Её взгляд мгновенно заледенел. Не теряя ни доли секунды, она резко присела и выбросила руки вперед, мертвой хваткой вцепившись в лодыжки Сио и виконта Стратфорда.

Синхронно с этим маневром на её браслете ослепительно полыхнул последний, испещренный следами ожогов темно-синий камень, исторгая из своих недр призрачное, бледно-голубое свечение.

В мгновение ока силуэты Форс, Сио, виконта Стратфорда и бездыханной Шерманны налились абсолютной прозрачностью и бесследно растворились в воздухе.

Спустя пару-тройку судорожных вздохов они благополучно покинули район доков, материализовавшись далеко за городом, на самых окраинах района Святого Георгия.

В процессе этого пространственного скачка Форс, пустив в ход свои таланты «Архивариуса», виртуозно и успешно сорвала куш, скопировав заклинание «Странствия».

Цепким взглядом просканировав округу и удостоверившись, что они оказались в глухой, безлюдной лесистой местности, писательница наконец разжала пальцы, выпустив ноги подруги и аристократа, и с облегчением выпрямилась.

— Заручившись благословением ангела господина «Шута», мы, считай, вытащили счастливый билет. Теперь нам вряд ли что-то угрожает, да и тот ублюдок, что оставил «послание», стопроцентно потерял наш след, — с шумом выдохнув, с легкой дрожью в голосе проронила Форс. — Та тварь, что нагрянула под занавес, была как минимум святым. Хвала небесам, что мы так резво унесли ноги…

Сио бережно, словно хрустальную, опустила на землю мертвую Шерманну и, погрузившись в раздумья, произнесла:

— Если автор «послания» всё это время держал её под колпаком, то наши с тобой адреса ему почти наверняка известны. Соваться домой теперь — чистой воды самоубийство.

— Угу, заляжем на дно в другом месте, — со знанием дела отозвалась Форс. Переведя тяжелый взгляд на окоченевшего, валяющегося без сознания виконта Стратфорда, она добавила: — Самое время переходить к допросу. Тянуть кота за хвост не стоит.

Бросив эти слова, она сноровисто всучила подруге «Дневник путешествий Леймано», снабдив его кратким напутствием:

— Там есть «Чтение мыслей», пускай его в ход вместе с пламенем свечи. И да, заходи издалека: начни с какой-нибудь банальной, пустяковой ерунды, чтобы усыпить его бдительность и сломать ментальные барьеры.

Сио с абсолютно каменным, суровым лицом только-только перехватила магический фолиант, как вдруг ее запястье предательски дернулось. Пальцы разжались, напрочь утратив способность удерживать «Дневник путешествий Леймано».

Шмяк!

Покрытая патиной магическая книга рухнула прямо на землю. Охотница в недоумении сдвинула брови:

— Она жжется, словно пламя…

Форс, чья память еще свежа была аналогичным, болезненным опытом, молниеносно сложила два и два:

— Попробуй-ка выкинуть тот крест из кармана.

Сио без лишних слов последовала совету. Едва избавившись от артефакта, она играючи, без малейшего дискомфорта подобрала «Дневник путешествий Леймано».

«Стало быть, эта дрянь на дух не переносит конкуренции и отторгает другие мистические артефакты…» — проследив за этим фокусом, глубокомысленно кивнула Форс.

Сио благоразумно не стала зацикливаться на этой оккультной загадке. Сноровисто порывшись в карманах, она извлекла и запалила свечу.

Следом девушка резким движением выдернула «Клинок Стужи» из плоти Стратфорда. Виконт мигом избавился от своего деревянного, ледяного оцепенения, больше не напоминая марионетку, одержимую мстительным духом.

Дождавшись, пока начальник дворцовой стражи с хриплым стоном начнет приходить в себя, она ювелирным движением пальцев активировала нужную страницу в магической книге.

Разум Стратфорда в ту же секунду заволокло густым, непроницаемым туманом. В его остекленевших зрачках теперь отражалось лишь тусклое, гипнотическое пламя свечи.

— Ради чего Шерманна вообще пыталась втереться к тебе в доверие? — задала Сио первый, загодя заготовленный вопрос.

Виконт, словно безвольный болванчик, монотонно отозвался:

— Она хотела разнюхать, кому именно я присягнул на верность.

Сио на миг опешила и на чистых инстинктах выпалила следующий вопрос:

— И кому же ты на самом деле служишь?

Виконт Стратфорд с пугающей, деревянной медлительностью вытолкнул из себя ответ:

— Разумеется, Его Величеству Королю.

Глава 1023

Смерть Мейсона Дира

«Его Величество Король…» — услышав ответ виконта Стратфорда, Сио на мгновение опешила, а её душу захлестнула волна глухого недоумения.

Девушка решительно не могла взять в толк, с какой стати Шерманне понадобилось так отчаянно втираться в доверие к начальнику дворцовой стражи лишь ради того, чтобы выведать, кому тот присягнул на верность. Эта информация отнюдь не казалась чем-то поистине критичным или баснословно ценным.

Да и сам ответ Стратфорда прозвучал донельзя безупречно, в полном соответствии с канонами — придраться было абсолютно не к чему.

И ради такого жалкого ответа Шерманна поплатилась собственной жизнью? Охотница за головами уже приоткрыла рот, порываясь выпытать подлинные мотивы, толкнувшие Ведьму на это пустяковое расследование. Вот только вовремя одернула себя: лезть напролом к самым сокровенным тайнам было чревато. Виконт еще не до конца погрузился в транс, и подобная спешка могла легко спровоцировать в его разуме всплеск сопротивления. Титаническим усилием воли Сио подавила этот порыв.

Выдержав короткую паузу, она зашла с другого фланга:

— Тебе знакомо имя Мейсон Дир?

— Знакомо, — с абсолютно остекленевшим, безжизненным взглядом отозвался виконт.

Сио Дереча продолжила методично забрасывать его простенькими, на первый взгляд пустяковыми вопросами:

— Кто он такой?

— Прежний начальник королевской дворцовой стражи, — Стратфорд рубил сухо, строго по существу, не пускаясь ни в какие пространные объяснения.

Тем временем Форс, благоразумно пропустив мимо ушей эту поверхностную стадию «Чтения мыслей», сноровисто выудила свой кристально-чистый шар и незаметно опустила его в карман подруги.

Покончив с передачей, писательница вновь склонилась над землей, с параноидальной осторожностью потянувшись к покрытому густой патиной распятию.

На сей раз, пускай её пальцы и предательски подрагивали, того леденящего, выжигающего саму душу жара так и не последовало. Форс играючи, без малейшего дискомфорта подхватила усеянную острыми шипами реликвию.

«Так я и знала. Эта дрянь на дух не переносит любые другие мистические артефакты, наглухо отторгая конкурентов… Погодите-ка, у меня ведь за пазухой всё еще болтается „Лунный бумажный человечек“ вкупе с остаточной духовностью древнего мстительного духа, а крест даже не шелохнулся… Выходит, он брезгует лишь теми предметами, в которых пульсирует Потусторонняя характеристика, а к голой духовности и магии вполне терпим? Но если так, не начнет ли он отторгать и мою собственную Потустороннюю суть? Быть может, этот процесс просто идет исподволь, не так агрессивно… Неужто в этом и кроется его второй пагубный побочный эффект, требующий времени для разгона?» — Форс, в общих чертах раскусив природу древнего артефакта, с ледяной бдительностью упрятала покрытое патиной распятие в потайной мешочек для ритуальных компонентов.

Управившись с трофеем, девушка опустила взгляд на свое запястье. Серебряный браслет теперь сиротливо пустовал, напрочь лишившись малейших украшений.

Те самые пять камней, даровавших ей власть «Странствия», были благополучно пущены в расход без остатка.

Впрочем, былой животной паники Форс больше не испытывала. И пускай писательница железобетонно уяснила: с каждым истраченным камнем инфернальный «бред полнолуния» будет вгрызаться в разум всё отчетливее и яростнее, она свято верила в несокрушимую защиту господина «Шута». За минувший год, если бы не нудноватая обязанность каждое полнолуние или Кровавую луну пережидать кризис в таинственных чертогах над серой мглой, она бы уже и думать забыла об этом леденящем проклятии.

«Искренне уповаю, что однажды эта дрянь выветрится окончательно…» — оторвав взор от потускневшего серебра, Форс невольно, с тяжелым сердцем вздохнула.

А в следующее мгновение её душу затопила волна первозданной, искренней благодарности к Владыке:

'…Какие бы сокрытые во мраке цели Он ни преследовал, господин Шут раз за разом вытаскивал меня из петли. И далеко не только спасая от «бреда полнолуния»…

'А этот крест… калибр у него явно заоблачный. Одному богу известно, польстится ли Владыка на такую игрушку, снизойдет ли до принятия жертвы… В былые времена мои карманы зияли пустотой, да и толковых разведданных не водилось, чтобы хоть как-то отплатить за божественную милость. Но теперь-то шанс воистину грандиозный…

'Эх… Вот только куш-то мы сорвали на пару с Сио, и моя здесь лишь половина. Примет ли господин Шут подношение, на которое у меня лишь частичные права?.. Нет, Сио ведь тоже не раз выкарабкивалась благодаря Его заступничеству…

«Хе-хе, а вдруг этот презент придется Ему по вкусу? Глядишь, расщедрится и ниспошлет парочку паранормальных талантов прямиком на страницы „Дневника путешествий Леймано“… Стоп, губа-то не дура! Моему блокноту божественную мощь отродясь не переварить, разорвет к чертям собачьим… Ну, тогда хотя бы фокусы от Его ангелов сгодятся. Нет, нет, зарываться не стоит. Если Он хотя бы прикажет господину „Миру“ поделиться парочкой своих убойных навыков — я уже буду на седьмом небе от счастья…»

Мысли Форс вихрем неслись вскачь, рисуя в голове самые сладкие, пьянящие воздушные замки.

В конце концов, подобный полет фантазии был намертво въевшимся инстинктом любого успешного романиста.

А столь фанатичная жажда разжиться именно паранормальными слепками, презрев любые иные блага, объяснялась просто: сегодня девушка на собственной шкуре, кристально ясно осознала всю ту сокрушительную, леденящую кровь мощь, что таят в себе таланты полубожественного ранга.

Не пылись на страницах «Дневника путешествий Леймано» тот самый «Торнадо», им бы с Сио ни за какие коврижки не удалось загнать виконта Стратфорда в угол. Да что там — они бы и ноги живыми вряд ли унесли!

— Даже если вынести за скобки это проклятое, покрытое патиной распятие, сам начальник дворцовой стражи оставался до одури опасным противником. Не угоди он с первой же секунды в мясорубку смерча и не получи тяжелую контузию, их изящная засада стопроцентно бы захлебнулась. Аристократ мигом бы пришел в себя и обрушил на них фатальную контратаку.

Разумеется, стержневым, переломным моментом этой скоротечной бойни стало именно то, что им удалось выбить из рук виконта его «Светоносный крест». И этот триумф тоже всецело лежал на плечах сокрушительного вихря.

'А если пораскинуть мозгами… Столкнись мы в более спокойной обстановке, вычеркни из уравнения его патинированный крест и мои полубожественные козыри из блокнота — наши с Сио шансы стереть Стратфорда в порошок всё равно были бы весьма и весьма недурны. Я бы даже сказала, надежда на триумф колоссальна…

'Весь этот пёстрый, грамотно скомбинированный арсенал заклинаний из «Дневника» — штука воистину убойная. Приплюсуем сюда «Ментальный прокол» Сио, леденящую хватку «Клинка Стужи» и её яростный лобовой напор. Не будь у виконта в рукаве какой-нибудь заоблачной мистической дряни, его бесславный финал был бы лишь вопросом времени…

«Надо же, а прожженный, набравшийся опыта „Архивариус“ — это тот еще монстр во плоти…» — чем глубже Форс препарировала ситуацию, тем сильнее её захлестывало диковинное, почти сюрреалистичное чувство.

Она вдруг осознала: похоже, она сама превратилась в чертовски грозную силу!

Еще тогда, в схватке с древними мстительными духами, в ней проклюнулись первые ростки подобной уверенности. Вот только внезапное осквернение наглухо выбило у неё почву из-под ног, оставив после себя лишь животный, парализующий страх, напрочь отбивший желание копаться в собственных талантах. А в той недавней заварушке с экзекуцией Оунеса Бояра, этого спесивого вампирского виконта, они с Сио лишь стояли на подхвате, так что шанса взвесить свою подлинную мощь им не выпало.

А вот сегодняшняя дичь была кристально ясна. Виконт Стратфорд, начальник дворцовой стражи самого лоэнского монарха, железобетонно стоял как минимум на шестой, а то и пятой Последовательности, да еще и козырял артефактом полубожественного ранга. Этот безупречный маркер позволил Форс безошибочно нащупать собственное место в иерархии Потусторонних. И пусть львиная доля их триумфа зиждилась на подлой засаде, виртуозно спланированный и исполненный удар в спину — это тоже показатель нешуточного мастерства.

«Я уже перешагнула порог „Архивариуса“. Забив арсенал убойными комбинациями и держа в руках „Дневник путешествий Леймано“, я вполне могу тягаться на равных с матерыми магами пятой ступени… Единственная зияющая брешь — мне катастрофически не хватает реального боевого опыта…» — Форс, предаваясь этим внутренним восторгам, вновь устремила взор на Сио и поверженного аристократа, навострив уши.

Тем временем допрос, ведомый Сио, вплотную подобрался к самым сокровенным тайнам, грозящим вызвать лютое отторжение разума:

— За что именно поплатился жизнью Мейсон Дир?

Едва этот вопрос сорвался с её губ, лицо охотницы за головами исказил калейдоскоп диких, противоречивых эмоций. В нем дико сплелись воедино жгучая надежда, щемящая тревога, пьянящий трепет и первобытный ужас.

Именно эту загадку она отчаянно жаждала разгадать последние долгие восемь лет. Без малого три тысячи дней и ночей она рыла землю носом, маниакально выискивая истину. И всё же до смерти боялась, что ответ окажется сокрушительным ударом. Страшилась услышать, что отец и впрямь замарал руки в том грязном мятеже, по праву заслужив петлю и покрыв их род несмываемым позором.

Виконт Стратфорд ответил отнюдь не сразу. Его лицо на миг исказила гримаса мучительной внутренней борьбы, прежде чем он глухо выдавил: