— Вот оно как… — Капин мастерски разыграл глубочайшее облегчение. — В таком случае я абсолютно спокоен.

Стрельнув глазами в сторону Оудеса и безмолвно приказав тому выметаться, он понизил голос до заговорщицкого шепота:

— Мистер Херас, в свежей партии живого товара как раз затесались те самые девчонки в вашем вкусе.

Заметив, что каменное лицо гостя слегка дрогнуло, но тот всё еще хранил молчание, Капин поспешно добавил:

— Те, что предназначались для отправки «туда», уже собраны в полном объеме.

Лишь после этого Херас благосклонно, неторопливо кивнул:

— Пусть сегодня ночью ее доставят ко мне в покои.

— Будет исполнено, мистер Херас! — расплываясь в раболепной улыбке, отрапортовал Капин.

Проводив ублюдка взглядом, он мгновенно сбросил маску. Лицо толстосума потемнело, налившись ледяной, первобытной яростью. С шумом втянув воздух, он процедил сквозь зубы:

— Искренне уповаю на то, что в этот раз вы сдержите свое слово… С меня хватит, в подобной грязи я больше мараться не намерен!

Он кристально ясно помнил тот самый Праздник Урожая, когда к нему впервые нагрянули эти вербовщики, возжелав разжиться партией невинных, юных девственниц.

С того злополучного дня его судьба сделала чудовищный, крутой вираж. Он даже умудрился подмять под себя добрую пятую часть всего загнанного в подполье рынка работорговли Баклунда.

Стремительно сколотив баснословное состояние, Капин обзавелся статусом одного из богатейших людей столицы. Он свел знакомство с множеством влиятельных фигур, виртуозно утягивая их за собой в пучину абсолютного порока.

И вот теперь, взобравшись на эту вершину, он до одури жаждал отмыться от былых грехов. Он мечтал, чтобы имя «Капин» прошло через горнило очищения, позволив ему войти в высший свет на правах истинного, уважаемого джентльмена. Увы, пока эти грезы оставались лишь недосягаемой иллюзией.

Бросив брезгливый взгляд на тлеющую сигару, Капин взял в руки стоящую на столе рамку. С фотографии на него смотрели он сам, ослепительно прекрасная женщина и двое очаровательных ребятишек.

Бережно погладив стекло большим пальцем, он ссутулился и едва слышно прошептал:

— После того как с этим будет покончено, вы, скорее всего, сможете вернуться ко мне…

К моменту ужина Капин покинул свой кабинет. На его лице вновь заиграла безупречная, теплая и приветливая улыбка.

— Леди Кэти, сегодня подают вашу излюбленную черную икру, а также специально приготовленного для вас жареного цыпленка, — обратился он к даме, облаченной лишь в тонкую рубашку.

Кэти, рассеянно коснувшись застарелых шрамов на своем лице, не проронила ни звука, лишь едва заметно кивнула.

Прекрасно зная ее молчаливый и свирепый нрав, толстосум не стал докучать ей лишней болтовней, просто проводив взглядом, пока наемница не опустилась на отведенное ей место.

Следом в столовую неспешно вошел увенчанный белым париком Херас, одарив каждого из присутствующих за столом сдержанным, коротким кивком.

Тем временем выглядевший изрядно постаревшим Паркер пригубил аперитив и с улыбкой жестом пригласил хозяина дома поскорее присоединиться к трапезе.

Белоснежные салфетки были развернуты, блюда подавались одно за другим в строгом порядке. Капин поднял свой бокал и с легким смешком провозгласил:

— Во имя Повелителя Бурь, давайте же выпьем за наше светлое будущее.

— За светлое будущее, — с готовностью отозвался Паркер.

Херас же промолчал, лишь вальяжно приподнял бокал за тонкую ножку. Кэти и вовсе напрочь проигнорировала этот тост, оставив застольную братию без малейшего внимания.

В эту самую минуту стрелки массивных старинных часов в холле как раз добрались до отметки семь часов двадцать три минуты.

…………

Район Баклундского моста, номер в дешевой, ничем не примечательной ночлежке.

Тщательно замаскированный Клейн выудил золотую карманную луковицу. Сверившись с циферблатом, он достал щепотку «Порошка Святой Ночи» и сноровисто воздвиг стену духовности, наглухо запечатав комнату от внешнего мира.

Покончив с этим, сыщик ловко обустроил импровизированный алтарь и приступил к ритуалу:

— Я!

— Я взываю своим именем:

— Шут, что не принадлежит этой эпохе; Таинственный Владыка над серым туманом; Король Желтого и Черного, в чьих руках удача.

……

Едва завершив таинство, Клейн без малейших промедлений отчеканил четыре шага против часовой стрелки и воспарил в таинственные чертоги над серой мглой, приготовившись ответить на собственный зов.

Очутившись под монументальными, дышащими первозданным величием сводами дворца, он узрел сотканные из пульсирующей световой ряби «Врата Призыва». Двустворчатые, призрачные двери были сплошь испещрены вязью загадочных мистических символов.

Однако откликаться на мольбу сию же секунду юноша не спешил. Действуя строго по заранее выверенному плану, он плотно окутал своей духовной плотью «Солнечную брошь» и остальные паранормальные артефакты.

И наконец, подхватив карту «Темного Императора», он позволил эфирному телу без остатка поглотить эту божественную реликвию.

В ту же долю секунды Клейн физически ощутил, как его бесплотный дух стремительно наливается невероятной тяжестью и плотностью, уподобляясь живой плоти и крови. Казалось, теперь ему не составит ни малейшего труда не только сжать в пальцах рукоять револьвера, но и играючи ворочать тяжелой мебелью!

Следом вокруг него заклубилась густая, иллюзорная черная дымка. Плавно облегая эфирное тело, этот мрак сконденсировался в глухие, источающие пугающее и давящее величие доспехи.

Голову увенчала угольно-черная корона, а за спиной с тяжелым шелестом расправился длинный плащ точно такого же кромешного оттенка.

В этот миг Клейн выглядел как истинный монарх, готовый выступить в грандиозный, завоевательный поход.

Темный Император.

Окинув прощальным взглядом оставленные на столе револьвер, очищающие пули и прочий скарб, юноша уверенно шагнул вперед, проскальзывая прямо в зияющую щель призрачных врат.

Вынырнув из пламени свечи в материальный мир, он, надежно укрытый покровом ночи, стремительной бесплотной тенью помчался прямиком в район Джовуд, к раскинувшейся на улице Айрис роскошной вилле Капина.

Вскоре он уже безмятежно парил над искусственным фонтаном. Выдерживая средний темп, Клейн плавно заскользил к парадному входу особняка. Снующие туда-сюда патрульные раз за разом проходили в волоске от него, но так и не выказали ни малейших признаков тревоги. А поскольку глубокая ночь еще не вступила в свои права, снаружи пока не дежурил ни один Потусторонний охранник.

К тому же сыщик совершенно не страшился того, что затаившиеся внутри высокоранговые Потусторонние смогут почуять его приближение и забить в набат.

Ведь аркан «Темного Императора» наглухо блокировал любые пророчества и гадания!

Глава 378

Представление начинается

Увенчанный угольно-черной короной и закованный в глухие доспехи Клейн замер на пороге. Выждав пару секунд, чтобы собраться с мыслями, он решительно шагнул вперед.

Его обретшее пугающую плотность тело абсолютно беззвучно, словно сотканное из тумана, просочилось сквозь парадные двери, оказавшись внутри виллы Капина.

Первым делом взору предстал просторный вестибюль, уставленный россыпью стульев и вешалок для верхней одежды. Чуть поодаль раскинулся роскошный парадный зал, утопающий в ослепительных золотых тонах.

Привычного потолка там не было — взгляд беспрепятственно устремлялся ввысь, к грандиозному куполу высотой в три этажа. Прямо оттуда спускалась исполинская хрустальная люстра, на каждом из многочисленных «лепестков» которой гордо высилась белоснежная свеча.

По левую руку от зала, за массивными двустворчатыми дверями, скрывалась изысканно обставленная столовая. Именно оттуда тянуло густым, дурманящим ароматом жареного мяса, напрочь перебивающим букеты дорогих вин и прочей снеди.

Проникать внутрь Клейн не спешил. Для начала он неспешно обогнул помещение по периметру, то и дело потягивая за проложенные вдоль стен серо-белые газовые трубы. Юноша откровенно экспериментировал, желая прощупать, насколько возросла мощь его эфирного духа под защитой карты «Темного Императора» и каков теперь предел его воздействия на материальный мир.

Еще в бытность «Провидцем» и «Клоуном» его бесплотная форма, помимо талантов к гаданию и обостренной интуиции, могла похвастаться лишь двумя квазимагическими приемами: прямым ударом по чужой душе и способностью вызывать леденящее оцепенение при физическом контакте. Однако с прорывом на ступень «Фокусника» арсенал заметно расширился. Те Потусторонние навыки, что не требовали жесткой привязки к плоти — будь то подмена бумажной марионеткой или выстрел воздушной пулей — отныне играючи применялись и в состоянии духа.

Вдобавок ко всему, он научился вселяться в чужие тела, перехватывая над ними базовый контроль.

Теперь же, под благодатной сенью «Темного Императора», его призрачная сила многократно возросла. Возросла и грузоподъемность — он мог утащить в духовный мир куда больше материальных вещей. Тот самый прямой удар по чужому разуму мутировал в чудовищный «Вопль Мстительного духа» — истошный, неразличимый для человеческого уха акустический всплеск, разящий духовные оболочки всех живых существ в радиусе поражения. Да и эффект от леденящего прикосновения стал на порядок сокрушительнее.

Покончив с проверками, Клейн отыскал неприметный глухой угол и, просочившись сквозь каменную кладку, оказался прямо в столовой.

Титаническим усилием воли подавив малейшие колебания мыслей, он скользнул абсолютно пустым, лишенным эмоций взглядом по длинному столу.

Взору тут же предстали собравшиеся: увенчанный белым париком Херас, облаченная лишь в тонкую рубашку Кэти, выглядящий изрядно постаревшим и цедящий вино Паркер, а также слегка обрюзгший Капин, как раз увлеченно режущий сочный стейк из говядины.

Взгляд скользнул по ним и тут же отпрянул. Задерживаться Клейн не смел, до смерти боясь, что обостренная интуиция этих высокоранговых Потусторонних мигом почует неладное.

Искусно прячась за переливами духовного света и аурами суетящихся вокруг лакеев и горничных, сыщик призрачной тенью облетел зал, дотошно изучая планировку. Столовая поражала размахом: по площади она не уступала гостиной, столовой и его собственной спальне на улице Минск, взятым вместе. В углу уютно потрескивал камин с тлеющим древесным углем, а сложная система труб щедро разносила благодатное тепло по всему помещению. Под сводами сияли шестнадцать элегантных газовых ламп, сплетая свои лучи в ослепительное марево, не уступающее дневному свету. Стену подле камина украшала россыпь изящных рам: внутри красовались карандашные наброски и полотна маслом — всё сплошь творения прославленных мастеров.

«Того бородача Белиса за столом не наблюдается. Должно быть, его черед стеречь вход в подземные казематы… Раз уж Потусторонний не брезгует подобной черной работенкой, значит, делишки Капина куда масштабнее банальной работорговли…» — погрузившись в минутные раздумья, Клейн застыл возле живописного пейзажа с закатом. Бесплотная рука нырнула в недра собственного эфирного тела, и пальцы сноровисто скрутили крышечку с того самого коричневого полупрозрачного флакончика.

Это был «Флакон с биологическим токсином»!

Сыщик не зря так скрупулезно высчитывал время, нагрянув аккурат к ужину. Именно в этот час львиная доля главных действующих лиц собиралась вместе, чинно восседая за одним столом — идеальная мишень для того, чтобы пустить в ход убийственный потенциал этой отравы!

К тому же, наглухо запертые от первых зимних холодов окна и двери превращали столовую в газовую камеру, позволяя токсинам действовать в разы быстрее и неотвратимее!

Более того, перед вылазкой Клейн даже не стал заморачиваться с вымачиванием артефакта в воде для создания антидота. Будучи бесплотным духом, он вообще плевать хотел на любую биологическую заразу!

Надежно укрытый покровом собственного эфирного тела, юноша безмятежно парил на месте, с праздным видом разглядывая изящные газовые рожки, тянущиеся от серо-белых труб. А тем временем бесцветный, не имеющий запаха яд уже стремительно, невидимым облаком расползался по залу.

…………

Увенчанный белоснежным париком Херас виртуозно отделил кусок нежного филе жареной рыбы-дракона, обмакнул его в пикантный соус из черного перца и отправил в рот.

Тщательно прожевав и проглотив рыбу, он приподнял бокал с искрящимся, отливающим бледным золотом шампанским и с явным удовольствием сделал небольшой глоток.

Его аппетит заметно притупился, а мысли начали вязнуть и путаться.

Кэти наотрез отказалась от помощи лакеев. Низко склонившись над тарелкой и вооружившись ножом и вилкой, она с пугающей, хирургической точностью кромсала запеченного цыпленка. Птица в мгновение ока распалась на множество кусочков, поражающих своей пугающе идеальной, симметричной формой.

Паркер же неспешно смаковал красное вино, закусывая тушеной ягнятиной. То и дело перекидываясь парой светских фраз с восседающим во главе стола Капином, он с блеском отыгрывал роль самого желанного и благовоспитанного гостя.

Ужин протекал чинно и размеренно. Капин отправил в рот последний, истекающий соком кусок стейка.

Озарив троицу Потусторонних теплой улыбкой, хозяин виллы произнес:

— Мистер Херас, мадам Кэти, мистер Паркер, смею вас порадовать: сегодняшние десерты доставлены прямиком от шеф-повара ресторана «Лабори». На выбор предлагается три изыска: фруктовый крем-брюле, песочное печенье со сливочным кремом и морковный торт.

Всегда источающий ледяной холод Херас лишь едва заметно кивнул:

«Любовь к десертам в нашей стране воистину безгранична».

Не успело эхо его глубокомысленной фразы растаять в воздухе, как он увидел, что Капин внезапно поднял руку и почесал щеку. А затем еще раз.

«Что-то зачесалось», — с виноватой улыбкой бросил толстосум.