Сложно представить фееричное падение, когда тебе только что заявили, что хорошо плавают. Но Стас представлял. Потому что собственными глазами его видел – или скорее не видел, так как его с головой окатило водой, заливая рубашку, джинсы и даже попадая в ботинки. Честно, он даже не сразу сообразил, что нужно делать и зачем. Просто стоял и смотрел, словно на картину художника-сюрреалиста, пытаясь понять, какой в ней смысл.

Только что перед ним в купальнике нахально щеголяла девушка, от одного вида которой пересыхало в горле. Это Стас признавал, хоть и не хотел. Регина не выглядела как инопланетянин, она больше напоминала речную нимфу. Точеная фигурка, нежные руки, соблазнительная грудь, ноги… о, эти ноги!

Все создано и отточено специально, чтобы соблазнять мужчин. Два уже есть, кто третий? Он? Стас не хотел.

Однако в одно мгновение Регина уверенно раскачивалась на трамплине, расслабленная и легкая, а в следующее уже – раз! – камнем рухнула в воду, поднимая тучу брызг, и медленно пошла ко дну, раскинув руки, как сломанная кукла. Потом принялась неистово барахтаться, будто никогда в жизни не умела плавать, и… замерла. Вода прояснилась, а она все так же лежала почти на самом дне, остекленевшими глазами глядя перед собой. Шапочка спала с волос, и они разметались в воде, как водоросли. Светлые локоны потемнели, напитываясь влагой.

А затем совсем близко раздался лай, и очередной бомбочкой в воду вошла шестидесятикилограммовая мохнатая туша, которая тут же принялась помогать утопающей нимфе. Генри явно чувствовал себя настоящим спасателем, потому как ловко занырнул под воду и постарался мордой вытолкнуть Регину на поверхность. Стоило лишь расслабиться, и пес сделал бы всю работу за нее. Генри и так старательно пытался показать, что нужно обхватить его за шею и повиснуть.

Но Регина внезапно ожила и вместо того, чтобы вынырнуть, принялась неистово биться под водой, отталкивая от себя пса. Любвеобильный «немец» не понимал, почему человек не желает с ним купаться, он всего лишь хотел помочь, но…

– Твою мать! – наконец-то отмерев, выругался Вероцкий.

Все это действо заняло не больше минуты, за которую у бравого «сокола» пытались перезагрузиться окончательно подвисшие мозги. Он еще думал о нежной груди, покачивающейся с каждым толчком на трамплине, о том, как приятно было бы обхватить эту талию, прижать к себе полуобнаженное тело… и о том, что как минимум двое мужчин делают это почти каждую неделю. А Регина. Уже. Тонула.

По его вине, стоит заметить.

– Генри, фу! – рявкнул Стас, внезапно отмирая и взмахом руки пытаясь отогнать пса. – Регина, успокойтесь!

Но Регина его не слышала, собственно, как и Генри, которого с месячного возраста учили защищать и спасать. А как спасти тонущего человека, который не принимает твою помощь, пес не знал.

– Генри, сученыш, быстро на берег! – вновь заорал он.

Ни-че-го.

Вероцкий присел, попытавшись ухватить пса за ошейник, но «немец» был слишком упорен, человеколюбив и тяжел. К тому же с каждым мгновением они с Региной уходили все дальше от борта. И все глубже. И кажется, подопечная Стаса как-то подозрительно обмякла.

– Да твою ж мать! – взвыл он, торопливо сдирая с себя ботинки.

А давайте выпустим песика? Давайте поступим, как пятиклашка, дергающий понравившуюся девочку за косички и кидающий перед ней бомбочки-хлопушки, чтобы она сильней испугалась? Конечно, давайте! Он же знал, что Регина настоящая девочка-катастрофа, почему не просчитал все варианты? Сам решил прибить?

Стягивать рубашку и джинсы времени не было. К черту, и так не утонет, тут глубина-то всего на пару голов выше его роста. Стас выпрямился, в очередной раз чертыхнулся и прямо в одежде заскочил в бассейн, сразу же отталкивая от Регины Генри и подхватывая обмякшее хрупкое тело на руки. Пес охотно подчинился физической команде и, словно маленький крейсер, принялся наворачивать круги вокруг Стаса. Вытащенная на поверхность Регина закашлялась, выплевывая хлорированную воду, но спустя мгновение вновь обмякла в его руках. Ее чертова фиолетовая шапочка медузой дрейфовала по дну.

– Приятель, мы только что едва не угробили человека, – пробормотал Вероцкий, сгружая Регину на пол бассейна.

Пес жалобно заскулил и тоже выкарабкался через бортик. Потом отряхнулся, покрывая брызгами всех и вся, и осторожно лизнул девочку-катастрофу в щеку. Она даже не пошевелилась. Генри вновь заскулил и упал рядом, прижимаясь к ней боком и благоухая мокрой псиной.

Стас тяжело вздохнул и оттолкнулся от борта, одним прыжком оказываясь на полу. Склонился над подопечной, легонько похлопал по щекам.

– Регина Денисовна, воду вы всю выплюнули, – заметил он, разглядывая ее, – так что нечего тут терять сознание.

Она молчала и приходить в себя не собиралась. А Стаса охватил странный иррациональный страх. Его, тренированного и готового ко всему, выбила из колеи… клиентка. Которую он сам – да-да, такой весь тренированный и готовый, – едва не угробил, решив подшутить.

– Регина…

Стас нахмурился и раздраженно шибанул кулаком по полу. Потом все же ухватил за подбородок, запрокидывая голову, и осторожно положил руку на грудь. Выше груди… Неважно.

Сначала Вероцкому показалось, что он ошибся и подопечная действительно не дышит, но потом он ощутил под пальцами движение – грудная клетка размеренно поднималась и опускалась. Клиентка дышала, ровно и спокойно, будто не потеряла сознание, а просто-напросто заснула.

Расслабленно откинув голову, Стас простонал:

– Малыш, в следующий раз, когда я решу выставить себя идиотом, укуси меня за руку, хорошо?

– Обязательно за руку или можно за то, что подвернется? – раздался хриплый голос. – И я не помню, когда разрешала звать себя малышом.

Стас непроизвольно улыбнулся, отворачиваясь, чтобы клиентка этого не заметила. Перед ней он суровый телохранитель. Ну да, устроил подопечной шоковую терапию. На этот раз будет считать, что ей это пошло на пользу.

А в следующий тысячу раз подумает, прежде чем вести себя непрофессионально.

– И вот так явно себя лапать, – добавила она.

Только тогда Вероцкий заметил, что продолжает прижимать ладонь к ее груди, не лапая, конечно, но весьма откровенно касаясь. Ладонь у Стаса была крупная и с легкостью умещалась от ямочки между ключицами до соблазнительной ложбинки.

– Малыш лежит рядом, – тихонько ответил Вероцкий, отнимая ладонь от ее груди.

– И пахнет псиной, – нервно хохотнула Регина, а потом добавила все так же хрипло, не открывая глаз: – Умоляю, уведи его от меня, прицепи и оставь в коридоре. Срочно. Пока я еще не могу пошевелиться и даже конечностей не чувствую. Я панически боюсь собак.

– Уведу, – выдохнул Стас. – Генри, место.

Пес заскулил, не желая уходить из-под бока у наконец-то оказавшейся в его компании дамы, но все же поднялся и тихонько потрусил прочь из бассейна. Умный пес. Хороший мальчик.

– Хватит на сегодня спорта? Помочь дойти до раздевалки? – ведомый чувством вины, поинтересовался Вероцкий.

Но Регина и тут его удивила.

– Не-не, сейчас полежу немного, погреюсь в сауне и пойду плавать. – Она помолчала, а потом добавила, резко открывая глаза: – И, Станислав, если уже искупался, избавляйся от одежды и присоединяйся. Но прошу, без собак.