Петя уже больше часа сидел в «мягкой» комнате для буйных.

– Эй, дайте хоть книжку! – застучал он в запертую дверь.

– Зачем вам, книжка, Петр, если вы можете поговорить со мной? – раздался негромкий голос Бехтерева.

Петя оглянулся и увидел Бехтерева. Он стоял в углу, небрежно облокотившись о стену.

– Иван Петрович, – укоризненно покачал головой Петя и глубоко вздохнул. – Вы как здесь? А, ну да… Вы же тульпа…

– Привыкайте, Петя, мы теперь будем видеться чаще.

– Да не дай бог… – тихо сказал Петя.

– Что вы говорите? – переспросил Бехтерев.

– Вы же знаете, что я говорю, хватит притворяться!

– Нет, это не так работает, – начал Бехтерев. – Я не Бог, я слышу только то, что вы хотите мне сказать.

– А я могу попросить вас оставить меня в покое?

– Да, пожалуйста. Однако вам явно скучно без вашего смартфона. Вон книжек запросили…

– Помолчите, пожалуйста, – взмолился Петя. – Я хочу подумать.

В этот момент дверь открылась и на пороге появился молодой охранник.

– Пойдем со мной, Петр Андреич, тебя ждут.

На пороге Петя оглянулся – Бехтерева в комнате уже не было.

Его проводили в кабинет на втором этаже. Антипов смотрел в окно, из которого открывался красивый вид на опушку леса. Он услышал шаги Пети, но не обернулся. Петя тоже посмотрел в окно. Поодаль блеснула гладь реки. Над ней пластами стелился утренний туман.

– Красиво, не правда ли? – Антипов продолжал смотреть в окно.

– Согласен, – Петя пожал плечами и осмотрелся.

Кабинет был шикарен – массивные кожаные кресла, внушительный стол. Дубовые полки библиотеки заполнены книгами по психологии, педагогике, философии, индуистской литературой.

Петя без приглашения устроился в кресле.

– Выпьем сегодня? – поинтересовался он у Антипова.

Тот наконец развернулся и стал разглядывать Петю.

– Как вы похожи на отца…

– Гены…

– Только Андрей не был таким сложным, – вздохнул Антипов.

– Владимир Игнатьевич, давайте перейдем к делу.

Петя встал из кресла и стал вышагивать вдоль стеллажей с книгами.

– Я знаю ваше секретное оружие.

– Правда? Что вы знаете? – Антипов заинтересованно следил за передвижениями Пети.

Петя выхватывал одну книгу за другой, как будто искал что-то.

– Что вы ищете?

– Минутку…

– Должно быть где-то здесь… Надо же, как все четко по алфавиту!

Петя еще немного покопался на полках и победно вытащил книгу.

– Вот она!

– Что вы там нашли? – Антипов нахмурился.

– Владимир Михайлович Бехтерев «Общая диагностика болезней нервной системы»! Как же тяжело московским курьерам из Средней Азии выполнять ваши поручения!

– Какие поручения?

– Читать вашим жертвам фразы из комментариев к курьерским заказам.

Антипов промолчал.

– Это нужно как спусковой крючок для вашей ручной тульпы? Верно?

Антипов продолжал молча смотреть на Петю.

– Ничего не скажете?

– Петя, я расскажу тебе все, – Антипов перешел на «ты», как будто сократив дистанцию между ними.

– Вот так просто расскажете все?

– Так просто, а дальше будет твой ход. Твой выбор. Располагайся, разговор будет долгим.

Антипов жестом пригласил Петю сесть и сам погрузился в кресло напротив. В этот момент рассвет осветил опушку. Антипов расплылся в широкой улыбке и кивнул Пете, приглашая разделить с ним восхищение.

– С ума схожу каждый раз, когда вижу эту картину. В переносном смысле, разумеется…

– Владимир Игнатьевич, нельзя ли к делу? – поторопил Петя, отвергнув дружеский тон босса.

Антипов повернулся к нему и мягко сказал:

– Конечно, можно. Хотелось отдалить точку невозврата.

Петя замолчал в ожидании.

– Начало моей истории ты уже знаешь, – Антипов начал размеренно. – Я был совсем молод, когда потерял все и был вынужден бежать. И твой отец действительно, Петя, стал мне самым близким другом в чужой стране. С его помощью я стал подниматься со дна. Но снова там оказался, когда Андрей погиб. Не с точки зрения денег, как я говорил, мы хорошо заработали вместе. Но морально я был размазан. В США я научился блестяще зарабатывать деньги и спустя время заработал миллионы. Но там я не сумел собрать себя.

И я вернулся в Москву. Мне сорок, я при деньгах, при хорошей профессии, перспективах. Но как же я был одинок! И мне казалось, если я найду тебя и твою маму, помогу вам, это что-то изменит.

Поиски оказались безрезультатны. Зато я нашел убийц отца и размотал весь клубок событий. Я понял роль каждого из них. Узнал абсолютно все. Все пятеро процветали. У всех – семьи, дети, положение, достаток. Как я мечтал о мести! Но я ничего не мог сделать: ни доказательств, ни иных возможностей.

Я увлекся йогой, индуизмом, эзотерикой. Хотел найти смыслы. Истязал себя ретритами, воздержанием, практиками – экадаши, мауна, темные ретриты, бесконечные аскезы. Это дало неожиданный эффект: чем больше я погружался в практику, чем больше совершенствовал свое тело йогой, тем больше я стал терять в материальном. Один за другим, по независящим от меня причинам, отваливались бизнес-партнеры. Возникали препятствия даже в мелочах. Я не понимал, что происходит. И решил сделать последний рывок в поисках тех самых смыслов – совершить кору вокруг горы Кайлас.

– Что произошло с вами в Тибете?

Антипов пристально посмотрел на Петю. Рассвет бросал тени на его лицо, заострив скулы и подчеркнув синеву под глазами.

– Надо отдать тебе должное, Петя. Ты не теряешь времени даром.

– Просто повезло.

– Просто повезло… – повторил Антипов и усмехнулся.

– Прошу вас, продолжайте.

– Да-да… Что же произошло на Кайласе… Я до сих пор не знаю, что из тех событий реально, а что нет. Началась пурга, и я спрятался в какой-то пещере. Вход завалило снегом. Выбраться я не мог и стал на ощупь продвигаться вглубь. Спустя время пещера начала расширяться, и я смог встать в полный рост. У меня с собой в рюкзаке был фонарик, батарейки к нему, так что света мне хватало. А вот вода и еда закончились быстро. И я умер.

– Умер?

– Это моя интерпретация ощущений, которые я тогда испытал. Что-то произошло со мной там. Я видел тени людей. Разговаривал с ними, а они со мной. Это был вихрь из фраз, лиц, потоков энергий. Я не анализировал, не был способен на тот момент. Весь этот вихрь как будто был во мне и в то же время вокруг меня. Везде. Вихрь из боли, радости, наслаждения, сожаления, горечи и миллионов оттенков других чувств и эмоций. Я шел, натыкался на что-то и падал, протискивался в щели, полз, брел по воде, грязи, камням…

Сколько это продолжалось, я не могу сказать. Мне тогда казалось, вечность, ведь я умер. Но в какой-то момент я обнаружил себя вне пещеры, а еще спустя время вокруг появились люди из плоти и крови, в форме – спасатели.

– Неужели ничего не помните?

– Я не говорил, что не помню, Петя, – мягко поправил Антипов. – Я сказал, что не был способен анализировать. В тот момент. А вот вернувшись в Москву, я многое стал вспоминать. Хотя «вспоминать» – неверное слово. Скорее, «прозревать».

– Что же вы прозрели?

– Силу психологического эфира. Психира… А потом я встретил Бехтерева. Совершенно случайно, кто-то порекомендовал психолога со знанием восточных практик. Уже на второй встрече я понял, что он не человек.

– И вы придумали, как его использовать, – утвердительно сказал Петя.

– Не сразу, Петя, это был долгий процесс. Но в конечном итоге мне удалось найти способ управлять тульпой.

– С помощью ключевых фраз?

– Для того чтобы тульпа могла взаимодействовать с человеком, тульпу надо внедрить – подсадить – в человека. Со знакомыми людьми это проще всего. В беседе советуешь психолога, делаешь пару намеков, пару хвалебных комментариев… И вот уже мой партнер по бизнесу ходит к Бехтереву раз в неделю. А вскоре сам того не понимая, принимает решения, выгодные мне. Принимает их самостоятельно.

– Так просто?

– Вовсе не просто, – грустно рассмеялся Антипов. – Для управления тульпой нужна энергия. И у меня она есть. Видимо, в пещере Кайласа, когда я умирал, внутри меня открылась связь с бесконечным источником. Для управления тульпой я погружаюсь в медитацию и черпаю энергию из этого источника. Я направляю энергию в тульпу, накачиваю ее и удерживаю на протяжении всей беседы. Если я, конечно, хочу добиться желаемого. В других случаях тульпа способна самостоятельно взаимодействовать со всеми хостами. Их энергии и веры достаточно.

– Почему тульпа вам помогает?

– Природа Бехтерева в том, чтобы помогать. Я нашел способ убедить тульпу в том, что она помогает.

– Как именно?

– Манипуляции, Петя, хитроумные манипуляции. Как и человека, тульпу можно обмануть.

Антипов тихонько рассмеялся.

– С помощью тульпы вы построили бизнес в Москве?

– О да, этот инструмент существенно ускорил процесс. Я вернул все потерянное и совсем скоро приумножил капитал. С тульпой стало просто вести любые переговоры. Если оппонент не хотел продавать бизнес, я просто рекомендовал ему хорошего психолога.

– И никто не замечал ничего странного?

– Нет, тульпа ненавязчиво делала так, что человек сам решал продать бизнес, потому что «так лучше для него». Клиент Бехтерева сам находил дополнительные аргументы в пользу своего решения. Так работает адаптивная магия нашей психики. Психика заполняет пустоты, стремясь к целостности.

– Но с незнакомыми людьми такое не работает, верно?

– Верно, – усмехнулся Антипов. – С незнакомыми людьми никак не получалось.

– А вы мечтали о мести…

Петя внимательно следил за выражением лица Антипова. Тот безмятежно улыбнулся и кивнул.

– Я мечтал о мести.

– И вы стали искать способ? Поэтому – исследования мозга, сознания? И поэтому вы построили этот центр?

– Генерация энергии для тульпы отнимала у меня слишком много сил. И времени. Ведь мне нужно было находиться на энергетической связи в момент встречи тульпы и, как бы правильно сказать… клиентом, пациентом… Я стал большой батарейкой для тульпы. Мне это не нравилось.

Но если могу я, значит, можно научить и других. И я отыскал Илию, познакомил его с Бехтеревым. Я предложил ему создать йога-центр. А затем построил все то, что вы видите здесь. Пусть адепты «9 ступеней» и слабее меня. Но их много.

– Кстати, давно пытаюсь разобраться, в чем суть девятой ступени?

– Девятая ступень просто маркетинговый ход для придания значимости центру, – отмахнулся Антипов. – Илия придумал, я не возражал.

– А Илия знает, что вы делаете здесь и для чего?

– Возможно, догадывается… Но это неважно.

– Ну конечно, его учитель – Бехтерев. Он в вашей власти, – продолжил свои догадки Петя.

– Петя, это все неважно. Важно то, что я нашел способ усиливать тульпу тогда, когда мне надо. И работать с незнакомыми людьми. Это потрясающий синтез современных технологий и возможностей психологического эфира.

– Вы имеете в виду все эти приложения для управления телефоном, дипфейки и чат-боты?

– И это тоже. А также неинвазивные средства для концентрации внимания, синхронизации мыслей групп людей.

– Расскажите, что было дальше. Вы убили Морозова?

– Он был первым, кто познакомился с тульпой через ключевые фразы и усиление психира… видите, как прижилось это ваше слово… – Антипов одобрительно взглянул на Петю и продолжил: – Я пробовал разные фразы для «вызова» тульпы. А сработали названия книг реально существовавшего психолога Бехтерева. У меня есть гипотеза, что первый хост создал тульпу по образу Владимира Михайловича. А возможно, сила личности Бехтерева возродила его в виде тульпы… Интересно было бы понять механизм. В процессе путешествия тульпы от человека к человеку имя изменилось, но его основная функция – психолог – осталась.

– Типа, сохранилась связь с известным психологом?

– Связь или что-то еще… Но факт остается фактом: названия книг как триггер сработали. Олег Викторович нанял ребят-программистов где-то в регионах, они без лишних вопросов с помощью программ Семена Подлипского сделали дипфейк и загнали в телефон Морозова. А дальше дело техники. Сделать так, чтобы Морозов остался один, без связи на несколько часов, отвлечь жену с дочкой. И «запитать» тульпу.

– Так же вы поступили с остальными?

– Панаев, кичливый дурак, получил видеофейк в ватсапе. Тульпа сыграла на его тщеславии, и он не стал сразу приобщать видео к делу, завяз в процессе. А когда мы аккуратно видео с телефона удалили, было уже поздно давать заднюю.

Сложнее было с Кокориным. Он ведь очень умный, аккуратный. К нему тульпу пришлось направлять несколько раз.

– Несколько раз? Он говорил только об одном курьере…

– Об одном курьере… Их всегда несколько. Кто-то неправильно прочитает фразу, кто-то забудет это сделать. Всегда несколько посланцев, – усмехнулся Антипов. – Но срабатывает адаптивная реакция психики. Сомов Алексей Геннадиевич хорошо такие вещи объясняет. Человеческий разум не всегда объективно воспринимает окружающую реальность. Если в картине мира возникают разрывы, мозг выстраивает взаимосвязи таким образом, чтобы восполнить пробелы, придумывает когнитивные искажения, которые компенсируют недостаток информации или ее странность и объясняют несоответствия в картине мира.

– Человек сам себя обманывает, чтобы не сойти с ума?

– Примерно так.

– Зачем вы казнили Рукавицына-младшего? Он ведь не убивал вашего отца.

– С Павлом вышла случайность. Тульпа перестарался. Это ведь не точная наука, – равнодушно пожал плечами Антипов. – Но, Петя, вы задаете не те вопросы.

– Хочу понимать, как далеко вы зашли.

Петя недоумевал, как легко Антипов сделал признание.

– Зачем копать прошлое? Прошлое – якорь. Я от своего якоря избавился. И не намерен вешать на себя лишний груз.

– Разве это вам решать?

– А кому же? – искренне удивился Антипов. – Всегда и все решать нам самим.

– Подлипского убили вы?

– Нет, – категорически ответил Антипов. – Он, конечно, примчался ко мне, возбужденный после вашей встречи насчет телефона. Стал задавать вопросы. Но я уверил его, что ничего подобного не делал…

– Соврали?

– Соврал. Но для его же блага. И Семен ушел, удовлетворенный моими ответами.

– Кто же его убил? А Шишкин?

– А что с Шишкиным? – нахмурился Антипов.

– Он в больнице, в реанимации.

Антипов покачал головой.

– Петя, насчет Шишкина… Когда я понял, что ты ведешь расследование в отношении меня, я лишь сделал пару звонков кому надо, чтобы он сфокусировался на своих рабочих проблемах. И поменьше с тобой общался.

Антипов пожал плечами. И Петя ему почему-то поверил.

– Что вы собираетесь делать дальше, Владимир Игнатьевич?

– Наконец-то ты задаешь правильные вопросы, Петя. Пойдем, я все покажу.