Одри Холл!

Впрочем, рубить сплеча Сио не стала. В высшем свете Лоэна светлые и темные волосы в тандеме с зелеными или голубыми глазами встречались сплошь и рядом, образуя самые разные комбинации. К тому же одному богу было известно, сколько именно пешек Алхимия Психологии успела завербовать в этих элитных кругах. А потому, опираясь лишь на эти скупые приметы, пригвоздить подозрения конкретно к леди Одри было бы чересчур самонадеянно.

Пока девушка прикидывала, как бы незаметно продолжить свои наблюдения, «Повешенный» Элджер уже взял инициативу в свои руки:

— Не стоит раздувать из мухи слона. Великие ортодоксальные Церкви выстроили железобетонную систему защиты для своих наиболее ценных прихожан. Эти барьеры, выкованные за тысячелетия кровавого опыта, надежно оберегают их от яда, кинжала ассасина и чужого гипноза. Сломать подобный щит — задачка не из легких. Если взглянуть на вещи трезво: умей Алхимия Психологии так играючи дергать за ниточки высшего света, подчиняя аристократов своей воле, то бразды правления Королевством давно бы оказались в их руках, сместив и корону, и три столпа веры. Но, как мы видим, реальность красноречиво вопит об обратном.

— Более того, вы сами упомянули: Хевен Рамбис ограничился лишь внушением собирать разведданные о настроениях знати. Он ведет себя с параноидальной осмотрительностью, не перегибая палку и до смерти боясь оставить грязные следы. Вдобавок, сдается мне, ваш реальный вес в светских кулуарах пока оставляет желать лучшего — вы вращаетесь на периферии, не имея доступа к рычагам большой политики. Оттого и церковный надзор за вашей персоной, равно как и проверки на предмет ментальной порчи, носят весьма поверхностный характер. Именно эта уязвимость и сделала вас идеальной мишенью для Рамбиса.

«А господин Повешенный, погляжу, разложил всё по полочкам с пугающей дотошностью… Спору нет, в былые времена он точно так же охотно наставлял малыша Солнце и остальных, вот только в тех речах неизменно сквозил корыстный подтекст — жажда выудить бесценные крохи информации взамен. А сейчас? Ни малейшего намека на попытку сорвать куш. Хм, да и те виртуозные советы по организации карательной операции из той же оперы… Если пораскинуть мозгами, подобные метаморфозы в его поведении пустили корни уже давненько, просто я упустила этот плавный сдвиг из виду…» — профессиональная деформация «Зрителя» взяла верх, и Одри молниеносно препарировала психологический профиль моряка.

В ее голове тут же созрела весьма правдоподобная гипотеза: господин «Повешенный» осознанно перекраивает свое позиционирование внутри ложи!

С того самого дня, как леди «Отшельник» присягнула Клубу Таро, выложив на стол свои колоссальные морские связи и ресурсы, «Повешенный» инстинктивно начал искать новые пути, отчаянно силясь доказать собственную, уникальную незаменимость и не слиться с пираткой в одну серую массу… Покуда их карманный «Ремесленник» не вляпался в неприятности, эти сдвиги не бросались в глаза. Пожалуй, даже сам моряк действовал скорее по наитию, не до конца осознавая свои мотивы. И лишь недавно у него в голове окончательно прояснилось… Железобетонная логика: чтобы удержать свой заоблачный авторитет за этим столом, мало просто рвать жилы, повышая боевую мощь. Жизненно необходимо стать тем самым несокрушимым, мозговым центром для всей команды… Вихрь этих мыслей пронесся в сознании Одри за долю секунды, после чего она виртуозно вернула фокус к насущной проблеме.

Погрузившись в короткие раздумья, девушка бессознательно понизила голос, придав ему свинцовую серьезность:

— Но не вытекает ли из этого, что ортодоксальные Церкви точно так же держат под плотным колпаком всю правящую верхушку, исподволь направляя их волю и дергая за ниточки?

Именно эта леденящая душу мысль пронзила ее еще там, в кабинете «Лоэнского благотворительного фонда поддержки образования».

И те бессознательные, хаотичные каракули, что она вывела на бумаге, были не чем иным, как кричащим воплощением этого подспудного страха!

В дебрях психологии образы, рожденные в подобном трансе, редко служат прямым указанием на конкретных людей или объекты. Скорее, это абстрактные метафоры. И те самые «холодные, пронзительные глаза» чаще всего символизируют первобытный ужас перед незримым, всевидящим надзором — страх того, что некая подавляющая внешняя сила взяла на мушку тебя и твоих близких, методично сжимая удавку контроля.

Сплетя воедино тот мандраж из-за внушения Хевена Рамбиса и всплывшее в памяти воспоминание о том, как архиепископ Баклундской епархии самолично вел мессы для ее родителей, Одри вынесла самой себе безжалостный вердикт. Она до смерти боялась не только ментальных ловушек Алхимии Психологии. В ее душе пустил корни и страх перед ортодоксальными Церквями: где гарантии, что эти святые иерархи не пускают в ход паранормальные таланты, вбивая в головы титулованной паствы нужные мысли и заставляя их покорно плясать под чужую дудку вразрез с собственными идеалами?

Для юной аристократки, впитавшей каноны и догматы с молоком матери, подобные крамольные мысли казались вопиющим богохульством и предательством. Немудрено, что в тот миг ее нервы не выдержали, и она пулей обратила изрисованный лист в серый пепел.

Внимательно выслушав опасения мисс «Справедливости», «Повешенный» Элджер разразился тихим, насмешливым фырканьем:

— А что в этом из ряда вон выходящего? Вращаясь в человеческом социуме, вы априори обрекаете себя на жизнь под надзором, неизбежно подчиняясь чужому контролю и направляющей руке.

— Спору нет, ваш страх мне кристально ясен. Но пораскиньте мозгами: в чем, скажите на милость, фундаментальная разница между властью, выкованной из титулов, звенящих монет и пороха, и той, что зиждется на паранормальных талантах?

— Разница лишь в одном: в первом случае вы скрежещете зубами, осознавая, что пляшете под чужую дудку против воли, но вынуждены подчиниться. Во втором же — мысль о сопротивлении даже не возникает в вашей голове.

Одри, не раздумывая ни мгновения, твердо закивала:

— Истинно так! Это наглухо заковывает в кандалы сам рассудок и душу, лишая их даже призрачной свободы. И именно в этом кроется самая леденящая кровь жуть!

«Повешенный» Элджер вновь издал легкий смешок:

— Абсолютной свободы духа не существует в природе. С того самого мига, как вы принимаете веру или присягаете идеалам, вы добровольно надеваете на себя их незримое ярмо. Если взять то же Королевство Лоэн: три столпа Церкви вкупе с правящей династией выстроили безупречную систему сдержек и противовесов. Вздумай Церковь Повелителя Бурь перегнуть палку в отношении какой-нибудь важной шишки, и этот бедолага в два счета переметнется под крыло Богини Вечной Ночи. А потому в львиной доле случаев ортодоксальные иерархи предпочитают манипулировать элитой через духовный авторитет и общность взглядов, благоразумно не прибегая к грубой мистике.

«Система сдержек и противовесов…» — Одри мысленно перекатала этот термин на языке. Перед ней словно распахнулись новые горизонты: устройство высших эшелонов Королевства, да и всего мироздания в целом, обрело кристальную ясность. И пусть она не раз сталкивалась с этим понятием в книгах, лишь теперь его подлинная, циничная суть дошла до нее во всей полноте.

В эту самую долю секунды девушка физически ощутила, как её юношеский максимализм осыпается шелухой, уступая место холодной, взрослой зрелости.

— Примите мою глубочайшую признательность за разъяснения, господин «Повешенный», — с искренним уважением отозвалась Одри. — Но как же мне теперь вести игру с Хевеном Рамбисом?

«Повешенный» Элджер размеренным, ровным тоном продолжил:

— Проблема не терпит спешки. Вашего багажа навыков с лихвой хватит, чтобы водить его за нос: скармливайте ему пыль в глаза в виде пустяковых агентурных сводок, наглухо оберегая критические тайны. И параллельно выжидайте идеальный момент, дабы выудить из него рецепты зелий, а то и сами паранормальные материалы.

— А уж когда воды утечет достаточно и расклад на доске изменится, тогда и перекроите свою стратегию. Разумеется, терять бдительность смерти подобно — участь герцога Негана служит тому железобетонным, кровавым уроком.

Не успело эхо его слов растаять под сводами, как восседающий в самом конце изъеденного патиной стола «Мир» Герман Воробей вперил тяжелый взгляд в мисс «Справедливость» и хрипло усмехнулся:

— К тому времени, даже если Хевен Рамбис благополучно сыграет в ящик, ни одна живая душа не бросит на вас и тени подозрения.

«Сыграет в ящик… Прикажет долго жить… А ведь он — самый настоящий полубог! Неужто господин Мир всерьез вознамерился пустить Хевена Рамбиса в расход? Хм, звучит вполне логично: он с маниакальным упорством роет землю по делу Карона, да и подлинную личину Рамбиса вытащил на свет именно он…» — глаза «Справедливости» Одри изумленно округлились, а в душе поднялась настоящая буря.

Положа руку на сердце, даже в те мгновения, когда отвращение и первобытный страх перед попечителем Алхимии Психологии достигали пика, девушке и в голову не приходило вынести ему смертный приговор. Все её помыслы сводились лишь к виртуозному уклонению от его ментальных капканов. Во-первых, подобная кровожадность была ей попросту чужда, а во-вторых — перед ней высился мастодонт полубожественного калибра.

Сущность, чья мощь по праву относилась к высшим, заоблачным эшелонам Королевства и Церкви!

— Я кристально ясно поняла свою задачу. Благодарю вас, — Одри коротко, глубоко вдохнула и отвесила учтивый поклон.

«А Клейн, погляжу, нынче берет заоблачные планки… Дьявол, да он же вознамерился выжечь столичных клонов Амона, так что какой-то там Хевен Рамбис для него — сущая пыль под сапогами…» — «Звезда» Леонард одарил «Мира» Германа Воробья весьма тяжелым, многозначительным взглядом.

«Отшельник» Катлея вкупе с остальными резидентами ложи благоразумно сохранили глухое молчание.

Едва дискуссия вокруг Алхимии Психологии сошла на нет, Клейн дернул за ниточки «Мира» Германа Воробья, заставив марионетку обратить взор во главу бронзового стола:

— Достопочтенный господин Шут, я бы хотел перекинуться парой слов с господином «Звездой» с глазу на глаз.

Посвящать остальных участников в свои планы по ликвидации двойников Амона сыщик пока не собирался. Подобная болтливость неминуемо пробила бы брешь в конспирации, а то и вовсе превратила бы резидентов Клуба в ходячие мишени для «Богохульника».

— Дозволяю, — невозмутимо отозвался «Шут» Клейн, с легкостью удовлетворив собственный же запрос.

«Звезда» Леонард, искренне поразившись самой возможности столь изящных приватных бесед под сводами дворца, сноровисто выложил Клейну самую суть из ответов старика Паллеса Сороастра. Не забыл он упомянуть и ту фатальную загвоздку с утечкой Потусторонних характеристик из мертвых «Червей Времени».

И это откровение словно молнией прошило сознание Клейна, подкинув ему гениальную идею, как пустить в дело собственных «Червей Духа» для ковки амулетов или отливки пуль:

Достаточно отщипнуть от себя парочку-тройку штук, безжалостно пустить их в расход, а когда таящиеся в них характеристики благополучно перетекут обратно в основное тело, пустые, но пропитанные мистикой оболочки сгодятся в качестве безупречного сырья, ничуть не уступающего «Червям Времени»!

«Единственная заноза — ликвидация „Червей Духа“ неизбежно ударит по мне самому, ведь каждый из них несет в себе изрядный кусок моего собственного духовного тела. Хм, придется ювелирно дозировать расход и давать себе время на тотальное восстановление перед каждой новой партией…» — погрузившись в эти расчеты, Клейн велел «Миру» Герману Воробью произнести:

— Я в кратчайшие сроки прощупаю почву насчет покровительства Сокрытия и дам железобетонный ответ.

— Если путь чист, мы оба бросим силы на поиски запечатанных артефактов полубожественного калибра из Пути «Мародера». И да, я непременно нащупаю способ раскусывать виртуозные подмены судьбы.

По правде говоря, Клейн еще не удосужился проверить, способно ли всевидящее око серой мглы прошибать мороки рока так же легко, как пеленговать «паразитов» в телах прихожан. А потому он твердо вознамерился по возвращении развернуть бумажного журавлика и навести мосты с «Ртутным Змеем» Уиллом Осептином, дабы выудить парочку дельных советов у истинного знатока.

— По рукам, — Леонард ответил скупым кивком, хотя про себя едко ухмылялся: «Валяйся реликвии „Мародеров“ полубожественного ранга на каждом шагу, старик бы уже давно отъелся и вернул себе былую мощь».

Глава 991

Ритуал без «отклика»

Покончив с приватной беседой, Клейн дернул за ниточки двойника, заставив «Мира» Германа Воробья перевести взгляд на «Отшельника» Катлею:

— Будьте любезны передать «Королеве Мистики»: я бы хотел встретиться с ней в ближайшее время, дабы обсудить кое-какие детали. Выбор часа и места рандеву остается всецело на ее усмотрение.

«„Королева Мистики“? Выходит, леди „Отшельник“ представляет интересы самой владычицы Пяти морей…» — «Звезда» Леонард на долю секунды опешил, но тут же поймал кристально ясное озарение.

«Что за дела?» — Катлея настороженно свела брови на переносице и ответила:

— Я непременно передам вашу просьбу, однако ручаться за её согласие не стану.

— Добро, — «Мир» Герман Воробей скупо кивнул, давая понять, что такой расклад его вполне устраивает.

В этот самый миг «Солнце» Деррик, наконец-то улучив момент, подал голос:

— Друзья…

Паренек поочередно мазнул взглядом по господину «Повешенному» и господину «Миру», после чего продолжил:

— Ритуал моего возвышения до «Жреца света» требует погружения в кромешную тьму, где всё тело надлежит зарыть в лед, не тающий в обычных условиях. У нас в Городе Серебра раздобыть подобный лед не составит труда. Вот только как, скажите на милость, сотворить мрак, который был бы одновременно абсолютным и при этом абсолютно безопасным?