Тогда он не успел их спасти, и сейчас ситуация в точности повторялась, ведь этот предводитель «Ловчих Двора» никогда не взывал к сакральному имени «Шута», а потому затянуть его над серой мглой было попросту немыслимо.
Впрочем, по сравнению с былыми временами, сжимая в руке «Скипетр Морского бога» и опираясь на «световую точку молитвы», нынче Клейн мог провернуть куда больше.
Не теряя ни доли секунды, он вобрал в себя Карту «Темного Императора», зачерпнул мощь таинственного измерения над серой мглой и велел «Бумажному ангелу», несущему его собственные слова, просочиться сквозь темно-красную звезду прямиком в материальную реальность, обрушившись на угасающий дух «Убийцы Света» Миргонгена.
Это был самый изящный способ не уронить заоблачный статус «Шута», как-никак, «Истинный Творец» всё еще не сводил всевидящего ока с этого сектора.
В тот самый миг, когда сознание Миргонгена стремительно мутилось, перед его внутренним взором внезапно соткался силуэт ангела с многослойными черными крыльями за спиной.
Скорость распада его духовного тела слегка замедлилась, а в ушах раскатился монументальный, дышащий первобытным величием баритон:
— Каков ритуал возвышения и вспомогательные материалы для эликсира «Серебряного Рыцаря»?
— Сасрир действительно покоится в чертогах Короля Гигантов?
Миргонген заторможенно, словно в бреду, отозвался:
— Ритуал возвышения «Серебряного Рыцаря» берет свои истоки из «Скрижали Богохульства». Надлежит обустроить сложнейший алтарь, ювелирно расставив на нем останки шести могущественных тварей, убитых собственными руками, и испросить божественного благословения…
— Вспомогательные материалы…
— Я не могу ручаться, но… те врата так ни разу и не распахнулись с тех самых пор, как владыка Сасрир переступил их порог…
Пока он говорил, дух Миргонгена неумолимо и безвозвратно таял. Наконец, его силы иссякли окончательно. Распавшись на мириады сияющих искр, он слился с вечными, незыблемыми сумерками «Двора Короля Гигантов».
Весь этот диалог разыгрался исключительно в глубинах разума, оставшись тайной за семью печатями для остальных.
«Хвала небесам за мою параноидальную осмотрительность: я благоразумно не стал выпытывать у Миргонгена стержневые ингредиенты эликсира „Серебряного Рыцаря“. Как ни крути, их всегда можно с успехом заменить готовыми Потусторонними характеристиками. В противном случае я бы ни за что не успел услышать ответ на второй вопрос…» — «Шут» беззвучно, с колоссальным облегчением перевел дух, мысленно похвалив себя за виртуозную хватку.
Вслед за этим он перевел фокус внимания, начав скрупулезно препарировать последние слова Миргонгена:
'Божественное благословение? А не слишком ли зубодробительные требования для ритуала какой-то жалкой третьей Последовательности?.. Э-э, тут нужно делать скидку на специфику эпохи. Миргонген — реликтовый мастодонт, выживший еще со Второй Эпохи. У них было в порядке вещей величать ангелов «вспомогательными богами», причисляя к божественному пантеону. Стало быть, благословения ангельского калибра должно хватить с лихвой. Хм, чуть погодя раскину карты для железобетонной уверенности… Разумеется, даже если ангельского благословения будет достаточно, у меня пока всё равно связаны руки. Остается лишь уповать на Запечатанные артефакты «0» класса из закромов Города Серебра: вдруг там сохранилась живая характеристика, с которой удастся навести мосты…
Обустройство этого алтаря — та еще заноза… Неужто эти шесть могущественных тварей, пущенных в расход лично, обязаны дотягивать до полубожественного ранга? Для «Охотников на Демонов» за пределами «Земли, покинутой богами», это чистой воды самоубийство. Где там сыскать столько дичи полубожественного калибра, чтобы и без крыши, и без ложи за спиной… Опираясь на эту логику, Церковь Бога Войны, сохранив фундаментальную суть таинства, почти стопроцентно нащупала альтернативный обходной маневр… Выходит, именно в этом и кроется зияющая пропасть между второй «Скрижалью Богохульства» и первой?
Впрочем, для Вождя Города Серебра, умудренного сединами и шрамами, пустить в расход шестерку-другую хтонических монстров — пара пустяков… С этим проблем точно не возникнет'.
Поскольку Клейну было доподлинно известно, что вторая «Скрижаль Богохульства» вынырнула в этом мире лишь после краха Древнего бога Солнца, он вынес железобетонный вердикт: «Убийца Света» Миргонген вещал именно о первой «Скрижали».
Сноровисто соткав из пустоты пергамент, юноша размашисто вывел расшифрованные нюансы ритуала вкупе с материалами и пустил в ход цитриновый маятник. Прорицание дало кристально чистый, утвердительный ответ.
После чего он небрежным жестом зашвырнул эту бесценную агентурную сводку прямиком в темно-красную звезду, символизирующую «Солнце».
«Это дар господина Шута». Покончив с делами, Клейн с горькой самоиронией усмехнулся. Юношу всё сильнее грызло ощущение, что ответ Миргонгена на второй вопрос таит в себе изрядное двойное дно:
Тот ни словом не обмолвился о том, действительно ли Сасрир погрузился в спячку. Лишь констатировал голый факт: с того самого мига, как Темный Ангел переступил порог, врата так и остались наглухо запертыми.
И заперты были исключительно те самые парадные врата.
«„Бог Знаний и Мудрости“ подкинул мне ключ, Адам великодушно ссудил „Неомраченным крестом“… Неужто эти мастодонты спят и видят, как бы моими руками распахнуть створки и прощупать истинное состояние „Темного Ангела“?» В вихре этих мыслей Клейна внезапно пробрало холодом, и он вознес хвалу небесам за то, что «Истинный Творец», судя по всему, остался равнодушен к этой заварушке. Вздумай этот безумный бог снизойти прямо сейчас и попытаться наложить лапы на угасающий дух Миргонгена — «Бумажный ангел» «Шута» неминуемо столкнулся бы с Ним лоб в лоб!
И это обернулось бы поистине фатальным, гротескным фиаско.
Тем временем Деррик наконец-то осмелился распахнуть глаза. Его лицо отливало мертвенной бледностью от чудовищной кровопотери — чтобы поддерживать барьер «Неомраченной сферы», крест безжалостно выпил из него изрядную долю жизненных соков.
Затравленно заозиравшись по сторонам, паренек намертво стиснул «Неомраченный крест» у груди и принялся истово, от всего сердца благодарить господина «Шута».
В этот самый миг Хайм, сноровисто пристроив исполинский молот «Рев Бога Грома» вкупе с собственным арсеналом, скинул с плеч походный мешок. Порывшись в недрах, он выудил сменный комплект одежды и бросил его Вождю.
Для следопытов Города Серебра это было в порядке вещей: если твои доспехи или робы не выкованы из Потусторонних материалов и не являются мистическими артефактами, в пылу кровавой бани они неминуемо разлетятся в клочья. А потому запасной гардероб был железобетонным правилом.
— Для них одежда служила отнюдь не только ширмой, прикрывающей наготу; куда важнее было обилие карманов и тайников для распихивания трофеев, зелий и оккультных амулетов.
Колин Илиад, параноидально прочесав округу цепким взглядом и не нащупав ни малейших аномалий, молниеносно натянул свежие шмотки. Склонившись над усеянной после битвы металлическими флакончиками землей, старец безошибочно выхватил нужную склянку. Сухо свернув пробку, он в пару глотков осушил эликсир.
Его лицо тут же пошло мертвенно-зеленоватыми пятнами, словно от тяжелейшего отравления, однако зияющие раны и стремительно угасающая аура начали уверенно идти на поправку.
Ловия, чьи силенки тоже были на исходе, благоразумно свернула выпас злого духа в серебряных латах, вобрав его обратно в свою плоть.
Дождавшись, пока Потусторонняя характеристика Миргонгена окончательно выкристаллизуется в пульсирующий комок серебристо-белого света, до боли напоминающий миниатюрное солнце или сердце, и «Охотник на Демонов» Колин сноровисто приберет её к рукам, старейшина-«Пастырь» устремила свои бледно-серые, непроницаемые глаза на возвышающийся неподалеку дворец Короля Гигантов. Глухим баритоном она проронила:
— Господин Вождь, тот самый лаз, ведущий к океану, почти стопроцентно сокрыт в этих недрах.
Выдержав секундную заминку, Ловия добавила:
— Вполне вероятно, что там таится и обходной маневр, способный перебросить нас прямиком на тот берег.
Колин Илиад, неотрывно следя за тем, как Деррик с Хаймом дотошно зачищают поле брани, собирая трофеи и предавая огню изувеченные останки Антилны, медленно покачал головой:
— Под этими сводами покоится «Темный Ангел». Сущность ранга Короля Ангелов. Тягаться с таким мастодонтом нам нынче попросту не по зубам, мы даже переступить порог без фатальных последствий не сможем.
— Мы отступаем. Донесем весть об океане до ушей всего Города Серебра, а уж потом начнем скрупулезно, шаг за шагом выковывать план штурма чертогов Короля Гигантов.
Серебристо-серые локоны Ловии едва уловимо дрогнули на незримом ветру. На ее лице застыла редкая, свинцовая суровость:
— Мы барахтаемся в абсолютном неведении. Сплести ювелирно выверенный, безупречный капкан вслепую попросту немыслимо.
Выдержав звенящую паузу в пару долгих секунд, она продолжила:
— У меня назрела дерзкая затея. Вы с Дерриком, Хаймом и остальными благополучно уносите ноги. Я же залягу на дно и попытаюсь просочиться в этот дворец, чтобы выпотрошить хоть какие-то стоящие агентурные сводки. Мой дар слияния с тенями вполне может позволить прошмыгнуть мимо всевидящего ока «Темного Ангела».
— Если я не выберусь, это послужит вам железобетонным вердиктом: таящаяся внутри угроза на мириады световых лет превосходит наш боевой потенциал.
Даже заикнувшись о собственной, почти стопроцентной гибели, Ловия ни единым мускулом не дрогнула в лице, словно давным-давно смирилась с подобным раскладом.
«Охотник на Демонов» Колин выслушал её исповедь в абсолютном безмолвии. Сверля старейшину пронзительным взглядом несколько секунд, он отчеканил:
— Отклоняется.
— Подобные фатальные ставки нам не по карману.
— Вздумай ты перебудить «Темного Ангела», эта бестия неминуемо вырвется за пределы «Двора Короля Гигантов» и обрушится на Город Серебра. И этот удар мы уже не переживем.
Не дав Ловии и шанса на возражения, Колин Илиад круто развернулся к оставшейся троице бойцов:
— Деррик, что скажешь?
Что скажу я? Деррик впал в такой ступор, что едва не выпалил этот вопрос вслух.
Хайм вкупе со вторым «Рыцарем Рассвета» испытали не меньшее ошеломление. Как-никак, этот вопрос был сугубо внутренней прерогативой Совета Шести, и с какой стати Колин Илиад вдруг решил поинтересоваться мнением Деррика Берга⁈
Неужто Вождь всерьез вознамерился взрастить из Деррика следующего старейшину Совета Шести? Оба члена разведывательного отряда с глубокой задумчивостью скосили глаза на стоящего рядом соратника.
«…Он спрашивает моего мнения?» — восседающий над серой мглой «Шут» Клейн слегка нахмурил брови.
Его мозг тут же заработал с пугающей, молниеносной скоростью:
'И какое же у меня может быть мнение?
Распахни вы эти врата и разбуди Сасрира — я ни единого из вас вытащить не смогу, останется лишь слезно молить о подмоге «Истинного Творца»!
Уж лучше дождаться, пока я не выпотрошу все сведения о состоянии «Темного Ангела» из злого духа «Красного Ангела» вкупе с остальными причастными, а уж потом лезть в эти дебри с экспедицией… И плевать, какие там многоходовочки плетут Дракон Мудрости с Адамом, на это пока можно смело закрыть глаза…
Как бы там ни было, в подобном раскладе сделать ставку на железобетонную осторожность и благоразумие — беспроигрышный вариант'.
Пока эти мысли вихрем проносились в его голове, Клейн властным, монументальным баритоном изрек:
— Отступайте.
Вслед за этим он немедля транслировал этот образ прямиком в темно-красную звезду, символизирующую «Солнце».
Деррик, опешив на пару секунд, с обезоруживающей прямотой ответил на вопрос Вождя:
— Я полагаю, нам надлежит временно отступить и вернуться лишь тогда, когда мы будем во всеоружии.
Колин Илиад утвердительно кивнул и, повернувшись к «Пастырю» Ловии, отчеканил:
— Таков мой окончательный вердикт.
Ловия погрузилась в недолгое молчание, после чего отозвалась:
— Повинуюсь вашему решению.
Не проронив больше ни звука, она принялась помогать Деррику и остальным расставлять метки.
— Поскольку Антилна и прочие павшие бойцы приняли смерть не от рук кровных родичей, шансы на их жуткую мутацию были весьма неиллюзорны. Разведывательный отряд оставлял предупреждающие знаки, дабы идущие следом держали ухо востро. Впрочем, учитывая, что эта глушь находилась на почтительном расстоянии от Города Серебра, тревожиться о безопасности самого полиса не приходилось.
В пылу этой суеты Ловия внезапно вскинула голову и бросила Деррику с Хаймом:
— Мы во «Дворе Короля Гигантов», так что мутаций почти стопроцентно не последует.
Она не стала пускаться в пространные разъяснения. Безмолвно созерцая, как собранная в кучу растерзанная плоть Антилны пожирается очищающим пламенем и обращается в пепел, женщина зачерпнула горсть праха и бережно ссыпала его в свой кожаный кисет.
Управившись с этими мрачными хлопотами, следопыты Города Серебра предприняли попытку нащупать какие-нибудь обходные тропы, однако потерпели глухое фиаско.
Вслед за этим, ведомые Вождем Колином Илиадом, они легли на обратный курс, отступая по собственным следам.
Минуя тот самый лишенный врат дворец, где продолжал наигрывать свои мелодии «ансамбль с картин маслом», Деррик не сдержался и вновь обернулся. Его взгляд устремился за изломанную балюстраду, туда, где за пеленой оранжево-красных облаков мерно и мягко колыхалась бескрайняя, бездонная синева океана.
Посверлив эту даль глазами пару секунд, он оторвал взор и внезапно подметил: бледно-голубые глаза Вождя тоже неотрывно, в звенящем безмолвии созерцают тот самый горизонт.
Колин медленно повернул голову и своим излюбленным, абсолютно ровным баритоном произнес: