«Дневники Рассела? Те самые записки, испещренные загадочными, уникальными символами, которые никто в мире так и не сумел расшифровать? И это действительно его личные дневники⁈ Тон господина Повешенного звучал донельзя уверенно, а сам господин Шут даже не подумал возразить…»

«А ведь мне в свое время попадалось столько подобных бумаг, но я попросту проходила мимо, считая их бесполезной макулатурой… Ах да, у леди Одри ведь скопилась целая куча этих записей! Она всегда сходила по ним с ума! Вот только… О Богиня! Буквально на прошлой неделе — а может, на позапрошлой, в этой суматохе всё из головы вылетело — ее питомица Сьюзи изодрала в клочья кучу книг и манускриптов! И все дневники великого императора Рассела безвозвратно сгинули в этой собачьей пасти!»

Внезапно вспыхнувшая радость в мгновение ока сменилась глухим, беспросветным разочарованием, до боли сдавившим грудь Форс. Ей до смерти захотелось зажать уши руками и истошно завопить во весь голос.

Лишь так она смогла бы выплеснуть ту бурю эмоций, что бушевала в ее душе!

«Как же я ненавижу собак!» — со злостью мысленно простонала «Фокусник» Форс.

Просьба «Повешенного» оказалась для Клейна полной неожиданностью, однако для него подобное поручение было, пожалуй, самым простым и не требующим ни малейших усилий. Издав тихий смешок, он произнес:

— Дозволяю.

— Желаете, дабы ответ услышали все присутствующие, или же предпочтете сохранить его в тайне?

«Повешенный» Элджер без единой секунды колебаний отозвался:

— Пусть это останется между нами.

Моряк отнюдь не страдал избытком бескорыстия и делиться столь ценными знаниями за просто так не собирался.

Клейн с мягкой улыбкой наглухо заблокировал восприятие остальных участников. Этот маневр не на шутку уязвил мисс «Справедливость» Одри: девушка с замиранием сердца предвкушала, как усыплет господина Повешенного лавиной недоумения и шока. Ощущение было сродни тому, когда совершаешь нечто поистине грандиозное и, пусть и хранишь скромное молчание, безумно жаждешь увидеть ошарашенные лица окружающих.

«Но этот несносный Повешенный в одночасье лишил меня такого удовольствия!» — недовольно мысленно надулась Одри.

Впрочем, она прекрасно понимала, что его требования были абсолютно разумны и законны.

«Хотя… я-то этот секрет давным-давно знаю…» — лукаво прикусив губу, подумала девушка.

Тем временем Клейн вальяжным, неторопливым жестом перевернул ту самую карту Богохульства и установил ее вертикально — так, чтобы «Повешенный» мог воочию созерцать красующегося на ней императора Рассела, облаченного в глухие черные латы, увенчанного короной и скрывающегося под тяжелыми складками плаща того же цвета.

Портреты великого монарха в реальном мире попадались на каждом шагу, так что Альджер мигом опознал этот лик. Куда важнее было иное — в верхнем углу карты ослепительно сияла четкая, кристально ясная строчка:

«Последовательность 0: Темный Император!»

«Она самая! Та самая легендарная колода, созданная Расселом, скрывающая в себе целые пути божественного, послужившая прообразом для современных карт Таро! Последовательность 0, „Темный Император“… Значит, эта карта венчает собой стезю „Адвоката“, открывая прямую дорогу к престолу истинных божеств? Господин Шут с такой одержимостью коллекционирует дневники Рассела ровно для того, чтобы нащупать ниточки к этим Картам… И подумать только: миновало лишь несколько месяцев, а в Его руках уже покоится один из этих бесценных артефактов!» От этих мыслей Альджера накрыла бушующая волна искреннего потрясения, жгучего трепета и дикого, бьющегося через край ликования.

В этот самый миг он отчетливо, до глубины души осознал: будущее Клуба Таро видится поистине ослепительным и великим.

Прежде он лишь со смиренным трепетом склонялся перед непостижимым могуществом и таинственностью господина Шута, взирая на собрания Клуба лишь как на удобную площадку для торговли ингредиентами и обмена сведениями. Но теперь в его голове закружился вихрь дерзких надежд: какие же немыслимые щедроты и божественные дары прольются на его собственную голову и головы остальных участников, когда все до единой Карты Богохульства осядут в закромах их предводителя!

«При таком раскладе наш Клуб со временем неминуемо превратится в самую могущественную, самую непобедимую тайную ложу во всем мире!» — с упоением мысленно уносился в грядущее «Повешенный» Альджер.

Клейн тем временем размеренно, не спеша обронил:

— Это Карта Богохульства.

Завершив фразу, он легким мановением воли снял незримый барьер.

Едва к мисс «Справедливости» Одри вернулось восприятие, как она тут же устремила пронзительный взгляд на «Повешенного». Сквозь зыбкую пелену тумана девушке без труда удалось считать шлейф эмоций собеседника: там сквозили отголоски глубочайшего шока, бурной радости и трепетного предвкушения.

«То-то же…» — испытав острейший прилив гордости, мысленно улыбнулась Одри.

«Карты Богохульства… Прямая отсылка к Скрижалям Богохульства…» — Элджер погрузился в раздумья на несколько секунд, после чего, обуздав эмоции, принялся послушно материализовать в памяти новые три страницы из дневников Рассела.

Вскоре три желтовато-бурых пергаментных листа плавно скользнули во главу стола, очутившись в руках Клейна.

Юноша с напускным безразличием опустил взгляд и принялся неспешно, строчка за строчкой вчитываться в текст:

«Пятнадцатое марта. Я — несомненный, истинный главный герой этой эпохи! Положившись лишь на парочку куцых археологических зацепок да обрывки матросских баек, я умудрился отыскать у самых границ Туманного моря, близ островов Орадек, древний корабль-призрак Соломоновой империи — легендарный „Черный Трон“!»

«До чего же эта посудина крута и величественна!»

«В его каютах обнаружилась целая стопка старинных фолиантов, а меж страниц я наткнулся на карту сокровищ, ведущую к какому-то безымянному островку. Судя по всему, именно там укрылся и нашел последнее пристанище один из могущественных вельмож Соломоновой империи, бежавший с Северного континента после сокрушительного поражения. Всё его наследие по сей день покоится в тех землях!»

«И эти сокровища неминуемо станут моими!»

«Девятнадцатое марта. Тщательно всё взвесив и обдумав, я принял волевое решение: выходу в море быть! Сосовсем скоро мне предстоит примерить офицерский мундир сухопутных войск Королевства, и другого шанса отдаться вольному ветру странствий уже не представится».

«Эдвардс, Грин и остальные ребята с радостью согласились составить мне компанию в этой гибельной авантюре посреди вечно укутанных туманами вод».

«Будем откровенны: сокровища — дело второстепенное. Куда сильнее меня гложет научный интерес. Движение светила и багряной луны, траектории блуждающих звезд, неумолимый ход времен года — каждая мелочь и все собранные вычисления кристально ясно доказывают: наш мир представляет собой сферу! Но коль скоро это так, глупо предполагать, будто суша ограничивается лишь Северным и Южным континентами. По моим прикидкам, их общая площадь не дотягивает и до десятой части всей поверхности нашей планеты. Неужто на остальном пространстве плещутся лишь безбрежные океаны да сиротливо высятся жалкие острова?»

«К западу от Северного континента раскинулось Туманное море, к востоку — море Соня. Сдается мне, за этими безбрежными водами скрывается иная суша — точно так же, как за бушующим Бушующим морем когда-то открылся Южный континент. Кто знает, вдруг именно мне суждено явить миру неизведанные земли — Западный континент!»

«В путь, великий мореплаватель Рассел Колумб Магеллан Густав! Пора доказать всему миру свою правоту!»

«А ведь в юности император был на редкость безрассудным и отчаянным глупцом… Поверил какой-то куцей, сомнительной карте, таящей в себе одному богу известные угрозы, и ринулся в неизведанное… Впрочем, на склоне лет он остался ровно таким же безумцем — и Карта Богохульства тому неоспоримое доказательство…» — Клейн не удержался от едкой мысленной шпильки.

Эта страница дневника явно перекликалась с той, что ему уже доводилось читать ранее — промежуток между ними составлял от силы пару листов. А значит, Клейн мог с уверенностью утверждать: во время этой вылазки Рассел заплутал во мраке и наткнулся на затерянный, лежащий в стороне от проторенных маршрутов первобытный остров, кишмя кишащий всякой паранормальной нечистью. В ходе тех странствий монарх то и дело развлекался, подтрунивая над своими спутниками, Грином и Эдвардсом, пуская в ход шуточки про «Всадников Апокалипсиса» и «Короля Пиратов».

К слову, тот самый Грин, которого император величал самым выдающимся и острым умом в своей команде, после посещения того первобытного острова начал вести себя до одури странно, и в конечном итоге сгинул в бескрайних водах Туманного моря.

«А ведь в нынешнюю эпоху теория о том, что наш мир — сфера, давно стала незыблемой истиной, подтвержденной трудами именитых астрономов…» — Клейн перевернул страницу, устремив взор на второй лист дневника:

«Восемнадцатое апреля. Листая уцелевшие фолианты на борту „Черного Трона“, я наткнулся на звучный термин — „Западный континент“!»

«Значит, Западный континент действительно существует!»

«Вот только даже в Четвертую Эпоху, во времена процветания Соломоновой империи, когда истинные божества еще безбоязненно ступали по бренной земле, Западный континент оставался не более чем призрачной легендой. Предания гласили, будто именно там находилась исконная родина эльфов, тесно связанная с именем древнего бога Суния Солима».

«Однако тут крылась вопиющая нестыковка: эльфы в конечном итоге обосновались на острове Суния, а после рассеялись по глухим горным ущельям и затерянным островкам. И ни единая летопись, ни одна байка никогда не упоминала о том, будто они отчаянно жаждали вернуться в родные пенаты».

«Как бы там ни было, если за Туманным морем действительно скрывается Западный континент — исконная отчина эльфийского племени, то что тогда таится за морем Соня? Неужто на другом конце вод высится мифический Восточный континент? Его следы то и дело проскальзывают в скупых строчках священных фолиантов… Может… может, Восточный континент — это и есть та самая Земля, покинутая богами?»

«Вперед, Рассел, твоя цель уже близка!»

«Западный континент, Восточный континент… И Рассел подозревал, что последний — это Земля, покинутая богами… Ах да, господин Повешенный как-то обмолвился, что фанатики из ордена Авроры рыщут по морю Соня в поисках Святилища Истинного Творца, которое, по его догадкам, и есть Земля, покинутая богами… И это поразительно точно перекликается с мыслями великого императора… До чего же много немыслимых тайн скрывает этот мир…» — Клейн скользнул взглядом ниже, вчитываясь в финальные строки страницы:

«Двадцатое апреля. Каждый признак и все собранные данные кристально ясно доказывают: мы приближаемся к суше! К полноценному, огромному материку, а вовсе не к очередному жалкому острову!»

«Неужели этот географический кретинизм принесет мне такую немыслимую удачу? Неужели я обнаружу так называемый Западный континент?»

«Двадцать первое апреля. Я увидел Бездну».

Бездна? Рассел увидел Бездну, была ли это Бездна в оккультном смысле? Зрачки Кляйна сузились, и он поспешно перевернул страницу.

Но третья страница дневника заставила его усомниться в собственном существовании, усомниться в годах китайского образования.

Она была заполнена следующими предложениями:

«Ах, голодный человек пригласил людей к себе домой».

Это… Клейн внезапно понял, что эта страница, должно быть, подделка, сделанная последующими поколениями. Они наугад сплели кучу предложений, основываясь на исходных «символах».

В этот момент у Клейна возникло сильное желание проклясть этих фальсификаторов.

Он очень хотел убедиться, действительно ли упомянутая в дневнике Рассела Бездна — это та самая «Бездна», о которой говорилось в «источнике всего зла», «земле разврата», «обители демонов» и т.д.

«Бездна» в подлинном смысле слова — это Темная сторона Вселенной, способная разложить и осквернить даже самих богов; она должна существовать обособленно от реального мира, подобно миру духов. По крайней мере, именно так гласили «Книга Тайн» и те древние фолианты, с которыми он в свое время соприкасался в отряде Ночных Ястребов… Но если это была не настоящая Бездна, то что тогда великий император имел в виду под этим термином? Клейн раз за разом прокручивал этот вопрос в голове, но так и не находил ответа. На душе у него стало на редкость досадно — ощущение было точь-в-точь как у читателя, чья любимая книга, за выходом глав которой он преданно следил день за днем, внезапно была заброшена автором на самом интересном месте.

Скользнув взглядом по строчкам, он обуздал досаду и легким усилием воли заставил дневник бесследно раствориться в руке.

— Можете приступать, — сидя во главе длинного бронзового стола, с легким смешком изрек он.

«Повешенный» Альджер тут же повернул голову и, устремив на «Солнце» нарочито равнодушный взгляд, небрежным тоном поинтересовался:

— Удалось ли вам выведать хоть какие-то подробности у бывшего командира того разведывательного отряда?

Глава 392

Слушая рассказы маленького «Солнца»

«Солнце» Деррик поначалу очень хотел расспросить о «Падшем Творце», но, услышав вопрос «Повешенного», всё же послушно ответил:

— Он мертв.

— Мертв? — в один голос выразили изумление «Справедливость», «Повешенный» и «Фокусник».

Такого поворота событий никто из них никак не ожидал. В конце концов, бывшего капитана разведывательного отряда держали в темнице уже несколько десятилетий, и всё это время с ним не случалось никаких неприятностей. Кто бы мог подумать, что он испустит дух сразу после того, как они обсудили его судьбу!

В это мгновение, если не считать господина «Шута», лишь угрюмый и замкнутый «Мир» сохранял полное спокойствие.