И вот на часах только перевалило за двенадцать дня, а мы уже были на месте. На месте – это, по задумке, в шикарном спортивном центре «Лабиринт» на другом конце города, а в итоге рядом с конторой частного охранного предприятия «Сокол». Хотя Станиславу было четко приказано отвезти меня именно в спортивный центр.

– Что мы здесь делаем? – выдавила я, отойдя от первого шока.

Здание логова «соколов» было пусто и безмолвно. Видимо, в воскресенье в конторе никто не сидел. Бравые чоповцы работали на выделенных им местах, но в главное здание не совались. Я уже панически обдумывала возможности такого варианта, когда Стас отозвался:

– Вы хотели попасть в спортивный центр. Сегодня воскресенье, везде много народа, а здесь самое защищенное место. Я должен беспокоиться о вашей безопасности.

Да, настолько беспокоится, что даже перешагнул через себя и решил со мной пообщаться. Что ж, уже хорошо, но все же недостаточно. Я вспомнила прекрасно оборудованный зал в здании «Сокола». Он восхитителен и безлюден, но мне сегодня, наоборот, нужен был народ, чтобы посетить все групповые занятия, чтобы отнять у телохранителя кучу времени и сил и вывести его из душевного равновесия к чертовой матушке!

Но, опять же, здесь мы будем одни. Перед внутренним взором встала картина-воспоминание: огромный зал, в котором только я и он, и яростное пламя, опалившее тело. Охх, что-то даже не знаю… это хорошо или плохо?

– Но я хотела покататься на коньках! – ляпнула первое, что пришло в голову.

– Регина Денисовна, каток в городском спортивном центре уже месяц закрыт на ремонт, как и зал для роликов, вы бы туда не попали, – даже не взглянув на меня, сообщил Станислав. – Все остальное здесь есть.

Все остальное? Групповых занятий нет! Танцев нет! Нет джакузи и сауны, в этом я уверена. И…

– И бассейн есть? – поинтересовалась я, вздергивая подбородок, почти уверенная в своей победе. Сейчас мы развернемся и поедем в нормальный спортцентр, где имеется куча народа, вагон разных занятий и вкусные кислородные коктейли по баснословной цене.

Но Стас молча заглушил двигатель, вышел из машины, галантно распахнул дверцу с моей стороны – я не двигалась, так и сидела, прижимая к груди сумку, – и бесстрастно ответил:

– Есть. Вечером он открыт для платных посетителей, но сейчас будет весь в вашем распоряжении, я подключу свет и печь в сауне.

Мне стоило воспротивиться, возмутиться, потребовать отвезти в людное место, но я лишь сглотнула, отцепила ремень безопасности и вышла из машины. Итак, мы опять будем наедине? Он, я, тренажерный зал и бассейн! Вместо пытки для телохранителя получится пытка для меня.

Какого черта здесь вообще делает бассейн, я никогда не слышала о… Но тут взгляд зацепился за табличку дома, и я сдулась. А нет, слышала: уже год по радио крутят рекламу о «комплексе на Пролетарской», в котором самая чистая и теплая вода, самая удобная сауна, лягушатник для малышей и далее-далее. Это что, побочный бизнес «соколов»? Неплохо устроились!

Я прошла следом за Стасом в здание, ощущая, как от внезапного волнения мелко трясутся руки. Да, Регина, ты не сексуальная соблазнительница, которая может одним щелчком пальцев заставить мужчину пасть к твоим ногам, ты трусливая мышка, которая бахвалилась перед зеркалом, что сможешь стать самой-самой, а когда планы сорвались, испугалась и поджала хвостик! Ты нервничаешь, у тебя сердечко бьется так, что тело скоро начнет сбрасывать вес без нагрузок, ибо пульс безо всяких тренировок приближается к максимальной отметке.

Но я понимала одно: если планы сорвались, действовать придется по обстоятельствам, а они могут быть двух видов:

а) Здание принадлежит «соколам» и прекрасно охраняется, здесь Станиславу не нужно следить за мной. Это означает, что он может отправить меня заниматься спортом, а сам спокойно будет заниматься своими делами. Читать, играть и общаться в сети с кем угодно!

б) Он может следовать за мной по пятам, наблюдать за каждым шагом, но мы будем наедине, и… в общем, если повторится отвратительный всплеск гормонов, я за себя не отвечаю. Вдруг опять накинусь с поцелуями?

Окончательно утонув в мыслях, я не сразу услышала вопрос телохранителя, который он явно повторил не в первый раз:

– Зал или бассейн?

– Сначала зал. – Я глубоко вздохнула, решаясь. – Потом пойду в бассейн, так что включи сауну.

Станислав ничего не ответил, просто деликатно проводил меня до женской раздевалки и ушел вверх по лестнице. Сердце неприятно сжалось. Отлично, я тут стараюсь, а он все же решил сбежать. Ну и… Ну и супер! Одна позанимаюсь, а потом все равно что-нибудь придумаю. Снова включу музыку на всю, устрою тусовку с Владиком… И пусть я не соблазнительница, зато эмоции вызывать умею.

«У тебя мама актрисулька! – вновь проснулся внутренний голос. – Кто у нас самая шикарная дочка, умеющая быть настоящей богиней?»

Я раздраженно натянула лосины. Ну, одно дело, быть богиней перед левыми лысыми (и не только, но это не важно) мужичками с пузиком и третьей женой, которая еще моложе меня. Они деловые партнеры или заказчики, они мне безразличны, пусть пускают слюни, сколько душе угодно, а Стас…

Я замерла с вытянутыми над головой руками и не натянутым до конца топом. Что? Они мне безразличны, а Стас что? По телу пробежал холодок нехорошего предчувствия. О нет-нет-нет, этот чертов королевский гвардеец просто мужчина, от которого по венам течет не огонь, а лава. И я обязана проверить, так ли хороши его объятия на самом деле, как во сне?

Тогда почему ты дрожишь, детка? Почему волнуешься, что вы остались наедине? Сейчас – самое идеальное время утянуть его в горизонтальную плоскость. Проверить и, если сон окажется лучше, кинуть мужика на фиг, позволив и дальше строить из себя бесстрастную ледяную глыбу. Просто сыграть на инстинктах, вынудив с тобой переспать. Разве нет?

– Нет, – выпалила я, рывком надевая топ и засовывая ноги в кроссовки. Потом обернулась к зеркалу, заправила лямки нижнего белья, подтянула декольте, чтобы не казалось таким огромным. – Нет, я хочу проверить нормально, а не сиюминутно.

Хочу, чтобы была мягкая кровать – или хотя бы диван, – чтобы были поцелуи и прикосновения и то восхитительное ощущение нежности, что было во сне. А не животных инстинктов! Хочу ярости, счастья, страсти, гнева.

Хочу… не тела. А эмоций. Вывести Стаса из себя и ощущать мурашки гнева на коже. Когда инквизитор разжигает костер, чтобы сжечь ведьму, а она наблюдает со стороны, потирая руки в предвкушении огонька.

Ладно, отлично, я помешалась.

Но в зале телохранителя не оказалось. Кажется, он выбрал первый вариант: отсиживаться в сторонке, пока я спокойно хожу по зданию. От понимания меня одновременно захлестнула волна обиды и облегчения: раз его нет, можно просто позаниматься. Полчаса танцев, беговая дорожка, аэробные упражнения, растяжка, пресс, немного поработать с гантелями, как он в прошлый раз показывал. До боли в мышцах, до максимального напряжения, до изнеможения.

Когда я обессиленно бросила гантели на стойку и вышла в коридор, телохранитель оказался там. Преспокойно сидел на диване и читал книгу, кажется, какую-то научную фантастику или космооперу, кто ее разберет по обложке? Но стоило мне показаться на пороге, он подобрался и из расслабленного и вальяжного кота вновь превратился в бесстрастного стражника.

– Бассейн? – поинтересовался он, продолжая отводить от меня взгляд. – Все подключено. По лестнице направо и на второй этаж. Душ там свой.

– Я боюсь идти в бассейн одна, – выпалила в ответ.

Ложь. Абсолютная. Я обожаю плавать в пустом бассейне, даже специально езжу в спорткомплекс в те часы, когда народа там практически не бывает. Это слишком восхитительное ощущение, когда целый бассейн принадлежит тебе одной. Когда даже дыхание отзывается эхом, когда ты – повелительница воды, русалка, оказавшаяся в мире смертных.

– Вы будете не одна, у входа сидит сторожевой пес, – сообщил Стас. – «Немец», породистый.

– Который откусит мне руку по локоть, если решусь погладить, – возмутилась я.

Телохранитель даже не улыбнулся: то ли действительно «породистый немец» был столь опасен, то ли Стас умело держал лицо. Не повышая голос, я отрезала:

– Станислав, я боюсь одна находиться в большом помещении. Я просила вас подъехать к спортивному центру, где в бассейне в любом случае был бы народ, а не сторожевая собака, а теперь…

– Хорошо, я прослежу за вашим спокойствием, – прервал он меня на полуслове. – Проходите.

И сам двинулся вверх по лестнице, оставив меня наедине с пустым холлом и необходимостью забрать из нижней раздевалки сумку с одеждой.