«Шерлок Мориарти».

Клейн благоразумно не стал рубить с плеча, заявляя, что убийцей может оказаться мутировавший в демона зверь. Вместо этого он изящно прикрылся легендой о «живых манекенах для тренировок», отчаянно уповая на то, что Айзенгер Стентон ухватится за эту ниточку, обратит свой пронзительный взор на выпавший из поля зрения «животный след» и даст наводку официальным инквизиторам.

Пока перо скользило по бумаге, юношу внезапно осенило: а ведь это и впрямь вполне рабочий вектор!

Вполне вероятно, что этот ублюдок-«Демон» до сих пор гуляет на свободе лишь потому, что львиную долю времени оттачивал свои таланты именно на бессловесных тварях.

А когда зверь рвет зверя — это ни у кого не вызывает ни малейших подозрений. Сущая обыденность, недостойная даже газетной заметки.

«Пусть будет так. Остается лишь надеяться, что эта записка послужит для них искрой вдохновения…» — аккуратно свернув письмо, Клейн облачился в уличный костюм и направился к почтовому ящику на углу улицы.

Спустя четверть часа солиситор Юрген, с недоумением наблюдавший сквозь эркерное окно, как детектив Шерлок наворачивает уже который круг по улице, не выдержал. Распахнув парадную дверь, он вежливо поинтересовался:

— Мистер Мориарти, вы, часом, не забыли ключи?

— Э-э… Пожалуй, что так, — Клейн через силу выдавил неловкую улыбку.

— В таком случае, отчего бы вам не скоротать время у меня? Отведаете с нами ужин, а уж когда стемнеет, благополучно вернетесь домой. Смею полагать, частным сыщикам вроде вас не занимать талантов в альпинизме, — с предельной серьезностью предложил Юрген.

«И так тоже можно?» — Клейн на долю секунды опешил, но тут же расплылся в абсолютно искренней, радостной улыбке:

— Почту за величайшую честь.

Как-никак, бабуля адвоката Юргена стряпала так, что любой шеф-повар обзавидуется!

А вдобавок можно будет всласть потискать кота!

…………

Дождавшись, пока город окончательно погрузится во мрак, сытый и умиротворенный Клейн немного перевел дух у себя дома. Перехватив трость, он покинул улицу Минск.

Юноша вознамерился сделать еще одну вылазку в район Баклундского моста, на улицу Роз. Ему не терпелось вытрясти из епископа Утравски всю подноготную того самого «Универсального ключа».

Опираясь на метод лозоходства с помощью трости, он без сучка без задоринки добрался до Церкви Урожая под покровом глубокой ночи и просочился внутрь по уже отработанному маршруту.

Вот только на этот раз епископ Утравски отнюдь не замаливал грехи в главном зале. В густом полумраке и звенящей тишине маячили лишь безмолвные ряды пустых скамей.

«Отошел ко сну?» — слегка озадаченный, Клейн крадучись двинулся в сторону жилых покоев, скрывавшихся в глубине храма.

Едва обогнув угол, он нос к носу столкнулся с Утравски. Исполинский священник, больше похожий на ожившую гору, как раз неспешно поднимался по каменным ступеням из подземелья. А доносившийся оттуда грохот ясно давал понять: кто-то яростно колотит в тяжелую каменную дверь.

«И кого же это он засадил в подвал?» — в голове Клейна мгновенно всплыла целая вереница весьма сомнительных и жутких газетных хроник.

Епископ Утравски, вскинув голову и узрев сыщика во всё той же безупречной маскировке, заметно опешил и, чуть погодя, спросил:

— Вы так и не нашли дорогу домой?

«…Неужели я похож на идиота, который способен столько времени плутать в трех соснах?» — Клейн через силу выдавил неловкую улыбку:

— Святой отец, я не заблудился.

— Полагаете, что та формула — фальшивка? Быть того не может… — епископ Утравски недоуменно нахмурился, замерев на полпути к вершине лестницы.

Благодаря этому он наконец-то оказался с Клейном на одном уровне.

— Нет, рецепт подлинный, — предельно честно ответил сыщик.

В этот самый момент тяжелая каменная дверь подвала вновь содрогнулась от ударов. Грохот становился всё яростнее, и сквозь него прорвался надрывный мужской голос, требующий выпустить его наружу.

— Это кто? — не удержавшись, поинтересовался юноша.

Епископ Утравски лишь добродушно усмехнулся:

— Один вампир.

Не успело эхо его слов стихнуть, как узник в подземелье истошно завопил:

— И что с того, что вампир⁈ Думаешь, раз вампир, так можно держать меня взаперти⁈ Считаешь нормальным изо дня в день пытать меня своим занудным бубнежом и этими проклятыми священными текстами⁈ Тьфу! Я принадлежу к благородному роду Крови, так что не смей клеймить меня этим вульгарным словечком!

— Заруби себе на носу: я истово поклоняюсь луне и ни за какие коврижки не преклоню колени перед твоей Матерью-Землей! Оставь свои жалкие попытки, проклятый старикашка!

Клейн, которому впервые в жизни довелось столкнуться с настоящим, живым кровососом, сгорая от любопытства, задал еще один вопрос:

— Святой отец, и где же вам удалось его изловить?

Утравски смерил сыщика весьма странным, трудночитаемым взглядом и пояснил:

— Он — предыдущий владелец того самого «Универсального ключа».

— В один прекрасный день бедолага заплутал и случайно забрел прямиком в мой храм.

«…» Клейн всерьез задумался, а стоит ли ему вообще таскать эту проклятую отмычку с собой.

«Хвала небесам, я хотя бы умею гадать…» — с невероятным облегчением мысленно выдохнул парень.

— По счастливому стечению обстоятельств, в тот момент его как раз обуяла жажда крови, так что я мигом почуял неладное, — с мягкой улыбкой добавил епископ.

— Тьфу, да не напоминай ты мне о крови! Моя душа просит сладкой крови юных, невинных дев, а не той мерзкой бурды, что течет в венах такого вонючего старикашки! — внезапно сорвался на гневный вопль узник подземелья.

Епископ Утравски, ничуть не оскорбившись, спокойно разъяснил:

— Когда жажда сводит его с ума, я сцеживаю ему толику собственной крови.

Клейн понимающе кивнул. Присмотревшись повнимательнее, он подметил, что тяжелая каменная створка щедро испещрена Священными Эмблемами Жизни и целой вязью мистических знаков, сплетающихся в безупречную, монолитную печать.

«Сдается мне, с наступлением дня, когда храм наполнится прихожанами, оттуда даже писк наружу не просочится…» — быстро прикинул сыщик.

— Могу ли я быть чем-то полезен? — нарушил тишину исполинский священник.

Юноша решил не юлить:

— Я желаю знать, откуда берет свое начало этот «Универсальный ключ».

— В таком случае, тебе придется пообщаться с ним, — епископ кивком указал в сторону темницы.

Буйный пленник мгновенно затих, а затем выдал расслабленный, ленивый смешок:

— Дружище, я с превеликим удовольствием пролью свет на эту загадку.

— Но лишь при одном условии: сперва ты вытащишь меня из этой проклятой дыры.

Глава 316

Не выступай без подготовки

«А губа-то у него не дура…» — услышав требования вампира, Клейн едва сдержал смешок, разрываясь между искренним раздражением и весельем.

Бросив взгляд на стоящего впереди епископа Утравски, юноша задумчиво поинтересовался:

— Святой отец, не одолжите ли мне вашу свечу? Ту самую, что вы показывали в прошлый раз. Никак не припомню ее названия.

Епископ не успел и рта раскрыть, как из подвала донесся ошарашенный возглас кровососа:

— Эй, ты что задумал⁈ Чего удумал, а⁈

В этот момент Утравски мягко отозвался:

— Ее имя — «Свеча душевного кошмара». Но зачем она тебе?

«Святой отец, а вы отлично подыгрываете. Даже про предназначение спросили…» — уголки губ сыщика едва заметно поползли вверх, и он ответил:

— Намерен пустить ее в ход, чтобы выудить правду прямо из самых сокровенных недр подсознания нашего плененного друга.

— Сами понимаете, природа щедро одарила меня талантами в этой стезе, так что подобные фокусы мне вполне по плечу…

Не успело эхо его слов стихнуть, как вампир в подземелье истошно завопил:

— Ублюдок, даже не думай! Выкинь эту дурь из головы!

— Обойтись так с благородным отпрыском Крови — значит навлечь на себя вечное проклятие!

— Эй-эй, полегче! Ладно, сдаюсь! Я всё выложу, поведаю всю подноготную этого вашего «Универсального ключа»!

Клейн не сдержался и издал тихий смешок:

— Премного благодарен за сговорчивость.

— Тьфу! Я так и знал, что друзья этого вонючего старикашки — те еще пройдохи! Будучи полноправным вампиром, я всего лишь таскал кровь из донорских колб в госпитале. Да я и так сдерживал свои инстинкты изо всех сил! За что меня вообще заперли в этой дыре? Зачем обрекли изо дня в день терпеть это занудное, жужжащее над ухом словно навозная муха «Священное Писание Жизни»⁈ — в сердцах, брызжа праведным гневом, пожаловался узник.

«Будем откровенны: будь всё в точности так, как ты расписываешь, и столкнись ты со мной, я бы ограничился парой строгих нотаций. Какая досада, что твой топографический кретинизм завел тебя прямиком в этот храм, где тебя встретил человек, чьи руки по локоть в крови, бывший фанатик битв, а ныне — истово кающийся и не менее фанатично верующий священник. Фортуна просто повернулась к тебе задом, дружище… Впрочем, душевный недуг епископа Утравски уже исцелен, так что реального вреда он тебе не причинит. В худшем случае — так и оставит томиться под замком в качестве ручного кровососа…» — беззвучно ответил Клейн на чужие стенания.

Выдержав паузу в пару секунд, пленник подземелья продолжил:

— С месяц назад я по привычке наведался в больницу Южного района, чтобы стащить пару флаконов свежей крови. И там же нос к носу столкнулся с каким-то воришкой.

— Этот идиот метил в бухгалтерию, но умудрился заблудиться в трех соснах и вскрыл банк крови. Там-то я его и сцапал с поличным.

— При нем обнаружился тот самый «Универсальный ключ». Малец раскололся, что прихватил его во время одного из прошлых налетов на какой-то особняк. Заодно, вместе с отмычкой, он прихватил еще и усыпанные бриллиантами карманные часы. И всё это добро пылилось в чьем-то подвале.

— Поначалу воришка решил, что ключ открывает лишь конкретную комнату или сейф. Но, сунув его в пару-тройку замочных скважин, обомлел: отмычка играючи щелкала любые засовы! Для ночного татя это был поистине сказочный, невообразимый дар небес. С тех пор он обчистил немало домов, пока не нарвался на меня и не лишился своей волшебной игрушки.

— Проклятье, знай я тогда, что эта железяка нагоняет на владельца такой лютый топографический кретинизм!

«История идеально ложится на видения из моего недавнего гадания… Вот только не проклят ли часом этот „Универсальный ключ“? Прошлый хозяин заплутал и угодил в темницу, его предшественник заблудился и был пойман с поличным… Пожалуй, стоит и впрямь зашвырнуть эту дрянь в чертоги над серой мглой и выуживать лишь по мере крайней необходимости. Хотя… это чревато лишней возней, так можно и драгоценное время упустить…» — Клейн, виртуозно контролируя мимику, неспешно задал следующий вопрос:

— И в каком же именно доме ваш юный друг разжился этим артефактом?

Пленник в подвале недовольно забурчал:

— Ты сомневаешься в моих умственных способностях? Будто я мог упустить такую важную деталь!

— Он клялся, что обчистил дом номер сорок восемь по авеню Ривер-Бенд, что в районе Баклундского моста. Я сам планировал наведаться туда на досуге, всё разузнать, а в итоге… Тьфу, проклятье!

— Всё, моя совесть чиста. Я выложил всё как на духу. Оставьте меня в покое!

Клейн, однако, даже не подумал уходить. Вместо этого он неторопливо выудил из кармана медную монету в полпенни и едва слышно забормотал:

«Он нагло врет».

……

Прокрутив фразу в уме ровно семь раз, юноша, чьи глаза стремительно налились беспросветным мраком, звонким щелчком подбросил медяк в воздух. Неотрывно следя за кувыркающейся в полете монетой, он позволил ей послушно рухнуть в раскрытую ладонь.

На этот раз профиль монарха смотрел вверх — безоговорочное подтверждение.

А значит, вампир действительно вешал ему лапшу на уши!

«Исповедь про воришку и банк крови в точности бьется с моими прорицаниями, так что тут сомнений нет… Стало быть, кровосос соврал именно с координатами!» — Клейн перевел взгляд на епископа Утравски и тихонько усмехнулся:

— Он лжет.

— Давайте-ка пораскинем мозгами, зачем ему это понадобилось.

— Срывать злость и мстить мне, случайному прохожему — затея донельзя глупая, да и его плачевному положению это никак не поможет.

— Отсюда напрашивается вывод: таким хитрым маневром он банально пытался позвать на помощь. А тот адресок с огромной долей вероятности принадлежит его подельникам. Святой отец, не желаете ли нанести им визит вежливости?

В подземелье мгновенно повисла ледяная, звенящая тишина. Лишь спустя несколько долгих, томительных секунд вампир разразился наигранным, лающим смехом:

— Да я просто не хотел выкладывать тебе всё на блюдечке! Ты изводил меня угрозами, а я скормил тебе фальшивку в отместку. Что тут такого? Обычное дело!

«В твоем голосе так и сквозит отчаянная, натужная попытка сохранить лицо…» — с легкой улыбкой парировал Клейн:

— В таком случае, я жажду услышать истину. И если ты вновь попытаешься скормить мне ложь, я без малейших угрызений совести солью этот адресок всем Трем великим Церквям. Припишу, что тамошние жильцы вхожи в ту самую банду серийных потрошителей.

— … До чего же мерзкий, ядовитый народец эти людишки… — сквозь зубы, едва сдерживая ярость, простонал вампир. — Район Баклундского моста, улица Уилди, дом номер тридцать два.

Клейн привычным жестом вновь подбросил монету и на этот раз получил железобетонное подтверждение: пленник сказал чистую правду.

«Стало быть, иммунитетом к гаданиям и даром искажать прорицания кровососы не обладают… Впрочем, для верности всё равно перепроверю это в чертогах над серой мглой…» — прижав ладонь к груди, сыщик отвесил тяжелой каменной створке подвала изящный, учтивый поклон:

— Премного благодарен за сотрудничество.

— Тьфу! — донеслось из глубин подземелья раздраженное, злобное фырканье.