Некоторое время в подземном зале сохранялась поразительная тишина. Настолько, что было слышно, как жужжит комар. До тех пор, пока его кто-то не сожрал. От волнения, наверное, рефлекторно сделав — ам.

До сих пор не могу поверить, что под моим домом находится ЭТО. Одно дело подозревать, а другое — точно знать. К тому же я сильно недооценил масштабы подземного комплекса. Впрочем, всех нас сейчас волновало совершенно другое. Как выйти из сложившейся ситуации, и что делать дальше? Второе, даже больше, чем первого.

Когда на меня одновременно обернулись все присутствующие и наступила напряжённая тишина, прямо как при внезапной налоговой проверке на Дагестанском НПЗ, все заготовленные слова тут же растворились во времени и пространстве. Хотя по мне не было заметно, лицо я умел держать, но внутри почувствовал разгорающийся пожар из противоречивых чувств и мыслей. Честно скажу — растерялся, хотя думал, что буду к этому готов. Ни черта подобного! Я испугался не того, что на меня внезапно набросятся со словами: ты слишком много знаешь, — а разрыва хрупких, невидимых связей, объединяющих нас всех в единое целое. Даже такие нематериальные вещи, как отношения, тоже могут ломаться. Они ведь появляются не на пустом месте. Доверие. Уважение. Прощение. Без этого никак.

«Что мне им сказать? Разозлиться? За что? За обман? За выставления меня дураком? Этого они так сильно испугались? Может, похвалить? Опять же, за что? Тогда угрожать? Чем?» — принялся ускоренно обдумывать следующий шаг.

Судя по аурам, которые тут не скрывались, ставшие причиной ещё одного шока и трепета, это мне стоило внимательнее следить за словами, а не им за поведением. «Малыши» легко порвут меня на сотни ленточек, если захотят и постараются. Может, даже не со злого умысла, а из-за банального перепуга, по ошибке. И потом, какие это к чёрту милые, домашние поросята? Это же дикие кабаны! Вот я выживший из ума, слепой мечник.

«Что делать⁈» — читалось в моём взгляде.

«Что делать⁈» — отражалось в их глазах.

Именно по этой причине все застыли, чувствуя, что любое неосторожное движение могло привести к самым непредсказуемым последствиям. На заднем фоне не хватало только звука закипающего чайника.

«Допустим, выгоню их из дома, раз они такие взрослые. Или сам сбегу, что более реалистично, а дальше? Опять в одиночестве бесцельно скитаться по свету? Искать, с кем будет поговорить, посмотреть на звёзды, разделить обед, — эта мысль напугала ещё больше, задев по-настоящему. — Подожди. У нас же нет смертельной вражды, так чего я переживаю? Если всё оставить как есть, то… можно не волноваться, что в старости некому будет подать стакан воды. Что после смерти обо мне никто не вспомнит. Не выльет на могилу графинчик водочки. Не зажжёт палочки с благовониями. Прямо как у учителя».

Вспомнив последние годы жизни несчастного мастера, едва не содрогнулся. Никому такой судьбы не пожелаю.

'Меня больше никто не посмеет обидеть. Кроме них, разумеется. Ещё — я теперь богат. Правда, технически не совсем я, и не совсем богат, но это как посчитать. Недаром же у меня в роду был кто-то намного полезнее любых колдунов и ведьм. Главный бухгалтер! Вот кто творил настоящие чудеса. Копперфильд и рядом не лежал. Тем более, он работал на советско-финской таможне. Это ещё не всё. С такими помощниками я теперь смогу на своём огороде посадить в два раза больше всего. Да что мелочиться — в три! — воодушевлённо взбодрил себя порцией очередных фантазий.

Однако пришлось немного придержать чересчур разогнавшегося оптимиста.

«А если они скажут, что этого мало? Вдруг захотят захватить мир. Тогда уже посадят меня. Причём далеко и надолго. А если мы не сойдёмся во взглядах на то, кто должен спать на коврике, есть из миски, первым занимать туалет, и вообще, припомнят, что я слишком много пью, бездельничаю и веду себя плохо. Тогда мне будет больно. Думаю, во всех смыслах».

Почему-то вспомнилась сцена посещения Остапом Бендером дома престарелых с бедными сиротками из голодающего Поволжья, которых обидеть может всякий, но только один раз.

Разглядывая собравшихся, неожиданно поймал себя на мысли, что у моих питомцев, если их так можно назвать, довольно симпатичные формы. Особенно у женских персонажей. Есть чем полюбоваться, чему позавидовать, за что подерж… гхм. Прочь гнусные мысли. Прочь! Кыш-кыш-кыш отсюда. Я не педофил. Хотя это скорее у них нужно спрашивать, как они относятся к детям. Я же тут самый младший, не считая некоторых совсем уж юных существ.

С другой стороны, легальная лоли лучше… Да тьфу на тебя! Сказал же, кыш! Вот что значит — длительное воздержание. Мне срочно нужна женщина. Желательно психолог. Хороший. Правильный. Мягкий. Только где её взять? Мои питомцы её сразу сожрут, причём буквально. Скажут, что какая-то левая тётка в этом доме им не нужна ни целиком, ни по частям.

Впрочем, не о том думаю. Прямо сейчас нужно определяться, как себя с ними вести? Как раньше? Сомнительно. Я же не могу сделать вид, будто ничего не видел, всё забыл, и вообще, в это время спал.

Поскольку вынужденная пауза неприлично затянулась, прокашлялся, настраиваясь на разговор. Больше не тратя времени на разные глупости, которые люблю, умею, практикую, срочно принялся действовать в отрыве от мыслительного процесса. Как обычно, положился на удачу и желание сохранить то немногое, что для меня действительно важно, помимо сокровищ подземелья и планов запрячь этих хитрецов поработать на благо вождя этого племени.

— Я могу обратиться к собравшимся? — невинно поинтересовался у Куклы, у которой, судя по лицу, в голове что-то переклинило.

Хотя внешность большинства питомцев оказалась для меня полной неожиданностью, но по аурам я прекрасно видел, кто есть кто. Попутно вспоминал, сколько времени с ними провозился. Как дурачился. Какими они раньше были маленькими, миленькими и забавными. Как я себя тогда вёл.

Как-как, как придурок! От постыдных воспоминаний температура моего тела поднялась до уровня закипания воды, придав ускорения ногам. Нужно сказать — вовремя. Мне продолжало сказочно везти.

— Да-да, конечно, — опомнившись, разрешила Кукла, несколько раз потрясённо моргнув.

Деревянной походкой девушка в роскошном платье отошла в сторону.

— Благодарю.

«Ладно, позже буду душить подушку и орать в неё. Наедине» — подумал, призвав себя собраться и прекратить помышлять о побеге.

Для начала нужно как-то сбросить напряжение. Не дать понять, что я волнуюсь больше их. Животные прекрасно чувствуют страх. Кроме того, они не могут долго его в себе держать. Как хорошо, что я со страхом на короткой ноге, иначе…

Пройдя за трибуну, чувствуя на себя пристальные взгляды, принялся нести какую-то чушь, убивая излишнюю торжественность момента. Всего за несколько предложений сделал атмосферу более домашней и привычной. Я ещё не настолько зазвездился, чтобы повторять знаменитую речь: «Моя борьба», вдохновляя их объединяться вокруг вождя. Требовать почитания, и тем более оценивать полезность разумных по размеру черепа. Вместо этого сделал всё по-своему, а не как принято у типичных японских школьников или китайских «Владык богов и демонов». Не для того всё это время придерживался принципов, чтобы так просто от них отступаться.

— Отличное платье. Прекрасно в нём выглядишь. Прямо как настоящая императрица. Твоя глупая создательница туфли бы сгрызла от зависти, увидев тебя сейчас, — похвалил внешний вид Куклы, одобрительно улыбнувшись.

Не останавливаясь, обернувшись, сурово посмотрел на вздрогнувшего от неожиданности Барбоса, после чего принялся ворчливо выговаривать.

— Так, старый негодяй. Прекращай уже изображать немого. У тебя имя-то есть? Как-то не солидно звать тебя Барбосом в таком возрасте. Хотя, если судить по поведению, с этим можно поспорить. Поэтому не забудь после собрания забежать, сообщить своё настоящее имя, профессию, стаж и семейное положение. Впрочем, это вас всех касается. Нехорошо, что вы обо мне знаете почти всё, а я, как оказалось, только малую часть. Вы чего-то стыдитесь? Зря. Если так, берите пример с меня.

Окинув укоризненным взглядом первые ряды, остановил его на миниатюрной девушке в моей старой, считавшейся давно выброшенной толстовке с рисунком медведя и надвинутым на лицо капюшоном. Нож? Хммм, — окинул её оценивающим взглядом. — Во-первых, успокойся, мы никуда не идём. Война откладывается. Нужно будет, сами придут. Не по чину нам под них подстраиваться.

Расстроив кровожадную няшу, тут же постарался её утешить, а то, как бы от расстройства не воткнула мне чего-нибудь в печень со словами: никто не вечен.

— Теперь о приятном. Аура у тебя, моё почтение. Хорошеешь с каждым днём. Как всегда: остра, смертоносна и прекрасна. Ни один меч с тобой не сравнится. Продолжай поддерживать себя в форме, но не увлекайся. Захочешь проверить заточку, выдам зубочистки. Сможешь сделать из одной десять? А сто? А тысячу? В общем, покажу, к чему нужно стремиться. Кто там следующий? Дракон… дракон… Чёрт возьми, мужик, завидую! Каким шампунем пользуешься? А средством для ухода за кожей? Потом покажешь. Совсем хорошо, если поделишься. Ты прямо как настоящий современный кореец. Яблоня, — переключился на следующую цель групповой шоковой терапии. — Почему плоды в этом году маленькие и кислые? Тебя кто-то расстраивает? Поливает какой-то гадостью? Скажи кто? Я этому негодяю лапы сломаю, — объявил в шутливой манере.

Проходясь по одному, кого-то хвалил, кого-то отчитывал, у кого-то что-то спрашивал, к кому-то обращался с незначительной просьбой. Постепенно присутствующие расслабились. Первоначальный испуг сменился радостью от такого незамысловатого, прямого общения. Вождь должен быть к народу близок. Вызывать симпатию. Показать, что он его понимает. Только тогда народ не устроит революций, особенно в этом доме. И потом, сейчас я делал попытку познакомиться с ними по новой, в мягкой форме. Сподвигнуть их желать этого, а не прятаться по тёмным углам.

Не забыл высказаться и по поводу обмана, усилив у них чувство вины. Как следует заговорив зубы, не давая и слова вставить, а то вдруг уже мне начнут задавать неудобные вопросы, закончил всё запоминающимся проявлением заботы. Выполнил очередную часть хитроумного плана, как это позже назвал. Естественно, опять импровизируя.

— Всё, я пошёл. Не сидите долго в темноте. Не портите зрение. И пыль бы тут протёрли, что ли. Проветрили. Успокойтесь, копаться в ваших вещах не собираюсь, но порядок навести стоит, а то какие-нибудь духовные паразиты в них заведутся.

Сказав это, свирепо уставился на невысокого толстячка с короткой причёской, бегающими глазками-щёлочками и внушительным ожерельем из нанизанных на нитку бронзовых старинных монет с квадратной дыркой в центре. Я всё помню. Потом выловлю его одного, поговорю по душам. Не здесь же трясти над полом, приподняв за шею, предварительно расстелив снизу покрывало. Вдруг сработает корпоративная солидарность. В этом случае уже меня будут пинать всем стадом. Небось у кошелька здесь половина зала в должниках.

— Ах да, я чего заходил-то, — внезапно подобрел, продолжая держать их в напряжении своей непредсказуемостью. — Кукла, а где мой любимый цветочный чай? Ну тот, в жёлтой баночке. Всё перерыл, никак найти не могу. Не знаешь, куда положил?

Сокрушённо вздохнув, показал, что я без неё как без рук.

— Пугало, а у тебя мёд ещё остался? Принесёшь? Инь, прекрати доставать брата, — ненадолго отвлёкшись, прикрикнул на разбалованную девчонку, — а то он от тебя точно сбежит, — пошутил. — Я бы сбежал.

Хотя бы ради того, чтобы посмотреть, что получится. Тонкий намёк дал, пусть думают. Закончив выступление, с обманчиво беззаботным видом покинул зал, чувствуя себя довольно смущённым. Нужно сваливать, пока не опомнились. Свой интерес обозначил, опасения высказал, отчитал, показал, что всё знаю, но не обо всём говорю. Пусть беспокоятся не о том, что я сказал, а о том, о чём промолчал. Гадают, почему повёл себя именно так, а не иначе. Чем больше будут сомневаться в причинах, тем осмотрительнее себя поведут, избавив меня от многих нежелательных последствий. Можно считать, план минимум выполнен.

Что-то отвык уже от подобных открытых проявлений чувств и долгих речей. Думал, буду вести себя более властно и сурово, однако получилось, что получилось. У меня же здесь не тирания, а диктатура. Понимать нужно, в чём разница. Теперь подождём, посмотрим, как они воспримут эту выходку. Мяч на их стороне поля.

Несмотря ни на что, одним своим поступком всё равно буду гордиться. Я показал, что для меня неважно, как они выглядят на самом деле. Готов принять их такими, какие они есть. Сейчас не все на это способны, а потом удивляются, почему в стране так сильно падает рождаемость. Терпимее нужно быть к своим партнёрам и не только.

Может, теперь питомцы будут чуть смелее и честнее. От этого выиграют все. Если нет, всегда можно перейти к плану Б: спасибо этому дому — пойдём к другому. Не дадут, всё равно уйду, но уже красиво. Как в фильмах Тарантино, под зарево пожаров, а также мерцание проблесковых маячков. С катаной в руке, и зажатой в зубах зажжённой кубинской сигарой.

* * *

Белая река. Окрестности леса призраков.

По тропинке бежал мужчина в тёмном ханьфу и красной налобной повязке, держа в руке меч, чтобы он не болтался у пояса, хлопая по ноге. Шаги его были столь легки, что практически не оставляли следов. Двигался этот человек подобно призраку, при этом сохраняя дыхание ровным и неглубоким.

Внезапно неизвестный практик остановился. Что-то его встревожило. В этой безлюдной дикой местности, где обитали только сильные духовные звери, встретить кого-то было большой удачей. Прислушавшись к чему-то, мужчина сильно удивился. Немного подумав, испытывая сомнения, всё же решил посмотреть, что происходит неподалёку от этого места. Захотел разобраться, представляет ли источник шума интерес или опасность. Вдруг о странном явлении потребуется доложить старшим. Возможно, он даже получит за это дополнительную награду. Вокруг всегда полно удачных возможностей, нужно лишь держать глаза и уши открытыми, а также набраться смелости потянуться за ними.

Двигаясь осторожно, стараясь держаться в тени деревьев, он быстро добрался до небольшой полянки, у самой развилки дороги, где у искривлённого ствола старой плакучей ивы сидела грустная, длинноволосая женщина в скромной крестьянской одежде. Тихонько напевая какую-то простенькую мелодию, чем и привлекла его внимание, она уныло копалась в порванном мешке, из которого вынула груду каких-то разноцветных тряпок. Глаза мужчины алчно блеснули, заметив среди этих вещей большую лакированную шкатулку, богато украшенную красивым орнаментом. Сразу видно, дорогая вещь. Наверняка в ней хранилось что-то ценное. Не нитки же с иголками там держать.

Оглядевшись, нахмурившийся практик никого поблизости не заметил, что показалось ему странным. Аура женщины выглядела самой обычной, несвойственной адептам боевых искусств или духовных практиков. Скорее всего, эта смелая путница решила срезать дорогу, поэтому пошла через лес. Добиравшись до поляны, устав, села передохнуть. Тут обнаружила, что её вещевой мешок порвался. Может, за ветку зацепился, или ещё чего. Решила перебрать содержимое, проверить, всё ли на месте. Наверное, сидит и думает, как бы починить мешок, чтобы ничего по дороге не растерять. Выкидывать — жалко. Нести — тяжело. Испытывать на прочность повреждённый мешок — глупо. Можно лишиться всего. Просить о помощи некого. Вполне распространённая проблема одиноких путников.

Убедившись, что непосредственной опасности нет. Мужчина вышел из-за деревьев. Как и полагал, женщина даже не подозревала о присутствии постороннего. Увидев его, она сначала удивилась, а потом испугалась, чем немного притупила бдительность.

Выдав себя за служащего управы ближайшего города, спешащего с донесением, практик поинтересовался кто она, и что здесь делает. Женщина, как-то странно ненадолго замерев, покачала головой, а потом показала на своё горло. Её мимика была достаточно выразительной, чтобы не составляло труда понять, что она хочет сказать.

— Ты не можешь говорить? — удивился практик.

Она кивнула.

— Очень жаль. Направляешься в город?

Женщина сначала задумалась, а потом с некоторой неуверенностью качнула головой, подтверждая предположение.

— Ясно. Помочь? Кстати, что находится в шкатулке? Она твоя? Выглядит дорогой вещью, хотя одета ты бедно, — заподозрил её в краже.

Однако пока агрессии не проявлял, а также ничего не утверждал. Женщина, будто почувствовав опасность, двумя руками торопливо схватила шкатулку и крепко прижала к груди, не желая с ней расставаться. Этим глупым поступком спровоцировала вполне очевидную реакцию. Мужчина напрягся, пытаясь понять, может, у неё ещё и с головой не всё в порядке.

— Успокойся. Ты что-то в ней прячешь? Что-то запрещённое или краденное? Покажи! — потребовал.

Она энергично замотала головой, не соглашаясь на это. Заметив сильную бледность и какой-то неподвижный, пустой взгляд странной путешественницы, практик почувствовал тревогу. Впрочем, её беззащитный, испуганный вид несколько снизил бдительность самоуверенного практика, поэтому он решительно настоял на своём. Чтобы отобрать шкатулку, мужчине пришлось применить силу. Подойти вплотную и протянуть руку, чем невольно подставился под удар. Пока практик был занят, забирая её ношу, женщина тут же попыталась воткнуть ему в бок, скрытый в рукаве нож. Это было опасно. Окажись он менее расторопным, то получил бы опасное ранение, поскольку лезвие было нацелено точно в печень.

— Ах ты подлая тварь! — разозлился практик. — Разбойница!

Отбросив руку с оружием, наотмашь ударил женщину по лицу, усилив эту атаку духовной силой. Отлетев, подозрительная путешественница сильно ударилась о ствол дерева, после чего сломанной куклой осела на землю. При этом она не издала ни единого звука и даже не поморщилась, будто совсем не чувствовала боли.

Неожиданно услышав за спиной странный шорох, отбросив шкатулку, оказавшуюся слишком лёгкой, практик мгновенно обернулся, выхватывая из ножен меч. Из-за деревьев со всех сторон на поляну начали выходить какие-то бледные оборванцы, вооружённые чем попало. Сплошь с серьёзными лицами и такими же неживыми, застывшими взглядами. В полном молчании, что выглядело довольно устрашающе. Вглядевшись в их ауры, только сейчас начавшие наполняться энергией, подсвечиваясь в духовном зрении, такое впечатление, словно в них закачивался горячий воздух, практик ещё сильнее сжал рукоять меча. Он явственно ощутил в них тёмную ци смерти.

Не желая ввязываться в ненужную схватку, мужчина попытаться выскочить из окружения и убежать, для чего хотел высоко подпрыгнуть и, оттолкнувшись от ствола ивы, уйти по верхам деревьев. Однако ему помешали. Можно сказать, споткнулся на старте. Что-то невидимое, очень тонкое, но невероятно прочное оплелось вокруг его стопы. Внимательно присмотревшись духовным зрением, он с трудом разглядел мерцающую жемчужным светом серую паутинку, странным образом парящую в воздухе.

Взмахнув мечом, практик попытался её перерубить, однако материальное лезвие легко прошло сквозь эфирную нить, даже не задев цели. Пришлось срочно напитывать меч духовной энергией, обволакивая его светящейся аурой. Пока мужчина был занят, наклонив голову, настоящая опасность подстерегала человека не снизу, а сверху. Если бы сразу рванул на прорыв, силой пробиваясь через пока ещё хлипкий заслон, то с небольшим шансом он ещё мог сбежать. Однако ловушка оказалась куда хитрее, чем можно было подумать. На свою беду, практик не распознал, с кем имеет дело, иначе бы ни за что не приближался к этому очень редкому и чрезвычайно опасному дереву.

Неожиданно раскрыв чудовищную по своей силе и плотности ауру, тёмную и холодную, сразу окрасившую лес в мрачные цвета, словно на него наложили светофильтр, Призрачная ива шепчущих висельников направленным импульсом своей духовной силы, имеющий фиолетовый оттенок, моментально сбила мужчине концентрацию. Ввела его разум в кратковременное помешательство, сопровождаемое галлюцинациями, помутнением сознания, нарушением чувства равновесия. Духовная энергия практика пришла в хаос, причиняя ему внутренние повреждения.

Поскольку неизвестный мужчина оказался достаточно опытным и сильным воином, пусть не самым осторожным, даже получив внушительный урон, он всё же смог взять под контроль свою внутреннюю ци. Выжег из меридиан чужеродную силу. Очистил сознание. Очень быстро применял одну защитную технику за другой, демонстрируя неплохой арсенал умений. Однако это ему всё равно не помогло. Практик уже потерял инициативу и мобильность, поэтому не смог защититься от удара в спину, куда воткнулся нож. Пока он пытался освободиться из ловушки, сзади незаметно подкралась внезапно очнувшаяся женщина, сыгравшая роль приманки. Ею двигали десятки тончайших, невидимых эфирных нитей, позволяющие этой марионетке вытворять самые невероятные вещи. Например, становиться невероятно быстрой и резкой, а ещё крайне живучей.

Безжалостным ударом, нанесённым с разворота ногой, скривившийся от боли практик снова отбросил нападавшую. Только теперь намного дальше, сломав несколько рёбер, обломки которых воткнулись ей в лёгкое. Однако, выплюнув целую пригоршню тёмной крови, мёртвая женщина вновь невозмутимо поднялась на ноги. Пока не оборваны нити, остановить марионетку не удастся. Ситуацию ухудшало и то, что этими же нитями они были соединены в одну связку, а значит, куда один, туда и вторая. Марионетка будет следовать за ним, как на привязи.

Более того, скривив бледные губы в жуткую улыбку, ставшая выглядеть куда более живой и злой, женщина принялась глухим потусторонним шёпотом повторять: умри, умри, умри, умри… действуя ему на нервы. Впрочем, обречённого практика уже не волновало ничего, кроме отчаянного желания сделать хотя бы ещё один глоток воздуха. Дёргая ногами, он поднимался всё выше и выше, пока не скрылся в густых ветвях. Вытянутые тёмные листья ивы одновременно зашелестели, будто их изнутри обдало ветерком, заглушая все остальные звуки.

Пока марионетка отвлекала жертву, на его плечи незаметно упала паутинная петля. Мгновенно затянувшись, она рывком утащила его наверх. Через несколько секунд, туда же затянуло и несопротивляющуюся приманку, и загонщиков, и даже сидящего в засаде стрелка, на случай попытки к бегству. Им оказалась самая сильная марионетка ивы, полученная из трупа сильного практика, полностью пропитанного тёмной ци.

Через некоторое время, когда ненадолго скрывшееся за тучкой солнце вновь осветило поляну, на ней уже не было ни ивы, ни тел, ни разбросанных на земле вещей. Если бы не забытый в густой траве платок, оброненный нож, да несколько пятен крови, всё случившееся можно было принять за плохой сон.

Намного позже, уже в другой области, в укромной низине с частыми туманами, зарослями дикой колючей малины и боярышника, на берегу небольшой речушки неведомым образом очутилась та же самая ива. Её длинные ветви, почти достающие земли, издали похожие на пышные волосы, слегка качались на ветру, вызывая привычный уху шелест. Вдруг кора в одном месте разошлась в стороны, образуя веки. Под ними находился большой, нечеловеческий глаз с насыщенной фиолетовой радужкой, а также странным узором из нескольких окружностей и трёх чёрных клякс, симметрично окружавших большой чёрный зрачок. Сверху перед глазом на паутинке опустилось пространственное кольцо, некогда украшавшее палец исчезнувшего практика с красной налобной повязкой. Страшный фиолетовый глаз принялся изучающе его разглядывать.

— Привязка на крови? — раздался потусторонний, мелодичный голос.

Судя по интонации, ива не сильно удивилась этой довольно распространённой практике защиты личного имущества от посягательства. На земле для этой же цели на телефонах ставили пароли или программы по распознаванию отпечатков пальца. В каждом мире пользовались своими ухищрениями.

Не прошло и минуты, как привязка была снята, разблокируя содержимое. Дерево мастерски взломало чужую печать, явно обладая в этом деле большим опытом. Выкинув из пространственного хранилища разный мусор, низкосортные материалы для духовной практики, призрачное потустороннее дерево обнаружило одно любопытное зашифрованное послание, адресованное главному старейшине культа Кровавого облака. Покопавшись в памяти своей новой марионетки, открытый для неё, как заброшенный амбар для мышей, быстро выудила оттуда ключ к шифру. Переведя письмо, дерево пришло в замешательство. С недоверием перечитав его ещё раз, глубоко задумалось. Содержащаяся в послании информация показалась иве очень привлекательной, и даже выглядевший немного сказочно, а оттого требующей подтверждения.

— Неужели существует место, в котором каким-то образом уживаются представители всех сил: небесные, дьявольские, потусторонние? Причём сразу из царств людей, животных, растений, сверхъестественных сущностей. Они ненормальные, что ли? Хотя пускай это и чудики, но с древними, могущественными родословными. Что-то здесь не сходится.

Ива принялась размышлять, пытаясь понять причину этого необычного явления. Любой альянс должен на чём-то базироваться, иначе он быстро рассыплется. Например, ею могла стать общая выгода, значительно превышающая любые издержки, которых просто не могло не быть. Любая группа из более чем двух членов всегда порождала внутренние конфликты интересов. Это неизбежно. У столь могущественных личностей должны быть собственные амбиции, какие-то важные дела во внешнем мире, потребности, связанные с происхождением.

Ива отметила для себя ту часть в письме, где упоминалась непостижимая, чудодейственная аура тайной обители, которой управлял самый настоящий бессмертный. Возможно, сравнимая с аурой древней эпохи, когда ещё существовало мировое древо. Причём тщательно скрывающий свой уровень развития и прошлое. Также обратила внимание на перечень проживающих в ней существ, из древних, в большинстве своём исчезнувших видов, давно перебравшихся в Высшие миры. Поэтому непонятно, что они делали в этом скрытом царстве, занимающим положение даже ниже Белой реки.

Должно быть, упомянутый в послании бессмертный создал там дивный сад, в котором поддерживал особую ауру, сравнимую с атмосферой высшего мира. Поэтому всё эти сверхъестественные сущности не испытывали в нём проблем с голоданием или развитием. Скорее, напротив, чувствовали себя намного лучше, чем здесь. В обществе, одержимом борьбой за личную силу и потенциал, подобной причины более чем достаточно. Каждое живое существо инстинктивно тянулось туда, где ему комфортнее. Это закон природы. Поэтому поведение сверхъестественных сущностей не вызывало противоречий, если всё так и обстояло.

При условии, что бессмертный достаточно силён, такая сборная солянка из не самых совместимых существ вполне имеет право на существование. Также логично предположить, что все они как-то смогли договориться с владельцем сада, на что указывали некоторые признаки, получив разрешение в нём остаться. Не похоже, что их там держали против воли. Ещё в письме указывалось, что это сверхъестественные существа не очень-то друг с другом ладили, придавая ему достоверности.

Ива, словно перекати-поле странствующая по свету и охотящаяся на «мелкую» живность, почувствовала зависть. Такими темпами до следующего этапа своего развития она будет добираться ещё пару столетий. Поскольку она достигла довольно больших высот в духовной практике, повзрослела, набралась опыта, силы, естественным образом её рост замедлился. Если ничего не изменится, постепенно она начнёт стареть. Затем слабеть. До тех пор, пока кто-нибудь однажды не окажется сильнее, оборвав её путь.

Как и любое разумное существо, Ива надеялась найти подходящее для роста место, богатое духовной энергией, небесного дао, находящееся в гармонии с миром. Желательно чистое и безопасное. Не захватывать же ради этого какую-нибудь большую секту человеческих практиков, стремившихся к тому же. Эволюционной конкуренции никто не отменял.

Раньше Ива уже находила удобные для себя земли, но каждый раз её оттуда выгонял кто-нибудь более сильный. Её образ жизни не способствовал созданию добрососедских отношений. Поэтому, будучи потусторонним тёмным существом, она мечтала стать достаточно сильной, чтобы отстоять свою независимость, право на хороший дом и достойное существование, а не заросшую сорняками «развалюху», наподобие этой, чьё главное преимущество — безопасность. Кроме того, это позволит оставить крепкое потомство, продолжив свой род. Чем не достойная цель в жизни?

Достигнув шестой стадии: перерождения души, Призрачная ива шепчущих висельников, так не любимая адептами праведных путей, упёрлась в поток развития. Ей уже не хватало качества питательных веществ и духовной энергии, которыми могла себя обеспечить. Чем выше уровень развития — тем выше уровень потребностей. Ещё один непреложный закон природы. Поэтому, узнав о земле обетованной, в рязанской области нефти и газа тоже нет, но об этом она узнает позже, Ива разволновалась. Если там действительно находится Райский сад, в котором росли легендарные Небесная яблоня мудрости и Божественный персик бессмертия, то для неё это место — настоящая сокровищница. Жаль только, вполне возможно, скоро он сгорит в пламени чьей-либо алчности, ведь эти деревья не чета ей. Всё равно, что сравнивать породистую борзую с королевских псарен с какой-нибудь бродячей дворнягой. К гадалке не ходи, скоро туда потянутся желающие урвать свой кусок личного счастья, и ива их в этом прекрасно понимала. Тоже об этом подумала.

— Хотя не всё так просто, как кажется. Обитатели «тайного сада», — пока решила придерживаться этого названия, поскольку оно ей приглянулось, — наверняка могут за себя постоять. Тем более, таким-то составом. К примеру, вбить зубы в жадные, ненасытные глотки наглых людишек.

Опять представила всё так, как поступила бы на их месте. С точки зрения потустороннего тёмного существа, именно люди являлись основным источником пищи и опасности, а не наоборот.

— С чего бы носителям великих древних родословных делиться с чужаками? Источника небесной благодати на всех не напасёшься. Это место уже занято. Сделки заключены. Правила установлены. Союзы сложены. Любая переменная нарушит хрупкий баланс сил.

В первую очередь ива имела в виду своих сородичей из царства духовных растений, вроде яблони, персика и лотоса, а не этих глупых, несовершенных животных, с её точки зрения, являющихся пусть и полезными, но побочными линиями эволюции.

— А ведь там ещё и бессмертный, который тоже не останется в стороне, если кто-то начнёт на его территории устраивать беспорядки. Бессмертные — это те, кого нельзя мерить привычными рамками. Вне категорий и границ. Поэтому с ними столько проблем. Любой из них мог оказаться и крайне слаб, в зависимости от своего дао, и безумно силён*. Смотря, как распорядится судьба.

(*Это словно сравнение талантливого виртуоза игры на скрипке и непобедимого чемпиона по кулачному бою. Оба непревзойдённые мастера своего дела, но с одним можно вступить в конфликт, а от другого лучше держаться подальше. Победа над одним принесёт только кучу проблем, а над вторым — поздравлений. Причём в зависимости от ситуации, всё может поменяться местами. Мастерство и специализация — разные вещи.)

По мнению ивы, скоро вокруг обнаруженного «тайного сада» закипят нешуточные страсти, а где они бурлят — там вспыхивают конфликты. Когда прольётся первая кровь, наступит раздолье для наёмников. Таких ситуаций уже было не счесть. Редко, но в мире находились всевозможные места, скрывающие ценные сокровища, тайны, источники силы. Вокруг них постоянно возникали различные споры. Поэтому обнаружение чего-то подобного на Земле не стало уникальным событием. В мире бессмертных, состоящим из множества измерений, где постоянно что-то происходило, и чья история насчитывала сотни тысячелетий, ещё полно непознанного или неведанного. Чудес на всех хватит.

Также в этом деле приходилось учитывать нюансы. Для тех, кто относился к водной стихии, находка шахты с пылающими солнечными кристаллами где-нибудь в жаркой пустыне совершенно не представляла интереса, а вот кораллового рифа с костями древних морских исполинов, ещё как. Поэтому для призрачной ивы словосочетание «тайный сад» естественным образом казалось намного привлекательнее, чем «бездонная шахта» или «божественная мастерская». Если бы речь шла о них, она бы так не реагировала.

Прикинув, чем может поживиться в том месте, потустороннее дерево испытало большой соблазн. Может, кому-то это не понравится, но оно относилось к классу падальщиков и паразитов. Порождению ночи, смерти и войны. Чем больше вокруг Призрачной ивы шепчущих висельников происходило смертей, находилось мертвецов и призраков, тем лучше. Если ими становились не простые люди, а высокоуровневые практики, совсем хорошо.

С одной стороны, иву устраивало, что мир в этом скрытом царстве в плане духовного развития откровенно слабый. Земля относится к планете технологического типа с саморазрушающейся цивилизацией. Чем дольше она развивалась, тем больше загрязняла и истощала среду своего обитания. Кроме того, на Земле практически нет сильных практиков, а те, что есть — сплошное разочарование. С другой стороны, это означало, ей там будет очень неуютно при столь слабом фоне природной ци. Если задержится на Земле надолго, то с этим возникнут определённые проблемы. Лучший способ избежать неудобств с пребыванием в таком мире — это присоединиться либо к команде разорителей, либо защитников тайного сада, получив от них необходимые ресурсы. Как уже говорилось: наёмники в период неопределённости всегда в цене. Особенно хорошие, опытные, не брезгующие ничем — вроде неё.

Если будет выбор, ива с удовольствием присоединилась бы к команде защитников. Мистические существа ей ближе по духу. Людям потустороннее тёмное существо не доверяло. Однако это не означало поддержки сородичей по умолчанию. Родственных чувств она к ним не питала. Привязанностей не имела. Если повезёт, вполне может поживиться и на пепелище. Что-нибудь от разорённого сада да останется. Желательно, вовсе не означало — обязательно. Её вполне устроит и статус нейтрального охотника, или даже третьей стороны конфликта.

Поскольку свободного времени у призрачной ивы было много, она решила попробовать незаметно пролезть в это скрытое царство. Если для этого потребуется свернуть несколько шей человеческих практиков, ничего страшного. Вполне приемлемая цена. Получится — хорошо, нет, значит, такова судьба. Когда-нибудь подвернётся другой удобный случай.

* * *

После ошеломительного эффекта моего выступления на собрании сверхъестественных сущностей, некоторое время в доме было тихо. В этот момент он ощущался особенно пустым, даже как будто брошенным. Судя по всему, оставшись одни, питомцы заперлись в подземелье и решали тот же вопрос, который мучил не только меня, но и в своё время столь известных личностей, как Герцен с Чернышевским, а именно: Кто виноват и что делать? Итогов этого обсуждения я дожидался, сидя как на пороховой бочке, готовый к любому развитию событий. Чтобы не выдавать нервного напряжения, провоцируя ту же реакцию, прикинулся отдыхающим в своей излюбленной манере. Развалившись в старом кресле, читал на новом планшете, подаренном китайцами, роман про их же практиков духовной силы. Между прочим — занимательное чтиво для тех, кто в теме. Поэтому часто ёрзал и искренне возмущался: ну кто так врёт? Кто так врёт⁈

— Это же невозможно читать, — рассердившись, перелистнул электронную страницу.

Почувствовав неудобство, немного подвинулся, делая так, чтобы спрятанный под пледом охотничий нож не слишком сильно упирался в бедро.

Также под креслом был спрятан уже подготовленный рюкзак, выполняющий роль тревожного чемоданчика. В основном забил его едой. Рядом лежал деревянный тренировочный меч. Куда дел настоящий, до сих пор не мог вспомнить. Всё перерыл — не нашёл. Не просить же замену опять у Яня, чтобы отбиваться им от Инь. Хотя под этим предлогом он бы мне дал не только меч, но и несколько советов.

Наконец, в нарисованный дворик на календаре вернулась пара задумчивых, серьёзных близнецов. Как-то странно на меня посмотрев, они застыли в своих привычных позах. Затем послышался тихий стук маленьких ножек. Кукла тоже заняла свою полку, усиленно делая вид, будто ничего особенного не произошло, и всё осталось по-старому. Во дворе будку вновь заняла собака, а возле сарая с важным видом принялся расхаживать красный петух. Значит, они решили не ломать правила игры. Скрыв улыбку, облегчённо выдохнул и расслабился. С удовольствием вернулся к прерванному чтению, не став ничего говорить, чтобы не усугублять всеобщее чувство неловкости.

Через минуту, снова почувствовав некоторое неудобство под пледом, поправил нож, плотно прильнувший к ноге. Подождите! В этот раз не я первым шевельнулся, а рукоятка. Удивлённо замерев, после небольшой паузы, затаив дыхание, осторожно вытащил на свет нож, да только не тот, что прятал, а тот, который знает всего одно слово и десять тысяч способов его применения.

— А ты как там оказалась? — поражённо спросил у потеплевшей, слегка завибрировавшей малышки, жадно поглощающей мою ауру.

— Тц, — в комнате кто-то раздражённо цыкнул, после чего нож моментально исчез.

Сжав и разжав пальцы, глупо на них пялясь, убедился, что мне этого не показалось. Снова вернулся к чтению, но уже не столь увлечённому. Через несколько минут позади послышались тихие шаги, после чего прямо над ухом раздался мягкий, бархатистый голос Куклы.

— Ваш чай, господин.

— А? — обернувшись, никого за спиной не обнаружил.

Зато из-под кресла донеслось: топ-топ-топ-топ.

Почувствовав, как кто-то мелкий и лёгкий неожиданно схватился за мои штаны, резко переведя взгляд, обнаружил Куклу, которая словно маленький ребёнок взбирается наверх. Пришлось подсадить. Очень довольная, она разместилась у меня на коленях, ну чисто кошка, требующая ласки. Рядом на журнальном столике обнаружилась исходящая паром кружка с горячим зелёным чаем, в центре короткого в вертикальном положении плавала чаинка. Запах у него был просто потрясающим. Я такого точно не покупал. Видимо, из своих запасов достала. Кукле ведь больше не нужно было скрываться, обманывать, чем не повод отпраздновать, побаловав нас обоих.

— Спасибо, — смущённо поблагодарил, почувствовав себя дедушкой.

Рядом с чашкой оказалось ещё и блюдце со свежим печеньем. Попробовав определённо элитный, благородный полупрозрачный напиток, с удовольствием причмокнул. Осторожно погладил её по волосам. Мне показалось, или и вправду услышал мурлыканье. В этот момент на кухне что-то зазвенело, упав с полки. Кукла даже не шелохнулась. Стало любопытно, что это было. Я ведь ничего хрупкого на край стола не ставил. Пришлось вставать и идти проверять, посадив Куклу на моё место. Странно, ничего подозрительного не обнаружил. На полу было сухо и чисто. Зато стоило только выйти из комнаты, как позади раздался хлёсткий щелчок. Вернувшись в комнату, обнаружил лежащую недалеко от кресла Куклу с крохотным пятнышком на лбу, замершую в странной позе. Видимо, отметина на голове появилась от маленького речного камешка, валяющегося рядом. Очень похожего на те, что во множестве украшали нарисованный двор на настенном календаре.

Следом услышал подозрительное чавканье с непонятным копошением, доносившееся прямо из рюкзака. Настороженно заглянув под кресло, увидел, как в нём кто-то возится и что-то нагло жрёт!

— У меня сахара нет, — сухо предупредил, вспомнив сценку из мультфильма про Тринадцатого.

Мысленно прикинул, как бы половчее пнуть рюкзак, не открывая его. Тот, кто сидел внутри, попавшись с поличным, тут же замер. Наступила тишина. Однако уже через несколько секунд из него высунулась небольшая, по-детски пухлая рука, протянув мне кусочек рафинада. Чтобы жадный кошелёк чем-то поделился, такого не припомню. Неужели завтра конец света? Или это он так окупается? И откуда он там взял сахар?

— Спасибо, — растерянно поблагодарил, не зная, что ещё сказать.

На этом странности не закончились. Буддийская метёлка в стаканчике оказалась накрыта стеклянной трёхлитровой банкой, придавленной книгой с эротическим содержимым. На кухне в холодильник самостоятельно пытался залезть неуклюжий куст с помидорами, оставив на полу грязные разводы от корней, напоминающих по форме утиные лапки. Неужели подарок от Пугала? Прямо с грядки? Смертник, что ли?

— Эй, камикадзе, а где налобные повязки с иероглифами? Не видишь, пол чистый? Был! — добавил с угрозой.

Услышав ругань, испуганный полуразумный куст ещё энергичнее принялся лезть в спасительный холодильник, выкидывая оттуда всё мешающееся спрятаться. Упавшая на пол уже открытая пачка кефира, естественно, разлилась.

Сунувшаяся в открытое окно любопытная собачья морда принялась ехидно хихикать, наблюдая за этой сценой. Правда, недолго. В сантиметре от его уха зазвенел глубоко вонзившийся в раму нож. Подавившись воздухом, Барбос тут же опустил голову, скрывшись за подоконником.

— Мля! Был не прав. Как раньше уже не будет. Будет только хуже! — в ужасе схватился за голову, не зная, как теперь справляться со всем этим бардаком.

Из спальни донеслись звуки побоища и злые, приглушённые голоса Куклы и Инь. Потом, вроде бы раздался треск разрываемой подушки. Копившиеся годами нерастраченная энергия, желания, а также подавляемые эмоции сверхъестественных сущностей наконец-то вырвались наружу. Вот зачем я полез в это подземелье⁈

Вырвавшаяся из меня чудовищное убийственное намерение, пропитанное аурой страха, сквозняком пронеслось по всему дому. Все мистические существа, где стояли, там и попадали, прикинувшись мёртвыми. Только обезумевший от страха пёс зачем-то ломанулся на крышу по водосточной трубе. Феникс сгорел на «работе», а листья яблони мгновенно пожелтели.

Не знаю, сколько нервов мне потребовалось сжечь, чтобы дотянуть до вечера, не сойти с ума, не лопнуть от злости, и никого не прибить. Хотя очень хотелось. Детский сад, штаны на лямках! Что за ребячество? Сколько им лет? Впрочем, даже из этой ситуации можно было извлечь пользу, чем не постеснялся воспользоваться.

В сумерках, когда на посёлок опустилась приятная прохлада, установив во дворе мангал, пожарив сосиски, я с мужиками пил пиво и беззаботно играл в маджонг. Мне досталась северная сторона стола. Фениксу в его человеческом обличье, одетому в красное нарядное ханьфу, восточная. Демону в чёрном классическом итальянском костюме, западная. Южную занял высокий полураздетый рогатый мужчина атлетического телосложения в синем шёлковом халате с узором из морских волн. Выглядела эта картина довольно сюрреалистично, прямо как начало анекдота: собрались как-то выпить человек, демон, феникс и дракон…

Сидели хорошо, душевно, в чисто мужской компании, лениво разговаривая и подшучивая друг над другом. Пугало отказался к нам присоединяться, оставшись на огороде. Предпочёл соблюдать негласные правила. Персик спал. Он почти всё время только и делал, что спал, поэтому даже на собрания не ходил. Из уважения его никто не трогал, включая меня. Яню, как ребёнку, пить в такой компании ещё рано. Хотя он мужественно возражал, пытаясь сослаться на дату изготовления календаря, да только кто же его будет слушать. Дал ему горсть конфет и отправил играть в приставку с сестрой. Сейчас близняшки рубились в файтинг, в котором пацан безоговорочно побеждал, чем жутко бесил сестру, жаждущую реванша.

— Хорошо, — объявив, устало облокотился на спинку стула.

Давно нужно было это сделать. Столько мучился, пытаясь найти хорошую компанию и понимающих собеседников, а они, оказывается, всё это время были под боком. Впрочем, люди в подобных вещах часто близоруки.

Чтобы собрать эту компанию, пришлось постараться. Питомцы сначала упорно отказывались сидеть со мной за одним столом на равных. Вести себя бесцеремонно. Общаться, как с другом, а не господином. Говорить прямо. Подшучивать. Позволять себе обыгрывать владельца дома, в котором живут, о чём уже трижды напоминал, отдавая последние фишки. Чтобы этого добиться, пришлось их опять запугивать. Испытывающе заглядывая в глаза, вкрадчиво спрашивать: Ты меня уважаешь?

— Открываемся? — поинтересовался демон, оглядев партнёров по игре. — У меня иццу.

Демон с гордостью раскрыл свою комбинацию костяшек.

— Ты жульничал, — недовольно проворчал феникс, сравнив со своей комбинацией.

— Докажи.

— Аксиомы не требуют доказательств, — заявил дракон, до сих скрывающий свой набор костяшек.

С такой хитрой ухмылкой, что становилось ясно, он уже считал себя победителем.

— Мы не на уроке математики. Есть чем перебить, показывай. Нет — не умничай, — беззлобно огрызнулся демон.

В его голосе проскользнула неуверенность и беспокойство, а вдруг дракон не блефует.

— Господин, как думаете, кто победит? — поинтересовался феникс, сделав глоток из своей кружки.

На столе стояло четыре совершенно разных, не сочетающихся между собой кружки. Что нашёл, то и выставил. Наборов не держал, кроме чайных. Раньше в них не было нужды.

— Жадность, — недовольно буркнул, посмотрев на свою сторону стола.

Меня из партии вышибли первым, бессовестно ограбив. Ничего не оставили. А ещё врали, что безмерно уважают. Будут честными. Справедливыми. Праведными. В итоге собака оказалась козлом. Петух — свиньёй. Дракон — хорьком. Но всё равно, ничто не испортит этот вечер. Я так решил.

Партию выиграл дракон. Правда, при подсчёте количество одинаковых костяшек у нас на руках оказалось больше предусмотренного правилами и изготовителем набора, что вызвало небольшой спор. Как полагается со взаимными угрозами и обвинениями. Немного посидев, успокоившись, в качестве извинения, видимо, обещания расправы показались ему достаточно убедительными, дракон решил угостить нас особым вином из своей коллекции.

— У тебя есть коллекция? — открыв рот, изумлённо посмотрел на него, как на предателя родины.

— Нет-нет-нет. Нет никакой коллекции, — обеспокоенно заверил дракон, спинным мозгом почувствовав холодное дыхание смерти. — Так, несколько бутылочек случайно завалялось. И не у меня, а на дне средиземного моря. Французское. Шамбертен из сорта Пино-Нуар. В оболочке из разбитого, затонувшего парусника. Я немного настоял его в своей ауре, хранил в определённом месте, — смущённо объяснил, — а ещё добавил капельку драконьей кровавой сущности. В общем, думаю, получилось неплохо. Вино, достойное императоров.

— Даааа? — заинтересованно протянул гласную букву, не сводя с него взгляда. — Звучит интересно. Доставай.

Кружки демона и феникса оказались перед драконом даже быстрее, чем моя.

Хорошо помню, как сделал первый глоток божественного напитка, разлитого из вытянутой стеклянной бутылки без этикетки. Как вступил в спор, кто больше сможет выпить этого жидкого огня, сохранив крепость рассудка. Как перед глазами всё завертелось. Потом ничего не помню. Вроде бы меня кто-то звал. Настойчиво. С беспокойством. Раздражающе. Продолжая делать это вновь и вновь.

— Господин. Господин. Вы меня слышите? Вставайте, или будет плохо, — жужжал над ухом знакомый голос.

— Кому, — спросил, с трудом разлепив сухие губы.

— Не знаю. Посмотрите, и сами решите, — неуверенно сообщили голосом Барбоса.

Почувствовал, как меня слегка приподняли, переведя из лежачего положения в сидячее.

«Почему вокруг так мокро и холодно», — удивлённо подумал.

У меня не хватило сил на то, чтобы открыть глаза. Да и желания, честно говоря, не было. Зато ощущалась сильная слабость и сонливость.

— Откройте мне веки, — повелел, чтобы поскорее со всем закончить и вернуться к отдыху.

Демон, находящийся в своём человеческом облике, осторожно раздвинул мне веки. Мутным взглядом уставившись на незнакомый участок широкой реки, у нас в районе таких нет, увидел старенький речной теплоход, раннее утро, гирлянды фонарей, освещающих трёхуровневую палубу, на которой пассажиры уже что-то пили и… огромного восточного дракона, высунувшегося из воды прямо по курсу теплохода, размером чуть поменьше корабля. Раскрыв пасть, он свирепо зарычал и грозно зашевелил длинными, хлыстовидными усами, видимо, требуя от этого чуда техники немедленно остановиться, или же плату за проход.

В моём сознании запечатлелась сцена, прямо как из фантастического фильма про супергероев. По всем канонам жанра сейчас «из кустов» должен выскочить какой-нибудь ряженый придурок в трико и сразить чудовище. Однако он не появлялся. Заметив дракона, малость обалдевшие, хотя на язык просилось другое слово, люди на палубе занервничали. Начали протирать глаза. Что-то кричать. Показывать на дракона пальцем. Хвататься за телефоны. Суетиться. Следом послышался протяжный гудок сирены, предупреждающий… о чём?

Ошеломлённо моргнув, я чуть не сломал Барбосу пальцы. В один миг оказавшись на ногах, чем отбросил его назад, заорал, требуя объяснений.

— Какого хрена здесь происходит⁈

При этом выглядя довольно жалко, будучи мокрым, грязным, стоя босиком у самого края реки.