Когда открыла глаза, пришло понимание, что я привязана к стулу. Руки отвратительно тянуло, шея затекла, а икру свело судорогой. Видимо, от нее я и очнулась. Попыталась как-то передвинуть ногу, чтобы болезненные покалывания прекратились, но они лишь начались с новой силой. Пришлось стиснуть зубы и терпеть, размышляя над сложившейся ситуацией.

Зал, в котором я оказалась, был достаточно большим, но гораздо мельче, чем на первом этаже. И стены здесь так не давили. Две стены – у меня за спиной и слева – были испещрены провалами запланированных, но так и не застекленных окон, сквозь которые лился розоватый свет. Солнце уже садилось, краем глаза я видела, как розовели и голубели в небе облака. Второй этаж. Я на втором этаже.

Что ж, проникать тайком было глупо, теперь я это понимаю. Лучше бы королевой прошла мимо охранника, словно явилась на свидание. Вдруг этот мужик псих, который просто жаждал, чтобы перед ним предстала желаемая картинка? Но теперь все пропало.

Судорога наконец прошла, и я смогла сосредоточиться. В зале было почти пусто. Светло, но заброшенно: вокруг строительный мусор, в углу поверх него сброшены еще пакетики от чипсов, конфет, презервативы. Радует одно: сомневаюсь, что это мой маньяк все накидал, а значит, место не такое уж заброшенное. Кто-то же сюда ходит заниматься непотребствами, раз использованные презервативы выбрасывает.

Прямо передо мной, метрах в четырех, стоял большой деревянный стол. Старенький, но крепкий, с таких часто белят за неимением нормальной устойчивой стремянки. Вот и этот был щедро заляпан белыми известковыми пятнами. На нем стоял поднос – графин с чем-то темно-красным (надеюсь, вином, а не кровью) и два изящных бокала. А в противоположном, самом дальнем углу валялся потрепанный жизнью матрас. Оставалось верить, что это просто реквизит местной молодежи, а не идеальные условия для жизни, созданные специально для меня.

Впрочем, матрас был пуст и кровью не заляпан. Значит, на нем никого еще не убивали. Например, Стаса. При мысли о телохранителе в груди болезненно заныло. Боже, пусть его здесь не будет, пусть я по собственной глупости попала в ловушку.

Стоило задуматься, как хлипкая деревянная дверь скрипнула, открываясь. Сначала я заметила начищенные до блеска черные ботинки, потом – короткие штанины дорогих даже на вид брюк, из-под которых виднелись унылые серые носочки, и только в последнюю очередь заметила мужчину.

– Регина Денисовна! – воскликнул он.

В первое мгновение мне показалось, что удивленно. Что мужчина просто проходил мимо, зашел в ближайшую дверь, а там бац – знакомая. Потом мозг отсеял идею за абсолютной ее бредовостью, а взгляд успешно заметил и кривоватую улыбку на тонких губах, и тусклый блеск плеши в рыжеватых волосах, и довольно сверкающие глаза.

Твою мать…

– Вы? – пробормотала я.

Говорить почему-то было тяжело. Видимо этот клоф… хлор… фтор… как называется эта фигня, от которой теряешь сознание? В общем, видимо, он не только на сознание влияет, но и на общую координацию.

А возможно, мой мозг просто не понимал, как такое может быть? Как мы всей компанией могли не заметить гниду прямо у себя под носом? Хотя гнида эта особо не привлекала внимания. Зато последние недели была в нашем офисе каждый божий день. И я не замечала ее, просто не видела, хоть и прекрасно помнила имя.

Самуилов Ильдар Игнатьевич. Скромненький рыжеватый мужичок с незапоминающейся внешностью, у которого есть свой небольшой спортклуб. Маленький, но приносящий прибыль. Тот самый клиент, которому я делала проект все время, пока приходили записки с угрозами. С которым сидела по несколько часов в день и весьма дружелюбно болтала, забывая о проблемах. Тот самый клиент, который уже не в первый раз выбрасывал деньги на «шикарное личное авто», обращаясь в нашу компанию. Помнится, сначала он явился к нам с заказом комплектации автомобиля для своей жены.

Три года назад.

«…я уже несколько лет наблюдаю за вами издалека…»

Твою мать!

– Я, Регина, я, – усмехнулся он, подходя ближе. – И я очень сожалею, что вы сорвали такой замечательный сюрприз.

А потом с размаху ударил меня по лицу.

* * *

Из-за головной боли Вероцкий оказался на месте не первым. Рядом с полуразвалившимся колодцем, вертя в руках красный глянцевый прямоугольник, бродил огромный качок. Из припаркованной тут же машины высовывал морду настороженный пес.

– Веник, тебе надо выдавать медаль за оперативность, – облегченно выдохнул Стас, выбираясь на улицу.

Пес тявкнул, завилял хвостом так, что аж машина затряслась. Ничего не оставалось, кроме как подойти и тепло потрепать Генри по ушам.

– Радуйся, что я хотел посидеть немного у бабушки, а ее не оказалось дома, – хмыкнул Вениамин, а потом резко посерьезнел и протянул ему открытку: – Смотри-ка, девчонка твоя не дура.

Стас кивнул. Первое, что он сделал, прочитав в квартире записку Регины, – это отыскал среди вещей ее телефон. К счастью, сим-карту из него никто не вытащил, как бы клиентка ни просила, и теперь Стас был этому несказанно рад. Иначе бы остался совсем без телефона.

Объяснить Венику ситуацию оказалось несложно, а вот вспомнить его номер стало тем еще испытанием. То ли после удара головой, то ли из-за нервов, но нужные цифры никак не желали всплыть в памяти. Стас минут пять перебирал шестое число номера, попал к пяти незнакомым людям, прежде чем смог дозвониться до напарника.

И вот он здесь. То ли сама вселенная помогла, то ли просто везение, но бабуля Вениамина отправилась на день рождения подруги в соседнюю деревеньку (Стас поражался, как в восемьдесят еще можно праздновать дни рождения), и трудолюбивый Пчелка уже подъезжал к городу, когда Стас ему позвонил. Остановился на обочине, выслушал все, даже не стал кидать ехидные комментарии насчет «отношений с клиентами», и со всей скоростью рванул по указанному адресу.

В то время как сам Стас медленно плелся на авто по городу, понимая, что иначе обязательно куда-нибудь въедет. И себя угробит, и Регину не спасет.

– Это что? – поинтересовался Вероцкий, принимая из рук Веника открытку. Веселый котенок, буйство цвета…

Амбал хмыкнул, многозначительно подвигал бровями и заставил Стаса перевернуть открытку. Потом постучал пальцем по надписи.

– Очередная записка от твоей ненаглядной, – сообщил он. – Девочка времени даром не теряла, следом нас вела. Умница.

– Была бы еще умнее, если бы из дома не высовывалась, – проворчал Стас.

И все же в груди приятно потеплело. Когда Регина решила запутать следы, у нее успешно получилось; решила, наоборот, протащить за собой поисковый отряд… что ж, и это смогла сделать.

– Зато теперь можем проверить склад, – пожал плечами Вениамин. – Вдруг все просто? Заберем девчонку, мудака отследим по номеру…

– Веник, не пори чушь, по какому номеру? – возмутился Стас. – Мы этого психа уже месяц ищем – и ничего. А ты думаешь, он завалится на одном?

– Почему бы и нет? – оптимистично отозвался напарник. – По крайней мере, проверить стоит.

Вероцкий устало кивнул, потом внимательно посмотрел на открытку… Что ж, пешком туда можно дойти минут за тридцать. На машине – и того быстрей. Но если Веник прав и Регина все же там? Если их преступник облажался так же, как было с крысиным ядом? Лишний шум может только его спугнуть.

– Можно остановиться вот здесь, – Веник, словно прочитав мысли Стаса, ткнул пальцем в неприметный закуток недалеко от обозначенного здания, – а дальше уже действовать по ситуации.

Стас ничего не стал отвечать, просто поставил свою машину на сигнализацию и бухнулся на переднее сиденье автомобиля Веника. Тот и не требовал ответа, сам рванул как спринтер, заскакивая на водительское сиденье и заводя мотор. Открытку с картой он швырнул на приборную панель – то ли ради подсказки, то ли за ненадобностью.

С заднего сиденья высунулась добродушная морда немецкой овчарки. Пес обнюхал Стаса, заскулил и любяще ткнулся ему носом в щеку.

– Кстати, а что с тобой делает Генри? – Вероцкий повернул голову, позволяя псу потереться о себя лбом.

– А, так, пустяки, – отмахнулся Веник, внимательно следя за дорогой. – Мамаша твоя сказала, что его надо выгулять. Вот я и решил закинуть псину на денек к бабуле. Пусть бы порезвился на свежем воздухе, мы же делали так уже пару раз. А раз бабушки дома не было… ну не оставишь же его под забором? Вот я и взял с собой. – Он поморщился. – Ничего, посидит в машине.

– Регина боится собак, – вздохнул Стас, откидывая голову.

Боль пульсировала в висках, тошнота стояла в горле при каждом резком движении. Хотелось взвыть и заматериться, но они уже подъезжали. Оказалось, на максимальной скорости по проселочной дороге ездить отвратительно, но чертовски быстро.

– Генри невозможно бояться.

– О, скажи это моей матери, которая стала свидетельницей фееричной встречи этой девчонки и Генри, – усмехнулся Вероцкий.

Веник на секунду отвел взгляд от дороги и внимательно уставился на Стаса. Потом вздохнул, вновь повернул голову и бросил:

– Так, ты расскажешь мне об этом в подробностях. Потом. А пока, если понадобится, мы посадим его в багажник. Хетчбэк, если нужно, можно теленка возить.

«Или трупы», – мысленно добавил Стас. Нужно было собраться с мыслями, просчитать все, простроить план, а у него только одно было в голове: вдруг они не успели? Вдруг сейчас вон там, в мрачной бетонной махине, Регину они уже не найдут? Ее спокойно могли схватить и увезти. Или найдут, но уже не совсем Регину.