— Отыскать столь скрытное общество — задача не из легких. Да и дело это крайне опасное.

Талим, словно заранее предугадав подобный ответ, добродушно усмехнулся:

— Шерлок, от тебя никто не требует лезть на рожон. Тот влиятельный господин лишь просит держать ухо востро и собирать любые слухи или зацепки. Вот, держи, пять фунтов наличными — это на текущие расходы. Даже если не удастся разузнать ничего дельного, возвращать их не придется. Ну а если нащупаешь стоящий след, он щедро оплатит каждую крупицу информации и полностью покроет все издержки.

Такие роскошные условия? Похоже, тот господин придает этому делу колоссальное значение… Связан ли он как-то с покровителями Капина или мечтает нанять таинственный Клуб Таро для собственных нужд? Покрытие расходов… Богиня, как же давно никто не обещал мне оплатить накладные расходы… Раз уж разговор зашел так далеко, для частного детектива упорствовать в отказе было бы чертовски подозрительно… К тому же расследование против самого себя куда безопаснее держать под собственным контролем… Клейн выждал пару секунд для приличия и ответил:

— Договорились, я сделаю всё, что в моих силах.

Он без лишних церемоний принял пять однофунтовых банкнот, решив раз в неделю-другую скармливать клиенту какую-нибудь туманную и двусмысленную зацепку.

«Орден Авроры ведь спит и видит, как бы выследить „Шута“? А „Шут“ — это важнейшая карта Таро! Было бы просто чудесно, если бы тот влиятельный господин пошел по этому ложному следу и убрал мистера А своими силами…» — в голове Клейна мало-помалу начал созревать довольно изящный план.

…………

Подземелье собора Святого Самуила.

«Анквистер» Соэст созвал подчиненных, чтобы обсудить дальнейшие шаги.

Скользнув взглядом по темноволосому и зеленоглазому Леонарду Митчеллу, он с ноткой пытливости поинтересовался:

— Если бы это дело поручили тебе, с чего бы ты начал расследование тех двух инцидентов с картами Таро?

Леонард привычным жестом взъерошил шевелюру и с улыбкой отозвался:

— Во-первых, придерживаясь прежней тактики, пойти от обратного: выследить тех людей или организации, что сами отчаянно ищут последователей «Шута». Вдруг им ведомо нечто стоящее? Во-вторых, заново перетряхнуть оба прошлых дела, включив в список абсолютно всех причастных, невзирая на наличие алиби! А уж затем, пустив в ход способности «Кошмара», устроить перекрестный допрос каждому по очереди. Дьявол ведь всегда кроется в деталях, а истинный палач порой прячется под маской того, на кого никогда не падет подозрение.

Соэст глухо усмехнулся:

— Я дотошно изучил архивы. В тех двух делах замешано слишком много людей, разбросанных по самым разным концам столицы. Перепроверить каждого — задача колоссальной сложности. К тому же некоторые из них — вольные Потусторонние, прекрасно умеющие заметать следы, так что отследить их маршруты практически нереально. Замахнись мы на столь масштабные раскопки, силами одной нашей опергруппы не обойтись. Церкви придется откомандировать к нам как минимум пять Ночных Ястребов седьмой Последовательности вкупе с целым штатом вспомогательного персонала.

— Наша первостепенная задача — расследование дела о призыве дьявола, — негромко напомнил Леонарду другой боец в красных перчатках.

Леонард ничуть не обиделся, лишь тихо рассмеялся:

— Я прекрасно это понимаю. Моё дело — предложить, а уж одобрять эти идеи и в каком объеме пускать в ход — решать исключительно вам, капитан Соэст.

Помедлив пару секунд, он озадаченно нахмурился:

— Одно мне непонятно: почему дела с ритуалами Таро получили столь низкий приоритет? В первом случае речь шла о попытке пришествия злого божества, что по масштабам угрозы многократно превосходит банальный призыв дьявола.

Соэст неторопливо отхлебнул кофе и размеренно произнес:

— Ресурсы Ночных Ястребов не безграничны, поэтому нам приходится выстраивать жесткие рамки приоритетов. К тому же то скрытое общество, избравшее символом карты Таро, до сих пор не выказало к нам ни малейшей враждебности. Напротив, в каком-то смысле их вылазки сослужили нам отличную службу: они сорвали нисхождение «Истинного Творца» и помогли вскрыть подноготную работорговца Капина, за спиной которого явно стояли влиятельные покровители.

На этом моменте капитан едва заметно улыбнулся:

— Глядишь, со временем они выпотрошат для нас еще немало грязных секретов.

— Разумеется, полностью спускать дело на тормозах никто не станет. Мы обязаны держать ухо востро — кто знает, не объявят ли эти таинственные господа нас своими врагами в будущем?

— Вас понял, капитан Соэст. Давайте вернемся к обсуждению дела о призыве дьявола, — с предельной серьезностью отозвался Леонард.

…………

Зима в Баклунде неизменно ассоциировалась с жарко натопленным камином и густым смогом, и в этой промозгой, подернутой сизой хмарью атмосфере время летело с пугающей скоростью.

Катилось оно столь стремительно, что оглянуться никто не успел, как до Нового года осталось всего две недели.

Затушив тлеющие в камине угли, Клейн поверх темно-красного шерстяного жилета накинул плотное двубортное пальто.

Почти три недели назад изобретатель Репард наконец-то оформил патент на «педальную повозку» и теперь вовсю рыскал в поисках инвесторов для второго раунда. Магнат и король паровых двигателей Фрэнки Кейдж проявил к этой новинке весьма живой интерес.

После серии предварительных встреч стороны договорились провести переговоры именно сегодня.

Весь этот месяц жизнь Клейна текла на удивление спокойно и безмятежно. Коротая дни за заурядными расследованиями, он шаг за шагом переваривал эликсир. Теперь до полного усвоения оставался лишь последний штрих — масштабное, проактивное представление с вызовом невозможному.

«Если не случится ничего экстренного, рисковать головой совершенно ни к чему. Месяц неспешного „отыгрыша“ — и дело в шляпе…» — лениво размышлял Клейн. Сняв с вешалки шелковый полуцилиндр, он привычным жестом протер его щеткой и шелковым платком, разглаживая складки и смахивая пылинки.

Идти на ту самую сходку четвертого января, наводку на которую давал значок покойного Ланевуса, у него по-прежнему не было ни малейшего желания.

Тем временем собрания Клуба Таро продолжали исправно проходить раз в неделю. Из новых страниц дневников Рассела Клейну удалось выведать, как этот великий монарх из робкого мечтателя, панически боящегося сделать первый шаг, мало-помалу превращался в расчетливого и хищного обольстителя дамских сердец.

Впрочем, иных весомых успехов собрания не принесли. Потустороннюю характеристику Оборотня «Мир» благополучно всучил «Повешенному» для реализации на морских просторах, но сделки такого масштаба, превышающие тысячу фунтов, быстро не закрываются. К тому же проклятая природа клыка отпугивала многих потенциальных покупателей.

К счастью, на прошлом заседании Альджер шепнул «Миру», что сумел навести мосты с одним «Ремесленником» из Церкви Бога Пара и Машин, и тот всерьез загорелся покупкой.

«Уповаю на то, что на этой неделе всё разрешится… А вот рецепт „Благословенного ветром“, который так жаждет господин Повешенный, пока безуспешно скрывается во мраке…» — собрав вещи, Клейн перехватил трость, поправил шляпу и шагнул за порог. Формула эликсира шестой Последовательности «Благословенный ветром» была вещью редкой, так что Альджеру за полтора месяца поисков не перепало ни единой весточки.

«Справедливость» Одри после серии затяжных проверок и испытаний наконец-то снискала признание Алхимии Психологии. Она почтительно доложила господину Шуту, что на этой неделе должна официально пополнить их ряды, и умоляла о божественном покровительстве на случай непредвиденных осложнений. В качестве скромной благодарности она клятвенно пообещала выкрасть из закромов Алхимиков не меньше десяти страниц дневников Рассела, не требуя за это никакого вознаграждения.

Что же до чучела дракона из сокровищницы герцога Негана, ей удалось подтвердить, что это действительно «Тысячелицый охотник». Увы, радоваться было рано: перед ней покоился обычный высушенный манекен, напрочь лишенный как Потусторонней характеристики, так и свежей крови.

Долг в две тысячи фунтов, который она задолжала избраннику господина Шута, она сможет выплатить не раньше февраля-марта следующего года. Лишь после новогоднего бала, ознаменовавшего ее совершеннолетие, она получит право распоряжаться своей долей наследства, но даже тогда траты будут находиться под присмотром родителей. Ей потребуется время, чтобы незаметно аккумулировать нужную сумму, к тому же виконт Глейнт до сих пор ждал от нее окончательного расчета.

«Фокусник» Форс при содействии «Повешенного» наконец-то разжилась кровью глубоководного марлина, выложив за нее триста двадцать фунтов. После этой сделки ее личные сбережения растаяли до жалких ста двадцати монет.

Чтобы поправить пошатнувшиеся финансы и накопить на «желудок пожирателя духов», писательница начала строчить романы с поистине безумным остервенением. Свежая рукопись рождалась под ее пером прямо на глазах — захватывающая история, в которой причудливо сплетались морские странствия, пылкая любовь, путевые очерки, яростные штормы и пиратские набеги.

Ее переписка с Дорианом Греем не прекращалась ни на день. В последнем письме потомок рода Авраамов обмолвился, что планирует лично прибыть в Баклунд, дабы навестить могилы покойных мадам Анлисы, Лабобро и Лоуренса.

«Солнце» Деррик послушно следовал мудрому напутствию «Повешенного»: вел себя тише воды, ниже травы, исправно нес патрульную службу и копил заслуги, благоразумно не помышляя ни о каких ритуалах.

В преддверии каждого собрания он виртуозно разыгрывал глубокий сон, что позволяло ему беспрепятственно посещать чертоги. Чтобы не выдать себя регулярностью этих «отключек» и не навлечь подозрения соглядатаев, юноша приноровился спать урывками и в повседневной рутине.

Из его рассказов Клейн узнал, что старейшина Ловия так и не покинула подземелья Круглой Башни по истечении семи дней. Ее до сих пор держат под арестом, а истинные причины этого шага Вождя оставались покрыты мглой.

Поиски последователей «Шута», развернутые мистером А из Ордена Авроры, благодаря маниакальной осторожности Клейна полностью забуксовали. Да и те немногие вольные Потусторонние, кому посчастливилось узнать почетное имя владыки, прекрасно осознавали, чем чревато безрассудное поминание столь великой сущности. Не оказавшись на самом краю могилы, никто из них не наберется дерзости вознести мольбу существу, чья природа подозрительно напоминала злых богов.

«Эмлин в прошлый раз обмолвился, что нащупал след нужных ингредиентов, и, глядишь, скоро подтвердит догадку… Вот только с финансами у меня сейчас полнейшая катастрофа…» — беззвучно пожаловался самому себе Клейн. Опираясь на трость, он приблизился к двери особняка адвоката Юргена.

Потянув за шнурок звонка, юноша инстинктивно сделал два шага назад.

Вскоре массивная створка отворилась, и на пороге возникла бодрая, сияющая здоровьем старушка Дорис. Она радостно раскинула руки, вознамерившись одарить детектива самым крепким объятием.

— О, Шерлок, тот врач, которого ты порекомендовал, просто чудотворец! Мое тело не чувствовало себя настолько молодым и полным сил последние десять лет! — заметив, что гость держится на приличном расстоянии, Дорис вынуждена была опустить руки, выплеснув весь свой восторг в словах.

Клейн невольно, со смесью веселья и легкой обреченности, вздохнул:

— Госпожа Дорис, вы говорите мне это ровно в девятый раз.

Он приметил черного кота Броди, примостившегося на самой верхушке вешалки для шляп. Качаясь, словно на качелях, зверь тем не менее безупречно удерживал равновесие.

«Я и сам так смогу…» — мысленно оценил свои новые клоунские таланты Клейн.

— Да неужели? — удивленно захлопала глазами старушка Дорис.

Впрочем, она тут же выбросила это из головы и с лучезарной улыбкой спросила:

— Ты к Юргену?

Губы Клейна тронула приветливая улыбка:

— Да, именно.

В таких делах, как грядущие переговоры, определенно требовалось заручиться поддержкой профессионального юриста.

Глава 410

Фрамми Кейдж

Район Святого Георга, улица Сатч.

Клейн и Юрген только сошли с подножки кэба, как сразу же заприметили у дома изобретателя Репарда настоящее стальное чудовище.

Матово-черный стальной корпус покоился на трех парах из двенадцати колес. Из высокого дымохода, напоминающего трубу океанского лайнера, лениво струились остатки сизого дыма.

Это был паровой автомобиль — чудо техники, которое Клейну уже доводилось видеть на страницах иллюстрированных журналов и столичных улицах. Обыватели восторженно величали такие махины сухопутными броненосцами, и исполинские размеры этого экипажа вполне оправдывали столь громкое прозвище.

Не будь эта мостовая проложена или отремонтирована в последние пару-тройку десятилетий, огромная машина заняла бы всю ширину проезжей части, не оставив обычным конным кэбам ни единого шанса разминуться. Именно поэтому подобные шедевры прогресса встречались лишь в строго определенных районах города.

В этот миг тяжелая дверца с застекленным окном распахнулась, и на мостовую спустились два джентльмена.

Одним из них был магнат паровых двигателей Фрамми Кейдж, с которым Клейн уже мельком пересекался ранее. В жилах этого великана текла четверть фейсакской крови: он щеголял рослым, но уже изрядно обрюзгшим телосложением, очень бледными голубыми глазами и неизменной трубкой в зубах.

Его спутник, облаченный в тяжелое черное драповое пальто с небрежно наброшенным серым шарфом, обладал самой заурядной внешностью — типичные темные волосы и карие глаза, — однако весь его облик излучал какое-то странное, неуловимое дружелюбие.

— Приветствую, детектив Мориарти! Вы, как всегда, пунктуальны, — добродушно басил Кейдж. — Позвольте представить: мой солиситор и деловой партнер, Пачеко Доун.