Глава 72
Глава 72
Я сказала Артёму на следующий день. Не "точно". Не официально. Но честно.
По срокам почти наверняка ребенок твой. Финально подтверждать будем, как только это будет возможно и безопасно.
Ответ пришел через минуту.
Я приеду.
Я смотрела на экран и чувствовала не облегчение, а тяжелое, вязкое предчувствие. Потому что теперь игра менялась. Если раньше он боролся за женщину, которая его не выбрала, то теперь получал куда более сильный мотив — собственного ребенка. А такие мужчины не отступают.
Я показала сообщение Дамиру. Он прочитал, молча положил телефон на стол и спросил:
— Ты хочешь, чтобы я был дома, когда он приедет?
Я задумалась. Очень. Потому что ответ "да" означал бы сразу фронтальную линию конфликта. Ответ "нет" — остаться одной в момент, когда Артём точно придет не просто поговорить.
— Хочу, — призналась я. Он кивнул.
— Тогда я буду.
Никакой радости от этого решения. Никакого мужского "отлично". Он прекрасно понимал, что сейчас будет.
Вечером Артём стоял у моей двери. Один. Без матери. Без юристов. Но с тем лицом, которое я уже видела однажды у мужчин, решивших, что уступать больше не собираются. Я открыла. Он вошел. Сразу заметил Дамира в гостиной. И усмехнулся.
— Конечно.
— Это мой дом, — спокойно сказала я. — И я сама решаю, кто здесь будет.
Он посмотрел на меня. Потом перевел взгляд на мой живот. Так быстро, что, возможно, никто бы не заметил. Кроме женщины, которая теперь жила каждым микродвижением вокруг себя.
— Значит, почти подтвердилось? — спросил он.
— Да.
— Ясно.
Он говорил ровно. Слишком ровно. Дамир стоял у окна. Не лез. Не перебивал. Только был. И я чувствовала его присутствие кожей.
— Что ты хочешь, Артём? — спросила я.
Он посмотрел прямо на меня.
— Я хочу, чтобы ты поняла: теперь это не история про выбор мужчины. Это история про нашего ребенка.
У меня внутри все сжалось. Нашего. Вот оно. Началось.
— Возможно, — сказала я.
— Нет. Почти наверняка.
— Почти — не значит окончательно.
— Хорошо. Тогда скажу иначе. — Его голос стал тверже. — Если ребенок мой, я не позволю воспитывать его в доме другого мужчины.
Тишина рухнула мгновенно. Страшная. Звенящая. Я почувствовала, как рядом темнеет Дамир. Но он молчал. Ждал меня. И в эту секунду я впервые поняла до конца: именно сейчас решается не отцовство даже. Решается, кем я буду в этой новой жизни. Женщиной, которую снова раздавят чужими правами. Или матерью, которая встанет.
Я очень медленно расправила плечи. И ответила:
— Тогда тебе придется сначала понять одно. Мой ребенок не будет жить там, где его мать перестает быть человеком.
И по выражению лица Артёма я увидела: он понял, что легкой победы не будет.
---