После случившегося с Соей события так завертелись, что не было времени и думать о спрятанном в кармане листке и неиспользованном зелье. Но, наверно, я сознательно отодвигал эти мысли до момента, когда улучу хотя бы несколько минут уединения, чтобы обо всём подумать. Вот только одно мелкое наказание моей скверной жизни уже к вечеру того же дня вернулось в привычное шебутное состояние, чем одновременно донимала меня и радовала.

В священной миссии нас встретили вообще все её обитатели. Рабы и ксаты, они окружили девушек заботой и всячески старались помочь. Даже всё время держали баню натопленной, надеясь на лучший исход. Я отправил девушек мыться, а сам дождался возвращения Моглуса. Он как раз закончил обсуждать всё с представителем магистрата и вернулся с тем пацаном лет десяти. Пацан решил стать рабом миссии, потому что сирота, а идти в невольники церкви отказался, ибо сам он деревенский, в церкви никаких навыков ему не дадут, и после совершеннолетия он никуда не пристроится, а так хоть какая-то сытая судьба. Представитель магистрата же и вовсе чуть не ползал на коленях перед Моглусом, умоляя того смягчить мой гнев и не таить обиду на город за случившееся — но это, как пояснил тому мормит, решать только мне. Но мне на происходящее стало наплевать в тот же день, главное, что Соя с Затарой живы. Ну и хотелось увидеть тех двух тварей болтающимися в петле, но это Моглус пообещал мне со всей ответственностью.

Затем девушки вернулись с бани, Соя ненадолго заперлась в комнате и приговорила один из миклов, а затем нас позвали на ужин. К этому моменту девочка окончательно приободрилась и за ужином из раза в раз бахвалилась как она, с одним мечом, защищала Затару от похитителей и даже заколола одно.

— Но эти подлые засранцы напали со спины, — Соя стукнула кулаком по столу.

— Ты от кого слов таких нахваталась? — мой голос сквозил негодованием.

— Я… Но ведь они засранцы! — Соя верхней правой рукой махнула в сторону города. Сидящий напротив неё Моглус ухмыльнулся.

— Ликус этого не отрицает. Но престало ли тебе так скабрезно выражаться? — спросил ксат.

— Ну… — Соя потупила взгляд. — Хорошо, я поняла. Они… Ну да, они ведь теперь мертвы! А кое-кто скоро получит по заслугам, — Соя расплылась в самодовольной, радостной улыбке.

Странно смотреть на выросшую Сою. Ещё несколько месяцев назад её скулы по-детски торчали под кожей, а теперь лицо разгладилось, полностью сформировалось приятным овалом с чуть острым подбородком и щёчками, будто насмехающимися над стародавним состоянием девочки. Бледно-жёлтые волосы собраны конский хвост и задорно покачиваются от каждого движения, а шляпку, которую когда-то Соя выпросила подарком, не так давно отдала какой-то девочке в городе. Как мне сказал Моглус, шляпка стала мала Сое, а она как раз гуляла с Затарой, когда увидела грустящую малышку лет десяти. Нижняя пара рук у Сои была спрятана, так что они втроём прогуляли по городу несколько часов и в конце передала ей шляпку. Хоть и подарок, но я всё равно буду вместе с Соей, а другому ребёнку радость приятна.

— А чего хозяин так пристально на меня смотрит? — Соя кокетливо опёрла подбородок на ладошку и захлопала глазками. — Неужели мой хозяин влюбился не только в Затару, но и в… меня?

— Прошло всего лишь четыре месяца, — я перевёл удивлённый взгляд с Моглуса на Затару. Моглус развёл руками, а Затара покраснела и стыдливо отвернулась. Понятно, девичьи разговоры. Но, думаю, это не плохо. Обидно, что за прошедшие месяцы характер Сои ещё немного изменился, но девочка выросла, а это главное.

После ужина я отправился в нашу комнату с твёрдым желанием упасть в кровать — но мелкое наказание банным листом прилипла ко мне и всё щебетала, как она рада наконец-то быть вместе. Шедшая рядом Затара с покрасневшими щеками то косилась на мою свободную руку, то что-то про себя бормотала. Да и сразу лечь спать не вышло. Даже несмотря на переломанные левые руки, надёжно привязанные к телу, Соя со всей живостью рассказывала о прошедших месяцах. Девочка то махала целыми руками, то строила рожицы, то мерила комнату шагами в жарких рассказах о тренировках. Но вскоре усталость от произошедшего проявила себя. Соя широко зевнула и предложила дорассказать всё завтра.

Лёжа в отдельной кровати, я перед сном напоследок подумал, что Соя окончательно повзрослела. Она теперь — самодостаточная личность, раз вот так прервала собственный рассказ. Весной такого не могло произойди. Но стоило мне мысленно похвалить Сою и пожаловаться, что её шебутной характер мне нравился — как ночью меня разбудило [Чувство магии]. Ко мне приближался белёсый овал со стороны кровати Сои.

Я остался лежать на спине с закрытыми глазами, притворяясь спящим. По левую сторону от меня едва слышно скрипнул матрац, его чуть продавило. Кожей шеи я почувствовал дыхание, две перевязанных руки положились мне на грудь, а затем кто-то вкрай обнаглевший аж закинул на меня ногу. Я уже было подумал открыть глаза и дать Сое крепкого щелбана — но та тяжело, даже несколько испуганно вздохнула.

— Спасибо, хозяин, — прошептала та. Её щебетной голос дрогнул как от слёз. — Хозяин спас меня. Всегда спасает. Всегда…

Кровать чуть покачнулась, я почувствовал жар дыхания на своём лице, щёк коснулись упавшие пряди волос. А следом губы тронуло что-то мягкое.

— Хочу всегда быть с хозяином, — как-то по-особому ласково прошептала Соя и, аккуратно пристроившись рядом, положила голову мне на руку.

Очень скоро Соя мерно засопела, но обдумать случившееся мне не дал второй белёсый овал, вставший с кровати Затары и мышкой подошедший ко мне. Орчиха робко, неспешно легла рядом и украдкой провела пальчиками по моей щеке.

— Я надеюсь, что хотя бы ты пришла не для того, чтобы признаться в любви, — прошептал я, всё так же держа глаза закрытыми.

Лежавшая рядом Затара вздрогнула, шумно сглотнула, задрожала. И промолчала. Я едва удержал усталый вздох. Да, за орчихой что-то такое замечалось до моего отъезда, да и сложно было ожидать от Сои другого после того, как она выросла и теперь похожа на шестнадцатилетнюю девушку. Вот только у меня от этих «дел сердечных» только голова болит. Надо будет как-то со всем этим разобраться так, чтобы и девушек не обидеть, и держать их на расстоянии. Но что-то мне подсказывает, что чувствами этих двух мне управлять не получится.

— Я хотела поблагодарить вас. И сказать о ваших вопросах. О наших ритуалах.

— Если считаешь себя обязанной, то не надо.

— Нет, я… — Затара сжала край моей ночной рубахи, ища поддержки. — Я с вами и Соей. Да, я с вами. Мне не вернуться. Даа́та, мама мертва, а сестра должна будет меня казнить. Я ведь убежала, так считается. Моя семья теперь вы, господин, и Соя. Пожалуйста, позвольте мне…

— Тебе не надо задавать такие вопросы. Тебя семьёй считает Соя, а для меня этого более чем достаточно. Да и ты мне уже не случайный разумный, — сказал я всё так же с закрытыми глазами.

— Спасибо, — мелодичным голосом прошептала Затара и на долгую минуту замолкла, успокаиваясь. — Я хочу рассказать сама, господин. Просто хочу. Вы ведь спрашивали не просто так. Про пятьдесят лет. Именно столько должно потребоваться одному из детей Мкаа́тух, чтобы пройти все четыре этапа преображения. Последний — самый тяжёлый. Но сестра выдержит его. Она… — Затара поёжилась. — Пророчество мамы не врёт, она предсказала случившееся с нами давно, в её сне. Моя сестра возглавила племя. Она уже прошла одно преображение, но теперь обычные ритуалы ей не подойдут. Нужно больше рабов, и сильных, их [сила души] наполнит энергией сестру.

— Вы берёте души разумных? — на мой вопрос орчиха заёрзала головой, будто кивала.

— Избранная дочь народа пройдёт все четыре преображения, и когда небеса всполохнут белым, она получит ещё одно [провидение] и родит четверо детей. Они родятся с [провидением Дитя богов], станут аватарами наших богов, вырастут, пройдут ритуалы преображения и воплотятся в Мкаа́тух.

— То есть пятьдесят лет, и ещё лет пятьдесят на укрепление детей?

— Не обязательно, господин. Мама говорила, что сестра положит конец хранению Мкаа́тух в нашей крови, — Затара замолкла, закончив говорить, но я вообще не понимал услышанного, поэтому попросил её объяснить последнюю часть. — Мкаа́тух скрыли нас от других богов, чтобы мы могли набраться сил и возвысится над остальными. Они пожертвовали своими телами, влившись в нашу кровь, чтобы мы с рождения были похожи на нутонов. И только через ритуалы мы возвращаем себе прежний облик.

— Ты понимаешь, что с нами тебе не видать ритуалов?

— Для меня эта ничтожная цена, господин, — в голосе Затары мне почудились какие-то нотки облегчения и спокойствия, даже принятия и радости происходящего.

— А в ваших преданиях не говорится, сколько у твоей расы раньше было [величий]?

— Шесть, — честно ответила Затара. — Мама говорила, что наши души вернутся к правильному исходу, когда Мкаа́тух вернуться. И тогда состоится новая битва богов за право править миром.

Я едва не засмеялся, мне потребовалась вся моя сила воли, чтобы удержать подступающий к горлу гомерический смех. Я почему-то верю словам Затары и о возрождении богов орков через их ритуалы, и про шесть [характеристик], и про новую битву среди богов. Просто стоит вспомнить крылатых тварей, как сразу становится понятно, что на новую битву эти трусливые животные не явятся.

Погасив эмоции — я поблагодарил Затару за её рассказ, пообещав никому ничего не рассказывать и что она всегда может считать меня с Соей своей семьёй. И попросил ложиться спать, ведь время давно за полночь. Орчиха тихо поблагодарила меня за всё, что я ей сделал. И внаглую примостила голов на мою правую руку, чтобы вскоре заснуть.

Я несколько растерялся от подобного развития событий, не смог подобрать слов и найти хоть немного смелости разбудить орчиху с Соей. Поэтому принял случившееся как данность и постарался заснуть. Чтобы утром наблюдать два красных рака в моей постели: что Соя, что Затара, обе краснючими помидорками старались не пересекаться со мной взглядом и даже за завтраком делать вид, что ночью ничего не происходило.

Меня поведение этой двоицы забавило ровно до тех пор, пока не прибыл посыльный от гильдии авантюристов и вольных наёмников. Азтала просила явиться по первой возможности, обещая, что уже до обеда всё разрешится. Я решил воспользоваться подвернувшейся возможностью и через раба миссии передал послание Амадеусу ждать меня на обед. Длинноухий готов и локти себе разгрызть, чтобы как можно быстрее разузнать о той заброшенной золотой шахте.

Соя с Затарой на мой вопрос пообещали к обеду быть около «Торгового дома Амадеуса». Но перед выходом я на всякий случай осмотрел девочку. Покраснения на запястьях от верёвки ушли благодаря съеденному вчера миклу, да и гематомы в местах переломов уменьшились. Осталось ещё два микла, этого хватит, чтобы вправить кости и заставить их сращиваться без искривлений, а если получится найти ещё два микла — то уже через неделю ничего не напомнит о произошедшем.

В гильдии авантюристов, несмотря на ранний час, меня уже дожидалась вся группа вместе с главой гильдии. Авантюристы сидели за столом, а Шагис и Азтала стояли при оружии по разные стороны стола.

— Наконец-то, — процедил Шагис, стоило мне появиться в гильдии. — Так соскучился…

— Завали хлебалник. Не отнимай время, — бросила тому Азтала. И переключилась на меня. — Бриан вчера всё рассказал, отчёт сдан. Осталось закрыть задания и вышвырнуть этого из группы.

— Уже всё готово, — шепнул мне Джосс, намекая, что дуэль состоится незамедлительно.

Действительно, стоило нам закрыть задание и выпустить Шагиса из группы, как он тут же оскалился и бросил Азтале, что с удовольствием насадить её голову на свой меч. Орчиха в ответ лишь погладила рукоять своего молота и извиняющее мне улыбнулась.

Мы группой проследовали из города на площадку для дуэлей, небольшой постамент, окружённый заборчиком и с пьедесталом для судьи. Там нас уже ждали представители магистрата города. Короткое объявление, что можно пользоваться всем, определение свидетелей, и два орка встали друг напротив друга. Шагис держал в руках огромный щит и широкий меч, а Азтала обошлась молотом и посматривала на Шагиса как на глупого крикливого мальчугана.

Судья дал отмашку начинать. Но его рука не успела опуститься, а Шагис не успел напрячься для атаки, как рядом с ним [Рывком] очутилась Азтала. Она кулаком вдарила орку в висок, тот на микросекунду растерялся. Тяжёлый молот тут же опустился ему на голову, с хрустом костей вгоняя остатки головы в грудную клетку.

— Ты ставил? — спросил у меня Джосс, на что я покачал головой. — А вот я поставил. Давно, когда мы только сформировали группу. Не поверишь, но нашлись идиоты, кто ставил на Шагиса.

— Скучно, — стоявший рядом Барат закинул руки за голову, наблюдая, как безголовое тело упало к ногам Азталы, а судья из магистрата начал пояснять, что правила нарушены не были.

Азтала победила и могла забрать себе всё имущество побеждённого, но глава брезгливо отмахнулась. Она сказала Бриану, что ей надо идти в магистрат разбираться со вчерашним, так что на сегодня гильдия в руках кучерявого. Тот не задумываясь низко кивнул.

— На минутку, — глава подозвала меня поговорить. Мы с ней отошли. Двухметровая орчиха тряпкой утёрла свой молот, проверив, что не пропустила и пятнышка. Тряпку Азтала выбросила. — Плохо получилось, недоглядела за Соей. Ты уж извини. Тех двух идиотов казнят сегодня вечером, а трупы подвесят на западных воротах. Магистрат выплатит компенсацию, тебе за Сою, Затаре и тому длинноухому за рабов, но ресторан не отдадут.

— Плевать.

— Понимаю, — Азтала рассмеялась. — У тебя восемь заданий ещё в группе, но сам всё понимаешь, что они не для тебя. Долго быть планируешь в городе?

— До весны уж точно. Может быть, до лета.

— Отлично. Я ещё не закончила с твоей рабой, — орчиха подмигнула мне.

Азтала коротко объяснила, что для меня приберегла охранный контракт в местной деревне. Вэн или как-то так, я особо не вникал в название. Главное, что орчиха попросила меня на зиму прожить в той деревне, но только меня — после случившегося город полнится слухами о ксате, носящемся по городу и убивающем разумных в зданиях. Понадобиться время народ успокоить и слухи заменить. На это время мне в городе лучше показывать как можно реже, и охранять деревню зимой самое оно, заодно и кров с едой мне обеспечат. Соя же продолжит обучение, а для Затары магистрат найдёт место работы и приставит нескольких охранников от гильдии авантюристов.

— Странное предложение, — сказал я. — Или это просьба?

— Второе, — ответила Азтала после некоторых раздумий. — Город провинился перед ксатами. И город напуган ксатами. Надо успокоить город. Весной будет праздник Новой Жизни, ксата ни разу не допускали к нему. Хочу, чтобы ты был моим гостем, двоицу бери с собой. А после праздника можешь делать что хочешь. Взамен я с твоей рабой буду лично ходить по заданиям, передам ей свой опыт. Приходи на днях, обсудим всё.

Мои мысли заносились по черепу бешеными кроликами, но я одёрнул себя. Азтала предложила отличный вариант, тем более что вот так резко сорваться на южный материк я всё равно не смогу: зимой есть проблемы с перевозками между материками, и вряд ли вот так сразу получится выкупить три места на корабле. Да и чем больше опыта получит Соя, тем проще ей будет в будущем.

— Нам ещё восемь заданий, Ликус, — ко мне подошёл Джосс, когда Азтала ушла, и по-дружески похлопал меня по плечу. — С тобой их очень легко выполнять.

— Ты от нас не отделаешься. Зиму будешь в городе? — спросил Барат, на что я сказал про охранный контракт деревушки. — Отличное решение. Но до холодов ещё успеем пару заданий выполнить.

— Многие благородные зимой уезжают. Нам будет чем заняться, — по-прежнему с каменным лицом произнёс Огат.

— О, нет-нет-нет, — Мисала в протесте замахала руками. — Вы как хотите, но ещё восемь заданий с Ликусом я не выдержу.

— Уверена? — усмехнулся Джосс, намекая, что от заданий главы так просто не отвертеться.

— Она уже говорила с главой, — вмешался Бриан и пояснил, что Азтала дала добро дворфийке выходить из группы без последствий. Поэтому Мисала и хотела в ближайшую неделю ехать ближе к Собору Кафдории, мол, там много всяких заданий будет. Но истинная-то причина в другом: найти хоть какие-то связи с церковниками.

— Ты со мной? — дворфийка с вопросом посмотрела на рыжую магессу.

Рувила осмотрела нашу разношёрстную компанию, остановила взгляд на Барате и, недолго подумав, сказала, что попробует удачу в этом городе, а уже к лету думать будет. Тем более она присмотрела деревушку для зимовки, там должно быть тихо, и деньги за охранный контракт заплатят хорошие.

Понимая, что сейчас все эти прощания и разговоры о будущем затянутся на долгий день — я попросил меня простить и только повернулся в сторону городских ворот, как Рувила вскинула руку.

— Ликус, только ответь, пожалуйста. Ты ведь ксат, но… как ты такое можешь использовать? — магесса показала на мой посох.

— Этим вопросом тебе лучше не задаваться.

— Нет, послушай, я… — начала говорить Рувила, но ей на плечи положил руку Барат и навалился всем весом.

— Это так здорово, что ты решила остаться с нами, — остроухий лучезарно улыбался. — Я как раз хотел пригласить тебя прогуляться со мной. Помощь твоя нужна.

— Тебе? Моя помощь? — Рувила недоверчиво стрельнула глазками на остроухого.

— Не мне. Понимаешь, там на одной из улиц старушка в лачуге живёт, — Барат говорил с максимально жалостливой интонацией. — Горят, недавний ливень повредил ей лачугу, окна нечем закрыть.

— А я тут зачем?

— Так ты ж плоская, отлично за ставню сойдёшь, — Барат невинно захлопал глазами.

Рувила сперва не поняла, но вспыхнула и аж замахнулась на остроухого. Тот резко отпрыгнул и, подмигнув мне, помчался прочь от магессы. Остальные авантюристы усмехнулись, слушая разгневанные крики Рувилы и обещания вставить Барату в жопу посох по самые гланды.

Я оставил группу, пообещав с ними встретится завтра после общения с Азталой и обсудить дальнейшие планы, всё равно раньше середины весны из города не уеду. И поспешил в церковь. На моё счастье, белобрысый церковник Хубар был слишком занят произошедшим вчера, поэтому просто забрал отчёт о том скверном месте около горы и попросил на выход. И мне понравилось, что не пришлось тратить на него время, да и отчёт содержал в себе общие слова без упоминаний источника магии или необычного поведения скверны.

Затем я встретился с Затарой и Соей, и мы направились к Амадеусу, где приятно пообедали, а Затара в благодарность за присмотр спела длинноухому аж десять песен. От такого подарка тот аж обомлел и пообещал сделать всё, чтобы орчиха продолжила всех радовать своим прекрасным пением. А когда девушки, с моего позволения прихватив десерты, ушли к ксатам — мы с Амадеусом долго разговаривали.

Сначала я рассказал про золотой рудник, что он полностью разрушен и там много монстров ходит, но если организовать там подобие форта и нагнать человек пятьдесят охраны — то рудник получится восстановить. От такой новости Амадеус аж смахнул скупую слезу.

— Я перед тобой в неоплатном долгу, Ликус, — длинноухий приложил ладонь к груди. — Этот рудник и твои сведенья — это подарок для моей расы. И моё финальное испытание, прежде чем стать… назовём это «единым духом» с моими сородичами.

Я напирать с расспросами не стал, и так понятно, что эльф говорил о том моменте, когда его «душу» вытащат из тела и кристалл души с ним будет поглощён одним из трёх могучих деревьев. Это его судьба, тем более что ему ещё вроде как лет двадцать можно находиться вне садов фуаларал. Вместо расспросов о руднике я задал вопрос насчёт моих инвестиций в общее с Ганзейской торговой лигой дело. Амадеус расплылся в по-торгашески лукавой ухмылке.

— Недавно пришла весточка, специально для тебя. Ты интересовался необычными слухами из Арнурского королевства. Это не слух, но список, что в последние года королевство закупает повсюду.

Длинноухий протянул мне листочек, его содержимое мне не понравилось. Корень Елурской виноградной лозы, мышцу с горба Глисарийской каракатицы, клубень Лумзатзикской пшеницы, вытянутые шарики из початков Аштольской рябины, миклы Фаскарских ивовых и стрекочущих энтов, язык Нашласарского манула и прочие заллаи от порождений скверны. Но в списке только те заллаи, которые съедобны мне или Сое.

— Последние года? — переспросил я.

— Точно сказать нельзя, у лиги недостаёт «ниточек» в королевстве, но можно говорить о минимум пяти годах. Но это сейчас. Сам понимаешь, Ликус, твои вложения и старания лиги только начали давать результаты, но дел ещё предстоит много. Года через три результат будет другим.

Хоть мне всё это не нравится, но Амадеус праву — надо ждать. В будущем я выведаю многие секреты Арнурского королевства. А их там, судя по всем, гораздо больше, чем я предполагал.

Я вернулся в миссию ксатов, немного поговорил с Соей и Затарой, проследил, что девочка съела второй микл, ещё раз проверил её здоровье — и отослал двоицу на первый этаж. Мне хотелось побыть одному. Соя какое-то время сопротивлялась, говоря, что соскучилась и хочет как можно больше проводить времени со мной, да и Затара робко пожурила меня из-за долгого отсутствия. Но я смог уговорить девушек оставить меня, пообещав в следующие дни гулять с ними по городу.

Наконец, спустя один бешеный день, я остался один наедине со своими мыслями. И достал из кармана вчерашний листок.

Зелье Истинного Лечения

Класс зелья: Легендарный

Партия: И17–211

Количество зелий в партии: 100

Количество крови изумрудного дракона на данную партию: 4.7 литра

Ниже ещё говорилось про восстановление [жизней], и что подлинность зелья заверена печатями Арнурской магической академии и главного мага. Но я не мог оторвать взгляд от слов «кровь изумрудного дракона». Эмоций не было, я ещё вчера погасил накатывающее на сознание цунами, поэтому сейчас просто держал листок в чуть подрагивающей от волнения руке.

Вот о каком новом товаре говорил торговец Илур: именно эти зелья Арнурское королевство начало поставлять на общий рынок несколько лет назад. Но кто? Кого они заперли? Неужели…

У меня бешено заколотилось сердце. Дрожь пробила тело, в глазах навернулись слёзы, сознание поплыло. Мне потребовалось не дюжие усилия воли, чтобы остаться в адекватном состоянии. Кто бы мог подумать, что одна лишь мысль о мимолётной надежде может вычистить разум. Но надежда именно что мимолётна — я видел тот череп, а ещё одна крылатая тварь передала ту шкатулку и её содержимое говорит только об одном. Но что, если это всё подстроено? Или же в подземельях Арнурского королевства держат Изулису?

Всё слишком странно. Арнурское королевство, по обрывочным сведеньям, начало возвышаться уже после нападения на нас, как минимум тот мощный искусственный кристалл маны создали понятно с применением каких ингредиентов. Потом все эти драконы, постоянно погибающие на разных землях, одна из которых на территории королевства. Туда же странности с выращиванием популяций монстров, и что у Арнурской магической академии есть представительство во Всеобщих Соборах. Всё это может быть взаимосвязанно, но у меня ничего нет, кроме зацепок через Ганзейскую торговую лигу и моих домыслов. Но как мне наверняка узнать, кому именно принадлежит кровь, используемая в этом зелье?

Я несколько минут сидел неподвижно, рассматривая в руках склянку с красноватым зельем. Иногда мне чудилось промелькнувшая в нём чёрная полоска, исчезавшая в глубине склянки. Но в остальном зелье просто покачивалось в такт движению руки и моим мыслям. Пока от осенившей меня идеи я едва не подскочил.

Мне ведь не нужно соваться в Арнурское королевство, чтобы узнать ответ на этот вопрос. У меня уже есть возвышенное [Чувство магии]. Да, оно многого не может, но даже сейчас я могу почувствовать уникальный оттенок магии, присущий каждому разумному существу, если буду вглядываться в него с близкого расстояния. И у меня есть содержимое той шкатулки, хранящейся в самом надёжном месте — в банковском представительстве ксатов. Достаточно сравнить магический след содержимого шкатулки и крупиц крови из зелья. Но их надо как-то вычленить из него. Как?

Стоило заняться этим вопросом, как ответ пришёл сам собой. Я ведь заказал в академии книги по магическим кристаллам, перекачке энергии и прочему. Они как раз должны были прийти в Трайск и сейчас ждут меня там. Правда, есть загвоздка. Кто бы сейчас не томился в застенках Арнурской магической академии, чью бы кровь сейчас ни сливали — но его всяко поймали с помощью той спрессованной в шарики скверны. Значит — в крови может быть скверна. Её надо очистить, но не как в ритуале бластария, иначе есть высокий шанс, что всё пойдёт драконам под хвост. Значит, надо как-то сперва выкачать индивидуальный магический след из зелья, а потом очистить его от возможной скверны. И это надо сделать всё так, чтобы туда не попал магический след или скверна из меня.

С защитой помогут блокирующие ману перчатки, которые помогут сделать в Ягдарской магической академии, ведь не зря я исполнил их задание и расчистил путь добытчикам порождений. Понадобиться ещё кристалл души, а из-за всех последних событий купить его будет проблематично — но у меня в Трайске есть Консерва. А насчёт перекачки магического следа из зелья нужно почитать те заказанные книги и навести справки в Настрайской магической академии, может кто чего дельного посоветует.

Единственная проблема возникнет со скверной, её надо будет как-то выкачать без последствий. В этом могла бы мне помочь Всеобщая Церковь, но хрен они допустят меня до своих секретов. Хотя, может быть, получится предложить церковному совету сделку, используя ту деревню, с которой сошла скверны? Боюсь, что они могут заломить уж совсем неприличную цену, которую даже я откажусь тянуть.

Я хлопнул себя по бедру, отгоняя мысли. Сейчас размышления делу не помогут. По крайней мере я определился, что весной посещаю Ягдарскую магическую академию и узнаю всё насчёт блокирующих перчаток, потом возвращаюсь на южный материк в Трайск и изучаю всё по перекачке маны и прочему, узнаю всё что могу в академии. А там уже и размышляю, как и чего дальше делать. Спешить нельзя, одна ошибка может стоить всего. Заодно надо будет изучить недавно добытые книги из скверного форта и разобраться с новой магией. Когда крылатые твари атаковали меня магией, то она напоминала сферу с потоками маны, отходящими из оболочки вовнутрь сферы. Надо будет попробовать сделать что-то подобное, если [Чувство магии] позволит. И разобраться с датами из событий прошлого, и всё узнанное о богах и их битвах структурировать. Дел на ближайшие года очень много.

— Хозяин, — в комнату без стука ворвалась Соя. Она плюхнулась на кровать и обхватила мою левую руку. — От Азталы прибежал работник гильдии. Это правда, что я продолжу учиться у неё?

— Правда, — я потрепал бледно-жёлтую макушку, на что Соя довольно заулыбалась.

— У вас вчерашнее зелье, — зашедшая в комнату Затара сразу распознала склянку в моей руке.

— Всё хорошо. Это зелье даже нужно мне, — я спрятал склянку в карман вместе с листком.

— Посланец гильдии сказал готовить платья, господин. О чём он говорил? — Затара аккуратно села по правую руку от меня так близко, что наши плечи соприкасались.

— Что весной они вам понадобится, — предельно честно ответил я, но орчиха лишь недоумённо захлопала глазками. — Нас пригласят на праздник Новой Жизни. А потом, скорее всего, мы уедем на южный материк.

— Что-то случилось, — Затара бережно положила руку на мою ладонь. — Господин, вы… вы не такой, как вчера. Вы…

— Хозяин просто не знал, что надо делать, а теперь знает, что надо делать, так? — игриво спросила Соя, пододвинувшись к моему лицу вплотную, но тут же покраснела и стыдливо отодвинулась. — А в Трайске я смогу быть авантюристом?

— Только если вырастешь, — я встал с кровати. Соя последовала за мной. Ещё вчера Моглус сказал, что вместо одной кружки грудного молока в две недели Соя пила по кружке в четыре дня. Именно из-за этого она так сильно выросла. И если я хочу, чтобы это мелкое наказание моей скверной жизни могло самостоятельно справиться с любой напастью — ей надо продолжать это самое молоко пить, пока рост не прекратится.

Я коротко рассказал Сое и Затаре о разговоре с главой гильдии, и что эту зиму мы будем раздельно.

— Ну так ведь это близко, — Соя заулыбалась. — Я много раз смотрела местные карты. От той деревни до города три часа на телеге. А ещё, по охранному контракту, в месяц положено четыре выходных, — Соя прижалась ко мне, как кошка. — А ещё мы сможем приезжать к хозяину, навещать. Вот.

— Мы справимся, господин, поверьте, — Затара, покраснев до кончиков ушей, взяла мою ладонь и приложила к своей груди. — Вас изменило это зелье, я вижу. И… я понимаю, это ваша истинная природа. Не волнуйтесь за нас. Я смогу заработать денег, и Соя обучится, будет защищать. Не переживайте за нас, вы для нас и так многое сделали.

Я не нашёл слов для ответа и лишь кивнул орчихе, на что та не сдержала радостной слезы. И подошла вплотную, одновременно желая обнять меня, и не желая быть излишне навязчивой. Но прижимавшаяся ко мне Соя посчитала орчиху слишком робкой и верхней правой рукой подтолкнула ту. Затара ойкнула, прижалась ко мне да так и застыла с красным как помидор лицом. Соя же самодовольно захихикала.

Я стоял, стараясь абстрагироваться от происходящей романтической цены. Не знаю, что там напридумывали себе Соя с Затарой, но в одном они правы: как только Соя получит необходимый опыт, то сможет защитить себя и орчиху. И тогда они действительно со всем справятся, их можно будет оставить одних. И это может пригодиться, ибо кто его знает, что мне придётся сделать ради этой схемы с перекачкой магического следа. Но в одном я уже сейчас уверен полностью: мне срок до лета, когда можно всё обдумать и навести справки. Ну и провести дни с этой двоицей. Ибо потом всё моё естество, все мои мысли, и даже сердце — всё это займёт теперешняя задача. И я решу её. Хотя бы для того, чтобы окончательно во всём разобраться и больше не бередить себе разум и сердце.

Не знаю, что я сделаю, если мой план удастся, даже думать об этом боюсь, но если всё окажется напрасно, то я с удовольствием отдамся одной-единственной цели. Я посвящу всего себя уничтожению крылатых тварей. И это скверно. Для них.

«„--“„--“„--“»

У автора есть группа в ВК, подпишись: https://vk.com/de_cuaquero

Другие книги автора можно найти по ссылке: http://author.today/u/decuaquero