Реакция мистера «Дверь» оказалась до одури странной. Он разразился смехом, не умолкая добрый десяток секунд, после чего выплюнул одно-единственное леденящее предостережение: «Берегись Зрителей».

Какая, скажите на милость, между этим и моими вопросами связь?

Уцепившись за Его наводку, я принялся скрупулезно, по крупицам восстанавливать в уме текст второй «Скрижали Богохульства» и внезапно нащупал вопиющую, зияющую аномалию. Будучи Потусторонним, чьи корни уходят в стезю «Эрудита», я с полным правом горжусь своей феноменальной, абсолютной памятью. То, что хоть раз попалось мне на глаза, впечатывается намертво. И всё же, я кристально ясно помнил, что нулевая Последовательность Пути «Зрителя» носит титул «Фантазера», но при этом в голове не осталось ни единой, даже самой жалкой зацепки о том, в чем именно кроется ритуал возвышения до этого божественного ранга!

Обряды становления богом для остальных двадцати одной стези я мог процитировать без запинки. И лишь этот единственный ритуал напрочь испарился из сознания, словно я сам, ведомый слепыми инстинктами, старательно вымарал его из подкорки.

Закинув удочку, я осторожно поинтересовался у мистера «Дверь», каково же таинство возвышения для «Зрителя»?

Мистер «Дверь» вновь рассмеялся и с вальяжной, издевательской насмешкой проронил: «Разве ты только что сам не озвучил ответ?»

Дьявол… Выходит, ритуал «Зрителя» кроется в том, чтобы силой направить развитие эпохи строго по своему заранее написанному сценарию? А затем, дождавшись переломного, рокового момента и купаясь в созданных тобой же веяниях времени, опрокинуть в себя эликсир и совершить прорыв⁈

Готов биться об заклад, именно в этом и таится подлинная истина!

На фоне тех пространных баек, мол, «само время — это лишь осколок Первозданного Творца, и покуда ход истории отвечает Его чаяниям, Он черпает из него мощь для собственного воскрешения», этот расклад выглядит куда более прагматичным и прозрачным. Хех, я же нутром чуял, что среди отцов-основателей той сокрытой во мраке древней ложи, помимо отбитых наглухо фанатиков, стопроцентно затесался кто-то, преследующий сугубо корыстные, эгоистичные цели!

Если копнуть глубже, от всей этой картины волосы встают дыбом. Пока ты барахтаешься на низших или средних ступенях, до тебя никому нет дела. Но стоит лишь вскарабкаться повыше — и любая твоя дерзкая идея, свежий взгляд или грандиозный замысел, идущий вразрез с подковерным сценарием некой всемогущей сущности, может обернуться фатальным крахом. Ты и глазом моргнуть не успеешь, как исподволь, ведомый незримыми ниточками, пустишь свою жизнь под откос, или же будешь безжалостно, молниеносно стерт в порошок…

Воистину, берегись Зрителей!'

«Меня до смерти глодало любопытство: каким образом мистер „Дверь“ вообще раздобыл сведения о второй „Скрижали“ и обрядах божественного возвышения? Его ответ прозвучал убийственно просто: в свое время Он воочию, от корки до корки проштудировал нетронутый оригинал. А компанию Ему тогда составили Соломон, Заратул, Тюдор, Трэнсост, Август, Айнхорн, Сорен, Кастия, Сороастр, Стивани, Константин вкупе с остальными мастодонтами… И каждое из этих имен — это династия, безраздельно доминирующая над всем миром Потусторонних в Четвертую Эпоху!»

От тех чудовищных секретов, что скрывались на этой пожелтевшей странице, Клейна прошибло таким леденящим шоком, словно он только что столкнулся лоб в лоб с полномасштабной мифической формой. Разум юноши буквально разорвало на части от штормового натиска первобытных, запредельных знаний.

«Ритуал возвышения „Зрителя“ зиждется на том, чтобы заставить эпоху плясать под дудку собственных фантазий⁈ Если эта теория бьет в яблочко, то Адам целенаправленно, с ледяным расчетом выстраивал фундамент для этого прорыва еще с Четвертой Эпохи… Стало быть, тот самый колоссальный секрет, что таит в себе монарх Георг III, и те грандиозные потрясения, что он за собой потянет — всё это безупречно укладывается в Его сценарий? А то и вовсе было срежиссировано Его же руками? И стоит лишь этой сокрушительной волне нового времени набрать критическую массу, когда повернуть вспять станет физически немыслимо, Он победоносно взойдет на божественный престол⁈»

При таком раскладе дальнейшее ковыряние в подноготной Великого баклундского смога превращалось в чистой воды самоубийство. Даже с его нынешним статусом благословенного Богини Вечной Ночи, казенной крышей за спиной и возможностью в любую секунду заручиться подмогой ангела, гарантий выживания не было никаких. Как-никак, Богиня нынче по уши увязла в узурпации и вряд ли сможет ниспослать подлинное божественное нисхождение в обозримом будущем… Клейн, чьи мысли неслись вскачь, на какую-то долю секунды всерьез захотел дать по тормозам и отступить.

В былые времена ему хватило бы лишь слить эту дичь инквизиторам Церкви Ночи, умыть руки и со спокойной душой укатить из Баклунда на какой-нибудь курорт. Но теперь, неся на себе бремя избранника Богини и клятвенно пообещав выследить Хевена Рамбиса вкупе с «Белой Святой» Катариной, дать деру было попросту не по чину.

Воистину, каждый обретенный куш неизбежно тащит за собой свой собственный, суровый ценник.

Ко всему прочему, сыщик ни сном ни духом не ведал, какого именно развития событий жаждет Адам. Если Его сценарий подразумевает повторение кровавой мясорубки масштабов Баклундского смога, Клейн банально не сможет поджать хвост и остаться в стороне. В этом городе дышали те, кто был ему дорог, здесь теплилась та самая безмятежность, о которой он так отчаянно грезил.

«Кровь из носу необходимо выпотрошить секрет монарха, а уж потом рубить сплеча и планировать дальнейшие ходы… Интересно, какие еще запредельные тайны, помимо путей Потусторонних и формул эликсиров, таила в себе вторая „Скрижаль Богохульства“?» — юноша отвел взгляд, позволив зажатому в руке дневнику Рассела бесследно раствориться в воздухе.

Вслед за этим владыка, сохранив на лице маску ледяной, непоколебимой безмятежности, обвел собравшихся тяжелым взором и с легкой улыбкой изрек:

— Можете приступать.

В этот самый миг «Справедливость» Одри, совершенно не скрывая бьющего через край любопытства, грациозно, чуть заметно приподняла руку:

— Достопочтенный господин Шут, смею ли я поинтересоваться: таит ли в себе некий сокровенный смысл тот самый крест, что покоится прямо подле вашей руки?

— Если ответ требует равноценного обмена, вы вольны с ходу обозначить цену.

Клейн выложил «Неомраченный крест» на столешницу именно ради того, чтобы спровоцировать резидентов ложи на расспросы. Это был безупречный, изящный маневр, дабы влить нужные сведения в уши малыша «Солнца» и, возможно, «Повешенного», кому эта реликвия могла прийтись весьма кстати. В конце концов, снисходить до того, чтобы самолично заводить шарманку и расхваливать товар, заоблачному статусу «Шута» было попросту не по чину.

А потому он с благосклонной усмешкой перевел взгляд на мисс «Справедливость»:

— В этом вопросе нет никакой тайны за семью печатями.

— Это наследие того самого Древнего бога Солнца.

Древнего бога Солнца… Того самого Создателя, перед которым в благоговейном трепете бьет поклоны Город Серебра⁈ Подумать только, этот крест таит в себе столь немыслимую, хтоническую родословную⁈ И подобная реликвия преспокойно пылилась в карманах какого-то жалкого начальника дворцовой стражи шестой или пятой Последовательности⁈ Не слишком ли густо для слепого совпадения? Услышав откровение Владыки, «Фокусник» Форс едва не поперхнулась воздухом, напрочь отказываясь верить собственным ушам.

Тем временем «Шут» Клейн, словно невзначай, небрежно добавил:

— Калибр у него отнюдь не заоблачный, реликвия соответствует лишь ступени «Неомраченного». Ее стержневой талант кроется в выжигании ментальной скверны из Потусторонних характеристик. Вдобавок она способна подсобить тем бедолагам, кто по неосторожности хлебнул лишнего эликсира, безопасно вымыв излишки мощи, а то и вовсе вернуть к заурядной жизни тех, кто жаждет порвать с мистическим миром.

«Воистину, диковинный, поразительный дар… Немудрено, что господин „Мир“ давеча закидывал удочку, выпытывая, не желаю ли я при случае навсегда сбросить с себя оковы этого сокрытого мира…» — «Справедливость» Одри мгновенно ощутила, как её жгучее любопытство было удовлетворено сполна.

«Так и знал… Не удивительно, что от одной лишь ауры этой побрякушки меня пробирает леденящий, тошнотворный зуд…» — вынес внутренний вердикт «Луна» Эмлин, искоса мазнув тяжелым взглядом по некоему «Солнцу».

Само же «Солнце» Деррик разрывался между искренним ошеломлением и бьющим через край восторгом. Паренек чувствовал себя так, словно его самая сокровенная, недосягаемая мечта только что обрела плоть.

Его жизненным кредо, его путеводной звездой было вырвать весь Город Серебра из лап чудовищного проклятия. Вывести соплеменников обратно к живительным лучам солнца, чтобы им больше не приходилось денно и нощно корчиться под гнетом безумия, агонии и бесконечных мук.

И если этот триумф суждено выковать, унаследовав реликвию самого Древнего бога Солнца — того самого Создателя, которому они испокон веков бьют поклоны, — в этом крылась воистину пугающая, железобетонная предопределенность и тяжелая рука фатума.

Опередив «Повешенного», он выпалил на одном дыхании:

— Достопочтенный господин Шут, дозволено ли мне изыскать способ и выкупить этот артефакт?

— Покуда ты способен выложить равноценную плату, — Клейн ответил едва заметным, благосклонным кивком.

«…До чего же господин Шут милосерден! Воистину, Его величие не знает границ!» — «Солнце» Деррик от всего сердца, с первобытным благоговением вознес мысленную хвалу владыке.

«Покуда способен выложить равноценную плату…» «Повешенный» Элджер, чьи мозги тут же зацепились за ту изящную схему аренды «Дневника путешествий Леймано», что практиковала мисс «Фокусник», молниеносно подхватил инициативу:

— Достопочтенный господин Шут, а мыслимо ли, предложив должный куш, взять это распятие в аренду на денек-другой, или хотя бы на пару часов?

Положа руку на сердце, прямо сейчас нужды во фрахте у него не было. Эликсир «Благословенного ветром» переваривался на удивление резво, и моряк резонно рассудил: вот как опрокинет в себя дополнительную порцию «Океанского Певца», тогда и будет ломать голову над вымыванием излишков Потусторонних характеристик.

— Вполне, — скупо, рубя суть, отозвался «Шут» Клейн.

«Аренда дозволена⁈» «Звезда» Леонард, уже успевший сорвать солидный куш на прокате «Дневника путешествий Леймано», при этих словах господина Шута мгновенно взбодрился. Поэт тут же принялся лихорадочно, с параноидальной дотошностью прикидывать, не затесалась ли в его планах брешь, которую можно было бы залатать реликвией самого Древнего бога Солнца.

Спустя пару секунд мозгового штурма юноша констатировал: подобной нужды у него отродясь не водилось.

В конце концов, в искусстве истребления мстительных духов и призраков Путь «Солнца» отнюдь не был монополистом — арсенал стези «Ночи» бил по нежити ничуть не слабее!

К тому же, покинув Тинген и благополучно вернувшись в Баклунд, Леонард уже успел разжиться четырьмя свежевыкованными амулетами «Солнечного пламени». Две штуки он железобетонно намеревался отстегнуть Клейну в качестве гонорара за разведданные, а оставшуюся парочку приберечь в собственных закромах как убойный козырь.

Что же до вымывания излишков Потусторонних характеристик или трусливого побега из мистического мира — об этом и речи быть не могло. Юноша как раз стоял в шаге от ритуала, готовясь прорваться на ступень «Шамана духов»!

В этот самый миг «Фокусник» Форс искоса мазнула виноватым взглядом по «Суду» Сио, почувствовав, как душу начинает грызть горькая, щемящая досада.

И сожалела она вовсе не о том, что они с легким сердцем пожертвовали этот крест господину Шуту. Девушку снедала мысль: с какой стати она не додумалась перед алтарем пустить в ход собственные таланты или «Дневник путешествий Леймано», дабы запечатлеть столь чудовищную, первобытную мощь!

Разумеется, корень проблемы таился в ее банальной, въевшейся трусоватости. Не сумев прощупать артефакт фокусами «Астролога» и оставаясь в слепом неведении насчет его пагубных побочных эффектов, она просто не отважилась лезть на рожон и искушать судьбу.

«Как ни крути, теперь я всегда смогу взять эту дрянь в аренду напрямую у господина Шута…» — Форс титаническим усилием воли заставила себя воспрянуть духом, выискивая в ситуации светлые стороны.

Удостоверившись, что больше никто не жаждет бить челом с прошениями, «Шут» Клейн вальяжно отвел взор. Легким, властным жестом он дал резидентам ложи отмашку приступать к торговле и обмену агентурными сводками.

По правде говоря, на горизонте маячил еще один, скрытый претендент, кому «Неомраченный крест» был нужен как воздух. И им был не кто иной, как сильнейший охотник Туманного моря — Андерсон! Едва этот пройдоха ступил на палубу «Золотой Мечты», «вице-адмирал Айсберг» тут же взяла его в оборот, подвергая целой серии зубодробительных экспериментов в отчаянных попытках переварить ту чужеродную дрянь в его кишках. Кое-каких плодов они уже добились, однако выжечь эту фатальную угрозу с корнем так и не смогли.

«Чуть погодя натравлю-ка я Даница, пусть закинет удочку и прощупает почву…» — беззвучно пробормотал себе под нос Клейн, выстраивая в голове очередной прагматичный план.

В этот самый миг «Справедливость» Одри озвучила свой запрос для торгов:

— Дамы и господа, не найдется ли у кого-нибудь из вас сердца ловца снов, кристалла ментального фантома или же целого мозга взрослого Дракона Разума?

Глава 1037

Вопрос Германа

Выслушав слова мисс «Справедливости», «Солнце» Деррик с неподдельным энтузиазмом отозвался:

— В закромах Города Серебра почти наверняка пылится неповрежденный мозг взрослого Дракона Разума. По возвращении я обязательно наведу справки и дам вам знать.