До нее с леденящим душу ужасом дошло: судя по всему, эти слова были не чем иным, как почетным именем некой сокрытой, древней сущности!

А весь ее багаж мистических знаний вкупе с гуляющими в подполье байками твердили об одном:

Стоит лишь произнести вслух полное имя подобного неведомого владыки, как ты неминуемо навлечешь на себя Его пристальный взгляд!

И последствия такого божественного внимания вряд ли сулят хоть что-то хорошее — чаще всего они оборачиваются фатальной катастрофой!

Ведь львиная доля этих сокрытых в тени сил — не что иное, как воплощения злых богов и кровожадных демонов!

«Да еще и прочла всё это на древнем гермесе, безо всякой ритуальной защиты… Какая же я дура! И зачем только полезла в эти дебри, зачем вчитывалась и беззвучно шевелила губами…» — Сио в панике затравленно озиралась по сторонам, до смерти боясь, что прямо посреди тихой комнаты из ниоткуда вынырнет немыслимая, не поддающаяся никакому описанию тварь.

Диван, кофейный столик, массивный буфет, обеденный стол со стульями, висящие на стенах картины маслом — всё это по-прежнему оставалось на своих законных местах, не выказывая ни малейших признаков чертовщины.

Простояв в напряжении несколько десятков секунд, Сио немного расслабилась и принялась утешать саму себя:

— Спокойно, без паники… Я ведь произнесла лишь почетное имя, не добавляя к нему самой мольбы.

— Выходит, ритуал остался незавершенным. Вряд ли подобная оплошность способна навлечь на меня чей-то взор.

— К тому же, есть огромная вероятность, что прежний владелец этого листа просто перевел титул, опираясь на те самые особые символы великого императора Рассела. А значит, перевод вполне может оказаться ошибочным!

«Но… но ведь байки гласят, что если злые боги и демоны вдруг проявят интерес, то ответят даже на незавершенный ритуал… Какая же я дура, просто непроходимая идиотка…» — от этих мыслей лицо Сио вновь жалобно скривилось: девушка нутром чуяла, что совершила фатальную ошибку.

Выждав еще пару мучительных минут и так и не уловив ни единого намека на божественный отклик, Сио надула щеки и медленно, с шумом выдохнула.

Девушка бережно спрятала ветхий лист обратно в недра «Истории аристократии Королевства Лоэн». С тяжелым сердцем она поплелась в ванную и повернула вентиль крана, намереваясь как следует умыться ледяной водой и привести мысли в порядок.

Жур-р-р!

Кристально чистая, ледяная влага с шумом полилась вниз. Сио склонилась над раковиной, сложила ладони лодочкой и зачерпнула немного воды.

Она уже поднесла ладони к лицу, как вдруг краем глаза уловила в зеркале жуткую деталь: в отражении виднелась копна длинных, слегка вьющихся каштановых волос.

В то время как ее собственные светлые волосы едва доставали до плеч и вечно топорщились непослушными вихрами!

В одно мгновение каждый волосок на теле Сио встал дыбом от леденящего ужаса.

Ноги рефлекторно оттолкнулись от пола, руки уперлись в раковину. Девушка пружиной отскочила назад, одновременно разворачивая корпус в воздухе, и с размаху, сокрушительно ударила локтем наотмашь.

Хрясь!

Локоть впечатался в чье-то теплое, вполне осязаемое тело. Незнакомец издал до боли знакомый сдавленный вскрик и с грохотом рухнул на пол.

Сио мгновенно оборвала заготовленную серию ударов. Опустив взгляд, она ошарашенно уставилась на свою лучшую подругу, которая скрючилась на кафеле, обхватив живот руками, и корчилась от боли, заливаясь слезами.

Уголок губ Сио нервно дернулся, и она выдавила:

— Форс, ты… ты когда вообще успела вернуться?

Форс ответила далеко не сразу. Лишь спустя пару томительных минут, судорожно глотая воздух, писательница оперлась о стену, с кряхтением поднялась на ноги и простонала:

— Только что… буквально секунду назад! Сио, ты совсем с катушек слетела⁈ Лупишь со всей дури, даже не разобравшись, кто перед тобой! Чуть дух из меня не вышибла!

— А через что ты вообще сюда пробралась? — с нескрываемой неловкостью парировала Сио.

— Просочилась прямо сквозь окно в ванной! А что, какие-то проблемы? Для истинной «Ученицы» шляться без ключей — самая что ни на есть банальная норма, — с праведным возмущением заявила Форс.

Услышав это, Сио мигом расправила плечи, виртуозно переложив всю вину обратно на подругу:

— Так какого черта ты не вошла через дверь⁈ Знаешь ли ты, как до смерти напугала меня своим внезапным появлением⁈

Форс невинно захлопала ресницами и ответила:

— Иначе пришлось бы делать огромный крюк, а это слишком муторно. Я предпочитаю ходить по прямой.

Выдержав небольшую паузу, она с недоумением добавила: — Но послушай, Сио, ты отреагировала как-то чересчур бурно, не находишь?

Побалансировав секунды три между жгучим стыдом и страхом за собственную жизнь, девушка всё же выбрала предельную честность:

— Всё потому… потому что я совершила ошибку. Поистине фатальную ошибку.

— И что же это за оплошность? — всё еще потирая ушибленный живот, со смесью растерянности и участия поинтересовалась Форс.

Сио торопливо, без малейшей утайки выложила всё как на духу: как нащупала потайной карман в книжной обложке, как выудила оттуда ветхий лист бумаги и как, сама того не желая, вчиталась и беззвучно пробормотала записанную на древнем гермесе мантру — почетное имя, судя по всему, принадлежащее некой сокрытой во мраке сущности.

— Ты… ты вообще чем думала⁈ Впрочем… полагаю, ничего страшного случиться не должно. Ритуал ведь остался незавершенным, да и кто поручится, что это не чья-то глупая шутка… — Форс затравленно обвела взглядом комнату, внезапно почувствовав, как по спине пробежал неприятный, леденящий холодок.

Проследовав за подругой обратно в гостиную, она наконец-то воочию узрела этот пожелтевший от времени лист, испещренный особыми символами императора Рассела и пугающим текстом на древнем гермесе.

Бросив на записи лишь один беглый взгляд, Форс, будучи настоящим профи в оккультных изысканиях, задумчиво кивнула:

— Это имя не принадлежит ни одному из известных мне злых богов, кровожадных демонов или сокрытых во тьме владык. Думаю, угроза минимальна.

— К тому же, раз до сих пор не случилось никакой чертовщины, значит, беда обошла нас стороной.

Заметив, как напряженные плечи Сио наконец-то расслабленно опускаются, писательница вдруг вспомнила о саднящей боли в животе и с мстительным ехидством добавила:

— Разумеется, если бы заварушка действительно началась, с нашими скромными силенками мы бы всё равно не смогли спастись.

Лицо Сио вмиг залилось мертвенной бледностью, и она на одном дыхании выпалила:

— Форс, может, этой ночью мы будем спать вместе… хотя нет, забудь, я лучше лягу одна…

Писательница лукаво вскинула бровь и тихонько рассмеялась: — Ладно тебе, отбрось панику. Сама посуди: каждое полнолуние мои уши разрывает дикий, бессвязный шепот, но я ведь до сих пор не сорвалась в бездну безумия и не утратила контроль над собой.

— Хм… давай-ка лучше перетрясем остальные три тома. Если там обнаружится точно такая же бумага с аналогичными мантрами, можно будет с уверенностью сказать: это лишь банальный, дурацкий розыгрыш виконта Глейнта.

Девушки тут же бросились потрошить «Геральдику» и прочие позаимствованные фолианты. Они дотошно, страница за страницей, прочесали каждую книгу, но так и не наткнулись ни на какие скрытые сюрпризы.

Сио посмотрела на Форс, Форс посмотрела на Сио. В воздухе вновь повисло тяжелое, давящее напряжение.

— А что, если… если мы этой ночью тайком проберемся в собор Святого Самуила и заночуем прямо в зале для месс? — внезапно озарилась шальной идеей Сио.

Этот храм служил официальной штаб-квартирой Церкви Богини Вечной Ночи в Баклундской епархии.

— И почему именно туда, а не в собор Святого Хирланда? Сильно сомневаюсь, что Богиня Вечной Ночи вообще соизволит взять меня под свою опеку… — рефлекторно огрызнулась Форс.

Этот собор являлся твердыней Церкви Бога Пара и Машин, располагаясь в районе Святого Георга, в непосредственной близости от раскинувшихся на юго-востоке индустриальных гигантов.

Две леди, принадлежащие к совершенно разным конфессиям, вновь погрузились в тягостное молчание. Лишь спустя какое-то время Форс сокрушенно вздохнула:

— К тому же, подобная выходка неминуемо привлечет к нам внимание Ночных Ястребов или Сердца Механизмов. Кто знает, быть может, именно в этом и кроется истинный замысел той самой неведомой сущности.

— Ладно, давай спать. Утром всё станет ясно. Если до рассвета ничего не стрясется, значит, проблема и впрямь выеденного яйца не стоит.

…………

Глубокой ночью свет неполной багровой луны померк за плотной пеленой туч. Впрочем, на затянутом смогом небе Баклунда и без того редко удавалось разглядеть россыпи мерцающих звезд.

Клейн проснулся словно по внутреннему будильнику. Откинув одеяло и спустив ноги с кровати, он воспарил в таинственные чертоги над серой мглой.

Опустившись на почетное кресло с высокой спинкой, по праву принадлежащее Шуту, юноша вознамерился ответить на зов спутницы мисс «Справедливости» и запустить обещанную «процедуру проверки».

И в этот самый миг его внезапно осенила дерзкая идея:

«А что, если попытаться прямо сейчас затащить эту девушку сюда, над серым туманом⁈»

«К этому часу она наверняка уже видит десятый сон. И даже если затея выгорит, поутру бедняжка спишет всё на чересчур яркий кошмар… Хм… а если всё же получится, нужно будет моментально оборвать связь, не дав ей толком разглядеть обстановку…»

Взвесив все за и против, Клейн протянул руку и мысленно коснулся пульсирующего, расходящегося кругами светящегося ореола, выстраивая незримый канал связи.

В ту же долю секунды он физически ощутил, как его собственная духовность безумным, бурлящим потоком хлынула наружу, заставив всё необъятное мистическое пространство над серой мглой мелко, едва уловимо содрогнуться.

В тот самый момент, когда Клейн уже приготовился к полному духовному истощению, буря внезапно стихла. На противоположном конце изъеденного патиной длинного бронзового стола соткался размытый, искаженный человеческий силуэт.

Одурманенная сном Сио с трудом разлепила веки. Взору девушки предстала бескрайняя пелена серого тумана, древнее кресло с высокой спинкой и восседающий на нем мрачный силуэт, взирающий на нее с недосягаемой высоты.

Сердце Клейна радостно екнуло. Не теряя ни секунды, он строго последовал намеченному плану и молниеносно оборвал контакт.

Миниатюрная, подернутая дымкой фигурка мгновенно растворилась в пустоте. Однако в серо-белом мареве теперь пульсировала новая, призрачная темно-красная звезда.

Созерцая эту картину, Клейн утвердился в одном железобетонном факте: стоило кому-либо вознести молитву его почетному имени, как он обретал власть затащить этого человека прямо сюда, в чертоги над серой мглой. А багровые сгустки служили зримым символом установившейся, нерушимой связи.

«Впрочем, без жестких ограничений не обошлось. При моем нынешнем уровне мощи я смогу вытянуть от силы еще один такой контакт… Хм… судя по недавним ощущениям, моих запасов духовности хватит, чтобы втащить сюда Потустороннего максимум на одну Последовательность выше моей, да и то не факт — это лишь грубая прикидка. А вот с равными или уступающими по рангу проблем точно не возникнет…» — с глубоким удовлетворением подытожил Клейн.

Нужды в дополнительном «отклике» больше не было: проведенного дерзкого эксперимента оказалось более чем достаточно.

…………

Рывком, словно подброшенная неведомой силой, Сио села на постели.

Девушку и без того терзали мрачные предчувствия из-за случайно произнесенного вслух почетного имени. Едва смежив веки, она тут же провалилась в пугающее мистическое измерение и столкнулась с окутанным серой мглой силуэтом, смотревшим на нее сверху вниз.

Видение вышло настолько отчетливым и кристально ясным, что душу сковал первобытный, леденящий страх.

Бросив затравленный взгляд на мирно посапывающую рядом Форс, она с содроганием подумала:

«Это лишь дурной кошмар, порожденный моей собственной паникой? Или же ко мне и впрямь прицепилась какая-то хтоническая нечисть, привлеченная взором той скрытой во мраке сущности?»

«М-да… завтра вечером как раз намечается подпольная сходка Потусторонних. Похоже, помимо покупки рецепта, придется раскошелиться еще и на толкового экзорциста, чтобы он провел надо мной ритуал очищения».

Глава 227

Изобретатель Репард

Туманным ранним утром Клейн сидел за обеденным столом в своей квартире. Отламывая кусочки от специально купленного овсяного хлеба, он макал их в молоко, изобретая новый способ насладиться завтраком.

И хотя его тело давно стало иным, страсть и маниакальная привязанность к хорошей еде намертво отпечатались в самой душе. Абсолютно не в силах мириться с унылым, однообразным стилем утренних трапез Королевства Лоэн, юноша старался без устали экспериментировать. Не желая ограничивать себя банальными тостами, обычным хлебом, беконом, сосисками, сливочным маслом и сливками, он отчаянно расширял кулинарные горизонты и обогащал рацион. Так, например, в его меню уже прочно обосновались популярные на юге пирожки с мясом, фейнапотская лапша и жареные кукурузные лепешки.

— Икра из Империи Фейсак тоже весьма недурна, вот только стоит баснословных денег, так что годится лишь для званых банкетов… — зачерпнув ложкой размякший в молоке кусочек овсяного хлеба, Клейн отправил его в рот. Стоило лишь слегка сжать челюсти, как язык окутала пропитанная густым пшеничным ароматом молочная сладость, а хлебное послевкусие показалось еще более нежным.

Расправившись с завтраком, он отложил приборы, но убирать со стола не спешил. Вместо этого парень неторопливо развернул свежие, только что доставленные утренние газеты и с наслаждением погрузился в чтение.

«Сейчас раскину карты, и если на горизонте не предвидится никаких срочных дел, отправлюсь в район Святого Георга, на улицу Сатч. Навещу мистера Репарда и прикину, стоит ли это его „новейшее транспортное средство“ хоть ломаного пенни в качестве инвестиции… А Баклунд и впрямь необъятен. Каждый здешний район по размерам не уступает целому Тингену, а Восточный и вовсе поражает воображение — он больше как минимум вдвое… Пожалуй, самый удобный и экономный способ передвижения — это дойти на своих двоих до паровой подземки, а потом снова пешком, разве что времени уходит изрядно…» — мысли Клейна лениво, бесцельно перетекали с одного на другое.