Что, простите? Кончит от кайфа?

Он сдерживался до последнего, старался унять вздрагивающие от смеха плечи и задержать улыбку, но в последний момент, когда девчонка успела уже проскользнуть за дверь, он просто-напросто рассмеялся, утыкаясь лбом в дверь. Слава богу, не стеклянную!

Стас не мог понять, почему смеется над ее шутками. Так же как он и не понимал внезапной тяги приглядеться к клиентке поближе, с другой стороны. Блядские серые туфли не давали ему покоя. Он не мог ошибиться, это были эти туфли, не похожие. Или мог? И все же сама мысль не давала покоя. Если Регина любовница Рассольцева, то та дама с сумками… кто она? И если она действительно пришла в квартиру шефа Регины, то его клиентку заловили с любовником? Так?

Вздохнув, Стас проскользнул в подвальчик. Весь путь сюда он пытался прочитать по лицу Регины, что случилось. Ее поймали с боссом и устроили скандал? Помада смазалась – девчонка успела поправить ее еще в машине, но факт, – с волосами печаль, щеки красные… то ли ругалась, то ли занималась сексом. А возможно, и то и другое. Ему бы позлорадствовать, что подстилка крутого бизнесмена получила по заслугам, ведь сам был недоволен, что придется работать с какой-то фифой. Но нет, он заглядывает ей в глаза и пытается понять, насколько девчонка расстроена. Понять то, о чем не задумывался еще полчаса назад!

Это клиника, господа!

Но оказалось, что, если к ней присматриваться, Регина… весьма милая. Забавная, почти как его сестра, когда позволяет себе расслабиться.

Миновав небольшой тамбур, Стас толкнул вторые двери – и замер. Регина уже успела убежать вглубь зала, но он остановился на пороге, просто в одно мгновение понял, что она имела в виду, когда обещала кайф.

Аромат сбивал с ног. Свежий, насыщенный и просто невероятный. Это вам не жалкий стаканчик из «Старбакса» или разбодяженное пойло, которое обычно подают в центре. Это Кофе. Вот так, с большой буквы. И кажется, с такой же большой буквы Кайф. Если вкус здесь такой же, как аромат, он согласен: от такого и кончить не жалко.

Очнувшись от первого впечатления, Стас нагнал Регину, которая уже устраивалась за столиком в углу. Небольшой мягкий диванчик, который подразумевал, что они будут сидеть на разных сторонах, а не напротив друг друга, круглый столик с композицией из цветов и скромное меню на пару страниц. Уютно, но ничего примечательного.

Кроме запаха.

Отлично, плюс к карме его заказчице за то, что каким-то неведомым чутьем поняла, что Вероцкому жизненно необходим стаканчик кофе. Или за то, что сама его захотела.

– Согласись, один аромат поражает в сердце, – протянула она, падая на диванчик и жмурясь, как сытый кот.

– Соглашусь, пахнет восхитительно, – кивнул он.

И получил в ответ улыбку, которая выбивала воздух похлеще полноценного удара под дых. Чертовски непосредственную. Словно сейчас вместо фифы, ласково воркующей с шефом каждый божий день, перед ним сидела девочка-милашка. Веточка сирени в руках, печальный взгляд… и улыбка. Наверное, именно так она смогла завоевать шефа? И того учителя-геймера? И наверное, еще многих…

– На вкус еще лучше, – покивала Регина. – Настоящее блаженство. Просто меню у них скудное, зато кофейная карта… Ах!

Она с наслаждением вздохнула – так отчаянно, что где-то на краю сознания у Стаса вновь мелькнули мысли о сексе, – и обняла меню.

– Присаживайся, выбирай. Цены тут не самые маленькие, но денег потом не жалко.

* * *

Я попала в Рай. В гастрономический рай ищущего бодрости человека. Один глоток божественного напитка в этом заведении восстанавливает все силы, прочищает голову, наставляет мысли (и тебя самого) на путь истинный. Без шуток. Проверяла на себе и на Владике, который, если уж быть совсем откровенной, и нашел когда-то это место.

Кафешка маленькая, уютная, с приятной музыкой и восхитительными ароматами. Выбор еды небольшой, но тоже вкусный. Цены не так чтоб кусаются, но и не самые демократические. Более того, кафе находится во дворах, попасть в него можно, только если точно знаешь, что ищешь. Но оно живет и здравствует уже лет десять, а значит, имеет с нас, посетителей, достаточно денег, чтобы держаться на плаву. И я этому искренне рада.

Что делать с едой, я знала: закажу греческий салат, а к нему, возможно, небольшой десерт. Они делают прекрасное желе с фруктами – не чета печенью, которого я могла бы слопать целый лист, зато не так вредно. А вот кофе…

– Что посоветуете? – вырвал меня из плена кофейной карты голос телохранителя.

Пока я утопала в меню, он успел тоже разместиться на диване: сел собранно, по-деловому, но все же занимая бесконечно много места, словно был раз в пять больше того же Влада. Хотя сводный братец совсем не хиляк, честно-честно, как бы я над ним не смеялась! Просто Стас, он… он доминировал в пространстве. Казалось, он был везде, совсем рядом: коленями почти касался моих, потому что ноги просто не вмещались под маленький столик, тыльной стороной ладони практически доставал до моего локтя, так невыгодно положенного на стол, а еще от него исходил жар. Будто я сидела не на соседнем сиденье закругленного углового дивана, а прямо у телохранителя под боком.

Я впервые пожалела, что решила сесть за свой любимый столик, а не за уютный квадратный прямо посреди зала.

– Смотря что больше нравится, – выдохнула я, надеясь, что не краснею. Или что не отошла еще от прошлой красноты – от ругани с дядей и бешеной гонки по лестнице. – Кофе здесь вкусный весь. Хоть эспрессо, хоть капучино… гляссе тоже шикарный.

– А из еды? – усмехнулся Станислав, словно почувствовав мое смущение. Или он тоже понимал, что одним своим существованием занимает половину свободного пространства?

– Лазанью? – выпалила первое, что пришло в голову.

– Почему бы и нет? – спокойно кивнул он, вновь утыкаясь взглядом в меню.

Дышать сразу стало легче. Видимо, глаза инквизитора гипнотически действуют на ведьм. Наверное, в Средние века их примерно так и ловили: зачаровывали взглядом, от которого она уже вся пылала, и вели на костер. Хотя он вроде бы смотрел спокойно, не по-инквизиторски…

Бо-же мой! Господи, господи, господи, что это только что было?

Я с силой прикусила губу, понимая, что в такой ситуации классический латте со сливочным сыром не поможет. Вот ни капельки! Он не расслабит мозг достаточно, чтобы потушить огонь, он не вернет ледяной холод, который так необходим сейчас. Гляссе? Нет. Тут даже мороженое не поможет.

Я продолжала перебирать напитки. Халвичный латте. Американо. Апельсиновый раф…

– Могу я принять заказ? – поинтересовался улыбчивый официант.

– Эспрессо, латте и лазанью, – подал голос телохранитель. – Латте принести вместе с лазаньей, а эспрессо сразу по приготовлении.

– Хорошо, отлично. А вашей даме? – кивнул официант, не отрывая глаз от Стаса. Ох уж эти доминирующие мужчины, почему нельзя спросить у девушки: «Что вам? Отлично! А вот этому типу рядом с вами?»

– Греческий салат, десерт-желе с киви, – перечисляла я, продолжая судорожно выбирать напиток, и.. – и латте айриш-крим.

Вот оно – мое спасение. Пара ложек алкоголя, абсолютно сливочный вкус и идеальное прочищение мозгов. Потому что ТУТ мороженое не поможет. Как оно спасет меня от желания подчиниться окутывающему тело жару, податься чуть вперед и попробовать на вкус эти упрямые губы? Меня! Которая последний раз размышляла так, когда фанатела по солисту рок-группы. Лет восемь назад.