Poppy Z. Brite, "The H.O.G. Syndrome", 2005
Поппи З. Брайт (12 лет)
Джоуи Каста сидел в столовой школы Гарфилда. Перед ним стоял поднос с одним из печально знаменитых «горячих» обедов — по всей школе их называли «жранчами». Джоуи с опаской ткнул вилкой в гамбургер, и из-под размокшей булочки с кунжутом вытекла капля водянистого кетчупа.
— Густые зелёные груды жирных, грязных сусличьих кишок, чумазые лапки пичуг, маринованная обезьянина… — тихонько напевал он себе под нос.
— Глазные яблоки фри в сковороде с кровью, — подхватила Лиззи Борден, усаживаясь рядом, — а я забыла ложку!
Она хихикнула. Джоуи ухмыльнулся ей в ответ.
— Лиззи Борден взяла топор… — громко и язвительно произнёс кто-то на другом конце столовой.
— Заткнись, Карло! — беззлобно крикнула Лиззи. — Эй, Джоуи, ты слышал про маленького Стеффи Харта?
— Нет. А что с ним?
— Он в медпункте — ему стало плохо от жранча. Такого не должно случаться с девятиклассником.
— Ага. Бедный Стеффи. Может, пойдём выразим ему соболезнования?
— Не глупи, Джоуи. Мы же его почти не знаем… Эй!
В глазах Лиззи уже начинали плясать озорные искры.
— А давай и правда сходим. И Карло с собой возьмём!
— Карло Росси? Только не это!
— Ну же, Джоуи. Может, премию «Мистер Обаяние» ему и не получить…
— Мягко сказано.
— Но согласись, он лучший репортёр в «Гарфилд трибьюн». И, по-моему, давно пора «Трибьюн» снова написать про жранчи.
— Уж кто-кто, а Карло жаловаться умеет, — вздохнул Джоуи. — Ладно, идём.
Услышав про Стеффи Харта, Карло Росси довольно злобно ухмыльнулся, схватил маленький блокнот на спирали и направился к двери. Уж он-то умел распознать хороший материал.
— Где этот парень?
— В медпункте, — ответила Лиззи.
Когда Лиззи и Джоуи добрались до медпункта, Карло уже был в кабинете медсестры.
— Так что именно произошло, Стеффи?
— Ну, я съел гамбургер, и он был просто ужасный. Потом обед закончился, и я пошёл на математику. Прямо посреди урока у меня начал болеть живот. Потом разболелся совсем сильно, так сильно, что я подумал, сейчас меня… ну, вы понимаете.
— Да-да, и что дальше? Продолжай, продолжай.
— Ну, я поднял руку и попросился к миссис О’Грейди. И вот я здесь.
Стеффи откинулся на подушку и закрыл глаза. За очками в тонкой проволочной оправе лицо его казалось совсем бледным.
Лиззи погладила его по кудрявым волосам.
— Бедняжка. Ты напишешь статью, Карло?
— Ещё бы. Тут может получиться материал на первую полосу.
— Но этого мало! — проговорила Лиззи почти про себя.
Карло и Джоуи повернулись к ней.
— Чего мало? — спросил Карло, и голос его сочился презрением.
— Эй, — сказал Джоуи, — не разговаривай с ней так.
— Всё нормально, Джоуи. Я только хотела сказать, что про жранчи уже написали кучу статей, а теперь на них, похоже, вообще никто не обращает внимания. Я подумала, может, нам нужен какой-нибудь комитет…
— Коми-ите-ет, — презрительно протянул Карло.
— Не такой, как комитеты Рэмзи Мида, — подхватил Джоуи, поняв, к чему она клонит. — Не тот, который раздаёт значки и собирает подписи под петициями. А, может быть… тайный комитет, который наносит удар под покровом ночи и оставляет после себя зловещие знаки!
Эта идея понравилась даже Карло.
— Стеффи, — прошептала Лиззи. — Проснись… Хочешь вступить в комитет?
Статье Карло отвели на пятой странице школьной газеты всего дюйм печатной площади.
НЕПРИЯТНОСТИ СО ЖРАНЧЕМ
Автор: Карло Росси
Вчера ничего не подозревавший девятиклассник Стефан Харт почувствовал себя плохо после того, как съел жранч. Предупреждение всем новичкам: берите обед с собой.
В ту пятницу Джоуи, Лиззи, Стеффи и Карло устроили у Лиззи дома неофициальное собрание, чтобы решить, кто ещё достоин чести войти в их комитет. Они постановили пригласить Рэмзи Мида, президента ученического совета, — потому что у него были связи в высших кругах, — и его девушку Джуни Черчилл, потому что она была единственным человеком, способным уговорить Рэмзи вступить.
Джуни согласилась. После долгих уговоров согласился и Рэмзи.
Так появился С.В.И.Н.
С.В.И.Н. расшифровывался как «Союз Восставших Из-за Несъедобного». Название придумал Джоуи. Девиз у них был такой: «Этой баландой даже С.В.И.Н. ей кормить нельзя». По вполне очевидным причинам каждый поклялся хранить тайну.
Первое официальное собрание С.В.И.Н. состоялось в Штабе — то есть у Лиззи дома. Правда, случайному наблюдателю оно едва ли показалось бы особенно официальным. Лиззи лежала на полу, разрисовывая огромный плакат, на котором должен был красоваться девиз С.В.И.Н.; Джоуи и Стеффи наблюдали за ней — или, как выразился Джоуи, «руководили процессом»; Карло развалился возле кровати Лиззи и в одиночку пожирал все картофельные чипсы; а Рэмзи восседал в жёлто-белом режиссёрском кресле, и Джуни устроилась рядом, у его колена. По радио играла популярная песня.
Лиззи нанесла на плакат последние штрихи, выключила радио и хлопнула в ладоши, требуя внимания. Никто её не заметил.
— Смир-рно! — скомандовала Лиззи.
На этот раз все подняли головы.
— Первое собрание С.В.И.Н. объявляется открытым, — важно произнесла она.
Сегодня была её очередь исполнять обязанности президента, и Лиззи собиралась воспользоваться этим сполна.
— Открытым! Ха! — фыркнул Рэмзи.
— Собрание объявляется открытым, — твёрдо повторила Лиззи. — Поскольку это наше первое собрание, старых дел у нас нет и протокол зачитывать не нужно. Да протоколы всё равно только время отнимают. Рэмзи, сообщи, пожалуйста, что у нас сегодня на повестке дня.
— На сегодняшней повестке дня — обсуждение программы горячего питания в школе Гарфилда.
Рэмзи был единственным человеком во всей школе, который никогда не говорил «жранч», зато слово «горячего» он произнёс с явной издёвкой.
— Сегодня обязанности должностных лиц исполняют: Элизабет Борден — президент; Рэмзи Мид, то есть я, — советник; Джун Черчилл — секретарь; Джозеф Каста и Карло Росси — сержанты порядка; Стефан Харт — временный казначей, замещающий мисс Борден.
— Кто-нибудь, выключите его, — сказал Карло.
Джоуи поднял руку.
— Слово предоставляется Джоуи, — объявила Лиззи.
— По-моему, — сказал он, — тебе нужно рассказать всем, что именно мы собираемся делать.
— Хорошая мысль. Джуни, добавь это в сегодняшнюю повестку. Итак, у кого-нибудь есть предложения? Слово предоставляется Рэмзи.
— Я мог бы, — предложил Рэмзи, — поднять этот вопрос на следующем заседании ученического совета. Я прекрасно понимаю, что его уже обсуждали, но считаю, что стоит попробовать ещё раз.
— Конечно, стоит. Было бы замечательно, если бы ты это сделал. Слово предоставляется Стеффи.
— Я тут подумал… — застенчиво начал Стеффи.
— Не больно было? — перебил Карло.
Лиззи свирепо на него посмотрела, а потом мягко сказала:
— Продолжай, Стеффи.
Стеффи робко покосился на Карло, но тот отвёл глаза.
— Я подумал, что мы могли бы ночью пробраться в столовую и развесить плакаты.
Все уставились на Стеффи. Тот испуганно съёжился. Они считали его настоящим трусишкой, а он предложил то, на что они и сами не были уверены, что осмелятся!
— Моей маме это может не понравиться, — осторожно заметила Джуни.
Карло посмотрел на неё с совершенно нескрываемым отвращением.
— Что я такого сказала? — спросила она.
— Ничего, Джуни. Просто воины и солдаты обычно не бегают спрашивать разрешения у своих мамочек…
— Так, громкоговоритель, хватит, — предупредил Рэмзи.
— И ты меня остановишь, господин президент ученического совета?
— Между прочим, я чемпион по боксу среди Молодых республиканцев…
— Ну ещё бы! Более снобской организации и не придумать…
— ПОРЯДОК! — завопила Лиззи. — Карло, ты сержант порядка. Ты должен поддерживать мир, а не нарушать его. Стеффи, это лучшее предложение, которое я сегодня слышала. Джуни, мне неприятно соглашаться с Карло, но рассказывать всё мамам мы действительно не должны.
Карло самодовольно ухмыльнулся.
Воодушевившись, Стеффи развил свою идею, и к концу собрания план был готов. В тот день Карло не уйдёт из школы, а спрячется в кладовке. Его выбрали потому, что семья у него была очень большая и родители, скорее всего, даже не заметили бы, что одного ребёнка не хватает. В одиннадцать вечера остальные тайком вернутся к школе, а Карло впустит их через заднюю дверь.
Операцию решили назвать «Налёт на Биг-Мак».
— Они у тебя? — спросил Карло.
— В моём «Порше», — ответил Рэмзи. — Пойдёмте, поможете занести.
— Это ещё что такое?.. — пробормотал себе под нос парень за соседним столом, разглядывая свою тарелку. — Этот бургер и правда вполне съедобный.
— А ты не знаешь? — спросил Джоуи, откинув стул назад и с серьёзным видом заглянув парню в лицо. — Кто-то прошлой ночью пробрался в столовую и подложил Биг-Маки вместо жранчей. А ещё они всюду развесили свои плакаты.
— Это вроде была банда, которая называет себя С.В.И.Н.? Я про них весь день слышу.
— С.В.И.Н., — задумчиво повторил Джоуи. — Да, кажется, это был С.В.И.Н.
Весенние каникулы подкрались к школе Гарфилда, словно галлы к римлянам, и после тщательного обсуждения члены С.В.И.Н. решили провести неделю в пляжном домике семьи Лиззи.
Первый день прошёл без особых происшествий. Но на второй день, когда все сидели на пляже, кое-что случилось. Лиззи только что вернулась с двухмильной прогулки туда и обратно по пляжу — она искала моллюсков, — и тут они заметили человека, который шёл по берегу в их сторону. Он шагал, не отрывая глаз от песка, словно что-то там высматривал.
— Эй, ты чего делаешь? — спросил Джоуи, подбегая к нему.
Незнакомец не ответил и продолжил идти по цепочке следов на мокром песке. Джоуи двинулся за ним, по пути затаптывая отпечатки.
Добравшись до компании, незнакомец остановился, взглянул на их ноги, а затем снова посмотрел на следы.
— Ага! — Он указал на Лиззи. — Эти следы… они ведь твои, правда?
— Поразительно! Как ты догадался?
— Элементарно, моя дорогая Лиззи. Судя по глубине, следы оставлены шлёпанцами. А шлёпанцы здесь только на тебе!
— А откуда ты знаешь, как меня зовут?
— Вот здесь ты написала своё имя на песке, и в буквах остались крошки красного лака. А ногти у тебя накрашены красным.
Лиззи указала на Джуни.
— У неё ногти тоже красные. Откуда ты знаешь, что Лиззи не она?
— Потому что это Джун, и оттенок красного у неё совсем другой. Погоди — прежде чем ты спросишь, откуда я знаю её имя, я сам скажу. Оно написано на именном браслете на щиколотке, который подарил ей Рэмзи!
— Да ты настоящий Барнаби Джонс! — восхищённо воскликнул Джоуи. — Как тебя зовут?
— Меня зовут… приготовьтесь… Дэри Джастис!
— А Дэри — это сокращённо от чего?
— Не имеет значения.
— То есть ты не хочешь говорить?
— С первого раза угадал.
— Слушай, Дэри, поехали с нами в город. Посидим, поговорим за пиццей.
Дэри улыбнулся.
— Конечно, Джоуи.
Джоуи ухмыльнулся.
— Даже спрашивать не буду. Вот просто не буду.
— Ну что, ребята, чего желаете?
— Большую пиццу со всем, только без анчоусов.
— И без чёрных оливок.
— И без лука.
— И без перца.
— И без колбасы.
— И без пепперони.
— Ты не любишь пепперони? Ну и странный же ты.
— Ты ведь слышал, что я сказал?
— И без бекона.
— Бекона?
— Моя мама всегда кладёт бекон в пиццу. Терпеть его не могу.
— Наверное, у тебя странная мама.
— Она ненормальная, совсем ненормальная. Каждый день, когда я прихожу из школы, она спрашивает: «Ты весь обед-то съел, Карло?» Я отвечаю: «Не-а, мам», а она спрашивает почему. Я ей рассказываю, а она качает головой и говорит: «До чего мир докатился, если мой маленький мальчик вынужден есть помои». Хотя, знаете, может, она не такая уж и ненормальная.
— Без анчоусов.
— Мы уже сказали про анчоусы!
— Ничего мы не говорили!
— Говорили!
— Не говорили!
— Говорили!
— Не говорили!
— ЭЙ! — заорала официантка.
Рэмзи и Карло перестали спорить.
— Итак, вы только что заказали большую пиццу со всем, но без анчоусов, без чёрных оливок, без лука, без перца, без колбасы, без пепперони и без бекона, которого у нас всё равно нет.
— Итак, правильно ли я понимаю, что вам нужна большая пицца с сыром?
— Да нет же. Нам нужна большая пицца со всем, только без анчоусов, без… Эй, а чего это она ушла?
— Ты раньше бывал здесь, Дэри? — спросила Лиззи.
— Нет. Но здесь наверняка лучше, чем в школьной столовой. Знаете, я бы очень хотел, чтобы кто-нибудь наконец что-то сделал с этой едой.
Лиззи взглянула на Карло. Карло взглянул на Стеффи. Стеффи взглянул на Джуни. Джуни взглянула на Рэмзи. Рэмзи взглянул на Джоуи. Джоуи едва заметно кивнул.
И вдруг все разом подались к Дэри и, перебивая друг друга, принялись рассказывать ему об организации под названием С.В.И.Н.
Дорогой Дэри!
Я пишу это на уроке математики. Мне повезло, что математика у меня перед жранчем — так мы называем «горячий» обед, — потому что это мой самый нелюбимый предмет. У Стеффи тоже, а у него математика сразу после жранча! Наверное, девятиклассникам вообще не везёт.
На случай, если ты волнуешься, сразу скажу: С.В.И.Н. — это не только работа. Взять хотя бы вечеринку, которую мы устроили в прошлую субботу вечером… Но Джоуи пытается отнять у меня бумагу, так что, пожалуй, пусть он сам тебе всё расскажет.
Привет, Барнаби! (Джонс, конечно!) Да, вечеринка была что надо. Мы играли в «Две минуты в шкафу» по номерам, но вышло не очень, потому что мы со Стеффи и Карло всё время вытягивали восьмёрку, а мы знали, что это номер Лиззи. Ты ведь знаешь, мы с Лиззи встречаемся, а Карло, по-моему, на неё запал, но Стеффи просто до смерти боится Рэмзи! Он — Рэмзи, то есть, — далеко не так крут, как сам думает, зато хвастаться горазд.
Ладно, отдам ему бумагу. Было приятно с тобой погово…
Это Рэмзи, и я хочу, чтобы ты знал: всё, что Джозеф написал обо мне, совершенно не соответствует действительности. «Далеко не так крут, как сам думает» — ха! Между прочим, я чемпион по боксу среди Молодых республиканцев, о чём уже говорил Карло несколько недель назад, когда он особенно мерзко обращался с Джун. Все утверждают, будто он почти исправился, но, по-моему, это лишь прикрытие.
Он читает у меня через плечо и говорит, что уж кто-кто, а я должен разбираться в прикрытиях, потому что собираюсь стать вторым Р. Никсоном. Что ж, кто бы говорил.
В заключение я хотел бы узнать твоё настоящее имя, поскольку я никогда не называю людей по прозвищам. Это не соответствует моему имиджу.
Дэри, в субботу вечером на вечеринке, устроенной С.В.И.Н. для С.В.И.Н., Рэмзи Мид и Джуни Черчилл просидели в шкафу восемь минут. Прошу обратить внимание: мы играли в «Две минуты в шкафу», а не в «Восемь минут в шкафу». А когда они наконец вышли, вся его дурацкая физиономия была измазана помадой. Так, КТО, ЧТО, КОГДА и ГДЕ я изложил. Я бы ещё сообщил тебе ПОЧЕМУ, но хоть убей не могу понять, а кроме того, миссис Никсон требует бумагу. Может, она и объяснит тебе ПОЧЕМУ.
Ну разве он не ужасен, Дэри? Мы пробыли в шкафу всего семь минут, и никакой помады на мне вообще не было. По-моему, ему стоит сочинять небылицы. Хотя Рэмзи очень романтичный. Мы единственная официально помолвленная пара среди десятиклассников, и видел бы ты, в какие чудесные рестораны и клубы он меня водит, на какие танцы приглашает. Но я люблю его вовсе не за деньги. Даже если бы у него не было ни гроша, я относилась бы к нему точно так же.
Как думаешь, красиво получилось? Может, мне тоже стоит сочинять небылицы.
Привет, Дэри. Вижу, места мне почти не оставили, но это неважно, потому что всё уже и так рассказали. Жаль, что я самый младший в С.В.И.Н. Почти все относятся ко мне хорошо, но я всё равно чувствую, что для них я просто ребёнок.
Твои друзья,
Лиззи Борден
Джоуи Каста
Рэмзи Мид
Карло Росси
Джуни Черчилл
Стеффи Харт
Дорогие собратья по С.В.И.Н.!
Надеюсь, моё обращение не покажется вам самонадеянным. Я понимаю, что я всего лишь почётный член, но мне нравится считать себя полноправным.
Стеффи — рискуя тебя обидеть, скажу: если не хочешь, чтобы с тобой обращались как с ребёнком, не веди себя как ребёнок! Иногда нужно уметь за себя постоять!
Рэмзи — привыкай называть меня Дэри, потому что даже намёка ты не получишь!!!
Карло — если Джуни говорит правду, а я подозреваю, что так оно и есть, тебе следует придерживаться фактов! В остальном ты отличный репортёр, и я надеюсь, что ты не бросишь это дело!
Джуни — да, то, что ты написала о Рэмзи, прозвучало очень красиво. Советую попробовать себя в поэзии — одного писателя-звезды на комитет вполне достаточно!
Джоуи — возможно, я неплохой сыщик, но до Барнаби Джонса мне далеко. У него есть одно преимущество — рейтинги.
Лиззи — если ты и дальше будешь писать письма на уроках, твои оценки пойдут ко дну — опустятся ниже уровня «си», то есть ниже C. Прости… Я знаю, каламбур — низшая форма юмора.
Твой друг,
Дэри Джастис
Протокол заседания С.В.И.Н., составленный Джун Черчилл
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ: ДЖОЗЕФ КАСТА
СОВЕТНИК: РЭМЗИ МИД
КАЗНАЧЕЙ: ЭЛИЗАБЕТ БОРДЕН
СЕРЖАНТЫ ПОРЯДКА: КАРЛО РОССИ, СТЕФАН ХАРТ (замещает Джозефа Касту)
КАСТА: Прошу внимания, дамы и господа. Наш казначей собирает членские взносы.
БОРДЕН: Карло, мне что, обзавестись собакой-поводырём, чтобы получить от тебя больше пятидесяти центов?
РОССИ: Ладно, ладно… Вот доллар.
КАСТА: Заканчивайте, пожалуйста, госпожа казначей.
БОРДЕН: Я и так уже закончила.
КАСТА: Хорошо. Советник Мид, что у нас сегодня на повестке дня?
МИД: На сегодняшней повестке дня — обсуждение программы «горячего» питания в школе Гарфилда. Сегодня обязанности должностных лиц исполняют…
КАСТА: У меня какое-то дежавю. Разве не это же стояло на повестке последних четырёх заседаний?
МИД: Лапочка?
Я: Да, сэр?
МИД: У нас та же повестка, что и на последних четырёх заседаниях?
Я: Да, сэр.
КАСТА: Нужно какое-то разнообразие. Давайте поговорим о… э-э…
МИД: Сэр?
КАСТА: Я?
МИД: Да, сэр.
КАСТА: Да, сэр?
МИД: Признаю, было бы довольно интересно обсудить что-нибудь, кроме нашей обычной темы, сэр, но другие темы — не наша проблема. Наша проблема — это… ЖРАНЧ, и лично я хотел бы, чтобы с ним наконец что-нибудь сделали!
(Аплодисменты. Мид выглядит чрезвычайно довольным.)
(В этот момент в комнату входит огромный индюк.)
МИД: ДЖУН! БЕРЕГИСЬ! ОН РАЗОРВЁТ ТЕБЯ В КЛОЧЬЯ!!!
БОРДЕН: МАМА! Кто впустил индюка?
МИССИС БОРДЕН: Сегодня на ужин будет жареный индюк, дорогая. Так гораздо дешевле.
БОРДЕН: УБЕРИ ЕГО ОТСЮДА!
РОССИ (индюку): Какой ты славный, приятель. Хочешь жить у Карло?
(Уходит вместе с индюком.)
ХАРТ: Похоже, жареного индюка сегодня не будет, Лиззи.
БОРДЕН: Похоже на то, правда?
КАСТА: Прошу соблюдать порядок! Заседание ещё не окончено!
(Вскоре возвращается Росси.)
БОРДЕН: Где наш индюк, Карло?
РОССИ: Я отвёл его к себе домой. Когда он посмотрел на меня своими большими печальными глазами, я понял, что не могу позволить ему умереть.
БОРДЕН: Это очень мило с твоей стороны, но, думаю, тебе лучше заплатить за него моей матери.
РОССИ: Э-э… Рэмзи?
МИД: Разумеется, Карло. Вот двадцать долларов — по той причине, что живых животных я не выношу.
РОССИ: Спасибо, приятель.
КАСТА: ПОРЯДОК! Послушайте, налёт на Биг-Мак был отличной идеей, и все говорили о нём несколько дней, но теперь разговоры затихают. Нам нужен новый эффектный ход.
МИД: Сэр?
КАСТА: Я?
МИД: Да, сэр.
КАСТА: Да, сэр?
МИД: У меня есть идея. Мы могли бы пригласить работников столовой на большой банкет в загородный клуб Мида — он принадлежит моему отцу, — а затем в буквальном смысле дать им попробовать их же собственное лекарство!
КАСТА: То есть подать жранч?
МИД: Да, сэр.
КАСТА: Но как?
РОССИ: Я знаю. Видите ли, они не сами готовят еду — они заказывают её у крупной компании.
БОРДЕН: Но разве это не значит, что диверсии нужно устраивать против этой компании?
РОССИ: Нет, мы всё равно боремся со столовой. Они могли бы покупать еду у компании получше, но не хотят.
КАСТА: Спасибо, Рэмзи, за отличную — и я действительно имею в виду отличную — идею.
МИД: Спасибо, сэр.
КАСТА: Я?
МИД: Да, сэр.
КАСТА: Не за что. Заседание закрыто.
Рэмзи улыбнулся, опуская последний конверт в прорезь с надписью «МЕСТНАЯ КОРРЕСПОНДЕНЦИЯ». Что ни говори, это была одна из лучших его идей.
— Рэмзи Мид, — произнёс он вслух, — ты гений!
Несколько прохожих странно посмотрели на него, но Рэмзи был слишком поглощён собой, чтобы это заметить.
Он снова улыбнулся, мысленно переводя названия блюд в меню. Рубленый бифштекс, зелёный салат и пассерованные овощи — тут всё было просто: соевый гамбургер, два вялых листика салата и недоваренные горошек с морковью в жидком жёлто-зелёном соусе. Ну и, конечно, все знали знаменитый фруктовый десерт, он же фирменное «Пора блевать»: апельсиновое желе с морковной стружкой сверху, попробовать которое отваживались только девятиклассники.
Разослав приглашения, Рэмзи вернулся к дому Лиззи, где уже шло заседание С.В.И.Н. Судя по всему, Лиззи распределяла обязанности, поэтому Рэмзи сел рядом с Джуни и стал ждать.
— Джуни, ты выяснишь, сколько человек смогут прийти. Стеффи, закажи еду у той компании. Рэмзи, проследи, чтобы работники загородного клуба никому ничего не рассказали. Если придётся — подкупи их. Джоуи, будь в клубе, когда привезут еду.
— Карло, разузнай как можно больше о работницах столовой. Возьми у них интервью… скажи, что это для «Трибьюн» или придумай что-нибудь ещё. А если кому-нибудь понадобится помощь, обращайтесь ко мне.
— В среду все должны быть в загородном клубе Мида без десяти восемь. Банкет начинается в восемь. И лучше заранее поешьте.
— Лиззи?
— Что, Стеффи?
— А что нам надеть?
— Лучше одеться понаряднее. Я слышала, этот клуб — ужасно снобское место.
— Так и есть, — радостно подтвердил Рэмзи.
— Лиззи? Я всё разузнал про работниц.
— Выкладывай, Карло.
— Значит, их пятеро: Лиза, Белль, Эрин, Дру и Мара Линн. Все бросили колледж и состоят в закрытом студенческом сестринстве «Дельта Омикрон Гамма». Если записать первые буквы по-английски, что получится?
— Что?
— D.O.G. — dog, «пёс»!
— D.O.G.? — недоверчиво переспросил Джоуи, когда на следующий вечер Карло обо всём ему рассказал. — Ну надо же… С.В.И.Н. против D.O.G. — свиньи против псов!
— Ага! — Карло был почти в экстазе. — А видели бы вы их… название подходит как нельзя лучше! Там есть близняшки, Лиза и Белль, и они одеваются совершенно одинаково! По-моему, они вообще сиамские близнецы… Всё время, пока я с ними разговаривал, они стояли, обняв друг друга за плечи… И знаете, что ещё?
— Что?
— Они говорят хором!
— Да ну!
— Вот именно! Когда я спросил, как их зовут, они одновременно ответили: «Лиза и Белль». Я до сих пор не знаю, кто из них кто!
— А вот и они! — вдруг взвизгнула Лиззи. — Вы только посмотрите!
Дорогой Дэри!
Вот услышишь, что произошло на банкете С.В.И.Н.! Всё пошло совсем не так, как мы ожидали, и, кажется, я развязала холодную войну.
Они вошли в одинаковых платьях — совершенно белых, если не считать огромных греческих букв спереди. Лизабеллы — мы не умеем их различать, поэтому и зовём одним именем — шли впереди, обняв друг друга за плечи. Но командует у них Мара Линн. Она южанка и ужасно любит распоряжаться.
Ты, наверное, не поверишь, но Мара Линн и правда заставила их маршировать.
— Левой-правой, левой-правой, левой-правой — СТОЙ!
— Мы что, в армии? — пожаловалась Дру.
— ТИХО! Так, похоже, за каждым столом сидят по трое.
Стеффи, Рэмзи и Джуни сидели за одним столом, а Джоуи, Карло и я — за соседним.
— Я сяду с Лизой и Белль.
Лизабеллы слегка помрачнели.
— Дру и Эрин могут сесть за соседний стол. ШАГОМ МАРШ!
Мы, члены С.В.И.Н., вовсю переглядывались.
— Вы можете в это поверить? — прошептала я.
Рэмзи наклонился к нашему столу.
— Они выглядят свирепыми. Надеюсь, они не узнают, что всё это устроили мы.
— Да, — согласился Джоуи, — но, кроме нас, здесь больше никого нет, и, думаю, они что-нибудь заподозрят, когда мы начнём зажимать носы всякий раз, как официант проходит мимо.
Мы с Джуни отправились в дамскую комнату. Даже поправив причёски и освежив блеск для губ «Мятная страсть», мы остались у зеркала и продолжили обсуждать ИХ.
— Ну разве они не ужасны? — сказала Джуни.
— Отвратительны, — согласилась я. — Эта Мара Линн похожа на белокурую ведьму. Ты видела, что она вытворяла? Заставляла остальных маршировать! Как хорошо, что я не состою в их дурацком сестринстве.
Джуни взглянула в зеркало и внезапно побледнела.
— Ой, — слабым голосом произнесла она. — Привет, Мара Линн.
Я резко обернулась и увидела Мару Линн в дверях. И поверь, выглядела она разъярённой!
Дэри, даже если ты проживёшь двести лет, всё равно ни за что не догадаешься, что произошло дальше. Вот просто ни за что.
Мара Линн промаршировала ко мне и пожала руку.
— Девочка, а ты храбрая. Никогда ещё не встречала человека, которому хватило бы смелости оскорбить королеву «Дельты».
(Тоже мне королева, да, Дэри?)
— К сожалению, — продолжила она, — мы поклялись объявлять войну каждому, кто оскорбит одну из наших сестёр.
— В таком случае, — сказала я, — тебе придётся объявить целую кучу войн. Посмотрим. Карло назвал вас псинами. Джоуи с ним согласился. Стеффи… ну, Стеффи вообще никого не оскорбляет. Рэмзи сказал…
— Лиззи! Заткнись! — Джуни отчаянно дёргала меня за плечо.
Я отмахнулась от неё.
— Успокойся, Джуни. У меня свои счёты с этой цыпочкой по-южному.
Я свирепо уставилась на Мару Линн.
— Всё, с меня хватит. А теперь УЙДИ С ДОРОГИ!
Она упёрлась ладонями мне в плечи и толкнула.
Дэри, не нужно объяснять тебе, как я разозлилась. Но клянусь Господом на небесах: я вовсе не собиралась делать то, что сделала дальше. Я протопала к Маре Линн, посмотрела ей прямо в глаза и с размаху отвесила ей пощёчину.
Сначала Мара Линн выглядела ошеломлённой, а потом пришла в ярость.
— Ах ты, мелкая паршивка, — по слогам проговорила она. — Все вы — мелкие паршивки.
Я была потрясена не меньше неё, но каким-то образом сумела презрительно ухмыльнуться. После этого мы с Джуни вышли.
К столикам мы вернулись слегка потрясённые, но совершенно невозмутимые. Мара Линн вошла следом и что-то прошептала Лизабеллам. Те недоверчиво уставились на меня, а потом бросились пересказывать всё Дру и Эрин. Они выглядели точь-в-точь как стайка жеманных школьниц, перемывающих кому-то косточки.
Мы все наблюдали, как Мара Линн принялась разрезать «рубленый бифштекс». Нож и вилка отскочили от него. Она попробовала снова. Безуспешно. Наконец, окончательно потеряв терпение, она взялась за «фруктовый десерт».
— Вы только посмотрите на неё! — захихикала я, когда Мара Линн направилась в дамскую комнату, приобретая прелестный зелёный оттенок — примерно такой же, как у «зелёного салата».
Но не думаю, что с D.O.G. покончено.
Твоя подруга,
Лиззи
Дорогая Лиззи!
Ну и пикничок у вас получился — прости за маленький каламбур.
Твой друг,
Дэри Джастис
— Так где же Карло? — возмутилась Лиззи, плюхаясь на кровать. — Мы должны были собраться сегодня днём, а он уже на час опаздывает.
— Типичный Карло, — пробормотал Рэмзи.
— Вот тут ты ошибаешься, Рэмзи. Репортёр может быть назойливым, как Карло, или даже откровенно мерзким, но одно хорошее качество у репортёра есть: если от него зависит, он никогда не опоздает. Допустим, у него в три часа назначена встреча с человеком, который может дать ему наводку. Он понимает, что, если явится в половине четвёртого, то упустит её — разве только человек окажется чрезвычайно терпеливым. А рассчитывать на это нельзя.
— Но мы не наводка, мы комитет, и мы совершенно ясно велели ему быть здесь в четыре.
— Принцип тот же, болван!
— Кто здесь болван?
— Никто. Прости, Рэмзи. Наверное, я просто немного волнуюсь за Карло. Больше такого не повторится.
— Смотри, чтобы не повторилось!
— Рэмзи? — сказал Джоуи.
— Да?
— Почему бы тебе не позвонить ему домой?
Джоуи пододвинул к Рэмзи телефон.
— Почему я?
— Ну, ты ведь куда более светский и утончённый, чем все мы…
— Это правда, Джозеф. Ладно, я позвоню. Какой у него номер?
— Я наберу, — сказала Лиззи и набрала.
— Чё? — произнёс голос на другом конце провода.
— Это дом Росси?
— Ага.
— Могу я поговорить с Карло?
— Не-а.
— Простите?
— Карло нету.
— Карло нет дома.
— Ну, если его нету здесь и нету там, тогда где он?
— Собственно, именно поэтому я и звоню. Вы случайно не знаете, где Карло?
— Кажись, индюка выгуливает.
— Благодарю вас, — вежливо сказал Рэмзи и повесил трубку. — Его нет дома. Его брат… кажется, это был брат… сказал, что Карло ушёл выгуливать индюка.
— Он и правда говорил что-то о том, что приведёт сюда Лу, — припомнила Лиззи.
— Лу?
— Его индюк, — напомнил Джоуи Джуни. — Слушайте, может, нам стоит поискать Карло? Вдруг он так задумался над какой-нибудь статьёй, что забыл идти дальше.
— Хорошая мысль, — сказала Лиззи. — Кто за?
Все кивнули.
— Хорошо, оставим ему записку на случай, если он придёт сюда. Дайте кто-нибудь карандаш и бумагу.
Кто-то дал. Лиззи нацарапала несколько строк, прикрепила записку к входной двери, и они ушли.
Они поехали к дому Карло, останавливаясь и спрашивая у каждого встречного, не видел ли тот мальчика, выгуливающего индюка. На них смотрели очень странно. Карло никто не видел.
Тем временем у дома Лиззи происходило нечто таинственное. На подъездную дорожку въехал белый фургон с надписью «Дельта Омикрон Гамма» на борту.
— Всё чисто? — спросила Эрин.
Мара Линн, сидевшая за рулём, кивнула.
— Машин нет. Должно быть, её мамочка с папочкой куда-то уехали.
Она припарковала фургон.
— Давай, Эрин, сделай это. А если он дёрнется, Дру, сверни птице шею.
После безуспешных поисков Карло и Лу пятеро друзей вернулись к дому Лиззи и обнаружили на входной двери ещё одну записку.
Дорогие СВИНЬИ!
Да, нам известно о вашем дурацком маленьком комитете. И мы знаем, что это вы устроили тот «банкет». А знаете, что ещё? Карло у нас. И его птица тоже.
Если хотите получить обоих индюков обратно, в течение тридцати дней С.В.И.Н. должен быть распущен. В противном случае ваш друг-репортёр отправится беспосадочным рейсом в Сибирь… а его птица — в кастрюлю.
МЫ НЕ БЛЕФУЕМ!
Подпись:
«Дельта Омикрон Гамма»
Дорогие Лиззи, Стеффи, Джоуи, Джуни и Рэмзи!
Это небольшая записка от вашего похищенного. Решил сообщить, что волноваться за меня не стоит — со мной всё в порядке. С Лу тоже.
Уверен, девицы из D.O.G. будут читать всю почту, которую я отправляю и получаю, так что не присылайте мне никаких планов побега. Думаю, можно рассказать, что меня держат в подвале дома сестринства «Дельта Омикрон Гамма». Здесь есть кровать, туалет, загон для Лу и даже крошечная кухня, так что, похоже, пытать меня они не собираются.
Не беспокойтесь о том, чтобы сообщить моей семье. Если им никто не скажет, они, скорее всего, даже не заметят, что я пропал. А девицы из D.O.G. каждый день приносят мне домашние задания. (Враги до самого конца.)
Понимаю, это не совсем тот стиль, которого можно ожидать от такого одарённого журналиста, как я, но, возможно, дело в том, что сейчас три часа ночи.
И, кажется, я засыпаю. Пожалуйста, пишите мне. И передайте Дэри, чтобы тоже написал.
Спокойной ночи,
Карло
P. S. Кто-нибудь, скажите редактору «Трибьюн», что я в отпуске. Не думаю, что в D.O.G. об этом подумали.
P. P. S. Сейчас уже половина четвёртого. Я полчаса придумывал постскриптум, потому что не хотел заканчивать письмо.
P. P. P. S. Пишите!
P. P. P. P. S. Я НЕ ХОЧУ В СИБИРЬ!!!
Дорогой Карло!
Разумеется, ни в какую Сибирь ты не отправишься. И Лу мы им тоже сварить не позволим. Джоуи говорит, что, раз уж мне досталась сентиментальная часть, места у меня будет меньше, чем у остальных. На самом деле он просто сам хочет писать, поэтому я лучше передам бумагу Стеффи.
Привет, Карло. Правда, это было мило со стороны Лиззи? Лиззи вообще милая. Ты тоже, и хотя раньше ты плохо со мной обращался, я знаю, что ты мой друг. Лиззи мне так сказала. Наверное, теперь отдам бумагу Джоуи.
Наконец-то бумага досталась мне! Можно подумать, раз мы с Лиззи встречаемся, она могла бы хотя бы быть со мной повежливее. Теперь бумагу забирает Его Величество. Мне никогда не дают ничего написать.
Дражайший Карло!
Доброго утречка! Настроение у меня сегодня превосходное после вчерашних танцев в яхт-клубе — не в загородном клубе, заметь, — и ты никогда не догадаешься, кого я туда пригласил! Подскажу: её инициалы — Дж. Ч., и на губах у неё был блеск со вкусом мяты. Попробуй угадать, как я это понял! Она убьёт меня за то, что я тебе рассказал, так что мне действительно пора.
Он прав. Я его убью… завтра. Сегодня вечером у нас свидание в ресторане.
Твои друзья,
Лиззи
Стеффи
Джоуи
Рэмзи
Джуни
Дорогие все!
СВАРИТЬ ЛУ??!! Почему мне никто об этом не сказал?!
Стеффи меня насквозь видит, правда?
Ваш друг,
Карло
Дорогой Карло!
Шерлок Холмс на связи! Остальные рассказали мне всё о твоём похищении, и лично я считаю, что это было не очень-то вежливо. Шучу — на самом деле то, что они с тобой делают, противозаконно, и ты можешь подать на них заявление.
Твой друг,
Дэри Джастис
Дорогой Дэри!
Я знаю, что это противозаконно, но это наша война — и под «наша» я, разумеется, имею в виду и тебя, — поэтому, думаю, мы должны справиться сами. Мы сможем. Я знаю, что сможем. И мне всё равно, кто прочитает это письмо.
Твой друг,
Карло
Дорогой Карло!
Не позволяй им сломить твой дух!
Твои друзья,
Лиззи
Джоуи
Рэмзи
Джуни
Стеффи
Дорогие все!
Я вовсе не собираюсь позволять им сломить мой дух.
Ваш друг,
Карло
В то утро Джуни проснулась с ощущением, будто ей приснилось что-то важное. Заказав завтрак в постель — семья у неё была вполне обычная, но на Рождество Рэмзи нанял для неё горничную, — она наконец вспомнила свой сон и поняла, что должна поговорить с Рэмзи.
Джуни потянулась к телефону.
— Резиденция Мидов, у телефона Рэмзи.
— Это я.
— Доброе утро, куколка. Что я могу для тебя сделать?
— Послушай, Рэмзи, у меня потрясающая идея. Можно я приеду?
— В любое время и в любой день. Только не в среду, одиннадцатого: у меня собрание акционеров. Как насчёт половины одиннадцатого сегодня?
— Считай, мы договорились, Рэмми-малыш. Тогда и увидимся.
— Оденься понаряднее, и я отвезу тебя в клуб на поздний завтрак.
— Поняла. Ты сегодня в хорошем настроении?
— В превосходном. Все мои акции растут.
— Отлично, потому что эта идея может обойтись недёшево. Пока.
Какой же он милый, подумала она и вздохнула. Даже Джуни не могла воспринимать Рэмзи Мида как мужчину. Он был всего лишь маленьким мальчиком, который воображал, будто уже совсем взрослый.
Погрузившись в мысли, она встала, оделась, сделала всё необходимое и вышла из дома, хотя до назначенного времени оставалось ещё двадцать минут.
Приехав раньше, Джуни застала Рэмзи за сигарой и книгой «Признания корпоративного охотника за головами».
— Сигара? — Джуни не поверила своим глазам.
— Она шоколадная, — объяснил он, поспешно захлопывая книгу. — Так о чём ты хотела со мной поговорить?
— Ах да. Об идее.
Загадочно улыбнувшись, Джуни расстегнула сумочку и извлекла тонкую пачку листов.
— Я всё здесь записала.
— Что ж, можно взглянуть?
— При одном условии.
— И при каком же, позволь спросить?
— Это будет наша тайна. Остальные пока не должны ничего знать.
— Согласен. Теперь можно посмотреть?
Джуни протянула ему бумаги. По мере того как Рэмзи пробегал их глазами, взгляд его становился всё ярче. Наконец он поднял голову и восхищённо посмотрел на Джуни из-за письменного стола.
— Ты сама всё это придумала?
— Мне это приснилось, — честно ответила Джуни.
— Великолепно. Когда придёт время, я с радостью всё профинансирую. «Секретное оружие Черчилл и Мида»… Разве не звучит величественно?
— Лучше для краткости называть его СОЧМ, — посоветовала она. — А теперь насчёт позднего завтрака в клубе…
— Мид никогда не нарушает обещаний, — сказал Рэмзи и поднялся. — Ты готова?
— Готовее уже не буду.
— Тогда вновь вступи, дорогая, в роскошный мир чрезвычайно богатых. Шикарные загородные клубы, белые «Порше», великолепные яхты…
— Ой, заткнись.
Поздний завтрак прошёл без происшествий. Всё случилось на обратном пути, когда они ехали домой и обсуждали, чем заняться в этот день.
Рэмзи двигался со скоростью около двадцати пяти миль в час там, где разрешалось тридцать, когда Джуни сказала:
— Разве это не машина Лиззи?
Рэмзи посмотрел туда, куда она указывала.
— Похожа, правда? Хотя жёлтые «Фольксвагены-жуки» встречаются не так уж редко.
— Да, но на лобовом стекле этого такая же радужная наклейка, как у Лиззи.
— Знаешь что?
— Нет, что?
— ОНА ЕДЕТ ПРЯМО НА НАС!!! МЫ ПОГИБНЕМ… ИЛИ ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ ОСТАНЕМСЯ ИЗУВЕЧЕННЫМИ КАЛЕКАМИ НА ВСЮ ЖИЗНЬ… КАК НАТЯНУТЬ ЧЁРНЫЙ СМОКИНГ НА ГИПС ОТ ШЕИ ДО ПЯТ?
Закрыв глаза руками, Рэмзи рухнул поперёк переднего сиденья. Джуни схватилась за руль и сумела отвернуть «Порше» так, что он лишь слегка задел «Фольксваген».
— Рэмзи?
Она осторожно постучала его по спине. Он открыл один глаз и посмотрел на неё.
— Ты ведь цел, правда? Посмотри, за рулём «Жука» была всего лишь девочка. Пойдём, надо ей помочь.
Девочка уже выбралась из «Фольксвагена» и со слезами разглядывала повреждение — длинную царапину на боку жёлтой машины. Рэмзи подошёл и похлопал её по плечу.
— Как тебя зовут, дорогая?
— Лю… Люси Борден.
— Сколько тебе лет?
— Тринадцать.
— Тринадцать? Что ты делала за рулём автомобиля?
— Это машина моей старшей сестры. Я только что вернулась из школы-интерната, а там вообще ничего нельзя. Но в следующем году мне всё равно не придётся туда возвращаться, и мне захотелось покататься — я умею водить, — а Лиззи была у своего парня, и я взяла её ключи, и она ничего не знает, и она меня убьёт!
— Погоди-ка, дорогая. Как, ты сказала, зовут твою сестру?
— Лиззи.
Рэмзи улыбнулся.
— Джун, подойди сюда.
Джуни подошла.
— Джун, это младшая сестра Элизабет.
Люси вытерла глаза тыльной стороной ладони.
— Вы знакомы с Лиззи?
— Шапочно. Так вот, — он повернулся к Джуни, — эта девочка попала в серьёзную передрягу. Она без разрешения взяла машину Элизабет и, как ты прекрасно видишь, повредила её. Думаешь, мы можем ей помочь?
— Думаю, это вполне возможно. Я и не знала, что у Лиззи есть младшая сестра.
— Она только что вернулась из школы-интерната.
— Из исправительной школы?
— Нет! — решительно сказала Люси. — Я раньше никогда ничего подобного не делала. А вас как зовут?
— Я Джуни Черчилл, а это мой парень Рэмзи Мид. И знаешь, что мы сейчас сделаем?
— Настучите на меня Лиззи?
— Нет. Мы отвезём машину Лиззи в кузовную мастерскую на Одиннадцатой улице, и там эту царапину закрасят так, что она будет как новая. Рэмзи заплатит, правда, дорогой?
— Разумеется. Вы, дамы, езжайте впереди, а я последую за вами.
— Вы ведь не расскажете Лиззи? — спросила Люси.
— Что ж… — Джуни сделала вид, будто раздумывает. — При одном условии.
— Каком?
— Ты пообещаешь, что больше никогда ничего подобного не сделаешь. Даже людям с водительскими правами не следует брать чужие машины без разрешения. Договорились?
— Договорились.
Люси почти ничего не говорила, пока машину не починили и все трое не вышли из мастерской. Тогда она потянула Джуни за рукав и сказала:
— Эй, Джуни, можно я тебе кое-что расскажу?
— Конечно.
— Я нашла в комнате Лиззи кое-что про С.В.И.Н., потом всё из неё вытянула и уверена, что мне понравится быть восьмым членом организации.
В доме Мидов зазвонил телефон. Рэмзи со вздохом снял трубку — пять звонков от биржевого брокера за два часа было уже чересчур.
— Ну что ещё, Джек?
— Что?
— А, Джун. Прошу прощения… Я решил, что это мой брокер. Он названивает мне как ненормальный. Ты что-то хотела?
— Да, я хотела с тобой поговорить… но ты, кажется, не в лучшем настроении.
— Визит красивой девушки мог бы меня развеселить. Ты занята?
— Буду у тебя через десять минут.
— Итак, — сказала Джуни, закрывая дверь комнаты Рэмзи, — думаю, пришло время для СОЧМ.
— Почему именно сейчас?
— Потому что у нас осталось всего десять дней.
— Десять дней?
— В D.O.G. сказали, что С.В.И.Н. должен быть распущен в течение тридцати дней, иначе Карло отправится в Сибирь, а Лу… ну, ты знаешь. Это было двадцать дней назад.
— Боже мой. Я совсем об этом забыл! Полагаю, ты права.
— Я знаю, что права, — мрачно сказала Джуни. — Кого-нибудь распустят, но это будем не мы. Звони.
Рэмзи нашёл телефонный справочник, отыскал нужный номер и набрал его.
— Алло, это «Футболки навынос от Джо»? Я хотел бы заказать пятьсот футболок по собственному образцу.
Рэмзи и Джуни раздавали футболки всем ученикам школы Гарфилда, которые проходили мимо.
— Да, бесплатно, но только если вы наденете её сегодня на общешкольное собрание… Вот, берите… ДА БЕРИТЕ ЖЕ! Нет, это не благотворительность… Послушайте, вам нужна футболка или нет?.. Отлично… держите.
— Чёрная работа, — прорычал Рэмзи. — Самая настоящая чёрная работа. Неужели нам никто не поможет? Сколько ещё осталось?
— Всего около двухсот, — успокоила его Джуни. — А вот и Джоуи с Лиззи. Давай заставим их помочь. Джоуи! Лиззи!
Не дожидаясь ответа, Джуни сунула Джоуи в руки картонную коробку.
— Вот, раздавайте. Две оставьте себе.
— Но что…
— Потом объясню. Сейчас раздавайте!
— Джуни…
— Да сделайте вы это, пожалуйста! До собрания нужно раздать всё!
— Но…
— ДЕЛАЙТЕ, ЯСНО?!
— Лиззи, давай поможем, — сказал Джоуи. — Это важно, и готов поспорить, как-то связано со С.В.И.Н.
Джоуи и Лиззи принялись раздавать футболки.
— Наденьте её на собрание… Наденьте на собрание…
— Не спрашивайте меня, зачем. Я сам не знаю…
Через десять минут все футболки были розданы, а Лиззи, Джоуи, Стеффи, Рэмзи и Джуни переодевались в кладовке для мётел.
— Может, кто-нибудь наконец объяснит мне, что происходит? — спросила Лиззи.
— Просто посмотри на свою футболку, — сказала Джуни.
— Я не умею читать вверх ногами.
— Тогда прочитай, что написано на чужой.
— Не двигайся, Стеффи. «Этой баландой даже…» Эй! «…С.В.И.Н. ей кормить нельзя»! Так мы что, раздали такие футболки всей школе?
Джуни взглянула на Рэмзи, который надевал пиджак и галстук поверх жёлтой футболки с красной надписью.
— Думаешь, пора им рассказать?
— Рассказать что? — спросил Джоуи.
— Полагаю, да, — ответил Рэмзи.
— Рассказать что? — спросил Стеффи.
— Рассказывай ты, Рэмзи, — сказала Джуни.
— РАССКАЗАТЬ НАМ ЧТО? — потребовала Лиззи.
— Хорошо, расскажу.
Рэмзи повернулся к остальным.
— Около недели назад Джун пришла ко мне с блестящим планом, для которого требовались пятьсот футболок и немалая доля удачи. В полную силу этот план вступит примерно через… — он посмотрел на часы, — десять минут. Сегодня утром участницы D.O.G. должны выступить на общешкольном собрании с речью на тему «Миссия нашей столовой». Когда они выйдут на сцену, все ученики уже будут сидеть в актовом зале… а дальше нам пятерым придётся импровизировать.
— Речь у тебя, Мара Линн? — спросила Дру.
— Перестань меня об этом спрашивать! Конечно, речь у меня. Она была у меня пять минут назад и будет у меня через пять минут.
— Сколько дней у них осталось, Мара Линн? — хихикнули Лизабеллы.
— Восемь. Рейс в Сибирь ведь не отменили? Нам пора выходить.
Когда они поднялись на сцену, по залу прокатился гул голосов. А затем Мара Линн завопила:
— ЭТО МАССОВЫЙ БУНТ! ОНИ ВСЕ В ФУТБОЛКАХ С.В.И.Н.!
— Захватываем сцену, передай дальше, — прошипел Рэмзи сидевшей слева от него Джуни.
— Захватываем сцену, передай дальше.
— Захватываем сцену, передай…
— НЕТ! ВАМ СЮДА НЕЛЬЗЯ! ЭЙ, МАЛЯВКИ, ХВАТИТ ТОЛКАТЬСЯ! НЕТ! СПУСТИТЕСЬ!
— Дорогие ученики! — крикнула Лиззи в микрофон. — Я вижу, большинство из вас надели наши футболки. Но никто из вас не знает, что такое С.В.И.Н. на самом деле. Нет, мистер Роджерс, сэр, пожалуйста, дайте нам закончить. Так вот, я вам расскажу. Мы… — она широким жестом обвела остальных, — а также Карло Росси, моя младшая сестра и мальчик по имени Дэри Джастис — это Союз Восставших Из-за Несъедобного, и мы изо всех сил пытались что-нибудь сделать со жранчами. Так вы нас поддерживаете?
В ответ раздались бурные аплодисменты.
— Тогда давайте громче! С-В-И-Н! Сис-бум-бах! Сила С.В.И.Н.! Сила С.В.И.Н.! С-В-И-Н! Давайте все вместе! С-В-И-Н…
Ученики вскочили с мест, принялись неистово хлопать и подхватили скандирование. Участницы D.O.G. тем временем бросились к директору и подали в отставку. К концу дня они уже ехали на Гавайи, а Карло и Лу были свободны.
Джоуи сидел в столовой, а перед ним стоял поднос с одним из новых обедов, уже успевших снискать дурную славу. Он печально ткнул вилкой в гамбургер, и по тарелке проворно пробежал крошечный жучок. Джоуи с трудом сглотнул и отодвинул поднос.
— Джоуи. Привет.
Лиззи села рядом и подперла подбородок ладонями.
— Знаешь что?
— Ага. Еда стала ещё хуже. Я слышала, новые повара пришли из дома престарелых «Сандейл»… Стеффи говорит, жаловаться им бесполезно, потому что они всё равно ничего не слышат.
— Сим и закончилась война, — вздохнул Джоуи. — Эй, Карло! Сюда.
Карло, расталкивая толпу локтями, пробрался к ним и сел рядом с Лиззи.
— На твоём месте я бы это не ел, — посоветовал Джоуи. — Там жуки.
— Подумаешь, одним жуком больше, одним меньше. Сегодня последний день занятий, бука. Веселее!
Карло откусил огромный кусок гамбургера, подавился и бросился к фонтанчику с водой.
— Вот пошёл настоящий оптимист, — сказала Джуни, ставя свой поднос рядом с подносом Карло.
— Никогда не думал, что услышу, как кто-нибудь говорит такое о Карло Росси, — добавил Рэмзи.
Карло вернулся и сел на место, бледный и непривычно притихший.
— Я съел муравья. Я и правда съел муравья.
— Откуда ты знаешь?
— Я чувствовал, как он извивался всю дорогу вниз. Ну что ж, значит, в новых жранчах всего-то несколько жучков, которых ещё предстоит устранить.
— Карло, никогда не думала, что скажу тебе это, но ПЕРЕСТАНЬ УЖЕ БЫТЬ ТАКИМ ОПТИМИСТОМ!
— Ладно, — осторожно сказал Карло. — Конечно, Лиззи.
— Слушайте, — сказала Лиззи, — почему бы нам после школы не встретиться в Штабе? У меня осталось несколько плакатов, которые нужно кому-нибудь отдать.
— Например?
— Ну… «ЭТОЙ БАЛАНДОЙ ДАЖЕ С.В.И.Н.ЕЙ КОРМИТЬ НЕЛЬЗЯ»… «СИЛА С.В.И.Н.»… «ПРОТЕСТ С.В.И.Н.»…
Нос Лиззи коснулся гамбургера — она расплакалась.
— Эй, Лиззи…
Карло осторожно погладил её по руке.
— Поосторожнее, Карло. Ты ведь ходил с Люси на школьные танцы?
— Да.
— Не хочу, чтобы она решила, будто я пытаюсь увести её парня.
— Люси поймёт, Лиззи. Она моя девушка, а ты моя подруга. И, думаю, я могу подержать подругу за руку, если ей это нужно.
— Люси?
— Здесь.
— Джоуи?
— Здесь.
— Джуни?
— Здесь.
— Стеффи?
— Здесь.
— Рэмзи?
— Присутствую.
— Карло?
— Здесь.
— И Лиззи… Я здесь.
Лиззи захлопнула журнал протоколов и швырнула его через всю комнату.
— Вот твои драгоценные записи, Джуни… Совершенно бесполезные.
— Да, — согласился Рэмзи. — Прости, Джун, но вся эта работа была напрасной… Всё, что у нас осталось, — несколько синяков и расстроенные желудки!
Джуни была готова расплакаться. Рэмзи обнял её за плечи.
— На этот раз, всезнайка, — сказал Карло, — я могу с уверенностью заявить, что ты ошибаешься. Хочешь увидеть результат своей работы — оглянись. Все эти люди — твои друзья… а ты говоришь, будто у тебя ничего не осталось.
Он покачал головой.
— Господи!
— Ты прав, Карло, — тихо сказал Рэмзи. — Простите меня все.
— Эй, угадайте что! — воскликнула Лиззи, вскрывая письмо от Дэри. — Вот кое-что, что нас развеселит. Дэри приглашает нас на неделю к себе домой. Кто-нибудь хочет поехать?
— Алло?
— Кхм… «Дэри»?
— Привет, Рэмзи. Вы сможете приехать?
— Разумеется. Увидимся двадцатого, но звоню я не поэтому. Я уже спросил остальных, и они согласились.
— Согласились на что?
— Вот на что: как ты смотришь на поездку на курортный остров моего отца, причём все расходы оплачены?
— Ты шутишь? С удовольствием!
— Прекрасно. Мы приедем к тебе, останемся до выходных, затем отправимся на частный аэродром моего отца и вылетим на остров Мида. Тебя это устраивает?
— Устраивает? Это же идеально!
— Дэри, — сказал Карло, — ты когда-нибудь расскажешь нам своё настоящее имя?
— Я говорил его вам десятки раз, Карло. Просто вы не поняли.
— И?
— Давайте сыграем в «Двадцать вопросов».
— Ну, Дэри…
— Карло, ты хочешь узнать моё настоящее имя или нет?
— А ты как думаешь?
— Не знаю.
— О господи… Оно больше хлебницы?
Восемнадцать вопросов спустя Дэри сидел и наблюдал, как остальные шепчутся между собой.
— Так, это не Дэррил, не Даррен и не Дариус… Что ещё это может быть?
— Я знаю, — сказала Люси.
— Люси, — торжественно произнёс Карло, — настал час доказать свою любовь ко мне.
— Не волнуйся, Карло, я тебе скажу.
Люси прошептала что-то ему на ухо.
— Передай дальше.
Когда ответ услышали все, Люси подошла к Дэри.
— Итак, частный сыщик, мы готовы. Давайте, войска.
— Спрашивай его, Люси.
— Да, спрашивай меня, Люси.
— Хорошо. Дэри Джастис, положи правую руку на сердце и повторяй за мной.
— За мной.
— Остроумно. Очень остроумно. Итак, ради приза в сто тысяч долларов, выплачиваемого деньгами из «Монополии», ответь: твоё настоящее имя… ДЭРИ?
— ДА! Люси, не хочешь сыграть Джедайю Джонса при моём Барнаби?
— Это было элементарно, Дэри. Что ещё могло означать твоё имя? Кстати, у тебя есть второе имя?
— Да. Меня зовут Дэри Н. Джастис.
— А что означает «Н»?
Дэри с трудом сдержал улыбку.
— Извини. Своё второе имя я никому не называю.
— О нет! — простонал Джоуи. — Мы вернулись туда, откуда начали!
Перевод: Sansa