'Тридцатое ноября. Мы углубились в самые дебри острова.

Здешние края кишмя кишат паранормальной фауной, которую во внешнем мире давно списали в утиль как вымершую. Причем твари эти сбились в исполинскую кучу, напрочь позабыв о кровавых распрях, и, судя по всему, в едином порыве возносят хвалу чему-то незримому…

Эта орава диких, безмозглых бестий, мать их, совершенно слаженно вершит какой-то оккультный обряд!

Неужто они истово бьют поклоны какому-то неведомому божеству?

А в самом эпицентре этого таинства… мой взгляд выхватил Грина…'

Глава 767

Передача

«Грин, который заразился на том безымянном острове и совершенно точно умер, снова появился там же? Император, когда это ты переквалифицировался в писателя ужасов? И главное — что было дальше?» Взгляд Клейна застыл на последней строчке третьей страницы дневника, но больше там не оказалось ни единого слова.

Ко всему прочему, описанное Расселом диковинное сборище паранормальной фауны, возносящее поклоны неведомо кому, вызывало не меньшую, пробирающую до костей отопь. Как-никак, далеко не все Потусторонние твари наделены зачатками разума и способны к коммуникации. Львиная доля из них — лишь сорвавшиеся в бездну безумия монстры, ведомые исключительно первобытными инстинктами.

И эти самые обезумевшие твари вдруг сбились в кучу, чтобы бить поклоны какой-то непостижимой сущности!

«Какая досада, что император так и не оставил координат этого безымянного клочка суши… Впрочем, даже будь они у меня на руках, прямо сейчас я бы туда ни за какие коврижки не сунулся. Подхватишь какую-нибудь заразу, испустишь дух во внешнем мире, а потом переродишься в виде безмозглого зомби прямо на острове — хлопот не оберешься… Чтобы отважиться на такую экспедицию, нужно стоять как минимум на четвертой, а то и на третьей Последовательности…» — размышляя об этом, Клейн силой мысли заставил страницы дневника бесследно раствориться. Слегка повернув голову к «Отшельнику» Катлее, он с мягкой улыбкой произнес:

— Какова ваша просьба?

«Отшельник» Катлея, даже не взяв паузу на раздумья, спросила напрямую:

— Достопочтенный господин Шут, мне бы хотелось узнать: состоял ли когда-нибудь великий император Рассел в некой древней и глубоко законспирированной ложе?

«Древняя и глубоко законспирированная… „Орден Сумеречных Отшельников“? Неужто император Рассел тоже числился в их рядах?» — «Справедливость» Одри мгновенно вспомнила ту самую организацию, о которой в свое время обмолвился господин Шут.

«Повешенный» Элджер тоже воскресил в памяти соответствующие детали. Он прекрасно помнил, как во время рассказа мисс «Справедливости» о баклундском инциденте с «Апостолом Желаний» всплыла некая таинственная ложа. Тогда господин Шут строго-настрого наказал резидентам ни в коем случае не произносить ее название во внешнем мире, ибо «все, что будет сказано, неминуемо будет услышано»!

«Масштаб подобной организации и впрямь безупречно соответствует заоблачному уровню императора Рассела…» — мысленно кивнул Элджер.

«Шут» Клейн тем временем сосредоточился на совершенно иной детали:

«Судя по всему, методы отбора дневников у „Королевы Мистики“ весьма размыты. Она банально не в силах задавать точные вопросы, опираясь на само содержимое текстов. Проще говоря, она лишь интуитивно нащупывает, что записи определенного периода таят в себе нечто критически важное, или же просто считывает эмоции Рассела по почерку».

Что же касалось самого вопроса леди «Отшельник», для Клейна он не представлял ни малейшей трудности. Слегка улыбнувшись, он ответил:

— Да.

И в то же самое мгновение сделал для себя пару мысленных зарубок на будущее:

«Впредь нужно держать ухо востро: вопросы „Королевы Мистики“ вполне могут не иметь ровным счетом ничего общего с переданными страницами… Какое счастье, что я уже успел проглотить изрядную кипу дневников Рассела и обзавелся весьма солидным багажом знаний об императоре…»

Произнеся этот лаконичный ответ, владыка не стал пускаться в пространные объяснения и с усмешкой перевел взгляд на остальных:

— Ваш черед.

Он благоразумно утаил название «Ордена Сумеречных Отшельников», резонно рассудив, что в будущем эту же тайну можно будет «продать» еще раз.

«Отшельник» Катлея отвесила почтительный поклон в знак благодарности, после чего повернула голову к «Фокуснику»:

— Мне нужны любые зацепки, ведущие к прямым потомкам семьи Авраам. Тысяча фунтов.

Эту баснословную сумму она назвала без малейших угрызений совести, прекрасно зная, что «Королева Мистики» с лихвой возместит ей все траты.

«С какой стати она уставилась прямо на меня? Неужто уже разнюхала, что мой наставник принадлежит к роду Авраамов?» — «Фокусник» Форс сперва опешила, но тут же рассудила, что ничего сверхъестественного в этом нет. В конце концов, для старожилов Клуба Таро этот факт секретом Полишинеля не являлся, и кто-нибудь из них вполне мог невзначай обронить пару слов во время закрытия сделок с леди «Отшельник».

И пусть тысяча полновесных монет манила неимоверно, Форс даже в мыслях не допускала возможности сдать своего учителя с потрохами. За всю ее жизнь людей, проявивших к ней искреннюю, неподдельную заботу, можно было пересчитать по пальцам одной руки, а потому она берегла эту привязанность как зеницу ока.

Тщательно взвесив слова, «Фокусник» Форс ответила:

— Какова цель ваших поисков?

— Если вы соизволите озвучить вескую причину, я готова передать им ваши слова. Однако ручаться за то, что за этим последует какой-то отклик, я не стану — всё всецело зависит от их собственного желания.

«Как я и предполагала: с виду — заурядная серая мышка, а на деле — дама с двойным дном, хранящая бездну тайн и действующая с пугающей осмотрительностью…» — мысленно поцокав языком, «Отшельник» Катлея едва заметно кивнула:

— Вполне разумно.

— Я разыскиваю прямых наследников семьи Авраам в надежде раздобыть хоть какие-то крохи сведений о мистере «Дверь». Передайте им это и посмотрите, не нащупается ли почва для сотрудничества.

— И да, за одну лишь передачу послания я отстегну вам триста пятьдесят фунтов наличными. Если же они пойдут на контакт, получите оставшиеся шестьсот пятьдесят.

Форс понадобилась ровно секунда, чтобы обуздать себя, после чего она отчеканила:

— По рукам.

И лишь ударив по рукам, писательница принялась препарировать скрытый подтекст в словах леди «Отшельник»:

«Мистер „Дверь“ неразрывно связан с родом Авраам? А ведь звучит логично. Тот же браслет достался мне от мадам Анлисы, а она как раз из их семьи… Дьявол, наставник ведь до сих пор ни сном ни духом не ведает, что я уже расколола его принадлежность к Авраамам… Придется действовать тоньше: черкну в письме, мол, на одной подпольной сходке краем уха слышала, как кто-то рыщет в поисках их прямых потомков, и что дело как-то завязано на неком мистере „Дверь“… Одному богу известно, как учитель на это отреагирует…»

В этот самый миг сидящая по соседству мисс «Справедливость» искренне, от всего сердца порадовалась за подругу, осознав, что та наконец-то выкарабкалась из беспросветной долговой ямы.

«Форс уже шагнула на седьмую Последовательность, вот-вот наступит мне на пятки. Нужно во что бы то ни стало поднажать и поскорее стать „Гипнотизером“…» — с этими мыслями Одри, чьи изумрудные глаза то и дело лукаво вспыхивали, обвела взглядом Клуб Таро, отчаянно надеясь выудить хоть зацепку на плод дурманящего колокольчикового дерева.

«Взор мисс Справедливости обладает поистине пугающей, обезоруживающей силой…» — «Фокусник» Форс, почувствовав легкий укол неловкости, виновато опустила голову. В ее оккультных кругах следы плода дурманящего колокольчикового дерева так ни разу и не всплыли.

Сидящий напротив «Повешенный» Элджер погрузился в раздумья на пару секунд, после чего произнес:

— Ниточка у меня имеется. Вот только наложить на него руки я смогу не раньше чем через пару недель.

Моряк ни на йоту не кривил душой. Еще в те далекие времена, когда они с Килангосом прочесывали недра того первобытного острова, им на глаза действительно попалось дурманящее колокольчиковое дерево. Правда, тогда силенок у них было маловато, и лезть на рожон они благоразумно не стали. Но теперь, когда перед ним замаячила реальная перспектива прорыва на пятую Последовательность, упускать шанс сорвать куш было бы верхом идиотизма. Как-никак, за ним всё еще числился должок перед «Адмиралом Звезд» за наводку на морское чудовище.

А закинул удочку он прямо сейчас исключительно ради того, чтобы застолбить за собой право на добычу. В конце концов, в эту экспедицию он отправится бок о бок с «Миром», и все приоритетные цели надлежало расставить на берегу, дабы потом не грызть друг другу глотки.

Разумеется, подобный расклад гарантировал: когда дело дойдет до стычки с дурманящим колокольчиковым деревом, «Мир» Герман Воробей почти стопроцентно умоет руки, превратившись в безучастного зрителя и не оказав ни малейшей поддержки.

— Без проблем! — Одри расцвела от радости, даже не подумав заикнуться о цене.

Девушка уже всерьез подумывала о том, чтобы по возвращении в Баклунд в июне состряпать какой-нибудь благовидный предлог и выкупить этот ингредиент напрямую у Алхимии Психологии.

Едва эти две сделки были благополучно закрыты, выяснилось, что свежих нужд ни у кого не предвидится. «Отшельник» Катлея еще раз напомнила о поиске крови мифических существ, а «Луна» Эмлин вновь поднял вопрос об охоте на оставшуюся четверку фанатиков «Первозданной Луны». На этом деловая часть исчерпала себя, и Клуб Таро плавно перетек к свободному обмену новостями.

«Солнце» Деррик тут же, по собственной инициативе, взял слово:

— Я уже вознесся до «Нотариуса».

«Мог бы и не сотрясать воздух подобными откровениями…» — «Повешенный» Элджер едва подавил жгучий порыв прикрыть лицо рукой, однако ответил с ледяной, непоколебимой сдержанностью:

— И пускай «Нотариус» наделяет носителя колоссальной физической мощью, по своей сути это всё еще класс поддержки. Таланты, заверенные как действенные, получают кратковременный, но мощный импульс. А вот те, на которые наложен запрет — неумолимо слабеют, вплоть до полного рассеивания. Ко всему прочему, «Нотариус» виртуозно владеет искусством составления контрактов. Стоит ему лишь скрепить бумагу своей подписью, как нарушить уговор не посмеет даже мастер пятой Последовательности. Да что там, даже полубогам четвертого ранга попытка разорвать сделку в одностороннем порядке обойдется в весьма кусачую цену…

Будучи плотью от плоти Церкви Повелителя Бурь, Элджер знал все козыри и уязвимости Пути «Солнца» как свои пять пальцев — это входило в базовый курс любого инквизитора. Дотошно разжевав малышу «Солнцу» все нюансы, он настоятельно присоветовал юноше обзавестись мистическим артефактом с упором на контроль противника. А если такого не сыщется — брать тот, что обладает максимальной, сокрушительной огневой мощью.

— Моя безграничная признательность, господин Повешенный, — от всего сердца поблагодарил «Солнце» Деррик.

В его картине мира расстановка сил в Клубе Таро была кристально ясна: титул самого великого и непостижимого владыки безраздельно принадлежал господину Шуту. Лавры самого восхитительного и вселяющего трепет кумира достались господину «Миру». А вот звание самого надежного, великодушного и мудрого соратника безоговорочно удерживал господин «Повешенный».

Тем временем «Луна» Эмлин мысленно кипел от досады:

«Подумать только, этот сопляк уже наступает мне на пятки, дышит прямо в затылок! Не бывать этому, я ни за что не позволю ему вырваться вперед! Нужно во что бы то ни стало закрыть сезон охоты и сорвать свой куш!»

Поразмыслив пару секунд, вампир запросил дозволения у господина Шута и силой мысли соткал иллюзию той самой «Лунного посланника» — диковинной, вытянутой фигурки, смахивающей на деревянный колышек:

— Дамы и господа, не просветите ли, что это за чертовщина?

Он ни на йоту не сомневался, что господину Шуту разгадка ведома. Вот только в его собственных карманах нынче не водилось ни единой стоящей вещицы для равноценного бартера со столь великой сущностью. Приходилось уповать на то, что кто-нибудь из резидентов Клуба Таро окажется в курсе.

«Ба! Да это же та самая деревяшка, что всплыла на подпольной сходке! А господин Луна времени зря не терял, уже нащупал свою мишень…» — «Фокусник» Форс, сгорая от любопытства, тоже обратилась в слух, предвкушая разгадку.

«Отшельник» Катлея скрупулезно, цепким взором оглядела фигурку. Ее брови медленно сошлись на переносице:

— Это, вне всяких сомнений, «Лунный посланник».

— Богомерзкий артефакт, выкованный фанатиками «Первозданной Луны» в горниле многовековых кровавых жертвоприношений. Легенды гласят, что в них влита искра самой божественной мощи. Каждая такая кукла таит в себе первобытную, немыслимую угрозу.

— Где вы умудрились разжиться этой дрянью? Вещица смертельно опасна. Благоразумнее всего будет немедля передать ее верхушке вашего рода Крови.

«Луна» Эмлин вальяжно сменил позу и, издав самодовольный смешок, бросил:

— Я наткнулся на эту диковинку, когда выслеживал ту самую фанатичку «Первозданной Луны».

— Ведьма испустила дух, а я, как видите, пребываю в полном здравии.

«Хвастовство господина Луны и впрямь бросается в глаза с первой же секунды…» — опытная «Зрительница» Одри мысленно, с легкой иронией усмехнулась.

«Отшельник» Катлея, напротив, на мгновение опешила. Нарочито не скрывая своего потрясения, она выпалила:

— И как же вам это удалось?

— Заручились поддержкой верхушки вашего рода Крови?

«Луна» Эмлин приоткрыл было рот, внезапно осознав, что не знает, как выкрутиться.

Лишь в эту секунду до вампира дошло, что копать эту скользкую тему глубоко — затея донельзя скверная.

— Кхм, — деликатно прочистив горло, он бросил почтительный взгляд во главу длинного бронзового стола. — Я вознес мольбу о помощи многоуважаемому господину Шуту.