«Воистину, дьявольски изящный финт…»

Клейн резко мотнул головой, торопливо подыскивая аргументы, чтобы зарубить эту авантюру на корню:

«Пусть я и „Безликий“, но напяливать женское платье… Нет, к такому жизнь меня еще не готовила!»

«…Погодите-ка, а перешагнуть через подобные моральные барьеры — это случайно не входит в заповеди „отыгрыша“?»

«К тому же я ни черта не знаю о повадках этой бестии. Голая визуальная подделка треснет по швам при первом же контакте с теми, кто знал ее лично. А значит, до самой Трейси мне так и не добраться».

«Да и кто сказал, что заказчиком выступает именно „Вице-адмирал Болезнь“? С тем же успехом это могут быть ее кровные враги».

«Я понятия не имею о реальной мощи Трейси, поэтому лезть на рожон вслепую, не просчитав риски, — чистой воды самоубийство».

«Лучше не пороть горячку и прислушаться к голосу разума. Первым делом найду настоящую Элен, вытрясу из нее всю подноготную, а уж потом буду строить планы».

В этот самый миг сыщик почуял неладное: доносившийся из гостиной заливистый храп Даница как-то подозрительно, надолго стих.

«Неужто „Вице-адмирал Айсберг“ пожаловала?» Клейн нажал на ручку и распахнул дверь спальни.

Едва раздался этот почти неуловимый щелчок, как Даниц тут же подскочил на диване, широко распахнув глаза.

Титаническим усилием воли пряча рвущуюся наружу улыбку, пират поспешил заговорить первым:

«Капитан только что связывалась со мной».

«Передала, что армада „Адмирала Крови“ засветилась у Длиннохвостого острова и держит курс на юг. Судя по всему, они намылились в Бушующее море».

«И источник железобетонный!»

«Длиннохвостый остров? Самый южный клочок суши в акватории Ротсид? Стало быть, „Адмирал Крови“ и впрямь держал курс на Байам, но, прознав о стычке Кавитувы с „Морским Царем“ Яном Котманом, благоразумно взял южнее и рванул прямиком в Бушующее море… Хм, то, что его куратор разведки, старина Куинн, так и не отстучал радиограмму, тоже наверняка сыграло свою роль…» — Клейн почувствовал легкий укол досады. Воистину, ни один план не выдерживает столкновения с реальностью.

А ведь он так рассчитывал, что голова пиратского адмирала станет идеальным, триумфальным трофеем, способным увенчать славой безумного авантюриста и охотника за головами Германа Воробья.

Устранение одного лишь «Стального» Маквити должного трепета не внушало… Так и не проронив ни звука, Клейн обдал Даница ледяным, немигающим взором.

Поежившись под этим тяжелым взглядом, корсар нервно усмехнулся:

«Раз уж „Адмирал Крови“ дал деру, вашему с капитаном союзу конец, так ведь?»

«Я свободен? Могу возвращаться на „Золотую мечту“?»

«А если что — свяжетесь через твоего посланника!»

Клейн на секунду задумался. Выудив из кармана блокнот с ручкой, он сноровисто набросал заклинание призыва своего костяного гонца.

Резкий взмах кисти — и вырванный листок, рассекая воздух подобно стальному лезвию, полетел прямо в собеседника.

Даниц, будучи «Охотником» девятой Последовательности, играючи, одним движением поймал послание.

Дважды пробежавшись глазами по строчкам, пират позволил багровому пламени вырваться из ладони, вмиг обратив шпаргалку в пепел:

«Ха-ха, даже если у меня отшибет память, капитан в два счета вытащит эти знания из моей головы».

Слегка замявшись, он вновь натянул улыбку и переспросил:

«Так я поплыл на „Золотую мечту“?»

Сыщик скупо кивнул:

«Плыви».

Плыви… Я свободен! Даниц титаническим усилием воли подавил дикий порыв победно вскинуть кулаки, до смерти боясь спровоцировать этого маньяка Германа Воробья.

Осторожно улыбаясь, он произнес:

— Я тогда мигом спущусь, закрою счет за номер, а заодно прихвачу билет на пароход. Сам понимаешь, в Байаме нынче неспокойно, капитан наотрез отказывается швартовать «Золотую мечту» даже в здешних контрабандных гаванях.

«А в нем еще осталась капля совести, раз догадался сам оплатить проживание…» — не проронив ни слова и сохраняя ледяную невозмутимость, Клейн накинул пальто, водрузил на голову цилиндр и неспешным шагом покинул роскошные апартаменты.

Дождавшись, пока спина психопата окончательно скроется за поворотом лестницы, Даниц пулей заскочил обратно в комнату и, яростно рассекая воздух кулаками, возликовал:

— Да-а! Сработало! Наконец-то свобода!

Не теряя ни секунды, пират нахлобучил любимую кепку и сбежал вниз к стойке портье «Лазурного Ветра». Полностью расплатившись за постой, он предусмотрительно добавил, что съезжать они пока не намерены.

Вырвавшись на залитую солнцем улицу, Даниц взял курс прямиком на бар «Морские Водоросли». Ему казалось, что даже здешний воздух пропитан невероятной сладостью, опьяняя и даруя небывалый душевный подъем.

Но стоило пройти всего пару шагов, как его беззаботный взгляд наткнулся на оклеенную свежими листовками кирпичную кладку на углу:

«… „Пылающий“ Даниц, награда 5500 фунтов!»

Ориентировка красовалась в каких-то жалких двух шагах. Запечатленная на ней до боли знакомая, свирепая физиономия убийственно контрастировала с его нынешним пришибленным видом в надвинутой на глаза кепке.

…Даниц заскрежетал зубами, выдавив кривую, исполненную вселенской скорби усмешку.

Пират судорожно натянул козырек еще ниже, так что тот наглухо перекрыл прямой обзор.

Но даже после этого липкий страх не отпускал. Юркнув в первую попавшуюся галантерейную лавку, он приобрел серый шарф и в несколько слоев обмотал им шею, надежно упрятав под плотной тканью нос и подбородок.

Лишь приняв столь кардинальные меры конспирации, Даниц слегка перевел дух и, прибавив ходу, поспешил к своей цели.

Бар «Морские Водоросли» слыл излюбленным гнездом местных криминальных банд, куда то и дело забредали весьма прославленные корсары.

И пусть этому злачному местечку было далеко до информационного изобилия «Меч-рыбы» или «Ароматного листа», оно могло похвастаться своим неоспоримым козырем: колоссальной агентурной сетью на самом дне преступного мира!

Именно здесь Даниц намеревался раздобыть «левый» билет на пароход до Гаргаса — сделку, совершенно не требующую предъявления настоящих документов.

Он прекрасно понимал, что и в прошлом, и сейчас его розыскные ориентировки сплошь облепили все казенные билетные кассы. Да и тот самый билет первого класса на «Белый Агат» он в свое время раздобыл в точности таким же макаром.

Юркнув в бар, Даниц даже не подумал снимать кепку и шарф. Настороженно окинув зал цепким взглядом, он без труда отыскал Денира — местного барыгу, промышляющего подпольными билетами.

Однако подходить к нему напрямую пират не стал. Оторвав взгляд от этого тощего, смугловатого мужика лет тридцати, он принялся выискивать в толпе свежие, незнакомые лица.

Присмотрев подходящую кандидатуру, Даниц протиснулся сквозь гущу пьянчуг и пристроился рядом с попивающим эль у стойки юнцом. Похлопав того по плечу, корсар заговорщицки понизил голос:

— Выручай, дружище.

— Чего надо? — юнец с явной опаской скосил глаза, узрев донельзя подозрительного типа: нижняя половина лица наглухо умотана серым шарфом, а козырек нахлобученной кепки едва ли не лезет в глаза, скрывая малейшие приметы.

Подобный маскарад вопил лишь об одном: этот фрукт кричаще, запредельно подозрителен!

И всё потому, что дело происходило на архипелаге Ротсид, где даже в самые суровые зимние холода столбик термометра редко опускался ниже десяти градусов тепла!

Даниц незаметно кивнул в сторону Денира:

— Видишь того хлыща?

— Возьми мне у него билет до Гаргаса на завтрашний рейс.

С этими словами он всучил парню три однофунтовые банкноты и тихонько усмехнулся:

— Сдачу оставишь себе.

И пускай контрабандные билеты обходились в разы дороже казенных, до Гаргаса было рукой подать, так что трех фунтов тут хватало с лихвой. Само собой, ради столь короткого плавания раскошеливаться на первый класс совершенно не требовалось.

Причина, по которой Даниц не пошел на сделку лично, крылась в банальной предосторожности: прознай Денир, кто перед ним, и хлопот потом не оберешься.

В те блаженные времена, когда за его голову сулили жалкие три тысячи фунтов, корсары и авантюристы его пошиба или рангом ниже прекрасно понимали: чтобы завалить «Пылающего», придется сколачивать целую банду. А куш, поделенный на всех, выходил не таким уж и баснословным, чтобы ради него рисковать шкурой и навлекать на себя слепую, леденящую ярость «Вице-адмирала Айсберг». Именно поэтому охотники на него почти не находились, и на подобных теневых рынках он мог чувствовать себя в относительной безопасности.

Но теперь-то его ценник взлетел до астрономических пяти с половиной тысяч фунтов! Даже прикинь они сообразить на троих или четверых, каждому перепадет поистине королевская доля. А уж кого-кого, а отбитых на всю голову отморозков на океанских просторах всегда хватало с избытком!

Вдобавок ко всему, немало амбициозных мастеров, недовольных собственной дешевизной в казенных списках и жаждущих громко заявить о себе, неминуемо выберут Даница в качестве идеальной мишени — славы много, а рисков, как им кажется, куда меньше.

Именно поэтому пират до смерти боялся, что проныра Денир попросту сдаст его с потрохами при первой же возможности, а потому и предпочел нанять для покупки безымянного юнца.

Молодой человек крепко сжал купюры, еще раз смерил Даница оценивающим взглядом и, резко вскочив с табурета, уверенно зашагал к барыге.

По пути он, словно невзначай, притормозил возле парочки местных забулдыг и перекинулся с ними приглушенными фразами.

Узрев подобный маневр, Даниц мгновенно напрягся. До него вдруг дошла одна досадная истина: прямо сейчас, в этом нелепом, пугливо-крадущемся обличье, он выглядит идеальной, легкодоступной жертвой для банального гоп-стопа.

«Хех, неужто ты всерьез полагаешь, будто прозвище „Пылающий“ я на рынке купил?» — пират твердо решил: как только заветный билет окажется в кармане, он преподаст этим ублюдкам поистине незабываемый, жестокий урок.

И в этот самый миг его взгляд зацепился за выросшую на пороге бара до боли знакомую фигуру. Это был не кто иной, как «Синеглазый» Мис — прославленный корсар, чья голова стоила солидные 2800 фунтов.

И этот самый пиратский вожак явно водил тесную дружбу с той самой шайкой, что только что нацелилась обобрать Даница.

Ко всему прочему, за спиной «Синеглазого» Миса маячила еще парочка весьма крепких головорезов… Не раздумывая ни секунды, Даниц сорвался с места и пулей рванул к черному ходу.

Набирая скорость с каждым шагом, он виртуозно, словно скользкий угорь, продрался сквозь плотные кучки пьянчуг и наконец-то вырвался на улицу. Пустив в ход весь свой богатый арсенал уловок по сбросу хвоста, корсар благополучно растворился во мраке, окончательно оторвавшись от преследователей.

Болтаться по городу дальше пират не рискнул: сумерки уже наглухо укрыли Байам, а значит, патрулей из легавых и армейских псов на улицах стало на порядок больше.

Даниц рысью добрался до гостиницы «Лазурный Ветер». Распахнув створку роскошных апартаментов, он обнаружил Германа Воробья, который безмятежно застыл у окна, созерцая угасающие краски заката.

В голове Даница молниеносно созрел план, и, выдавив из себя широкую улыбку, он произнес:

— Тут такое дело… я совсем запамятовал сказать тебе одну вещь.

— Наш капитан интересовалась, не желаешь ли ты пересечься с ней в Гаргасе?

Изначально он благоразумно утаил это приглашение, намереваясь по возвращении навешать Эдвине лапши на уши, дескать, Герман Воробей ответил категорическим отказом. Но теперь пират кристально ясно осознал: лишись он поддержки этого безумного авантюриста, и шансы выбраться из Байама живым устремятся к абсолютному нулю.

Глава 574

Неудавшаяся попытка

Отправиться в Гаргас, чтобы встретиться с «вице-адмиралом Айсберг» Эдвиной Эдвардс? Клейн на секунду опешил и едва не нахмурился.

Для него это предложение не казалось чем-то неприемлемым. Напротив, выпадал отличный шанс пообщаться лично, прояснить те самые крошечные, ускользающие детали, которые так трудно передать на бумаге. Кто знает, возможно, этот разговор подарит ему вдохновение и поможет скопить бесценные сведения для грядущего возвышения и поиска рецептов зелий высших Последовательностей.

«Больше друзей — больше возможностей…» — мысленно проговорил про себя сыщик. Выудив тяжелую золотую монету, он прямо на глазах у «Пылающего» Даница решил раскинуть гадание, проверяя, не таит ли грядущий вояж в себе смертоносной угрозы.

Сверкающий соверен взмыл в воздух, кувыркнулся и послушно лег прямо на раскрытую ладонь. Реверсом с цифрой вверх.

Безоговорочное отрицание. А значит, встреча Клейна с «вице-адмиралом Айсберг» Эдвиной в порту Гаргас практически лишена рисков.

Подняв взгляд на Даница, юноша с абсолютным спокойствием обронил:

— Добро.

— От лица нашего капитана благодарю за то, что принял приглашение, — Даниц незаметно, с облегчением выдохнул. Его напряженное лицо разгладилось, а в уголках глаз заиграла искренняя улыбка.

Бросив короткий взгляд на настенные часы, Клейн произнес:

— Для начала я загляну в уборную.

«В уборную? Стало быть, чуть погодя мы идем на выход, и он вознамерился пустить в ход свою фальшивую личину, чтобы раздобыть мне билет?» — Даниц, чей взгляд инстинктивно прикипел к удаляющейся спине Германа Воробья, с присущей пирату проницательностью мгновенно раскусил скрытый подтекст.

Воспарив в чертоги над серой мглой и проведя контрольное гадание с помощью маятника, Клейн вымыл руки, покинул ванную комнату и бросил корсару:

— Выдвигаемся.

— И я тоже? — Даниц ткнул пальцем себе в грудь.

Накидывая пальто, сыщик утвердительно кивнул.

— Слушай, а может, не стоит? Ты ведь можешь просто пересечься с Элландом и попросить его выправить пару билетов… — с донельзя искренним, умоляющим видом попытался увильнуть пират.