Попутно он намеревался высматривать тех самых затворников. Вычленив парочку подходящих кандидатур и дотошно изучив их повадки, он бы дождался идеального момента. А там — дело техники: скрутить одного из Стражей, нацепить его личину или же вовсе вселиться в тело бедняги. И уже под этим прикрытием беспрепятственно просочиться за Врата Чаниса, чтобы под шумок изучить или выкрасть тетрадь семьи Антигон.

Разумеется, это был лишь грубый, прошитый белыми нитками каркас. Подлинный шедевр ему предстояло вылепить позже, опираясь на те самые бесценные крупицы разведданных, что он соберет по ходу дела.

А вторым, поистине сокрушительным козырем Клейна был сам Клуб Таро. В его распоряжении имелись верные соратники, о чьем существовании не догадывалась ни Церковь Богини Вечной Ночи, ни Ночные Ястребы. Ко всему прочему, сыщик всерьез подумывал закинуть удочку и завербовать в свои ряды кого-нибудь из столичных инквизиторов или тех же Стражей. Опираясь на инсайдера, он смог бы провернуть это дело чужими руками — в точности так же, как некогда прожженный Заратул использовал великого императора Рассела, чтобы наложить лапы на тот самый фолиант.

«Как ни крути, а без частых визитов в собор не обойтись. Лишь там я смогу нащупать свою мишень…» — беззвучно, с твердой решимостью кивнул Клейн своему отражению.

Будем откровенны, душу его в этот миг раздирали весьма противоречивые чувства. Ведь вздумай какой-нибудь Ночной Ястреб или Страж добровольно продать Церковь с потрохами ради милости господина Шута, первым порывом Клейна было бы обрушить на голову этой омерзительной, беспринципной твари божественную кару!

Тяжело выдохнув и с горькой иронией усмехнувшись собственным мыслям, Клейн облачился в строгий двубортный сюртук, водрузил на голову цилиндр и, покинув уют номера, спустился на залитую дождем улицу.

Укрывшись под куполом зонта, он заложил крюк в соседний переулок. Воспользовавшись тем, что газовые рожки светили здесь из рук вон плохо, а густая пелена мороси скрывала очертания, сыщик молниеносно вернул себе былую физиономию Шерлока Мориарти.

С неудовольствием скользнув взглядом по изрядно измятым штанинам, Клейн вскинул руку, тормозя проезжающий мимо экипаж, и велел вознице гнать к особняку Айзенгера Стентона, расположенному здесь же, в Хиллстоне.

Спустя добрых полчаса сквозь пелену дождя перед ним вырос знакомый, слегка обветшалый и потускневший фасад.

Отстегнув кучеру два суля за проезд, Клейн, купаясь в тусклых, меланхоличных отблесках фонарей, уверенно и размеренно обогнул лужи, остановившись перед парадной дверью великого детектива.

Свернув зонт, юноша решительно потянул за шнурок звонка. Едва он успел перевести дух, как створка распахнулась, явив его взору весьма широкоплечего, крепко сбитого молодого человека.

Незнакомец щеголял русой шевелюрой пшеничного оттенка и пронзительными серо-голубыми глазами. Его высокие скулы кристально ясно выдавали в нем выходца из краев вроде Ленбурга или Маси.

«Новоиспеченный подручный мистера Стентона? Из тех, что бьют поклоны Богу Знаний и Мудрости?» — Клейн изящно приподнял шляпу и с вежливой улыбкой произнес:

— Добрый вечер. Мистер Айзенгер Стентон у себя?

— Истинно так. Он как раз вернулся после изнурительных трудов и только-только изволил отужинать, — с безупречной учтивостью отозвался русоволосый юноша. — Прошу простить, а как мне вас представить?

Клейн издал легкий, непринужденный смешок:

— Передайте великому детективу, что один его старый приятель наконец-то вернулся из затянувшегося отпуска.

Паренек на долю секунды опешил, после чего на чистых инстинктах выпалил:

— Мистер Шерлок Мориарти?

Глава 734

Старые знакомые

«Надо же, он обо мне наслышан? Стало быть, мистер Айзенгер Стентон частенько поминает старого приятеля, или же Церкви Бога Знаний и Мудрости прекрасно ведомо, что я увяз в деле о Великом баклундском смоге?» — сохраняя на губах легкую полуулыбку, Клейн невозмутимо кивнул:

— Истинно так. Я Шерлок Мориарти.

Юноша с серо-голубыми глазами тут же почтительно посторонился и, расплывшись в теплой улыбке, приглашающим жестом указал внутрь:

— Мистер Стентон места себе не находил от тревоги, опасаясь, не стряслась ли с вами какая беда. Теперь у него гора с плеч свалится.

Передав юноше зонт и на ходу снимая пальто со шляпой, сыщик переступил порог прихожей. В этот самый миг Айзенгер Стентон, уловив оживление, уже успел отложить газету с трубкой. Поднявшись с кресла-качалки, детектив сделал пару шагов навстречу гостю.

— О, Шерлок! Наконец-то вернулся! Воистину, сколько воды утекло, друг мой! — худощавое лицо Стентона, чьи виски уже посеребрила седина, озарилось радостью. Распахнув объятия, он устремился вперед, порываясь заключить приятеля в крепкие объятия.

Будучи совершенно неискушенным в подобных сугубо мужских проявлениях чувств, Клейн неловко, скомканно ответил на приветствие и со смешком произнес:

— Мистер Стентон, подобные порывы в корне расходятся с манерами истовых приверженцев Бога Знаний.

Как-никак, пасторы и епископы Церкви Бога Знаний и Мудрости испокон веков источали глубинное, врожденное высокомерие, крайне редко опускаясь до панибратских объятий.

Откровенно говоря, если вынести за скобки суровый Фейсак и фривольный Интис, в прочих державах подобный этикет вообще не пользовался спросом, считаясь уместным разве что в кругу самых закадычных приятелей.

Стентон, отступив на пару шагов, издал легкий смешок:

— Ничуть, Шерлок. По отношению к воистину мудрым соратникам мы отродясь не скупились на теплоту и почтение.

— В моих глазах вы железобетонно входите в пятерку величайших сыщиков Баклунда.

«А вот такие дифирамбы мне по вкусу!» — беззвучно рассмеявшись, Клейн с долей иронии парировал:

— Стало быть, сам великий мистер Стентон прочно обосновался в тройке лидеров?

Удостоиться звания «воистину мудрого человека» из уст адепта седьмой Последовательности Церкви Бога Знаний и Мудрости было чертовски лестно.

— Искренне уповаю, что в ваших глазах всё обстоит именно так, — изящно и деликатно выкрутился Стентон, после чего провел гостя в гостиную, усадив на мягкий диван.

Сам же хозяин дома с наслаждением откинулся в кресле-качалке. Подхватив трубку и сделав глубокую затяжку, он плавно выпустил сизый дым:

— Безмерно рад, что судьба уберегла вас от скверных сюрпризов. Сдаётся мне, вы пребываете в превосходной физической и душевной форме.

— Ну-с, как прошел отпуск на заливе Диси?

Клейн, загодя припасший безупречную легенду, спокойно усмехнулся:

— По правде говоря, до залива Диси я так и не добрался. Лишь сделал крюк для отвода глаз и осел в Коннате. Хех, сами понимаете, перед отъездом я вляпался в Баклунде в весьма скверную историю, вот и пришлось залечь на дно.

Шерлок Мориарти числился выходцем из округа Мидси, отчего в его речи сквозил едва уловимый провинциальный акцент. Нажить неприятностей в столице и дать деру в родные пенаты — ход вполне закономерный, а город Коннат как раз и был столицей Мидси.

— Мне известно, — глухим баритоном отозвался Стентон.

Детектив благоразумно не стал допытываться, что именно за беда нависла над Шерлоком, и вместо этого с улыбкой продолжил:

— Как бы там ни было, с возвращением в Баклунд. Случись нужда в помощи — мои двери всегда открыты.

Клейн не стал ломаться и с ходу взял быка за рога:

— Собственно, мой сегодняшний визит преследует две цели. Во-первых — воочию засвидетельствовать свое почтение старому другу. А во-вторых — хочу попросить вас выступить доверенным лицом и пустить с молотка мою долю в «Баклундской компании педальных повозок». Бумаги оформлены безупречно, лишней волокиты не предвидится.

Дабы сколотить капитал для легенды таинственного толстосума и погасить астрономический долг в десять тысяч золотых перед госпожей посланницей, сыщик вознамерился не только вычистить закрома от пылящегося барахла, но и сбросить те самые десять процентов акций. Как-никак, светить физиономией Шерлока Мориарти в обозримом будущем он категорически не мог.

— Твердо решили продавать? — Стентон задумчиво потер чашу трубки. — Пусть коммерсантом мне бывать не доводилось, но даже моих познаний хватит, чтобы разглядеть потенциал: эти велосипеды — золотая жила с колоссальным охватом. Их рыночные перспективы подобны лишь встающему светилу, до зенита еще пилить и пилить. Избавившись от активов сейчас, вы потеряете баснословные барыши.

— Именно поэтому любой толковый делец с радостью переплатит за этот самый потенциал, — с легким смешком парировал Клейн. — Готов биться об заклад, зрячих инвесторов, способных оценить перспективы новинки, хватает с избытком. В то же время Фрамми и Репард ни за какие коврижки не согласятся размывать свои доли на данном этапе. Так что загнать мои десять процентов втридорога — пара пустяков. Друг мой, в биржевых торгах цена строится не на дне сегодняшнем, а на горизонте грядущего.

«Навешать инвесторам лапши на уши, нарисовав радужные, усыпанные золотом перспективы — это святое дело любого коммерсанта! Впрочем, здесь и сказки придумывать ни к чему: любой делец с крупицей мозгов сам всё смекнет. Единственным узким горлышком останется дефицит природного каучука…» — Клейн благоразумно оставил последнюю мысль при себе.

— Цена строится не на дне сегодняшнем, а на горизонте грядущего… — глухо повторил Стентон, перекатывая фразу на языке. Спустя мгновение он искренне восхитился: — Шерлок, сдается мне, ваше истинное призвание — коммерция. Увы, будущее всегда таит в себе изрядную долю роковых случайностей.

— Готовность к риску — вот подлинный рыцарский дух любого дельца. Но если начистоту… каюсь, мне просто до зарезу нужна живая наличность, — с улыбкой развел руками Клейн.

Стентон, перехватив трубку, с наслаждением выпустил облачко дыма:

— Вы меня убедили.

— Завтра же найму толковых стряпчих и счетоводов, дабы те до пенни выверили нынешний капитал мануфактуры. Накинем сверху щедрую маржу за потенциал и пустим вашу долю с молотка. Все издержки и казенные подати, разумеется, спишем из вырученного куша.

— Вот только… как мне держать с вами связь? Срок аренды на улице Минск, если память мне не изменяет, давно истек.

Светить своей новой личиной Клейн, разумеется, не собирался, а потому выдал заранее заготовленный сценарий:

— Вы вольны раструбить о продаже акций на страницах «Тассок Таймс» и «Баклунд Дейли». Чем больше шума, тем гуще слетится стая покупателей, а конкуренция взвинтит ценник до небес. Как только ударите по рукам — тиснете еще одно объявление: дескать, лот ушел, просьба не беспокоить.

— И едва мои глаза наткнутся на эту весточку, я самолично нанесу вам визит.

Метод общения через газетные шифровки был для Стентона отнюдь не в новинку, и он с пониманием кивнул:

— Договорились. Затраты на типографию, само собой, тоже пойдут в счет вычета из прибыли.

Осознав, что главная цель визита благополучно достигнута, Клейн поднялся с дивана и протянул руку:

— Моя глубочайшая признательность за помощь, друг мой.

— Пожалуй, мне пора откланяться. Прочие дела оставим до следующей встречи.

Стентон не стал его задерживать, почтительно проводив гостя до самого крыльца.

Клейн сделал крюк до соседнего квартала, поймал наемный экипаж и, под аккомпанемент мерзкого, моросящего дождика, вальяжно созерцал за окном огни ночного Баклунда, направляясь прямиком к бару «Храбрец».

Сыщик твердо решил: сегодня же вечером он вскроет свои старые агентурные сети и вновь наладит каналы Шерлока Мориарти!

Едва переступив порог прокуренного, ревущего кабака, юноша благоразумно миновал барную стойку. Не став привлекать внимание расспросами, он неспешно нарезал круг вокруг бойцовского ринга и уже развернулся к выходу, намереваясь скоротать время в экипаже в ожидании мисс Шарон.

Но в этот самый миг дверь бильярдной со скрипом приотворилась, и оттуда, сжимая в руке газету, вынырнул Иэн, облаченный в свое извечное, потертое пальто.

Его пронзительные, кроваво-алые глаза лениво мазнули по залу, как вдруг выхватили до боли знакомый силуэт. Паренек опешил, едва не выкрикнув имя, но вовремя прикусил язык. Расплывшись в неподдельно радостной улыбке, он бросил:

— Добрый вечер, сэр! Не найдется ли для меня работенки?

— Пока без надобности. Заскочил проведать старых знакомых, — мягко, по-отечески усмехнулся Клейн.

Разговаривая с Иэном, он краем глаза подметил, что в руках тот держит свежий выпуск «Морских новостей», а на самом видном месте передовицы кричит броский, цепляющий взгляд заголовок:

«СЕНСАЦИЯ! БЕЗУМНЫЙ АВАНТЮРИСТ ОБЪЯВЛЕН В МЕЖДУНАРОДНЫЙ РОЗЫСК!»

Безумный авантюрист… Обостренная интуиция мгновенно прошептала Клейну, что эти строки посвящены исключительно его персоне.

Иэн, перехватив его взгляд, с улыбкой вскинул прессу повыше:

— Воистину редчайший случай, когда эта газетенка выдала свежак! А всё потому, что ориентировки уже развесили на каждом столбе от столицы до портов.

— Этот безумец, Герман Воробей, затеял масштабную диверсию против самого «Города Щедрости», и теперь железобетонно доказано, что он — агент какой-то жуткой секты. Газетчики поют дифирамбы Церкви Повелителя Бурь и воякам: дескать, лишь их усилиями Байам избежал кровавой бани. Зато угодивший в эту мясорубку «Адмирал Крови» Сеньор растворился без следа. Власти бьются об заклад, что Герман Воробей пустил его в расход.

— И как думаете, какой куш сулят за голову этого Воробья?

— Пятьдесят тысяч фунтов!

— Да это же переплевывает ценник самого «Адмирала Крови» и вплотную подбирается к расценкам на «Адмирала Ада»!

Пятьдесят тысяч фунтов… Сердце Клейна тревожно и радостно екнуло.

С трудом уняв душевное волнение, он с улыбкой отозвался:

— Какая досада, вот только сорвать подобный куш мало кому по зубам.

Кивнув в сторону выхода, сыщик добавил: