Вскоре он уже благополучно воспарил над серой мглой. Повинуясь его воле, исполинский, отливающий железистой чернотой ключ послушно лег на поверхность бронзового стола, где юноша скрупулезно прощупал его со всех сторон.

Окончательно удостоверившись, что никаких сюрпризов не предвидится, он силой мысли соткал пергамент с пером и вывел фразу для прорицания:

«Место, отпираемое этим ключом».

Зажав в одной руке исписанный лист, а другой обхватив ледяной металл отмычки, Клейн вальяжно откинулся на спинку кресла. Беззвучно чеканя заклинание, он плавно провалился в глубокий сон.

На сей раз в зыбком, окутанном пеленой мире грез его взору первым делом предстал искаженный, подрагивающий полупрозрачный барьер. А затем картина резко приблизилась, выхватив монументальные, превышающие десяток метров в высоту тяжеловесные врата.

Створки отливали густым сизо-серым оттенком. По обеим сторонам симметрично расходилась затейливая вязь оккультных символов, магических печатей и древних узоров, источая неподдельное, пугающе-торжественное величие и мистическую тайну.

Тусклые, размытые лучи закатного солнца падали на эти двустворчатые врата, наделяя их пронзительным, щемящим чувством увядания. Казалось, будто день для всего мироздания уже подошел к своему роковому финалу, и вот-вот нагрянет первобытный, вечный мрак.

Следом Клейн подметил еще одну деталь: по левую сторону от дверной щели, на высоте добрых трех-четырех метров, зияла непроницаемо-черная замочная скважина, размерами аккурат с кулак взрослого мужчины.

Видение с хрустом разлетелось на мириады осколков, обрывая сон. Клейн медленно распахнул глаза.

«Врата до боли напоминают те, что я зрел в черном монастыре, вот только цвет разнится… Закатные лучи… Смею предположить, что это и есть одна из дверей того самого „Двора Короля Гигантов“… Хм, а тот подрагивающий полупрозрачный барьер в самом начале — стопроцентный символ преграды, наглухо отрезающей „Землю, покинутую богами“ от остального мира. Немудрено, что без подавляющей мощи серой мглы любые гадания летели в тартарары, не выдавая ни единой зацепки…» — Клейн, легонько постукивая пальцами по изъеденному патиной краю длинного стола, вынес в уме железобетонный вердикт.

Теперь он был готов без малейших колебаний выкупить этот «Ключ гигантов»!

Сноровисто переправив баснословные 5000 фунтов наличными обратно в материальный мир, Клейн привел в порядок разбросанные на столе вещи. Сжимая в руке эту пухлую стопку банкнот, он вновь покинул свою каюту, уверенно зашагав прямиком к капитанским покоям.

«Хех, выходит, награда за голову этого „Апостола Желаний“ Гилхиса тютелька в тютельку покрывает стоимость отмычки да еще и тысячу фунтов сверху оставляет…» — Клейн бросил мимолетный взгляд на зажатые в пальцах купюры и вновь коротко постучал в дверь «вице-адмирала Айсберг».

С легким скрипом створка отворилась, явив Эдвину. Скользнув взглядом по пухлой пачке денег в руках Германа Воробья, девушка едва заметно дернула бровью. Ее глаза распахнулись шире, вспыхнув ослепительным, предвкушающим светом:

— Вы докопались до истины?

Клейн лишь скупо угукнул:

— Вердикт получен. С огромной долей вероятности эта вещица неразрывно связана с «Двором Короля Гигантов».

— С тем самым «Двором Короля Гигантов» из древних мифов? — переспросила Эдвина, чьи глаза засияли еще ярче.

Клейн коротким кивком подтвердил догадку.

Губы Эдвины едва заметно дрогнули, словно она порывалась выпытать еще парочку деталей, однако в итоге пиратка не проронила ни звука, молча забрав свои 5000 фунтов.

Обернувшись и окинув взором заставленные фолиантами стеллажи в капитанской каюте, она после секундного раздумья обратилась к юноше:

— Если в моей библиотеке сыщется нечто, способное разжечь ваш интерес — вольны брать книги в любое время суток.

«Моя единственная просьба заключается в том…» — Клейн уже мысленно предугадывал, какую именно фразу сейчас выдаст «вице-адмирал Айсберг».

— Мое единственное условие: когда у вас выдастся свободная минутка, не сочтите за труд разделить со мной беседу о тайнах истории, — выдержав микроскопическую паузу, Эдвина закончила фразу, сверкая глазами.

Беззвучно, с легкой иронией усмехнувшись про себя, сыщик немного поразмыслил и ответил:

— По рукам. Вот только я совершенно не обязан давать ответы на абсолютно все ваши вопросы.

И тут же, в самой глубине души, он истово вознес мольбу:

«Искренне уповаю на то, что в закромах „вице-адмирала Айсберг“ завалялись секреты создания куда более высокоранговых и убойных амулетов…»

— Не вижу в этом ни малейшей проблемы, — уголки губ Эдвины едва заметно приподнялись, отчего ее обычно ледяное лицо обрело удивительную, почти человеческую живость.

— До завтра, — Клейн изящно приподнял шляпу и, прижав ладонь к груди, отвесил легкий прощальный поклон.

Эдвина с не меньшей почтительностью ответила на жест:

— До завтра.

…………

Баклунд, улица Железных Врат, снаружи бара «Храбрец».

Эмлин Уайт покинул наемный экипаж, толкнул тяжелую деревянную створку и переступил порог заведения.

В нос тут же ударил густой, сшибающий с ног коктейль из самых разношерстных запахов. Скривившись от брезгливости, вампир двумя пальцами зажал нос.

В негласном состязании по охоте на сектантов «Первозданной Луны» он пока не сыскал особых успехов. Именно поэтому Эмлин решил наведаться в бар «Храбрец», который частенько поминал в своих рассказах Шерлок Мориарти. Его целью был Иэн — прожженный делец с черного рынка оружия, славящийся своей феноменальной осведомленностью. Само имя этого проныры вампир предусмотрительно выудил по своим каналам еще до визита.

Глава 706

Тот самый мужчина

Извернувшись и уклонившись от бредущего напролом пьянчуги, Эмлин брезгливо сморщился, стряхнул невидимую пыль со своей одежды и продолжил протискиваться к барной стойке.

Во время этого шествия он, казалось бы, не предпринимал никаких усилий, но окружающие забулдыги мистическим образом так и не смогли его задеть. Будь то скорость, ловкость или координация движений — всё в нем достигло поистине пугающего совершенства.

Наконец, добравшись до стойки, вампир согнул пальцы и легонько постучал по деревянной поверхности:

— Где Иэн?

Бармен мазнул по нему равнодушным взглядом и, не проронив ни звука, вновь уткнулся в протираемый стеклянный стакан.

«…» Эмлин опешил. Парень резонно заподозрил, что допустил какую-то оплошность, раз не получил желаемого ответа. Эта мысль больно уколола его гордость, вызвав жгучее желание перемахнуть через стойку и за грудки вытащить наглеца наружу.

Впрочем, рассудив, что подобная выходка в корне противоречит манерам истинного джентльмена, он титаническим усилием воли обуздал свой гнев. Воровато оглянувшись, юноша подметил: вся публика в зале занята выпивкой.

Немного поразмыслив, Эмлин предпринял новую попытку, закинув удочку:

— Бокал красного вина «Аурмир».

Движения бармена резко замерли. Вскинув голову, он смерил стоящего перед ним черноволосого, красноглазого красавца донельзя странным взглядом и ответил:

— Нету.

Еще бы! Как-никак, это лучшее вино в мире, и ценник на него воистину астрономический!

Эмлин глупцом отнюдь не был. Искусно считав этот взгляд, он мигом сообразил, что брякнул совершенно неуместный заказ. Скрупулезно покопавшись в памяти, он исправился:

— Пинту южно-уэльского пива.

— Пять пенсов, — бармен наконец-то отложил в сторону и стакан, и тряпку.

Эмлин сноровисто выудил из кармана купюру в один суль и бросил:

— Сдачи не надо.

— Благодарю, — кивнув, трактирщик указал рукой налево. — Иэн в первой карточной.

Губы вампира тут же растянулись в довольной улыбке. Искренне гордясь тем, что виртуозно разрешил столь непростую житейскую задачу, он даже не притронулся к заказанному пиву. Круто развернувшись, он зашагал прямиком к первой карточной комнате.

Тук-тук-тук! Эмлин с безупречной вежливостью постучал в дверь.

— Войдите, — донесся изнутри слегка незрелый, юношеский голос.

Одернув воротник, вампир распахнул створку и с изумлением обнаружил, что картина внутри в корне расходится с его ожиданиями.

Он-то грешным делом думал, что раз уж комната зовется карточной, то там непременно собралась орава людей, режущихся в техасский холдем за длинным столом. Но на деле, хоть народу и набралось человек семь-восемь, никаких карт не было и в помине. Перед каждым игроком лежал чистый лист бумаги, испещренный какими-то хаотичными, непонятными записями. А помимо этого, столешницу украшали лишь перьевые ручки да многогранные кости.

Взгляд Эмлина на чистых инстинктах выцепил самого юного из присутствующих. Это был миловидный подросток, чьи глаза тоже отливали ярким багрянцем. На вид парню было от силы лет пятнадцать-шестнадцать.

— Иэн? — с полуутвердительной интонацией осведомился Эмлин.

Паренек кивнул и лучезарно улыбнулся:

— Он самый. Сэр, у вас ко мне какое-то дело? Или, быть может, желаете присоединиться к нашей игре?

— Игре? — рефлекторно переспросил вампир.

Иэн издал легкий смешок:

— Именно так. Я не питаю страсти ни к картам, ни к бильярду, но, торча здесь изо дня в день, волей-неволей приходится как-то убивать время. Вдохновение я почерпнул из биографии великого императора Рассела: собрал компанию, мы уселись за стол и погрузились в бумажное приключение.

— В этой игре, покуда ты чтишь правила, волен примерить на себя любую личину. Хоть лекаря, хоть повернутого на овощах авантюриста, хоть частного сыщика, не расстающегося с гаечным ключом и трубкой, или же склонного к безумным теориям археолога. А затем мы всей честной компанией отправляемся в древний замок, раскапываем сокрытые во мраке веков тайны и сходимся в бою с самыми разнообразными чудовищами.

— Звучит весьма недурно, — Эмлин внезапно поймал себя на мысли, что подобная забава пришлась бы ему чертовски по вкусу.

— Ха-ха, не желаете влиться в отряд? В нашей нынешней кампании мы угодили в сети коварного заговора и вот-вот схлестнемся с могущественным древним вампиром. С виду он писаный красавец, но стоит копнуть глубже — и под кожей у него сплошные гнойники от бурлящей, раскаленной крови, — с нескрываемым энтузиазмом зазывал Иэн.

«Благородный род Крови, будьте любезны!» — мысленно фыркнул Эмлин. Его лицевые мышцы едва заметно дрогнули, и он холодно отрезал:

— Я пришел с поручением.

— Как скажете… Пройдемте в соседнюю комнату, — Иэн подхватил свой котелок и потертую сумку, поднимаясь с места.

За стеной располагалась бильярдная, нынче абсолютно пустая. Подросток с ловкостью и повадками прожженного дельца притворил за собой дверь. Окинув помещение цепким взглядом, он повернулся к гостю:

— Сэр, вы мне совершенно не знакомы. Могу я поинтересоваться, от кого вы?

Эмлин слегка вздернул подбородок и, не скрывая торжествующей улыбки, произнес:

— От Шерлока Мориарти.

Едва эти слова слетели с его губ, вампир воровато огляделся по сторонам и рефлекторно потер нос.

— Так вы от великого сыщика Мориарти, — Иэн с нескрываемым облегчением перевел дух. — Вот теперь я спокоен. Кстати, разве он не отправился в отпуск на залив Деси? Когда это он успел вернуться?

Опустив руку и ни на йоту не изменившись в лице, Эмлин ровно ответил:

— Он и не возвращался. Я заглядывал в его квартиру.

— Если начистоту, нормальный отпуск должен был подойти к концу еще во второй половине января. А на дворе, смею заметить, уже апрель.

— С ним… не могло ли с ним приключиться какой беды? — с явной тревогой в голосе спросил паренек.

Вампир воскресил в памяти те поразительные таланты и ореол таинственности, что всегда окутывали Шерлока Мориарти, и мотнул головой:

— Скорее всего, банально увяз в каком-то запутанном деле.

Иэн не стал больше развивать эту скользкую тему, перейдя к сути:

— Как прикажете к вам обращаться? И в чем суть поручения?

— Можете называть меня мистером Уайтом, — Эмлин выудил листки, до боли напоминающие казенные ориентировки, и протянул их юноше. — Мне нужно, чтобы ты выследил этих пятерых.

Подросток взял бумаги. Скрупулезно изучив их несколько минут, он вынес вердикт:

— Двадцать фунтов за каждую стоящую зацепку. И сто пятьдесят — за точные координаты. Вас устроит?

— Без проблем, — Эмлин мысленно ахнул: расценки казались до смешного мизерными.

На фоне этого те куши, что он заламывал на собраниях Клуба Таро, выглядели просто грабительски раздутыми.

Аккуратно сложив листовки, Иэн напоследок осведомился:

— Мистер Уайт, если всплывет след, где мне вас искать?

— В Южном районе Баклундского моста, в Церкви Урожая, — вампир загодя заготовил этот ответ.

Услышав это, паренек с искренним недоумением смерил гостя взглядом:

— Вы прихожанин Матери-Земли? В Баклунде таких днем с огнем не сыщешь.

— О нет! — Эмлин решительно, с негодованием замотал головой. — Я там просто на волонтерских началах.

Не дав собеседнику и слова вставить, он перехватил инициативу:

— А твои красные глаза — от кого они тебе достались?

Этот вопрос не давал Эмлину покоя с той самой секунды, как он переступил порог карточной. В седую древность алые радужки считались железобетонным, визитным признаком рода Крови. Однако в Четвертую Эпоху, когда люди и вампиры бок о бок населяли империю и тесно сплелись в общем котле, смешанные браки стали делом обыденным. На свет появилась целая россыпь потомков-полукровок с багряными глазами. Этот признак передавался из поколения в поколение, превратившись в пусть и редкий, но всё же встречающийся среди людей оттенок.

Если говорить начистоту, в родословной каждого красноглазого человека обязательно затесался кто-то из рода Крови.

Иэн на мгновение опешил и растерянно ответил:

— От отца… А кто был до него — без понятия. Я же вырос на улице, обычный беспризорник.