Разумеется, реакция гостей на столь внезапное и бесцеремонное вторжение в личное пространство была вполне предсказуемой. Они напряглись. Посчитали это угрозой. Инстинктивно попытались защититься. Любой бы на их месте поступил так же.

Для начала практики моментально развернули ауры. Под завязку накачали тела энергией ци. На автомате выполнили базовую защитную технику духовного покрова. Она не только самая быстрая, но и надёжная. Вбитая в подсознание на уровне рефлексов ещё в юном возрасте, вместе с синяками и ссадинами. Это лучший выбор в ситуации, когда нет времени на что-то более сложное. Кто бы вам в реальном бою позволил приготовиться к отражению атаки, да ещё находясь рядом. Многие умники на этом погорели.

Однако дальше у практиков возникла проблема. Застигнутые врасплох гости замерли в замешательстве, не зная, насколько далеко заходить. Они побоялись опрометчивых решений, способных ещё больше усложнить непонятную ситуацию. Если отреагируют слишком агрессивно, ударив в ответ, то лишатся возможности вернуться к тому, с чего всё начиналось. Ведь неизвестно, что происходит. В чём причина? Вдруг это только недоразумение? Или проверка? Или и вовсе дурная шутка? Может, безобидная инициатива какого-нибудь очередного игривого «щеночка», спрятавшегося под столом. Разумы шокированных практиков заполнились бесчисленными сомнениями. Они лихорадочно принялись просчитывать варианты своих действий. Время для гостей бессмертного в этот момент словно сильно замедлилось.

Разумеется, первым желанием было разрывать дистанцию. Затем ударить в ответ мощными техниками, выигрывая время. Что-то простенькое против такого противника явно не поможет. К тому же непонятно, с чем именно они имеют дело. Но раз ОНО посмело напасть на не самых слабых практиков, не скрывающих свою силу, значит, уверено в успехе. Поэтому если уж бить, то не сдерживаясь. Однако тогда можно случайно задеть бессмертного, на лице которого появилось выражение искреннего изумления. Проблема в том, что все они сидели за одним столом, довольно близко друг к другу. Тут особо не размахнуться. Нападение на бессмертного не самый лучший способ уйти из жизни.

Кроме того, после всех тех чудес, которые им показали, любые разрушения во дворе ещё кого-нибудь да заденут, что явно повлечёт за собой неприятные последствия. Тогда помимо обладателя щупалец им придётся столкнуться ещё и со множеством жутких чудовищ, скрывающих свои истинные тела. Этот участок слишком мал, чтобы любой из них мог вытянуться в полный рост. Поэтому они лишь обозначивали своё присутствие, а не полноценно занимали территорию. Практики прекрасно это понимали, поэтому не удивлялись тому, что им показали только внешнее причудливое воздействие аур мистических существ на окружающий мир. Вроде того, как горячее тело порождало эффект текучего, дрожащего воздуха. Вокруг холодного тела собирались капли воды. Рядом с заряженным начинали подниматься волосы. Полое же с узкой щелью издавало на ветру протяжный свист.

В любом случае, что бы практики сейчас ни предприняли, переход к прямому конфликту слишком опасен. Эта крайность могла закончиться для них весьма трагично. Они ведь находились в самом сердце территории бессмертного. Кто знает, какие защитные механизмы тут имеются, и на что они настроены. С кораблём мечники уже попрощались по собственной неосмотрительности. Им очень не хотелось расстаться ещё и с жизнью.

Поэтому ошеломлённые практики на мгновение замерли, позволив другой стороне завершить свой ход, чтобы прояснить намерения. Лучше немного пострадать — чем долго сожалеть. Всё это молниеносно пронеслось в их головах. Кроме того, эти люди не были чересчур впечатлительными, нервными особами, способными по любому поводу удариться в крик. Начать бестолково метаться из-за какого-нибудь таракана. Чтобы дожить до своих лет и занять эти места, им пришлось пройти через многое. Их воля была хорошо закалена. Поэтому даже Шань Доу, чьи ладони были скрыты ниже уровня стола в широких рукавах платья, будучи уже не пустыми, не только не завизжала, но даже не вздрогнула. Правда, только внешне. На лице суровой женщины с плотно сжатыми губами застыла бледная маска демона спокойствия.

К счастью, страхи практиков не сбылись. Обладая скоростным мышлением, они быстро поняли, что щупальца не пытались причинить им вред или сковать движения. Эти щупальца принялись аккуратно разглаживать складки на одежде, стряхивать пыль, засовывать за шиворот обычные белые платки. Видимо, чтобы гости не испачкались во время еды. Хотя эта традиция им не знакома, но практики превосходно умели анализировать информацию. Ещё бы, ведь зачастую от этого завесила их жизнь. Кроме того, наконец-то вмешался бессмертный, окончательно ставя точку в этом недоразумении.

Слегка пнув по ножке стола, из-под которого вырос лес щупалец, он недовольно проворчал.

— Ктулху-тян, прекращай! Ты смущаешь наших гостей. Не нужно заходить так далеко. Мы же не немощные старые люди, неспособные сами о себе позаботиться. Простите её, она ещё маленькая, — огорчённо извинился перед гостями, призывая их расслабиться.

* * *

Сказав это, ещё раз мысленно пнул, только уже между ножками стола. Пряча стыд, мне пришлось прибегнуть к этой дурацкой лжи, пока лужайка не превратилась в поле боя. И вообще, какого дьявола эти придурки творят⁈ Я о чём их просил?

Чтобы снизить насторожённость гостей, пришлось делать вид, будто я обращался к маленькой девочке, хотевшей сделать, как лучше. Не будут же они обижаться на ребёнка с таким милым именем. Выбрал его наугад. Однако из-за спешки и многочисленных зловещих щупалец, тянущихся из тёмной бездны, извлечённый из подсознания образ оказал на это куда большее влияние, чем я думал. Не кричать же: «Пугало, немедленно прекрати лезть к гостям под одежду», будто мы сборище извращенцев. Оправдываться тоже не стоило. Это показатель слабости, в которую зубастые практики тут же вцепятся. Лучше выставить всё детской шалостью. Принести извинения за получившийся казус. Разумеется, учитывая моё вымышленное доминирующее положение, без лишних поклонов и попыток загладить вину подарками. Не положено. Вот если бы им был причинён реальный вред — другое дело.

Поскольку для гостей это тоже показалось наилучшим выходом из щекотливой во многих местах ситуации, помогающий избежать нежелательного конфликта, сохранить лицо, а также заручиться благодарностью хозяина дома, они с радостью ухватились за предоставленный шанс. Мои извинения были приняты, а «Ктулху-тян» прощена.

Заварив чай, принесённый гостями, выставив их угощения на стол, я показал, что отнёсся к гостям без пренебрежения. Мы вежливо обменялись чуть более вычурными традиционными приветствиями, чем полагалось. Они представились.

— Великий Матвей, бессмертный меча, — любезно назвался и я.

Хотя ни подобного титула, ни соответствующего ранга я не добивался, однако, если они хотят видеть перед собой бессмертного, кто я такой, чтобы их разочаровывать?

После короткого разговора о погоде, которая нас совершенно не интересовала, перешли к более серьёзным темам. Бэй Цинмин завуалированно поинтересовался моими планами на будущее. Ему важно было узнать, не пересекаются ли они с планами его секты. Пришлось заверять, что политика меня не интересует. Я здесь живу уединённо, тихо, спокойно. Меня это полностью устраивает. Культивирую потихоньку. Для души копаюсь на грядках своего маленького огородика. Ухаживаю за садом. Кто там с кем в высших мирах меряется детородными органами, меня не волнует. Я далёк от распрей небожителей. Ни в какие их фракции не вхожу. Обозначил себя вольным практиком.

С одной стороны, это успокоило Бэй Цинмина, а с другой, не очень обрадовало. Свободные практики довольно непредсказуемые ребята. Они как флюгер, следуют за ветром. Сегодня он дует с востока, а завтра вполне может перемениться. У них ни перед кем нет обязательств. Нет чётко обозначенных границ. Они не привязаны к каким-то определённым семейным стилям или школьным техникам, подход к которым давно известен.

Однако в любом случае это лучше, чем узнать, что я когда-то был членом какой-нибудь тёмной секты. Разделял их мировоззрение. Резал людей. Практиковал демонологию. Уж мечник с мечником, даже не сходясь во взглядах, как-нибудь под одним небом да уживутся. Это вполне понятный друг или враг.

Следом глава секты Облачного края принялся осторожно допытываться, нет ли у меня в саду чего-нибудь «лишнего», что не жалко продать. Пообещал дать за это хорошую цену. Бессмертные всегда славились тем, что у них находилось много чего необычного, а ещё они стараются следить за своей репутацией. Всякое дерьмо под видом брильянтов не пытались всучить. Если утверждали, что какая-то вещь что-то может, значит, она действительно на это способна.

В первую очередь Цюнь Лана интересовали редкие духовные материалы. Учитывая обитателей тайного сада бессмертного, здесь их достать можно было без особого риска для жизни, не испортив ни с кем отношений. Это намного дешевле, чем организовывать полноценные охотничьи экспедиции за каждым мистическим зверем по отдельности. Возможно, даже не по одному разу. Вдруг с первого не получится сделать какой-нибудь особо сложный артефакт. Нанимать крайне дорогостоящих специалистов. Вкладываться в довольно рискованную затею, которая может и не оправдать надежд. Ремесленникам намного проще договориться с заводчиком фермы по разведению монстров, чем с охотниками за удачей. Поэтому намерения Цюнь Лана были мне понятны.

Поскольку на Земле невозможно достать много чего полезного из духовных миров, я уже изрядно поиздержался, потратил старые запасы, да и питомцам нужно кое-что прикупить, не стал сразу отвергать предлагаемое сотрудничество. В отличие от семьи Тао, Облачный край мог удовлетворить мои потребности. У них имелись и необходимые ресурсы, и возможности. Попросил дать время на размышления. Захотел сперва обсудить это с питомцами, а потом дать ответ. Думаю, они согласятся. Чтобы что-то приобрести в высшем мире и доставить сюда, нужны деньги. Не бумажные, конечно же. Как говорил кот Матроскин: чтобы что-то ненужное купить, сначала нужно что-то ненужное продать.

Насколько знаю, Кукле будут полезны проклятые вещи. Лотосу пригодятся стихийные духи. Демону не помешает обновить ритуальные принадлежности. Господину Мышу нужна особая бумага и чернила. Пугало не откажется от редких семян. В ответ им тоже есть что предложить. С таким непутёвым господином им пришлось самим учиться зарабатывать. Искать занятие для души. Осваивать подходящие им профессии. Кто-то делал неплохие артефакты, кто-то шил, кто-то варил, кто-то занимался художественной лепкой, кто-то выращивал духовные травы, а кто-то просто линял.

Последней в беседу вступила глава зала исцеления. Ей хотелось обсудить нечто гораздо более важное и практичное. Измерить глубину моих медицинских познаний. Ознакомиться с перечнем и свойствами лекарственных средств. Разобрать несколько методик. Попросить советов. Кое-что уточнить по шраму Тао Линь.

Быстро поняв, что я не вытягиваю беседу с техническим специалистом, не стал раздувать щёки от важности или напускать тумана, пряча собственную некомпетентность. Всё равно же поймёт. Вместо этого отправил её общаться с колодцем, сообщив, что все ответы находятся на его дне. Только пусть не топится, здесь этого не принято.

Сможет выудить их самостоятельно, поздравлю, а нет — разведу руками. Принуждать Лотос к общению я не буду. Даже самому интересно, что у них получится. Может, затворнице Лотосу будет приятно встретить родственную душу. Обменяться знаниями с коллегой по ремеслу. Я-то всего лишь скромный мечник, а не всезнающий мудрец, равный Небу. Не вижу ничего постыдного признаться в том, что чего-то не знаю. Этой фразой, судя по глазам, заслужил пару плюсов в глазах глав крупных сект.

Чтобы немного прерваться и отдохнуть, а то серьёзные разговоры быстро утомляют, я предложил гостям лёгкую закуску из даров своего сада. Я тоже собирался произвести на гостей впечатление. Согласно сценарию, на стол должны были подать дольки золотых яблок мудрости, чай озарения, освежающий овощной салат и ягоды, чрезвычайно богатые природной энергией. Однако Пугало, испугавшись, что его выход был испорчен, хотя и не понимал — чем, желая реабилитироваться, перешёл к плану Б. Поэтому перед моими заготовками подал свои. Щупальца достали из-под стола несколько серебряных блюд, накрытых знаменитыми выпуклыми крышками клош. Уже одно это меня несколько напрягло. Прищурившись, окинул их подозрительным взглядом.

К сожалению, я не успел первым проверить, что скрывается под этими крышками, ведь гостям тоже было любопытно. Бэй Цинмин, почувствовав исходящую от них духовную силу, с лёгкой настороженностью поднял крышку, позволяя всем увидеть…

Как только свет коснулся сцены, актёры принялись играть свои роли. На идеально чистой, белой фарфоровой тарелочке находилось три маленьких удивительных помидора. Первый с белой повязкой на лбу, украшенной надписью: «Семь жизней за императора!», выполненной красными иероглифами, церемониально сидел на коленях, на крохотном квадратном коврике из сыра. За ним стоял второй помидор с серебряным столовым ножом, заточенным до бритвенной остроты, удерживаемый двумя зелёными, лиственными руками. На голове второго помидора был бумажный рогатый самурайский шлем. Рядом стоял третий помидор с букетом из петрушки и солонкой.

Первый медленно взял игрушечный нож, и под барабанный бой, раздавшийся из другого блюда, храбро вспорол себе брюхо, вываливая содержимое на коврик. После чего уважительно склонил голову перед зрителями, благодаря их за внимание. Далее второй помидор одним ударом отсёк ему макушку. Третий, бросив на вытекающие «мозги» букет, посолил их. Потом невозмутимо принялся раскатывать рулон второго половичка, собираясь накрыть «труп». В это время второй укладывал рядом нож, рукоятью развёрнутый в сторону гостей онемевших от потрясения гостей.

Сохраняя подозрительное молчание, дрогнувшей рукой Шань Доу приподняла соседнюю крышку. Прежде чем она быстро её опустила, из-за неудобного ракурса я успел разглядеть только половину сцены. Вафельного коня. Оседлавшего его лимона в сложенной из салфетки треуголке с широкой синей лентой на груди. Игрушечную шпагу в руке, сделанную из зубочистки. За ним выстроился треугольный строй зелёного горошка в мундирах. Кажется, они собирались атаковать устриц.

Практически слыша, как где-то на кухне закипает чайник со свистком, не сдержавшись, быстро заглянул под третью крышку. Хорошо, что не решился полностью сорвать с этого блюда все покровы тайны. Зрелище стоящего на четвереньках фаршированного яйца в трусах из салатного листа, с маской на лице, а также подбирающегося сзади второго яйца в каком-то БДСМ костюме с плёткой в руках, надолго врезалось мне в память. Более того, в этой похабщине ещё и майонез участвовал.

Молниеносно вернув все крышки на место, извинившись, предложив обойтись без закусок, принялся запихивать блюда туда, откуда они появились. Когда на последнем возникло сопротивление, его стали выталкивать обратно, словно упрашивая дать ещё один шанс, доверившись мастерству шеф-повара, у меня задёргалось веко. Да и чайник уже закипел.

— Что он делает? — изумлённо воскликнув, посмотрел в сторону ничего не подозревающего феникса.

Когда взгляды гостей ненадолго переключились на новую цель, заставив её растеряться, я за несколько мгновений успел сделать несколько действий, двигаясь со сверхчеловеческой скоростью. Бесшумно поставить блюдо на стол. Засунуть руки под скатерть. Перехватить щупальца. Завязать их узлом. Отпихнуть кого-то ногой. Сбросить во тьму последнее блюдо. Поправить скатерть. Утереть со лба испарину. Принять максимально невинный вид. Скорее всего, практики что-то да заметили, но сделали вид, будто этого не было, и вообще, они ничего не поняли. Теперь речь о моём тотальном контроле над питомцами можно больше не заводить.

Потом мы ещё недолго посидели за столом из уважения к собеседникам. Попили их духовного чаю с печением. Похвалили друг друга. Только после этого спокойно разошлись, полностью довольные встречей, даже не заключив ни одной сделки. Для первого раза это вполне неплохой результат. Слишком поспешное заключение договорённостей выглядело бы подозрительным. Серьёзным людям перед принятием важных решений нужно всё хорошенько обдумать. Дело в том, что Бэй Цинмин официально пригласил меня посетить их секту в качестве почётного гостя. Как мечник мечника. В любое удобное время. Это сильно подняло бы престиж его секты. Попросил провести пару открытых лекций ученикам, если у меня будет подходящее настроение. Я обещал подумать. Невежливо отказываться сразу. Тем более, после того представления, которое устроили мои питомцы.

После ухода гостей вместе с ними пропала и улыбка с моего потемневшего от гнева лица.

— Теперь давайте разберёмся с вами, мои дорогие… — с пугающей интонацией обратился к резко опустевшему двору, по которому уже гулял один лишь ветер.

Недаром у животных очень развита интуиция на надвигающиеся катаклизмы. Похоже, она дала о себе знать и в этот раз. Мой запоздавший взгляд мельком прошелся по уже опустевшей будке, чей сбежавший хозяин даже паутину с дрожащим на ней Угольком каким-то образом повесил в углу, придавая своему жилищу давно запущенный вид. По пустой лужайке, на которой сиротливо лежало голубиное перо. По высохшему пруду, с белеющей на дне костью. По забору, на котором мелом был обведён контур испарившейся яблони. По столу, слегка приподнятому над землёй, крадущемуся на щупальцах в сторону огорода. На окно дома, где за распахнутыми шторами на верёвках висел крепко связанный горшочек бога вина.

— Взятку, значит, предлагаете?

Подношением называть не стал, чтобы не обижать старика.

В эту ночь Мухоморовку поразило очередное необъяснимое явление. Всех его жителей, включая животных, охватил беспричинный страх, никому не дающий уснуть. Заставляющий шарахаться от каждой тени. Настороженно заглядывать в унитазы. Даже могущественные практики не избежали этой участи. Невидимый ужас, словно облако смерти накрыл притихший посёлок.

Поскольку спокойно отдохнуть всё равно не представлялось возможным, практики попросили семью Тао собрать им информацию о существе, под названием Ктулху. Они хотели знать, с кем имели дело. Результаты, мягко скажем, их обескуражили и встревожили. Вот так маленькая невинная шутка обернулась очередным большим недоразумением. С этого дня практики не расставались с амулетами ментальной защиты.

* * *

На очередной сеанс пробуждения, как бы странно это ни звучало, Андрей с компанией явился невыспавшимся. С тёмными кругами под глазами, бросая подозрительные взгляды в мою сторону. Однако всё так же преисполненные желанием стать избранными. То есть, так же легко и быстро добиваться того, на что другим нужно потратить кучу времени и усилий.

Могу понять нетерпеливость молодых людей, которым жить-то в среднем осталось лет семьдесят. Ну что за это время можно успеть? Построить империю? Чингисхан надменно хмыкает со страниц школьного учебника. Завоевать половину мира? Александр Македонский заходится от смеха. Открыть новый континент? Колумб смущённо отворачивается и закрывает учебник. Если что, это был сарказм.

На втором сеансе культивации духовной силы чуда тоже не произошло, но успехи у ребят определённо имелись. В этот раз они зашли чуть дальше, чем в прошлый, заслужив похвалу. Возможно, с этим я немного поторопился, поскольку Павел разочарованно объявил мои зелья какой-то неработающей фигнёй.

— Послушай, «экспЭрт». На самом деле они свою задачу уже выполнили. Если бы зелья не подействовали, вы бы даже не ступили на тот путь, по которому уже идёте. Пока, как вам кажется, слишком медленно. Потерпите ещё два-три сеанса, и тусклый огонёк даньтяня у вас окончательно сформируется. Не гневите судьбу, ругая свою удачу. Если бы не она, то уже столкнулись бы с аллергической реакцией или искажением ци. В худшем случае ученики сект, тоже совершающие прорыв с помощью алхимии, просто умирают. Так что поверь мне, у вас всё идёт хорошо. Даже слишком. Стопроцентный результат успешного применения зелья, это большая редкость. Радуйтесь, что в нашем мире духовный фон хоть и очень слабый, но чистый. Поэтому вы сейчас как белый лист бумаги, на котором всё что хочешь, то и рисуй. Почти идеальные заготовки. Не считая телесных нечистот, избавление от которых вам ещё только предстоит. Приятного в этом будет мало, уж поверьте, — усмехнулся.

— Да, результат есть. Я определённо стал сильнее, — поддержал меня задумчивый Андрей, глядя на свою ладонь.

Он уже успел это ощутить, взявшись вчера за гантели. Избыточная энергия требовала выхода.

— А где ваша собака? — удивлённо спросил Павел, посмотрев на пустую будку.

Видимо, захотел побыстрее сменить тему, чтобы дальше не позориться.

— Наказана, — неохотно ответил, интонацией дав понять, эту тему не стоит трогать.

— И петуха тоже не видно, — заметила глазастая Ирина.

Они что, сговорились?

— Он тоже наказан, — нахмурился.

— А что они такого сделали? — поинтересовался подросток, не замечая намёков.

— Тоже хочешь быть наказанным? — пристально на него посмотрел, выпуская тонкое щупальце страха.

Слегка пощекотал ему нервы.

— Нет-нет. Я просто так спросил, — вздрогнув, побледневший Павел поспешно замахал поднятыми ладонями.

Всё время забываю, что это не китайцы, даже корейцев съевшие на умении читать между строк. К нашим ребятам нужен немного другой подход. В это время подозрительно мрачная и немногословная Светлана, наконец-то решила поделиться информацией, ещё не попавшей в СМИ. Поэтому сперва попросила друзей не болтать об этом где попало.

— Ты чего? Я же могила, — хлопнул себя по груди наигранно обидевшийся Павел.

— Поэтому и прошу, — недовольно повторила Светлана.

— Да что случилось-то? — забеспокоился Андрей, видя серьёзный настрой девушки, не расположенной к шуткам.

Даже Ирина удивлённо посмотрела на подругу.

— В нашем районе произошло тройное убийство, — предварительно оглядевшись, из-за чего у меня от изумления приподнялись брови, тихо сообщила подозвавшая к себе Светлана.

— Печально, конечно. И что? — не понял Павел.

Мы живём в такое время, когда подобные новости хоть и удивляют, но не выглядят чем-то особенным. На общем фоне льющегося с экранов дерьма их уже почти не замечаешь.

— А то, что жертвам сначала чем-то острым, но не ножом, пробили горло, а затем слили почти всю кровь. Причём это произошло ещё до заката, на автостоянке, в не самом безлюдном месте. И никто ничего не заметил. По словам отца, компания друзей возвращалась из ресторана. Решила немного прогуляться. В районе парка вызвала такси. Пришла на стоянку… и всё. Через полчаса прохожие обнаружили трупы. Ещё тёпленькие, как говорится у него на работе. Водитель такси, которое за ними приехало, тоже пропал. Сейчас его ищут. Предполагается, что он как-то причастен к этому убийству, но я в этом сомневаюсь. Слишком круто для бытовухи.

— Думаешь, вампир? — помрачнел Павел, сразу поняв, к чему она ведёт.

Андрей промолчал, соглашаясь с другом. Раньше ребята посчитали бы подобных персонажей исключительно сказочными, а сейчас допускали, что они вполне могут оказаться реальными.

— Что вы на меня смотрите? Я с земными вампирами ещё ни разу не сталкивался, — удивлённо ответил на невысказанный вопрос.

— А с внеземными? — уточнила Светлана.

— Бывало, — неохотно подтвердил.

— Отлично, — обрадовалась девушка.

Настала моя очередь выразительно на неё посмотреть.

— Это дело спихнули на моего отца. У них в отделе какая-то нездоровая движуха началась. То ли от него хотят избавиться, то ли сами не хотят подставляться, непонятно. Поговаривают, что начальника отдела хотят снять, а мой отец является первым кандидатом на повышение. Точнее, являлся, — недовольно уточнила. — Пока не вляпался в тухлое дело с кладбищем. Тут ещё шумиха поднялась из-за ночных стрельб. Разные мелкие недочёты всплыли. В общем, если он и в этот раз не покажет результатов, его снимут с должности, или переведут в какою-нибудь ещё более глухую дыру.

Пожаловавшись на несправедливость, Светлана глубоко вздохнула.

— А что, других прокуроров нет? — с сочувствием поинтересовался Андрей.

— Откуда? У нас в районном отделе маленький штат. На фига держать здесь толпу дармоедов? Есть ещё начальник, куда же без него, но тот кабинетная крыса. Брать на себя это дело в нынешних условиях он категорически не хочет. Нет ни одной улики. Ни свидетелей, ни мотивов. Тут ещё прислали проверку из Москвы. Сплошные важные птицы. Только они сами пока не могут разобраться, кто за кем стоит, и чем должен заниматься. Все умные, аж писец, одни местные дураки. И вообще, им некогда. Шпионов ловят.

Светлана разошлась.

— Скорее всего, наверху подумали, что это дело как-то связано с загадочным происшествием на кладбище, которым занимается мой отец. Вот ему и поручили ловить больного на голову урода, явно увлекающегося всякой мистикой. Заодно предупредили, что последствия разгребать тоже ему. Кто-то же должен ответить за весь этот бардак. Угадайте, кто им станет?

Это был риторический вопрос. Областная прокуратура должна будет отчитаться либо о хороших результатах, либо о плохой работе. Естественно, с именами и фамилиями причастных лиц.

— А от меня-то ты чего хочешь?

Не просто же так Светлана решила посекретничать именно сейчас, на духовной практике.

— Чтобы вы помогли моему отцу поймать эту кровожадную зверушку. Нечего ей тут хозяйничать, — прямо попросила девушка. — Если бы дело касалось обычных бандюков, слова бы не сказала. Это его работа. Пусть опасная, но привычная. Охота за потусторонними тварями — не его профиль, — убеждённо заявила.

Не увидев в моих глазах понимания, продолжила настаивать ещё яростнее.

— У него нет ни соответствующего опыта, ни умений. Непонятно даже берут ли её обычные пули, или нужно что-то посерьёзнее.

Если не полиция и прокуратура, то кто тогда должен этим заниматься? Пожарные? Спасатели? Общество анонимных алкоголиков? У любого начинающего специалиста нет ни опыта, ни умений, ни идеально подобранного снаряжения. Такова жизнь. А если бы меня здесь не было, что тогда? К тому же слишком рано она запаниковала.

— Ты уверена, что преступление совершило именно потустороннее существо? — усомнился. — Люди намного хитрее, чем ты думаешь.

— Да кто же его знает? — честно развела руками. — Я прошу только съездить с моим отцом, посмотреть, что да как. По вашей это части, или не по вашей. Наших сатанистов пусть сам ловит, а вот если замешан какой-нибудь культист из практиков… — многозначительнее на меня посмотрела.

Недовольно поморщился, предчувствуя неприятную работёнку. Так-то она права. Мне под боком отбитые на всю голову придурки из тёмных сект совершенно не нужны. Прецедент с проникновением в мой дом уже был.

В целом наши интересы совпадали. Если это действительно культисты, то пока местные власти набьют шишек, научившись самостоятельно с ними разбираться, как бы они по неопытности не устроили большую охоту на ведьм, под которую попаду и я с питомцами.

Не то, что мне совсем не жалко убитых и всё равно, что происходит вокруг, однако хотелось бы, чтобы люди сами научились «ловить рыбу», а не ждали, пока кто-то придёт и сделает это за них. Любой сбой в этой схеме приведёт к проблемам гораздо большего масштаба. Если же дело коснётся близких или будет происходить прямо у меня на глазах, даже не стану раздумывать. Спокойно разберусь с ним и пойду дальше, не рассчитывая на награду.

— Хорошо. Съезжу разок на место преступления. Если прошло не более трёх дней, может что-то и замечу. Однако, как будешь уговаривать на это отца — твои проблемы. Идёт?

— Да. Это преступление совершили только вчера. Пока отца дома нет, но как приедет, сразу поговорю. Не по телефону же, — грустно вздохнула, словно извиняясь за задержку.

Не нравится мне эта история. Как-то дурно от неё пахнет. Да и не вовремя она свалилась на мою голову. Несколько дней назад отправил бы разбираться с ней питомцев, а сейчас не могу. Я вроде как на них обижен. Нужно ещё хотя бы пару дней с ними не разговаривать, а то слишком лёгкое прощение — путь к новому «преступлению». Чёрт! Как же неудачно всё складывалось Впрочем, если потребуется, отправлю за чудовищем практиков из секты Меча заката. Может, это они притащили его на хвосте. Пусть тогда за собой прибирают. Сейчас особо высовываться мне тоже не стоит. Практики потом уедут, я-то останусь. Правда, в последнее время в этом стало появляться всё больше сомнений.

* * *

— Ты чего-то хотела? — удивлённо спросил Пётр Мальков у дочери, которая уже в четвёртый раз находила себе занятие там, где он отдыхал от всех, включая семью.

И такое тоже встречалось у мужчин после утомительного рабочего дня.

— Да так… — неопределённо произнесла эта хитрая бестия, стреляя глазками. — Слушай, ты сейчас свободен?

Пётр со смиренным выражением лица отложил в сторону планшет, приготовившись к долгому бессмысленному разговору о необходимости что-то сделать, вместо короткой просьбы, избавленной от лишних комментариев. Вроде: «Что-то стиральная машинка странно звучит, посмотришь?» Он до сих пор не понимал, зачем под это подводить идеологическую базу, экономическую, пытаться натолкнуть на мысль, подумать о том, а не плохо было бы, причём прямо сейчас, и так далее.

— Смотря для чего? — осторожно уточнил, ожидая подвоха.

Он просто обязан быть после такого вступления.

— Я хотела… — дальше Светлана с показной неловкостью замялась, потупив взгляд.

— Понятно, — смиренно вздохнув, усталый отец семейства потянулся за телефоном. — Сколько?

Он захотел сократить вступление, сберегая нервы. Всё равно придётся раскошелиться. Не дашь сейчас, побежит к матери, а та придёт к нему. Хорошо, если одна. От этих «демонов» дешевле откупаться сразу, а то в процессе ещё что-нибудь вспомнят.

— Не нужно. Спасибо. Мне пока не нужны деньги.

Недоверчиво моргнув, Пётр пристально посмотрел на дочь, гадая, что должно было сдохнуть в лесу, чтобы она так ответила. Впрочем, телефон убирать не стал. Кажется, в этот раз его собираются грабить по-взрослому, как только усыпят бдительность.

— Уверена? Вот теперь ты меня пугаешь по-настоящему. Что случилось?

— Ничего. Просто хотела поговорить, — объяснила Светлана, отбросив ложную робость.

— Если это из серии: ты станешь дедушкой, предупреждаю сразу, я буду в страшном гневе. В таком, от которого мальчики пропадают в военкоматах, а девочки лишаются вещевого довольствия. И прав! Тем, у кого нет мозгов, они не нужны, — пока ещё шутливым тоном пригрозил Пётр Мальков.

Это требовалось для профилактики будущих серьёзных бесед дочери с отцом. Хотя, честно говоря, в последние годы они почти не разговаривали ни о чём, кроме еды, учёбы и домашних дел. То некогда, то непонятно о чём ещё разговаривать, то как-то неудобно, что ли. Так и получилось, жили вместе, но каждый сам по себе. Взрослую дочь в зоопарк не сводишь, в театр она не хочет, а на молодёжной вечеринке уже ему нечего делать. Разные интересы. Разный круг общения. Разный взгляд на жизнь. Самое смешное, жена тоже жаловалась, что не понимает, что творится в голове у дочери.

— Нет, это по работе, — смутилась Светлана.

— Ты работаешь⁈ — громко изумился Пётр, немного переигрывая.

— О твоей работе, — рассердилась дочь, подумав, что он это делает специально.

— А ты-то к ней каким боком? — заинтересовался мигом успокоившийся Пётр.

— Ты нашего убийцу уже поймал, или ещё нет? — напрямую спросила, ничуть не смущаясь не самой приятной темы для разговора.

— Какого ещё нашего? — Пётр аж растерялся от такой прямоты.

— Ну, ты понял. Не придирайся к словам, — недовольно поморщилась Светлана, ещё больше раздражаясь от его недогадливости.

— Нет. А что? — ответил вопросом на вопрос.

— Хорошо, — обрадовалась дочь.

— Чего⁈ — тут же выпрямился отец.

— Я говорю хорошо, что у тебя всё ещё впереди, — Светлана поспешила оправдаться.

— Так, дурная голова, ближе к делу. Чего ты хочешь?

— Чтобы завтра ты свозил одного человека на место преступления. Пусть он там осмотрится, — тут же принялась деловито инструктировать. — Может, даст тебе какую-нибудь подсказку. Если нет, ещё лучше. Значит, убийца нормальный. Оцепление с места давно сняли, так что проблем не будет. Криминалисты свою работу тоже закончили. Стоянку, вроде вылизали. Так что вреда от этого точно не будет, — попыталась убедить.

— Кого я должен туда свозить? — обалдел Пётр.

Светлана на несколько секунд задумалась, выбирая, как бы получше это объяснить, не вызывая криков.

— Эксперта по всякой чертовщине, — наконец, объявила.

— Кого? — требовательно повторил Пётр, но теперь уже с другой интонацией.

— Великого Матвея, из Мухоморовки. Знаешь такого?

Пётр страдальчески потёр виски, пытаясь успокоиться. Трудно сказать, что глупее, вопрос или просьба.

— Он-то там на хрена? Неужели, как-то замешан?

Его взгляд сразу стал острее. Мужчина снова напрягся. Бросил ещё один быстрый взгляд в сторону телефона.

— Скажешь тоже, — легкомысленно фыркнула Светлана, с ходу отметая это предположение. — Он в это время ужинал в столовой пансионата. Я узнавала. Его видела толпа народа. Там ещё и камеры повсюду. Записей хватит на целый документальный фильм. Кроме того, Матвея за пределами пансионата вчера не видел ни один житель посёлка. Поверь, если бы он появился на улице хоть на пять минут, это бы точно запомнили. Он же главная тема для сплетен в нашем посёлке. Можно сказать, его главная достопримечательность. К нам даже ради этого из-за рубежа приезжают.

— Ага. И главный запойный фантазёр со справкой из дурки, которой постоянно всем тычет в лицо, — скривился Пётр, вновь расслабляясь. — На кой он мне там сдался? Пусть с ним Зябликов возится. Это его контингент. Что он может рассказать такого, чего я ещё не знаю? — всё же поинтересовался.

Мало ли. Раз в год и палка стреляет.

— Понятия не имею. Пусть посмотрит. Хуже не будет. Ты же слышал слухи о том, что вокруг него постоянно всякая чертовщина творится. Вдруг один сумасшедший поймёт мотив другого. Нормальный человек такой херни точно не совершит.

— Не выражайся, — рефлекторно попросил Пётр, обдумывая это предложение.

Почувствовав слабину, обрадовавшаяся Светлана усилила нажим, добиваясь своего.

— Потеряв час, можешь сэкономить день. Рабочих версий у тебя всё равно нет. Нужна какая-нибудь зацепка или свежая идея. Если кто-то спросит, что вы там делали, скажешь, отрабатывал его причастность, — привела ещё один разумный довод.

Всё шло хорошо, однако потом она дала весьма неожиданный совет, чуть всё не испортив.

— Только оперативников с собой возьмите. И оружие. Вдруг Матвей реально приведёт к преступнику, — забеспокоилась, как будто это возможно.

Пётр ещё раз пристально, долгим взглядом посмотрел на дочь, пытаясь понять, что ей известно, и в какую игру она играет. Забота об отце очень приятна, конечно, но как-то слишком подозрительна. Несмотря на это, именно последняя просьба убедила его пойти ей навстречу. Других идей у него действительно не было. Непосредственным поиском улик и свидетелей занимались следователи. Его работа заключалась немного в другом. При этом они все, и ребята из убойного отдела, и следователи, и прокуроры находились в одной лодке. Им всем нужно было кровь из носу быстро закрыть это дело.

— Он тебе что, собака? — недовольно проворчал Пётр, пытаясь собраться с мыслями.

Связываться с Матвеем ему сильно не хотелось, но и спорить с дочерью из-за этого он не собирался.

— Он круче, — загадочно заверила Светлана, широко улыбнувшись.

Пётр забеспокоился ещё сильнее, почувствовав необходимость разобраться, стоит ли ему всё же беспокоиться насчёт разговора о становлении дедушкой, или ещё рано. Уж лучше бы Матвей оказался маньяком-убийцей.

«Назвала господина собакой», — записал господин Мышь.

Из-за этого чуть позже отношение Куклы к Светлане Мальковой упало сразу на тридцать пунктов, а вот у демона, напротив, возросло на десять. Дракон, воздержался, поскольку его больше волновало, когда ему на обед перестанут давать кости? Ладно бы с сочным куском мяса, но не голые же, под хохот Барбоса.

* * *

— Добрый день, — дружелюбно поздоровался с хмурым отцом Светланы, поджидавшим меня у своего джипа на окраине посёлка.

— Добрый, — буркнул мужчина, всем своим видом доказывая обратное. — Ты с нами? Не передумал?

— С вами, — кивнул, с интересом разглядывая ещё двоих человек, куривших возле машины чуть в сторонке.

Одного из них я узнал. У меня хорошая память на лица. Это же наш районный следователь. Он тогда тоже на кладбище был вместе с отцом Светланы. Второго раньше не видел.

— А это кто?

Прекратив разговор, мужчины с интересом посмотрели на меня. Заметив плохо скрытые улыбки, они явно настроились на развлечение, Пётр Мальков недовольно проворчал:

— Следователь Корешков и капитан Сазонов, из отдела по раскрытию убийств. Сначала подбросим тебя до стоянки, а потом дальше поедем по нашим делам. В посёлок сам вернёшься.

— Слушай, а тебе туда зачем? — полюбопытствовал следователь.

— Не поверишь, сам не знаю. Но тянет, аж сил нет, — доверительно признался с простодушным выражением лица.

Раз уж меня не воспринимают всерьёз, то это заблуждение стоит поддерживать. К тому же дуракам многое спускают с рук.

— У меня бабка была сильной колдуньей. Ну а я так, ни то ни сё. Оттого и пью много, что вижу всякого… — грустно признался, глядя ему в глаза.

Да ещё так убедительно, как могут только люди этой одной из древнейших пристрастий, возносившие хвалу Дионису, Бахусу, Хатор, Йиди, в зависимости от религии.

— Хочу проявить свою гражданскую позицию, помочь изловить душегуба. Ручками там повожу, с призраками поговорю, может, чего и увижу. Или не увижу, чему буду рад даже больше вашего. В любом случае никто ничего не теряет, но может приобрести, — безразлично пожал плечами, показывая, что не очень-то этого и хотелось, но уже слишком далеко зашёл, чтобы поворачивать обратно.

«Только не факт, что скажу вам правду, а не то, что придумаю по ходу комедийной пьесы», — подумал.

О чём подумали умные люди после того, как переглянулись, они не сказали. Не потому, что воспитанные, а потому, что умные.

— Ладно. Час погоды не сделает, — окончательно решился Пётр Мальков. — Садись.

— Подождите! Подождите! Я с вами!

Через несколько секунд к нам подбежала кричавшая с заметным акцентом, запыхавшаяся китаянка. Обладательница улыбчивого привлекательного лица и хорошего делового костюма. Тёмненькая. Худощавая. Невысокая. С маленькой дамской сумочкой. Внешне очень похожая на Тао Линь, словно близкая родственница, только заметно постарше.

— А вы ещё кто? — удивился прокурор, не ожидавший расширения нашей весёлой компании. — С тобой?

Посмотрел на меня, прося разъяснений.

— Нет. Я её не знаю, — покачал головой, и сам пребывая в недоумении.

— Меня зовут Вэй Вэй, но можете называть Линда. Это моё второе имя.

В Китае часто молодёжь, особенно работающая с иностранцами, брала себе вторые европейские имена для удобства коммуникации. Разумеется, без регистрации в официальных документах.

— Я личный адвокат господина Великого. Вот моя визитка. Окончила с отличием Юридический институт Народного университета Китая, по специальности: юрист международного класса, поэтому прошу отнестись к этому серьёзно.

Не переставая говорить, она вручила опешившему прокурору свою визитку, выглядевшую хоть и просто, но довольно изысканно, из дорогой тиснённой бумаги. Все трое мужчин с изумлением на меня посмотрели, как на привидение.

— У тебя есть личный адвокат? — не поверил капитан.

— У меня есть личный адвокат? — переадресовал вопрос женщине, ворвавшуюся в нашу компанию подобно урагану, с тем же эффектом.

— Да, у господина Великого есть личный адвокат. Прошу иметь это в виду, — широко улыбнулась сотрудникам правоохранительных органов, продемонстрировав ровные белые зубы.

По-моему, это акт запугивания. Впрочем, тут же сменив тип улыбки, она добавила исключительно для меня.

— Меня нанял ваш дальний родственник, проживающий в другой стране. Поскольку пока он пожелал остаться неизвестным, имени, к сожалению, назвать не могу. Однако все необходимые документы на оказания вам всесторонней, круглосуточной юридической помощи были оформлены надлежащим образом. Приятно познакомиться, — закончила речь вежливым поклоном, завершая этап знакомства.

— Родственник? — моргнув, я попытался представить себе эту картину.

Не смог. Нет, родственники у меня ещё оставались, но симпатий к такому позору рода они вряд ли испытывали. Да и что-то меня смущает её национальная принадлежность. Скорее всего, Линда солгала, но при этом имея на руках все доказательства обратного. Это уже показатель определённого уровня. Ладно, посмотрим, чего она добивается. Кто её прислал, думаю, я уже догадываюсь, а потому нет смысла избавляться от посредника. Пришлют кого-нибудь другого, только и всего.

— Обалдеть! — высказался сразу за всех капитан Сазонов. — Дожили. Теперь уже самые последние сельские забулдыги имеют дорогих адвокатов. Куда катится этот мир?

— В бюрократический ад, — отец Светланы хмуро бросил на него предостерегающий взгляд, призывая не болтать лишнего.

Он тоже догадался, что она здесь лишь представитель неких влиятельных сил. Нет смысла срывать на ней плохое настроение, а вот задать парочку вопросов не помешало бы.

— Меня больше интересует, зачем ему адвокат прямо сейчас. Ты хочешь в чём-то признаться? — переключил внимание на меня.

— Моему клиенту не в чем признаваться, кроме как в своих ничем не подкреплённых фантазиях, — перехватила вопрос улыбчивая женщина с волчьей хваткой. — И определённо не сегодня, ведь так, господин Великий?

— Вам виднее, страшная женщина. Это комплимент, если что. Не нужно меня засуживать за домогательства, — отшутился.

— С таким адвокатом, как я, уголовное преследование вам не грозит. Максимум, общественное осуждение, — успокоила, а заодно набила себе цену.

— И всё же. Зачем вы хотите с нами поехать? — не растерялся Пётр Мальков. — Мы, вообще-то, собираемся посетить место преступления, где вам точно не место. К тому же Матвей едет туда добровольно, пока в качестве свидетеля.

— Для того чтобы этот статус случайно, — подчеркнула это слово дозированной порцией иронии, — не изменился, я и должна сопровождать моего клиента, не способного отдавать себе отчёт в своих действиях по медицинским показаниям. Поэтому любое его слово не может являться доказательством в суде, — парировала намёк на возможность изменения ситуации.

Не пойму, она пытается закопать меня ещё глубже, или откопать, чтобы перепродать дороже? Судя по взглядам мужчин, теперь они точно подозревают меня в этом преступлении. Спасибо за помощь, госпожа адвокат. Теперь всё стало куда проще.

— Пожалуй, лучше я съезжу на место преступления сам. Без посторонней помощи, — якобы поменял планы.

— Нет уж. Собрались ехать вместе, значит, поедем. Но без адвоката, — настоял на своём прокурор, привыкнув, что они вечно ему всё портят.

— Без адвоката вы доедете только до первого поста, а потом будете задержаны и наказаны согласно вашему же законодательству, — невозмутимо предупредила Линда.

— За что? — удивился отец Светланы.

Линда достала из сумочки несколько документов. Передала ему. Пока он их просматривал, уверенно перечислила ряд пунктов, с привязкой к конкретным статьям законов.

— Кроме того, в Генеральной прокуратуре, где получала разрешение, мне пообещали оказать всё необходимое содействие в профессиональной деятельности. Я уже проинформировала кого следует о том, что вы собираетесь привлечь моего клиента в качестве независимого внештатного консультанта. Поэтому вы не можете, а обязаны взять меня с собой. Я являюсь не только его адвокатом, но и законным опекуном. Не забывайте, он признан ограничено дееспособным человеком. Все юридические процедуры, связанные с Великим Матвеем Игоревичем, вы обязаны, — перестав улыбаться, повторила жёстким тоном, — проводить в моём присутствии. Вам всё понятно?

Пётр Мальков ненадолго завис, с некоторым ужасом разглядывая это чудо природы, внезапно свалившееся ему на голову.

— Когда вы всё успели?

— Профессиональная тайна, — женщина вновь заулыбалась, спрятав коготки.

У Линды будто тумблер в голове переключался, делая её ещё более пугающей, непредсказуемой особой.

— С вашим начальством уже всё согласовано.

Я едва не зааплодировал, видя растерянные выражения лиц некогда суровых мужчин. Она довольно предусмотрительна. Оперативно сработала на опережение. И когда только успела. Наверняка ей кто-то помог. По-другому просто не получилось бы.

— Минуточку, — попросил прокурор, решив проверить, не держит ли его кто-нибудь за дурака.

Пётр достал телефон и принялся кому-то звонить. Через некоторое время в состоянии некоторой прострации обернулся к изумлённым товарищам и всё подтвердил.

— Хорошо. Похоже, выбора у нас нет. Мне уже высказали своё фи за нетрадиционные способы расследования, однако, запрещать их не стали. За госпожу Линду кто-то попросил, чьё имя мне побоялись называть.

— Неужели Владимир? — я наигранно испугался.

— Кто? — вздрогнув от неожиданности, Пётр тоже забеспокоился.

— Это по-нашему, а по их — Волан-де-Морт. Человек, чьё имя нельзя называть, — сообщил приглушённым голосом, прикрывая рот ладонью.

Капитан Сазонов откровенно заржал, как конь.

У Петра задвигались желваки, однако он смолчал, не забывая о присутствии адвоката.

— Такое впечатление, будто мы собираемся ехать на съёмки шоу «Битва экстрасенсов», — с трудом произнёс капитан, находя это очень смешным.

— Похоже, начальство в наши способности уже совершенно не верит, раз привлекает таких кадров, как они, — сочувственно обращаясь к Петру, следователь кивнул в нашу с китаянкой сторону.

— Б***ь! — охарактеризовал ситуацию отец Светланы, посмотрев на источник головной боли.

— Что? — переспросила удивлённая китаянка.

— Ничего. Чувствую, на пенсию мы выйдем одновременно, и уже скоро, — проигнорировав её, вновь повернулся к следователю.

Пока мужчины жаловались друг другу на жизнь, а кое-кто из них и откровенно веселился, я уважительно кивнул своему адвокату, так же находя это забавным.

— Коллега. Рад вас видеть, — радостно солгал тому, кого не мог убить.

— Взаимно, — если и соврала, то сделала это ещё искуснее, чем я.

Ситуация действительно получилась неоднозначной, ведь она знала, кто я, а я знал, кто она. Речь не о личности или профессии, а о способностях.

Женщина оказалась скрытым земным практиком. Слабеньким, но довольно неплохим с точки зрения прочности основы. Третья ступень второй стадии: большой успех в построении духовных основ. Судя по состоянию ядра и узору меридиан, не самоучка. Поскольку пространственного кольца у Линды не имелось, в сумочке она прятала или духовные талисманы, или маленькие простенькие артефакты. Ещё, если не ошибаюсь, женщине всего лет двадцать пять, или около того. Для сект Белой реки она уже старовата и слабовата, а вот для местных реалий, самое то.

Нисколько не сомневаюсь, китаянка появилась здесь не случайно, а значит, скорее всего, знает, кем я являюсь. Либо Тао постарались, отправив доверенное лицо прикрыть меня на время разборок с чудовищем, поскольку проблемы возле пансионата им тоже не нужны, либо особое китайское управление по делам таких, как я, наконец обратило внимание на Мухоморовку. Не удивительно, учитывая обломки артефактного корабля, найденного рядом, в поле. Этого стоило ожидать. Как бы меня теперь не взяли на карандаш товарищи из специальных служб, вынуждая вновь исчезнуть. Я же не зверь в зоопарке, чтобы на меня приходили смотреть, а иногда ещё и подкармливать.

Догадаться, вокруг кого закручиваются основные события, для умных людей несложно. За семьёй Тао должен иметься какой-то негласный, тайный пригляд со стороны властей. Вдруг они мятеж против системы устроят. Или поверят в неизбежный конец света, попытавшись его приблизить. Чтобы не связываться с мистическими силами другого мира, стоящими за их спиной, подобные семьи обычно не трогают без существенной причины. Поэтому Тао прекрасно себя чувствовали. Спокойно работали, платили налоги, налаживали полезные связи, обеспечивали поступление на чёрный рынок удивительных диковинок. Но главное, находили и вкладывались в земных практиков, которых всегда можно мобилизовать на случай какого-нибудь апокалипсиса. Они считались стратегическим запасом человечества. Не обязательно через повестки и принуждение. Неплохо себя показала система частного найма. Можно задействовать их через просьбы близких людей, к которым всегда можно найти подход. Или вынудить другим безопасным образом. Это уже несущественные детали.

— Хорошо, поехали. Время у нас не резиновое, — огорчённо вздохнул Пётр, посмотрев на часы.

— Компания у нас, конечно, обнять и плакать, — снова рассмеялся оперативник. — Прокурор. Следователь. Опер. Сумасшедший безработный и его крутой адвокат международного класса. Что может пойти не так?

— Не каркай. Садись в машину, пока ещё кто-нибудь не появился.

— Пистолет взял? — между делом поинтересовался следователь у капитана.

— Обижаешь. Конечно. Кого из них первого завалим? — тот шутливо кивнул в нашу сторону.

— Меня, — я немедленно поднял руку, вызвавшись добровольцем.

— Нельзя. К сожалению, — наигранно расстроился Сазонов.

— Жаль, — тоже загрустил, но ненадолго. — А стрельнуть дашь? Ну, пожалуйста. Хоть разочек. Я в белочку.

Пётр с трудом удержал себя от соблазна расстрелять нас всех из незарегистрированного автомата. Не в рабочее же время.