий и, прямо скажем, непопулярный дар. Менталистов боятся. Люди не любят терять контроль над своим разумом, даже если этого самого разума у них — сущие крохи.

— Разве это так ужасно, что я могу заглянуть в воспоминания? Не у всех ведь есть страшные тайны.

— Во-первых, у всех. Просто градация страшности не универсальна. Для кого-то и предательство страны — не повод стыдиться, для другого — украденный с городской клумбы цветок — повод корить себя всю жизнь. Но ни тот, ни другой, не хотят, чтобы его секреты всплыли на поверхность. А твоя сила этим не ограничится. Со временем ты сможешь подчинять людей своей воле, заставлять их поступать сообразно твоим желаниям и самое главное — забывать о том, что кто-то к чему-то их принудил. В таких условиях очень тяжело остаться хорошим человеком. Или живым.

— В компании с Нэйилинн — уж точно, — фыркнула я. — Что же мне теперь — до конца дней скитаться по дорогам и допрашивать для неё преступников?

— Ну, почему же сразу до конца дней? — замахал руками Фелбс. — Съездишь с хорошей компании в соседнее королевство, или где там она этого несчастного держит, чуть-чуть мир посмотришь, выведаешь, что нужно, и сразу назад. Мы тебе тут всегда рады! На всё про всё, небось, и месяца не уйдет!

— Да? — я чуть приободрилась. Перспективы осеннего промозглого путешествия в обществе переменчивой подруги старика, конечно, не особенно вдохновляли, но мне по крайней мере уже не казалось, что на жизни поставлен большой жирный крест. — А часто она вот так орёт?

— Да не-ет, — ненатурально выгородил подругу библиотекарь. — Ты ей просто в душу не лезь, и она будет лапочка-заинька.

* * *

На сборы воительница разрешила мне потратить два дня. Скорее всего, только из-за своей разыгравшейся простуды. Наверняка если бы не она, меня бы за шкирку утащили из библиотеки прямо в ночь злосчастного эксперимента с чтением воспоминаний. Я из вредности не стала предлагать Нэй полечиться при помощи кота.

Положение фамильяра беспокоило меня чуть ли не больше всего. Тащить его с собой — не вариант: или сам потеряется, или лиса нападёт (их тут вообще многие вместо собак держат), или утонет при переправе через реку. Я даже примерно не представляла, будет ли по пути река, но фантазия охотно подбрасывала мне всё новые ужасные картинки гибели питомца.

Скрепя сердце, я решила оставить зверя на попечении Марыси и Фелбса. Ничего ведь ужасного за месяц не случится, правда?

Библиотекарь остался доволен таким решением, потому что кот, словно по заказу, накануне придушил мышь и полдня переносил трупик с места на место, чтобы все смогли оценить многогранность его героизма. Жрать добычу он, конечно, не стал, да и к лучшему. В конце концов Марысе удалось стащить убиенного грызуна и выбросить его на улицу.

— Фелбс, а это вообще нормально, что мы поедем вдвоём? — прицепилась я к старику, когда вещи были собраны, и чувство ожидания начало глодать меня с новой силой. — Ну, то есть я понимаю, что Нэй — опытный воин, и всё такое. Но если на нас набежит десяток бандитов, тут и она не отобьётся, разве нет?

— Ты опять судишь по своему миру, — улыбнулся библиотекарь. — Здесь вдвоём будет даже безопаснее. Не забывай, что в Лимбе много чародеев. И если две девицы вот так нахально пробираются в глуши — кто знает, чего от них можно ждать? Одеты вы небогато, так что риск соваться к вам не оправдан. А вот если едет отряд — всем ясно, что рассчитывают только на силу оружия и наверняка везут что-нибудь ценное. Не переживай, всё будет хорошо.

— А если волшебник будет среди нападающих?

— Ну, тогда вам и двадцать обученных солдат не помогут. Ты в каких-нибудь богов веришь? Вот пойди, помолись — говорят, это помогает.

Успокоил, нечего сказать.

Сборы тянулись неимоверно долго, но закончились слишком быстро. Вроде бы только что я слонялась от стены к стене, не зная, куда себя деть в ожидании захватывающего, но пугающего приключения, и вот — мы уже стоим на пороге, готовые к выходу. Колени дрожат, сердце колотится, и всё внутри меня вопит: «нет, я передумала, я никуда не хочу!».

Но показывать слабость нельзя. В путь отправляется будущий крутой менталист. Незачем Нэйлинн знать, что пока я — всего лишь напуганная соплячка, лишь дважды покидавшая пределы города.

Фелбс и Марыся в двадцатый раз пообещали следить за котом и попытались убедить меня, что я тоже не ударю в грязь лицом. Даже Гор пришел попрощаться за день до отъезда и напоследок торжественно вручил амулетик, больше всего напоминающий простой чертополох на веревочке.

— Он тебе поможет не попасть в ловушки Волшебной страны. Да и сквозь мороки будешь видеть. Так что вот, — гордо сказал он, вручая колючую штуку.

— С чего это такая неслыханная щедрость? — подозрительно сощурилась я.

— Ну так ты ж это, моя невеста! — заявил он, нахально заржал и дал дёру до того, как я успела отвесить ему подзатыльник. Гадёныш всё-таки слышал тот разговор. Ну я ему припомню!

Покрутив подаренную подвеску в руках, я машинально сунула её в один из карманов мантии.

* * *

Нэй, конечно же, путешествовала верхом. Значит аналогичное испытание было уготовано и мне.

За всю жизнь я только пару раз общалась с лошадьми. Однажды — в парке возле дома, чтобы пафосно сфотографироваться в ковбойской шляпе. Да ещё — кружок шагом по асфальтированной аллее, когда ездили на юг с родителями. Оба раза затея мне совсем не понравилась. Не представляю, почему многие люди любят кататься на лошадях. Ощущать под собой перекатывающуюся, постоянно двигающуюся в произвольных направлениях гору мускулов, которая к тому же ещё и обладает собственным мнением, страшновато. С первых же секунд начинаешь понимать, что на самом деле практически ничего не контролируешь.

Наверно, у опытных наездников ощущения совсем иные. Но при виде нашего транспорта мне стало очень страшно.

Нэй успокаивала меня как могла. Победив злосчастную простуду и немного успокоившись после ментального контакта, она вновь стала приятной в общении и даже вполне искренне извинилась за то, что была так резка со мной. Теперь она изо всех сил старалась преподнести грядущую поездку как увеселительную прогулку.

Правда, когда в моей сумке мелькнул уголок той самой красной книги по ментальным воздействиям, улыбка на миг застыла на лице воительницы, как приклеенная. Но девушка быстро справилась с собой, зная, что это нужно для дела.

Её можно было понять. С одной стороны, аксиома такова: мне необходимо практиковаться, дабы допрос опасного преступника увенчался успехом. С другой — на ком мне тренировать свои навыки, если мы едем вдвоем? Понятное дело — на спутнице. И этот факт никакого энтузиазма у той не вызывал.

— Ну так возьмите с собой какого-нибудь обалдуя из города, — убеждал подругу Фелбс, — вроде как для охраны. И пусть Крис использует его как подопытного.

— Мне нужно напоминать тебе, что задание секретное? — Насупилась та, непреклонно скрестив руки на груди.

— Так не рассказывайте ему все подробности! Или соврите. Или заплатите за отсутствие лишних вопросов, в конце-то концов!

— Да он же всё равно сбежит, как только поймет, чем Крис занимается! Ещё и разболтает всем про её навыки. А она пока не умеет лазить в голову так, чтобы человек этого не ощущал. — Нэйилинн быстро взглянула на меня, и я безо всяких магических штук поняла, что мысленно она добавила «надеюсь».

И вот пришло время стартовать. Наши сумки уже висели на невысоких крепких лошадках. С виду те не казались страшными или буйными, но к своей я приблизилась с изрядной опаской. Мало ли — прикидывается? Ее купили только вчера вечером, поэтому толком познакомиться у нас возможности не было.

Зверюга снисходительно слопала яблоко из моей руки и, удостоверившись что с угощениями покончено, равнодушно отвернулась. С погодой сегодня повезло, солнце озаряло вершины деревьев, игриво плясало на золотых листьях. В стылом безветренном воздухе надолго повисал пар от дыхания, но без привычного уже промозглого ветра на улице было даже приятно. Вездесущий запах дыма, к которому с наступлением холодов добавился аромат сырой земли и мокрых листьев, бередил сердце и гнал в дорогу, прочь от уютной библиотеки, к приключениям и чудесам.

Мой страх остался позади, как и муторное, какое-то сумбурное прощание с друзьями. Впереди загадочной пеленой висела неизвестность. Всё тело мелко подрагивало, то ли от озноба, то ли из-за адреналина. По знаку Нэйилинн я сунула ногу в стремя и неизящно ввалилась в седло. Лошадь переступила с ноги на ногу, но больше никак характер не проявила.

Поводья мне трогать пока не полагалось, воительница прицепила их к своему седлу. Что же, тем лучше. Спутница обещала сильно не гнать, так что мне следовало просто привыкать к новому виду транспорта и обозревать окрестности. Но когда лошади неспешным шагом двинулись вперед, я запаниковала и судорожно уцепилась за луку седла.

— Двигай бёдрами на шаге, вперед-назад. Так, чтобы поясница сглаживала тряску, — посоветовала Нэй, некоторое время с интересом понаблюдав за моими мучениями.

Я попробовала. Держаться стало легче, хотя удовольствия новый аттракцион по-прежнему не доставлял. Постепенно я даже смогла расслабиться, насколько это вообще было возможно в таких условиях.

Через пару часов, когда мы уже отъехали от города на некоторое расстояние, я поняла, что страх упасть с лошади — не единственная моя проблема. Спешно пошитые для путешествия тёплые штаны оказались далеко не идеальными для верховой езды. Шерстяная ткань ощутимо колола, кожа под ней чесалась, где-то уже начинала саднить, и я с ужасом представляла себе дальнейший путь. Душу бы сейчас продала за плотные колготки! Хотелось расплакаться и запроситься домой, но духу никак не хватало. Я вертелась так и эдак, но удобно пристроиться, минимизировав дискомфорт, не удавалось. Проклятый зуд только нарастал.

В процессе очередного почесушного манёвра я чуть не съехала с седла набок, вскрикнула, и Нэй остановила лошадей.

— Да что ты там ёрзаешь? — недовольно спросила она. — Если нужно остановиться, так и скажи. Это совершенно не зазорно, тем более что я тоже женщина. У тебя красные дни?

— Да нет, — моё лицо залилось румянцем. Обсуждать подобные вещи с малознакомым человеком не хотелось. А еще я с ужасом поняла, что о «красных днях» на время грядущей поездки тоже никак не позаботилась.

Воспользовавшись остановкой, я неуклюже сползла на землю, пару раз прошлась туда-сюда и, не удержавшись, стала яростно чесать ноги.

— Всё понятно, — рассмеялась спутница. — Шерстяные, да?

— Так ведь осень же, — буркнула я.

— Они мягонькие только если по улице ходить, — наставительно сказала воительница, ловко спешиваясь. — Долго в таких не усидишь даже за столом, а на лошади — так тем более. Почему сразу не сказала?

Я молчала, глядя в землю и снова заливаясь краской до корней волос. Сама дура, теперь только терпеть и остаётся.

— Вот, держи мои запасные, — Нэйилинн порылась в сумке и достала плотные полотняные брюки. — Они будут тебе длинноваты, но в целом фигуры у нас похожие. Давай, примерь.

— Спасибо, — пробормотала я и побрела в кусты. Желание содрать с себя кусачие штаны оказалось сильнее любых сомнений и стеснений. Правда в одной из моих сумок лежала аккуратно сложенная мантия, но вряд ли в ней было бы удобнее. Пришлось бы или ехать боком, или подставлять осенней стуже голые коленки.

Брюки спутницы мне более-менее подошли. Они прикасались к раздраженной коже приятной прохладой. Конечно, нежный флис лучше бы сгодился для такой погоды, но на фоне предыдущих мучений всё остальное выглядело сущей мелочью, так что на поляну я вернулась вполне живой и дееспособной.

— Пройдёмся немного пешком, — предложила воительница. — Всё равно лошади идут шагом, так что мы не сильно замедлим путешествие, а у тебя пока кожа немного успокоится.

Я не стала спорить. Стоять на твердой земле было куда приятнее, чем покачиваться на спине здоровенного своевольного зверя, со штанами там или без. Впрочем, одно неоспоримое преимущество у лошадей всё-таки имелось. От животных шло ощутимое тепло, будто на батарее сидишь. Пока едешь верхом, наверно, нипочем не замерзнешь. А вот переодеваясь я здорово озябла.

— Сколько нам добираться? — спросила я. Пожалуй, стоило узнать эту информацию до выезда, но я была слишком взбудоражена и всё время отвлекалась на мелкие повседневные проблемы.

— Чуть больше недели, если не возникнет непредвиденных трудностей.

Ну вот. Туристический экстремальный поход по незнакомому миру. Больше недели. Без бани, без нормальной постели! И без других удобств, как ни печально.

Я и дома-то подобные развлечения не особо любила. Одно дело — выбраться с родителями и их друзьями на шашлыки, в качестве экзотики и без ночёвки. И совсем другое — целыми днями уныло брести сквозь лес несмотря на погодные условия.

А если на нас всё-таки нападут бандиты? Или дикие звери, которые вряд ли будут разбираться, есть ли у нас с Нэй какая-то магическая защита, раз уж мы так нагло путешествуем вдвоём. А что, если, вернувшись в Библиотеку я не обнаружу своего волшебного кота? Нет, надо было всё-таки взять его с собой.

Забегая вперёд, мои тогдашние переживания, вполне возможно, были самым настоящим скверным предчувствием. Было ли оно связано с открывшимися способностями менталиста или свойственной каждому человеку способностью чуять беду пятой точкой, не столь важно. Но приключений нас впереди ждало немного больше, чем ожидала Нэйилинн. И во много раз больше, чем нам обеим бы хотелось.