Этот клочок суши славился щедрыми природными богатствами, да к тому же удачно раскинулся на самом пересечении безопасных морских фарватеров. Жизнь здесь текла вполне сытно и безбедно: даже деревенские фермеры на окраинах умудрялись сколотить кое-какой капиталец на своих фруктовых садах.

Разумеется, это отнюдь не означало, что Олави напрочь лишен трущоб и бедноты. Просто на самом социальном дне здесь барахтались в основном бывшие невольники — ведь парламент Лоэна давным-давно, на законодательном уровне выжег рабство под корень.

Проглотив сочную, истекающую медовой сладостью мякоть фрукта, Клейн бросил взгляд на стремительно темнеющее небо. Обогнув угол, сыщик уверенным шагом переступил порог таверны под вывеской «Сладкий лимон».

Заведение гремело славой одного из главных пристанищ вольных авантюристов на всем Олави. Именно здесь Клейн вознамерился разжиться парочкой недостающих вспомогательных ингредиентов для эликсира «Марионеточника» — весьма ходовой корой драконова дерева вкупе с водой из сунийского Золотого источника.

К этому часу внутри уже кипел разгульный, оглушительный гомон. Вокруг импровизированного боксерского ринга толпились зеваки, размахивая кружками и надрывая глотки в азартном реве. А за расставленными по периметру столиками люди, всем своим видом походившие на тертых искателей приключений, вполголоса перемывали косточки свежим слухам и портовым байкам.

Клейн уже было собрался протиснуться к барной стойке, как вдруг до его ушей донеслось собственное имя.

— … Я — Герман Воробей, и вы прекрасно знаете, кто я таков. В мои руки попала подлинная карта сокровищ, и мне позарез нужно нанять толковых подручных. И дело тут вовсе не в трусости — просто в одиночку мне такую прорву золота ни за что не утащить… — вещал зеленоглазый мужчина лет тридцати. Сжимая в руке наполовину осушенный стакан с крепким пойлом, он распинался перед двумя мужчинами и двумя женщинами в углу, чей род занятий — то ли купцы, то ли авантюристы — определить с ходу было трудновато.

«Выходит, ты тоже Герман Воробей? Карта сокровищ… Смердит дешевым лохотроном… Неужто вести о том, как я пустил в расход „Краснобая“, уже докатились из Байама до здешних краев? Хм, скорее всего, телеграфом да с пассажирскими судами. Вот и выходит: имя мое на слуху, подвиги обросли байками, а истинной физиономии никто в глаза не видел… И этот прохвост решил под шумок нацепить мою личину ради развода…» — Клейна словно осенило, и он с деланным безразличием придвинулся поближе.

Зеленоглазый самозванец сделал глоток жгучего спиртного и с размаху, с оглушительным стуком впечатал стакан в столешницу:

— Согласитесь вы или пойдете на попятную — мне глубоко наплевать! Но если есть на свете вещь, которую я ненавижу всеми фибрами души, так это заставлять меня ждать!

— Или вы тоже возжелали разделить участь «Краснобая»?

Сидящий напротив молодой парень с явной опаской в голосе забормотал:

— Мы прекрасно наслышаны о вашей сокрушительной мощи и славе авантюриста…

— И что с того? — бесцеремонно оборвал его зеленоглазый хам.

В этот самый миг он вдруг почувствовал, как воротник его рубашки намертво стянуло. Неведомая сила рывком оторвала его от земли и швырнула прямиком к выходу из таверны.

Клейн не стал сотрясать воздух лишними объяснениями. Сохраняя на лице маску абсолютной, ледяной невозмутимости, он попросту вышвырнул наглеца за порог.

Затем сыщик молниеносно выхватил револьвер. Небрежно нацелив ствол туда, куда только что рухнул зеленоглазый хвастун, он хладнокровно, без малейших колебаний спустил курок.

Ба-бах!

Бедолага едва успел с глухим стуком приземлиться, как прямо у него между ног, высекая сноп ослепительных искр, в брусчатку вгрызлась пуля. Животный ужас мгновенно заставил его проглотить всю ту брань, что уже вертелась на языке. Вскочив на четвереньки, он, не разбирая дороги и спотыкаясь, пулей вылетел прочь из бара.

Никаких слов больше не требовалось. Это жалкое, ничтожное бегство служило лучшим, железобетонным доказательством того, что перед ними — кто угодно, но только не Герман Воробей.

Клейн даже не удостоил ошарашенных, едва не ставших жертвами развода зевак и коротким взглядом. Изящно сдунув дымок с дула револьвера, он привычным жестом вернул оружие в подмышечную кобуру.

А затем, в повисшей после выстрела гробовой, звенящей тишине, неспешным и размеренным шагом направился к барной стойке.

Глава 614

Общество взаимопомощи авантюристов

Клейн опустился на табурет у барной стойки и негромко стукнул кулаком по столешнице:

— Кружку южно-уэльского пива.

У него за спиной несколько охранников мялись в нерешительности, не зная, стоит ли подойти с предупреждением или же сделать вид, будто недавней стрельбы и вовсе не было.

Бармен многозначительно подмигнул вышибалам, подхватил стеклянную кружку и добродушно рассмеялся:

— Почему бы не отведать «Сладкого лимона»?

— Наш босс в свое время постигал искусство миксологии в самом Трире. Он досконально изучил рецептуру множества коктейлей, оставшихся еще со времен императора Рассела, а затем собственноручно изобрел этот напиток — ныне самый популярный на всем Олави.

Эти посулы ни на йоту не тронули Клейна, и он невозмутимо парировал:

— Я предпочитаю исключительно пиво.

— Как скажете, — бармен не спешил наливать южно-уэльское, сохранив на лице вежливую улыбку. — Сэр, вы, часом, не из вольных авантюристов будете?

Сыщик ограничился скупым кивком, не проронив ни звука.

Трактирщик, ничуть не смутившись, с готовностью продолжил:

— В таком случае вам определенно стоит познакомиться с нашим боссом. Он всегда благоволит новоприбывшим искателям приключений, не скупится угостить их выпивкой, да и в целом подобное знакомство сулит немалую выгоду.

Изначально явившийся сюда именно с целью закупить вспомогательные материалы для эликсира «Марионеточника», Клейн благоразумно не стал отказываться. Выудив медно-желтый пенни, он звонким щелчком подбросил монету в воздух и ловко поймал ее на лету.

Опустив монету на стойку в качестве чаевых за наводку, юноша неспешно поднялся. Следуя за одним из охранников, он взошел по скрипучей лестнице на второй этаж и направился в самый конец коридора, к дверям нужного кабинета.

Покои устилал густой, мягкий ковер горчичного оттенка, а в воздухе витал едва уловимый дух дорогого, ровно тлеющего угля, причудливо сплетающийся с густым ароматом сигарного дыма.

В уютном кресле-качалке вальяжно устроился мужчина средних лет с безупречно зачесанными назад светлыми волосами. Неторопливо потягивая сигару и просматривая свежую прессу, он был окружен свитой из доброго полудесятка крепких телохранителей.

И пусть Клейн не принадлежал к Пути «Зрителя», чтобы по мельчайшим штрихам безошибочно считывать повадки и мощь этих бойцов, равно как не владел талантами «Тайноведа» или «Монстра», способными прозревать сокрытое от глаз простых смертных, его духовная интуиция настойчиво твердила: в этой своре стопроцентно затесались Потусторонние. Мастера, способные представлять вполне реальную угрозу.

Хозяин кабинета отложил газету, слегка поправил воротник черной сорочки и, плавно поднявшись навстречу, протянул руку:

— Добро пожаловать на Олави, мой авантюрный друг.

В его лазурных глазах плясали теплые искорки, а весь облик источал поистине обезоруживающую искренность.

Клейн ответил скупым, коротким рукопожатием. Не проронив ни звука, сыщик застыл в безмолвном ожидании.

Мужчина указательным пальцем небрежно пригласил гостя на диван напротив и с легким смешком представился:

— Я — владелец этого скромного заведения, Билт Брандо.

— В былые времена мне и самому доводилось бороздить моря в поисках удачи. Сноровки хватало: по крайней мере, я всё еще топчу эту землю, да и деньжат сколотил изрядно.

«А ты, погляжу, не страдаешь от ложной скромности, раз заявляешь о своей силе так в лоб…» — Клейн, ничуть не церемонясь, опустился на мягкую обивку. Слегка подавшись вперед и сохраняя на лице абсолютную, ледяную невозмутимость, он приготовился слушать дальше.

Не дождавшись от гостя ни малейшей реакции, Билт вновь устроился в кресле, с наслаждением затянулся сигарой и вальяжно продолжил:

— Буду с вами предельно откровенен. Приглашая на аудиенцию каждого новоприбывшего авантюриста, я преследую вполне конкретную цель.

Он кивком указал на раскинутую поверх массивного стола навигационную карту и заговорил глубоким, магнетическим баритоном:

— Чем дальше на восток от архипелага Ротсид, тем гуще сгущается мрак над океанскими просторами. Хватка армейских чинов и церковных инквизиторов там стремительно слабеет, силенок хватает разве что на удержание собственных портов.

— Те пучины — истинный рай для пиратской швали и сущий ад для нашего брата авантюриста. Именно поэтому я вынашиваю идею сколотить всех вольных охотников в некий неформальный альянс, дабы мы могли выступить единым фронтом перед лицом смертоносной угрозы.

— Клясться на крови не придется. Узрев, как коллега по цеху угодил в мясорубку, вы вольны преспокойно остаться в стороне. Никаких карательных мер не последует. Вот только случись беда с вами — на спасательный круг можете не рассчитывать.

— Вдобавок я лично ручаюсь: для членов ложи закупки в моем заведении будут обходиться практически по себестоимости, а при сбыте трофеев я гарантирую ценник не ниже рыночного.

Покончив с презентацией, Билт с предвкушающей улыбкой уставился на новичка и добродушно хохотнул:

— Ну как? Желаете примкнуть к нашему братству? Уверяю, никаких членских взносов не предвидится. Вся суть сводится к банальной взаимовыручке при стычках с корсарами.

Клейн ответил скупым кивком:

— Звучит вполне разумно.

— Ха-ха, мои мысли в точности! Изначально я даже подумывал окрестить его «Братством авантюристов», но вовремя смекнул, что слово «братство» отдает ненужной кабалой. Поэтому переименовал в «Общество взаимопомощи авантюристов», — с легкой самоиронией усмехнулся Билт.

На этих словах он опустил руку с дымящейся сигарой, звучно причмокнул и, покачав головой, добавил:

— Прошу простить мою бестактность, я так и не удосужился узнать ваше имя.

Сыщик, ни на йоту не изменив своей ледяной позы, глухим, вибрирующим баритоном отчеканил:

— Герман Воробей.

— Герман… Воробей… — веко Билта нервно дернулось, а улыбка вмиг окаменела, словно примороженная. Застывшие поодаль телохранители мгновенно подобрались, напружинившись, будто перед лицом смертельной угрозы.

Впрочем, Билт быстро совладал с собой. Благоразумно решив не допытываться, подлинный ли это Герман Воробей или просто наглый самозванец, он выдавил из себя сухой смешок:

— Так что вы намеревались приобрести? Мои закрома полны воистину редких диковинок.

— Вода из Сунийского золотого источника, — сохранив внешнюю невозмутимость, но внутренне напружинившись, произнес Клейн.

О коре драконова дерева он благоразумно умолчал — как-никак, этот ингредиент с высокой долей вероятности можно было сыскать и в обычных аптекарских лавках.

Билт Брандо с заметным облегчением выдохнул и расплылся в улыбке:

— Пара пустяков.

— Тридцать фунтов за сто миллилитров.

— И уж поверьте моему опыту: даже вздумай вы лично наведаться на остров Суня, выгадали бы от силы пару-тройку фунтов. Фейсакские варвары наглухо оцепили все источники, так что чужакам туда ходу нет.

— По рукам, — Клейн, прекрасно осведомленный о рыночных реалиях, понимал, что тридцать монет за такой объем — цена поистине божеская.

Ударив по рукам, Билт только-только приготовился продолжить беседу, как тишину разорвал стук в дверь.

Дождавшись отмашки босса, один из охранников юркнул в кабинет и, склонившись к самому его уху, заговорщицки зашептал.

Лицо трактирщика мгновенно потемнело. Весь его облик налился свинцовой, первобытной мрачностью, источая густую, почти осязаемую жажду крови.

«А хватка-то у него и впрямь мертвая. В былые годы этот тип явно гремел славой, будучи либо матерым авантюристом, либо отпетым корсаром… Стопроцентно мастер средних Последовательностей…» — безмятежно взирая на собеседника, Клейн хладнокровно вынес вердикт.

Билт резко повернул голову и, с трудом выдавив из себя подобие вежливости, обратился к Клейну:

— Мистер Воробей, дела требуют моего безотлагательного вмешательства.

— Искренне уповаю, что в будущем нам еще выпадет шанс пропустить по кружечке.

— Договорились, — юноша плавно поднялся на ноги, совершенно не горя желанием совать нос в чужие проблемы.

Разумеется, любопытство в нем всё же шевельнулось, вот только оно было явно недостаточно сильным, чтобы заставить его предать собственные принципы и лезть на рожон.

Покинув стены «Сладкого лимона», сыщик без малейших происшествий добрался до своей съемной комнаты в гостинице.

…………

Город Серебра. Очередной «день», озаряемый беспрестанными вспышками молний.

Деррик Берг, вдоволь отточив весь арсенал сверхъестественных талантов «Жреца Солнца», неспешным шагом покинул тренировочный полигон, направившись прямиком к двум исполинским башням.

За минувшие собрания Клуба Таро Деррик уже успел нащупать определенную закономерность. Он примерно вычислил, сколько именно циклов учащения и затухания молний должно смениться, прежде чем господин «Шут» вновь затянет его в чертоги над серой мглой.

И сейчас как раз наступил тот самый, последний «день».

Именно поэтому юноша направлялся в библиотеку, намереваясь покопаться в исторических манускриптах о древних богах, дабы на грядущем собрании преподнести эти знания господину «Шуту».

Проходя мимо ограждения тренировочной площадки, Деррик бессознательно скосил глаза внутрь. Там отдыхали бойцы исследовательского отряда — того самого отряда, который возглавлял лично Вождь Совета Шести, Колин Илиад!

Совсем недавно они завершили вылазку, опираясь на рассказы маленького Джека, благополучно вернулись в Город Серебра и теперь проходили обязательный этап карантина.