Ощутив, как слепит солнце, я нехотя открыла глаза и попыталась сообразить, где нахожусь и что происходит. Внедорожник стоял на заправке, о чём мне в первую очередь сообщил резкий запах бензина, мимо по трассе проносились машины и фуры. Водительское место пустовало. Часы на приборной панели показывали начало второго – мы провели в дороге уже двенадцать часов, большую часть из которых я благополучно проспала. Выбравшись из автомобиля, я размяла затёкшее тело и вошла в маркет. Увидела Рэя, стоящего у кассы. Отыскала туалет, затем вернулась в зал и, прихватив бутылку воды, остановилась рядом с ним. Он взял нам пару френч-догов, и мы вернулись к внедорожнику.

– Ты так спокойно оставляешь меня без присмотра, не боишься, что сбегу? – полюбопытствовала я, забираясь в салон.

– Если бы хотела, давно сбежала, – он открыл банку энергетика и сделал глоток, – Но раз нам предстоит провести вместе некоторое время, пора начать доверять друг другу.

– В таком случае, может, расскажешь, куда мы едем?

– В одно забытое богом место.

– И как далеко находится это пристанище обречённых?

– Ещё день пути.

– День? – я уставилась на Рэя.

Моя реакция вызвала у него улыбку. Не желая быть предметом его веселья, я отвернулась к окну и молча принялась за еду.

– Можно было бы добраться и быстрее, но мне необходимо поспать, – пояснил он, – Так что, если не горишь желанием разбиться на трассе, сделаем остановку на ночь.

Рэя хватило ещё на четыре часа дороги. Когда впереди возникли огни придорожного мотеля, он включил поворотник и съехал с трассы. Припарковался, взял с заднего сиденья свою дорожную сумку, и мы направились к ресепшену. За стойкой администратора восседала дама средних лет с накладным хвостом рыжего цвета, кардинально отличавшимся от её каштановых с проседью волос. Не прекращая говорить по стационарному телефону, она пальцем с длиннющим красным ногтем показала нам, что нужно подождать. Затем, не сводя с нас глаз, пару раз кивнула, слушая ответ собеседника, громко хохотнула и сказала в трубку:

– Ладно, перезвони через пять минут, мне надо ребят заселить.

Я взглянула на настенные часы за её спиной, где секундная стрелка как раз проскочила цифру двенадцать. Время пошло.

– Молодожёны? – повесив трубку, обратилась к нам она, – У нас есть прекрасный люкс с видом на озеро и кроватью King Size.

– Два одноместных, пожалуйста, – сказала я.

– Один двухместный, – возразил Рэй.

Дама посмотрела на нас поверх очков, – Ну вы как-то определитесь между собой.

– Один двухместный, – повторил он, но внёс коррективу, – С раздельными кроватями.

Я не стала возражать. Женщина что-то отметила в толстом ежедневнике и назвала сумму за ночь.

– Кафе или бистро есть? – спросил Рэй, оплатив проживание наличными.

– Нет.

– Автомат с едой?

– Сломался.

– А прачечная? – уточнила я.

– Господи, ребята, вам же здесь не пятизвёздочный отель, – администраторша положила на стойку ключи от номера и с шумом плюхнулась в крутящееся кресло, – Дальше по дороге будет бар. Когда выйдете, повернёте налево и там за мусорными баками увидите дырку в заборе…

Договорить она не успела, так как телефон зазвонил вновь. Я сверилась с часами на стене – четыре минуты пятьдесят секунд. Выпроваживая нас взглядом, женщина взяла трубку, и под её взрывной хохот мы с Рэем вышли на лестницу. Номер располагался на втором этаже мотеля и был обставлен крайне скудно. Две кровати и тумбочка между ними, маленький телевизор на стене и кресло у окна, из которого открывался унылый вид на глухие стены недостроенной заброшки.

– Озера здесь нет, – заметила я, лишь бы нарушить неловкое молчание.

– Очевидно, его видно исключительно из люкса, – Рэй поставил дорожную сумку возле кровати, – Предлагаю наведаться в бар.

Мы вышли на улицу и, следуя инструкциям, повернули налево, за мусорными баками пролезли в дырку в заборе и очутились на просторной парковке. Бар, бывший, судя по всему, излюбленным местом местных, оказался забит под завязку. Заядлые выпивохи спали за стойкой, в центре разместилась пара шумных компаний, в углу три девушки в коротких топиках играли в дартс, рядом несколько парней мерились силами за бильярдным столом. Звучавшая из колонок песня After Dark Tito&Tarantula сливалась с общим гулом голосов. Рэй окликнул бармена, а я тем временем нашла свободный столик. В зале было накурено и невыносимо душно, поэтому я приоткрыла окно и скинула парку. Хотелось снять ещё и свитшот, но, в отличие от местных дамочек, я не чувствовала себя настолько раскрепощённой, чтобы оголиться до майки и лифчика. Смирившись с участью свариться заживо, вынула смартфон и увидела несколько сообщений от Лианы. Чертыхнулась и набрала номер подруги. Нужно было хоть как-то объяснить ей, куда я пропала и почему не отвечала, не упомянув при этом, что меня похитили и едва не убили.

– Санни, хвала небесам! Разве можно так издеваться над беременной?

– Ли, прости, мне правда очень жаль.

– Оправдывайся-оправдывайся, нет тебе прощения.

– Если бы ты только знала, что со мной случилось…

– Ты мне зубы не заговаривай! Я требую признания здесь и сейчас: кто он?

– Что? Кто?

– Твой новый бойфренд.

– Чего? – я окончательно утратила суть происходящего.

– Блин, Санни… – проворчала Лиана и соизволила пояснить, – Я тебе вчера позвонила, ответил какой-то мужик, назвался твоим парнем и сказал, что увёз тебя отдохнуть за город на недельку.

Понадобилось время, чтобы переварить услышанное. Парень. За город. Неделька. Но вчера мой смартфон был у Рэя. Обернувшись, я отыскала взглядом своего спутника, который в данный момент общался с молоденькой официанткой.

– Алло, Санни, что за шум, ты в баре?

Вздох сорвался с губ. Мне ничего не оставалось, кроме как продолжить эту ложь ради спокойствия Лианы и её будущего малыша.

– Надоело безвылазно сидеть в коттедже, вот мы с ним и выползли на свет божий.

– Божечки! Так, хочу знать всё: кто он, чем занимается, как вы познакомились. Нет-нет, погоди, начнём сначала. Как его зовут?

Я уставилась в окно, – Мм… Рэй.

– Какой он? Пришли фотку.

– У меня нет его фото.

– У вас нет совместных фотографий? Блин, ребята, вы чем там занимаетесь? – удивилась Лиана, а следом в смартфоне раздался насмешливый мужской голос, – Чем-чем, трахаются.

– Это Марк? – я не поверила ушам, – Вы помирились?

– Он на испытательном сроке, – сообщила подруга, и я облегчённо выдохнула, – Вернёмся к тебе и Рэю, сколько ему?

Похоже, этот допрос закончится не скоро.

– Тридцать пять.

– Кем он работает?

– Глава охраны в компании Road Giants, – сморозила я первое, что пришло на ум.

– И давно вы знакомы? Почему ты мне о нём не рассказывала? Ладно, не отвечай, я всё понимаю, – из смартфона послышались всхлипы, сквозь которые Лиана проговорила, – Ты так тяжело переживала расставание со Стивом и теперь боишься, что тебе снова сделают больно, поэтому не хотела афишировать ваши отношения, пока не будешь стопроцентно уверена, что он тот самый.

– Думаю, пока рано делать выводы. Он мне нравится, но…

Ощутив на себе чей-то взгляд, я отвернулась от окна и увидела стоящего рядом Рэя. Он поставил на стол две бутылки с имбирным пивом, джин, пару стопок и молча сел напротив меня.

– Ли, поговорим потом. Мне пора.

Убрав смартфон, я заверила себя, что в баре было слишком шумно для того, чтобы он успел услышать хоть что-то из нашего абсурдного разговора. Рэй плеснул в стопку немного джина и пододвинул ко мне. Я покачала головой. Он пожал плечами, взял стопку и произнёс:

– Будем.

Поддержав его тост, я сделала глоток имбирного пива. Он опрокинул в себя джин, вернул стопку на стол и как бы невзначай обронил:

– Вообще-то, мне тридцать шесть, ты слегка обсчиталась.

Едва не поперхнувшись, я посмотрела на него. Рэй засмеялся, а я понадеялась, что сгорю со стыда, прожгу диван вместе с полом и благополучно провалюсь под землю.

– Зачем ты ответил на её звонок? – я скрыла смущение за возмущением.

– Твоя подруга надрывала телефон, и я успокоил. В её положении ведь вредно волноваться.

Возникло неловкое молчание, которое тут же нарушила официантка с подносом. Выставив на стол пышную пиццу, щедро политую сверху оранжевым соусом, она наклонилась к Рэю, шепнула что-то на ухо и быстро удалилась. Я посмотрела ей вслед. Собеседник тем временем выпил ещё джина и произнёс:

– Кстати, откуда тебе известно, что я глава охраны в Road Giants? Неужто видела мой трудовой контракт?

Его шутка заставила меня улыбнуться, неловкость между нами исчезла, и мы принялись за еду. Протерев руки влажной салфеткой, я попробовала пиццу и тут же ощутила, как от жгучего соуса на глазах выступили слёзы. Вернула кусок на тарелку и быстро сделала пару глотков пива, чтобы избавиться от пожара во рту.

Рэй усмехнулся, наблюдая за мной, – Ладно тебе, она ж неострая.

– Сам попробуй, – прохрипела я.

Он отправил в рот целый кусок и, покраснев, с трудом смог его проглотить. Я рассмеялась.

– Чёрт подери, кто ж вообще ест такое, – выдавил мужчина и опрокинул в себя третью стопку джина, – Хотя Гарри бы понравилось.

– Может, попытаем удачу в другом месте? Я видела тут неподалёку супермаркет.

– Успеем, куда торопиться, – он снял куртку.

Заметив на его левой руке тату, я не сдержала улыбку. И всё-таки я оказалась права, решив в вечер похищения, что неспроста этот парень сидел в душном баре в толстовке – такой нательный рисунок я бы точно запомнила. Это была не просто чёрно-белая татуировка, а целый рукав в виде брони со скандинавским орнаментом, бравший начало от кисти и исчезавший под футболкой. Стоило отдать Рэю должное, подобных татуировок я ещё не встречала.

– Что означает твоё тату?

– Это мой талисман, он защищает меня от врагов и даёт силы, – Рэй кивнул назад, – Там ещё на спине есть продолжение, показать?

– Думаю, для таких интимных подробностей пока рановато.

Он улыбнулся, и я впервые обратила внимание, что у него была приятная улыбка.

– Тогда расскажи о себе.

– Сомневаюсь, что тебе это интересно.

– Отчего же? – Рэй вынул пачку сигарет и закурил.

– Окей, сам напросился, – предупредила я, – Я родилась и выросла в Дейтоне. Родители развелись, когда мне было пятнадцать, с тех пор я живу с матерью. Она работает этнографом и много времени проводит в экспедициях. У меня был сводный брат Джереми, он тоже журналист по образованию. Отец планировал, что однажды брат продолжит его дело и станет новым владельцем «Графита», но судьба распорядилась иначе…

– Умер?

– Погиб в аварии, – уточнила я, – Это случилось очень давно, но мне до сих пор его не хватает. Так же как и отцу. Джереми был его гордостью, а я стала разочарованием, потому что после окончания университета отказалась от работы в «Графите» и осталась пиарщиком в кафе. Это был первый раз, когда я пошла против воли отца, после этого мы сильно поругались и не общались полгода.

В голове моментально всплыли вчерашние видеопереговоры, и сердце сжалось в тисках боли. До сих пор не верилось, что ради моего спасения отцу пришлось пожертвовать «Графитом». Рэй молчал. Он смотрел на меня так, словно знал, что сейчас творилось в моей голове. Наши взгляды встретились, и я почувствовала, как боль ослабевает. Никогда бы не подумала, что мне может быть так спокойно рядом с этим человеком.

– Вообще-то, работа в кафе у Лианы – далеко не предел моих мечтаний, – вновь заговорила я, – Просто у каждого из нас есть зона комфорта, которую мы боимся покидать, пусть даже, как бы парадоксально это ни звучало, нам и не особо там комфортно. Но теперь, после всего, что со мной случилось за последние дни, я поняла, что больше не боюсь. Если мне удастся выбраться живой из всей этой истории, я уйду из кафе и стану…

– Заниматься фотографией? – предположил Рэй и, поймав мой удивлённый взгляд, продолжил, – Видел твои снимки в Pinterest. Круто, особенно то фото с горами и туманным лесом. У тебя здорово получается.

Его похвала разлилась теплом по душе.

– Ты могла бы продавать свои фотографии журналам.

– Или хотя бы на открытки.

Усмехнувшись, мужчина снова потянулся к бутылке с джином. Я предостерегла его:

– Может, не стоит столько пить на пустой желудок?

– Да я как стёклышко, – он залил джин имбирным пивом и продолжил разговор, – Ну а жених у тебя есть?

– Был. Пока три года назад сбежал от меня в Клоуд. Не без вашей помощи.

Рэй нахмурился, по всей видимости пытаясь сообразить, о ком шла речь. После чего хохотнул и сказал:

– Так мудак Джеф – твой бывший? А я всё гадал, что вас связывало.

– Рада, что моя личная трагедия вызвала у тебя веселье, – саркастично сказала я.

– Какая трагедия, благодари нас и бога, что избавилась от такого куска дерьма, как Стивен.

Спорить я не стала и молча посмотрела в окно, за которым уже окончательно стемнело.

– Ты рассказывала отцу про видео с убийством Гилсона?

Я помотала головой.

– Значит, Руди всё-таки сдал меня… Чёртов сукин сын.

– О чём ты?

– Альфред не знал о существовании видео, я сказал ему, что уничтожил улики.

– Зачем ты соврал?

– Скажем так, не хотел усугублять своё и без того дерьмовое положение.

– Теперь у тебя будут неприятности?

– Ага, – ответил Рэй и залил в себя ещё джина.

С опаской взглянув на бутылку, в которой от содержимого осталось меньше половины, я поняла, что пора закругляться, пока он основательно не надрался.

– Не пора ли идти? Мы ещё успеем заскочить в супермаркет.

– Он круглосуточный, – Рэй закурил, глядя куда-то в сторону.

Проследив за его взглядом, я увидела, что с другого конца зала ему улыбалась та молоденькая официантка.

– Если не секрет, что она тебе шепнула?

Он затянулся и выпустил дым, – Что её смена заканчивается через полчаса.

Во мне мгновенно вспыхнуло негодование.

– А ты время даром не теряешь, – не сдержалась я и поднялась из-за стола, – Тогда я лучше пойду, не хочу быть третьей лишней. Только ключи мне отдай.

Его повеселила моя решимость.

– От номера или внедорожника? – поинтересовался Рэй, и, не дождавшись моего ответа, вынул из кармана джинсов ключ от номера.

– Надеюсь, тебе хватит мозгов не приводить её в мотель, – бросила я напоследок и, пробравшись мимо отдыхающих, покинула бар.

Прохладный вечерний воздух отрезвил голову. Я выдохнула и тут же устыдилась внезапной вспышки то ли ревности, то ли злости. Чёрт возьми, Санни, ты никогда не упустишь возможности выставить себя дурой. Несколько минут простояла у входа в бар, надеясь, что Рэй пойдёт за мной, затем накинула парку и побрела в мотель. Желая избавиться от удушающего одиночества, набрала номер мамы – после разговора с ней мне всегда становилось лучше. Однако автоответчик на том конце предсказуемо сообщил, что в тех местах, где сейчас находилась моя мама, связь была ни к чёрту и абонент не мог ответить на звонок. Я раздражённо сунула смартфон обратно в карман и огляделась, пытаясь в слабых отсветах фонаря найти дырку в заборе.

– Эй, крошка, тебе помочь? – раздался позади развязный голос.

Они появились из ниоткуда, четверо парней, и начали окружать меня.

– Нет, спасибо, я жду друга, – решительно ответила я, направляясь обратно к бару.

– Не идёт чего-то твой дружок. Ничего, давай мы тебя проводим.

Они преградили мне путь. Ругая себя за неосмотрительность, приведшую к такой идиотской ситуации, я выхватила смартфон, чтобы набрать Рэя, но один из парней тут же выбил его из моей руки. Мозг дал чёткую команду: «Беги!», пока я не стала жертвой чего-то настолько ужасного, что навсегда разделило бы мою жизнь на «до» и «после». Рванув с места, я проскочила мимо незнакомцев и бросилась к бару. Они догнали меня быстрее, чем я успела добраться до освещаемой части парковки, схватили и под общий смех потащили в сторону мусорных баков. Страх, который я ощутила, перекрыл кислород клеткам головного мозга, совершенно отключив мой разум. Я орала в руку, закрывавшую мне рот, упиралась и вырывалась, пока неожиданно в голове не сверкнула спасительная мысль: пистолет Миры! Мне всего-то и нужно, что дотянуться и выхватить его из-за спины. Но подонки так крепко держали меня, что пошевелить руками не представлялось возможным. Я ощутила, как под майку лезут ледяные пальцы, и мной предательски овладело граничащее с истерикой отчаяние.

И тут же услышала звуки глухих ударов. Распускавший руки парень с шумом рухнул на мусорные баки, другой схватился за нос и простонал:

– Ты мне нос сломал, мудила!

Сквозь рябь в глазах я увидела Рэя. Один из подонков попытался с ноги заехать ему по лицу, но тот блокировал удар и нанёс ответный. Выбравшийся из мусора парень схватил металлическую крышку от бака и, подскочив со спины, оглушил ею противника по голове. Рэй пошатнулся, но устоял и с размаху врезал парню в грудь. Третий бросился на него и, обхватив за торс, повалил на асфальт. Остальные обездвижили преступника, и парень с разбитым носом начал рьяно бить его ногами.

Выхватив пистолет, я крикнула, – Отошли от него! – и выстрелила в воздух.

Ничего не произошло. Повертев пистолет в руках, обнаружила, что у «Глока» предохранитель располагался не на раме, а на спусковом крючке, и плавно нажала на него. Раздался выстрел, заставивший нападавших встрепенуться. Отпустив Рэя, они уставились на меня, и я нацелила на них оружие.

– Проваливайте. Живо.

Они замешкались, но всё же решили не рисковать и убрались с парковки. Сжимая пистолет до хруста в пальцах, я глядела им вслед, пока они не исчезли в темноте. Воцарившуюся тишину нарушил голос:

– А ты полна сюрпризов.

Дрожащими руками подхватив с асфальта смартфон, я подошла к Рэю и присела рядом.

– У меня все зубы целы? Что-то я языка не чувствую, – расплывшись в кровавой улыбке, он хрипло рассмеялся.

Может, и хорошо, что он был настолько пьян – по крайней мере, алкоголь притупил его боль.

– Встать сможешь?

– Сомневаюсь.

– Нужно уходить, – я помогла ему подняться на ноги и велела, – Обопрись на меня.

Мы пролезли в дырку в заборе и поплелись в мотель. Прошли через пустой ресепшен и, потратив неимоверно много времени на лестницу, оказались на втором этаже. Распахнув дверь, Рэй ввалился в номер и рухнул на ближайшую кровать. Скинув парку, я прошла в ванную, тщательно вымыла руки и, намочив полотенце, вернулась в комнату. Рэй лежал с закрытыми глазами. Сев рядом, я осторожными движениями вытерла кровь с его лица, но мужчина даже не пошевелился. Он уже крепко спал. Я отложила полотенце и уставилась в пустоту, пытаясь прийти в себя. Перевела взгляд на преступника, шумно посапывавшего во сне, и невольно улыбнулась. Он не стал развлекаться с официанткой и спас меня от тех подонков. Или это я его спасла? Да какая, к чёрту, разница… Я коснулась пальцами разбитых костяшек на его руке. Рэй отмахнулся и перевернулся на другой бок. Решив, что на сегодня потрясений хватит, выключила свет и легла на соседнюю кровать.

Когда я проснулась, в окно пробивался слабый солнечный свет. Нашарив на прикроватной тумбочке смартфон, чтобы проверить время, я обнаружила, что и для него вчерашнее нападение не прошло бесследно – стекло покрылось паутиной из трещин. Сбоку послышался храп. Сев на кровати, я посмотрела на Рэя, лежавшего на животе и положившего руку под подушку. Как же крепко я спала, что не слышала этого раскатистого грома ночью.

Умывшись, я оделась и спустилась на ресепшен, где дама-хохотушка вместо приветствия заявила, что мы обязаны освободить номер до полудня. Покинула мотель и направилась в ту сторону, где видела вчера супермаркет, на ходу печатая Мире сообщение в мессенджере:

«Пистолет пригодился».

Ответ пришёл через пару минут:

«Кто б сомневался».

И следом ещё одно сообщение:

«Ты пристрелила Рэя?»

Усмехнувшись, я вкратце описала девушке вчерашнюю историю, и в ответ Мира прислала эмодзи с удивлённым котом, схватившимся за морду.

Добравшись до магазина, я побродила по рядам, раздумывая, что взять на завтрак, и остановилась перед холодильником с напитками. Взгляд зацепился за бутылку с жуткого болотного цвета жидкостью, на этикетке которого было написано, что это супермегаволшебный коктейль от похмелья. Я взяла его, воды и пару сэндвичей.

Когда я вернулась в номер, постель Рэя пустовала, а из ванной доносился шум воды. Положив пакет с покупками на кровать, я выглянула в окно и попыталась при свете дня отыскать озеро. Очередная попытка оказалась тщетной.

Позади раздался гнусавый голос, – Думал, ты свалила.

– И тебе доброе утро, – я обернулась и застыла, увидев, что стало с его лицом.

Верхняя губа была порвана, нос разбит, а под припухшим левым глазом красовался лилово-багровый синяк.

– Хорош? – поинтересовался он.

Я не нашлась что ответить, кроме как, – Зато с таким фонарём нестрашно ездить ночью.

Рэй саркастично поднял большой палец вверх, ставя лайк моей шутке.

– Прости, – я прикрыла рот рукой, чтобы он не заметил мой смешок, – Принесла тебе завтрак и вот… – протянула ему бутылку с болотного цвета жидкостью, – Коктейль от похмелья.

– Решила меня добить? – он, поморщившись, сел в кресло, – Лучше бы ты нашла викодин.

Вспомнив про лекарство во внутреннем кармане парки, я вынула его и протянула бандиту.

– Что это?

– Обезболивающее, которое мне дал парамедик.

Он принял пару таблеток, запил коктейлем от похмелья, откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Осмелившись нарушить молчание, я уточнила, – Ты помнишь, что вчера произошло?

– Смутно.

– Ты спас меня.

– Разве было не наоборот? – Рэй приоткрыл здоровый глаз.

– Вряд ли тот ублюдок совал руки ко мне под майку, чтобы согреться, так что, если бы ты не появился, они… – я замолчала, не желая думать об этом.

– Я могу найти их и убить, – на полном серьёзе предложил он.

Ещё ни один человек не был готов ради меня пойти на убийство, однако я проявила к тем подонкам невиданное милосердие.

– Не стоит. Не хочу, чтобы ты брал грех на душу.

Усмешка скользнула по его губам.

– Ты, пожалуй, единственный человек в мире, кто печётся о моей душе. Ну, ещё разве что Джаспер.

Смущённо улыбнувшись, я протянула ему сэндвич.

– Кстати, это Мира дала тебе «Глок»? – спросил Рэй, я кивнула, и он продолжил, – Нужно от него избавиться.

– Если ты не забыл, этот пистолет помог нам вчера.

– Достань его, – велел он, – Видишь на нём идентификационный номер?

– Нет.

– Потому что его стёрли. Следовательно, за пистолетом тянется кровавый след – скорее всего, убийство. Если ты попадёшься с ним, тебе не только светит срок за хранение, на тебя ещё и повесят то преступление, в котором он был замешан.

– Но как полиция это узнает, если номер был стёрт?

– С помощью пули, найденной на месте преступления. После выстрела на пуле остаются маленькие бороздки – трассы, по ним можно определить, из какого оружия эта пуля была выпущена. Полиция проверит базу и опознает твой «Глок».

– Вместо того чтобы запугивать меня, просто признай, что ты мне не доверяешь.

– Когда мы доберёмся до места, я могу дать тебе другой пистолет, – заверил Рэй, – Но подумай, нужно ли тебе это. Грань между законом и беззаконием очень тонкая, переступишь её однажды – и уже не сможешь вернуться назад.

– Странно слышать такое от бандита.

– Просто я знаю, о чём говорю.

– И когда ты переступил эту грань? Когда начал работать на Гилсона?

Рэй не ответил, и я поняла, что коснулась темы, которой не следовало касаться. Поразмыслила над его словами, подошла и отдала ему «Глок».

На смену солнечному утру пришёл дождливый полдень. Мы сдали номер, сели в машину и продолжили путешествие в неизвестном мне направлении.

– Долго нам ехать? – поинтересовалась я, когда внедорожник вернулся на трассу.

– Часов шесть.

– Тогда сегодня я выбираю, что слушать.

– Вот ещё, – фыркнул Рэй, не сводя взгляда с дороги, – Кто ведёт, тот и музыку заказывает. К тому же без обид, но я не фанат попсы.

Я уставилась на него, – По-твоему, я похожа на того, кто слушает попсу?

– По-моему, вся современная музыка – попса.

– Во-первых, я не люблю попсу; во-вторых, среди современных групп есть множество достойных.

– И что ты обычно слушаешь?

– Ну, это зависит от настроения.

Он усмехнулся, – Ещё скажи, что у тебя в телефоне есть плейлисты под разное настроение.

– Вообще-то, да, есть.

Рэй перевёл недоумённый взгляд с дороги на меня, затем снова посмотрел на дорогу и шумно выдохнул.

– Знаешь что, – я мгновенно вспыхнула, – Зато мои предпочтения не ограничиваются пятью группами, которые мы за вчерашнюю поездку заслушали до дыр.

– Их было больше чем пять.

– Считай, – я начала демонстративно загибать пальцы, – Led Zeppelin, Aerosmith, The Rolling Stones, Pink Floyd, Depeche Mode.

– Это музыка на все времена, ты просто слишком маленькая, чтобы понять.

– Да я Depeche Mode слушала ещё до того, как ты ступил на скользкую дорожку беззакония!

Рэй рассмеялся.

– Что мне в тебе нравится, Санни Лесснер, так это чувство юмора, – он открепил от держателя на приборной панели смартфон и протянул мне, – Ладно, давай, удиви меня.

Открыв музыкальное приложение, я нашла песню Love is Bitch группы Two Feet и нажала на кнопку воспроизведения. Сделала звук погромче. Из колонок донеслись расслабляющие ритмы электрогитары. Мы добрались до проигрыша после первого куплета, и я не удержалась от комментария:

– Ты только послушай, что он вытворяет с гитарой, это же чистый кайф.

– Неплохо, – согласился Рэй и взглянул в мою сторону, – И в каком плейлисте у тебя эта песня? Для разбитого сердца?

– Нет, мне кажется, это музыка, под которую нужно заниматься любовью, – призналась я.

И, ощутив себя неловко под прицелом его пристального взгляда, отвернулась к окну.

Мили степной дороги остались позади. На смену им пришёл живописный озёрный край в окружении горных хребтов и хвойных лесов. Глядя через окно на красоту и мощь дикой природы, я пожалела, что со мной не оказалось любимой фотокамеры. Из всех богом забытых мест я была рада, что Рэй привёз нас именно сюда. Когда солнце стало клониться к закату, на нашем пути встретилось двухэтажное здание с большой вывеской «Маркет». Мы припарковались у входа, вошли внутрь, и я предложила разделиться, сказав, что мне нужно прикупить кое-что для себя. Рэй дал на всё про всё десять минут. Составив в голове список из самого необходимого, я прихватила корзинку на колёсиках и направилась в глубь магазина. Взяла пару комплектов нижнего белья, футболку для сна, штаны на смену джинсам и флисовую кофту, предметы личной гигиены, зарядку для смартфона, спортивный рюкзак и несколько бутылок воды.

– Готовишься к апокалипсису? – сыронизировал Рэй, когда я нашла его у кассы, – Вроде бы я не говорил, что мы едем за пределы цивилизации.

– Ты вообще ничего не сказал, и я предположила худшее, – я выложила вещи на кассовую ленту и, заметив стойку с шоколадными батончиками, взяла три сникерса, затем кивнула на ящик с пивом и блок сигарет и спросила, – Вижу, ты со своим рационом уже определился, но разве нормальная еда нам не нужна?

– Ну, в пиве много калорий, – ответил он, и я не смогла понять, шутка это была или нет.

Расплатившись, мы загрузили покупки в машину и отправились дальше. К тому времени солнце уже полностью скрылось за горами. Мы добрались до огромного озера, частично скрытого от глаз хвойным лесом, внедорожник съехал с дороги и остановился возле пирса. Провернув ключ в замке зажигания, Рэй сказал:

– Приехали.

Я окинула безлюдный берег напряжённым взглядом, – Мы куда-то поплывём?

– На остров.

– Всё-таки боишься, что я могу сбежать?

Проигнорировав мой вопрос, он выбрался из машины и велел, – Вылезай.

Покидать салон я не торопилась. В густых синих сумерках окружающая тишина казалась непосредственным участником готовящегося преступления. Рэй скинул брезент со стоящей под кустом моторной лодки, и я, наблюдая, как он стаскивает её в воду, поймала себя на пугающей мысли: а вдруг он снова соврал мне, и на самом деле Альфред приказал спрятать меня не на несколько дней, а с концами? И ни о каком возвращении в Дейтон не шло и речи… Мужчина направился ко мне. Увидев, что ключ остался в замке зажигания, я быстро нажала кнопку блокировки дверей. Рэй дёрнул ручку, та не поддалась. Взглянув на меня через закрытое окно, он сурово проговорил:

– Да ты, смотрю, шутница.

– Не знаю, что творится в твоей башке, но, если ты решил меня утопить, придётся сделать это вместе с внедорожником, – твёрдо сказала я.

– Если бы я хотел расправиться с тобой, то не стал бы увозить в такую даль.

– Угу, и поэтому ты забрал у меня пистолет?

– Ты сама мне его отдала.

Я проверила содержимое бардачка в надежде обнаружить хоть какое-нибудь оружие. Не стоило избавляться от «Глока».

– Тогда почему ты не говоришь, куда мы едем?

– Потому что ты всё равно не знаешь, что это за место.

Вынув смартфон, я взглянула на экран. Естественно, связь в такой глуши не ловила. Я перевела взгляд на руль. Чертовски жаль, что я не умела водить…

– Санни, – привлёк моё внимание Рэй и посмотрел мне в глаза, – Разве после всего, что было, я не заслужил хоть капли твоего доверия?

В голове всплыло вчерашнее омерзительное нападение. Я сдалась и вылезла из внедорожника.

Мы перекинули вещи в лодку и вышли в озеро. Туман стелился по воде, вдали чернели горы, и пахло свежестью. Тревога сменилась необъяснимым спокойствием. Когда берег остался далеко позади, Рэй заглушил мотор и, достав пистолет Миры, выкинул его в воду. Затем закурил и неожиданно проговорил:

– В десять лет я попал в военную академию по программе помощи детям погибших военнослужащих. В тринадцать вылетел оттуда, и меня забрала к себе сестра моего отца Мия. Она не работала, проводила время в компании крутых, как мне тогда казалось, мужиков и никогда не нуждалась в деньгах. Как-то раз она попросила меня отнести мелкий пакет одному парню, живущему через пару кварталов от нас, а когда я вернулся, дала мне денег, заявив, что любая работа должна быть оплачена. Так она ввела меня в свой мир наркобизнеса. Мия была дилером, а я стал её курьером. Мне нравилось помогать ей, нравились лёгкие деньги и ощущение вседозволенности, пока однажды мне не захотелось чего-то большего. Один парень из числа постоянных клиентов пообещал, что, если я достану метамфетамин, он выведет меня на своих богатых университетских дружков, с которых я смогу содрать втридорога. Я выяснил, где Мия хранила мет, взял всё и отправился на встречу. Естественно, тот ублюдок кинул меня. Домой я приполз на следующий день без товара, без денег и со сломанным носом. Когда о пропаже партии прознал главарь банды, он избил Мию, а меня забрал в уплату долга. Мия не возражала, лишь сказала напоследок, что так даже лучше, мол, эти парни сделают из меня настоящего мужчину, раз у неё не вышло. Я попал в банду и познакомился там с Руди, он тоже был курьером, мы быстро сдружились. Так продолжалось полгода, пока одной ночью к нам не заявились грозные парни с автоматами и не начали хладнокровно расстреливать всех.

Мурашки пробежали по спине, ведь я сразу поняла, что речь шла про тот случай, который описывался в статье «Графита».

– Это был Гилсон?

– Он, Альфред и ещё трое парней. Оскар узнал, что его племянник попал в банду, и пришёл за ним. Они бы и меня убили, если бы Руди не уговорил дядю сохранить мне жизнь. Гилсон предложил мне пойти с ними, я согласился, но той же ночью сбежал и отправился к Мие. Когда я вернулся домой, то обнаружил её на полу в гостиной в луже собственной крови – её настигла та же участь, что и всю банду. Я взял пистолет, который Мия хранила за книжной полкой, и направился прямиком к Гилсону. Он сказал, что моё желание отомстить за тётю вызывает у него уважение, но к её смерти он отношения не имеет, ведь он не знал, что она тоже была в банде. И я поверил ему.

– Но ты нашёл убийцу?

– Да, спустя почти двадцать лет я выяснил, что Гилсон тогда солгал мне, именно он выпустил пулю в сердце Мии.

– Мне очень жаль, Рэй.

Он затянулся напоследок и затушил окурок.

– Зачем ты мне всё это рассказал?

– Ты хотела знать, как я переступил грань между законом и беззаконием. Теперь ты знаешь.

Мы проплыли ещё немного и остановились возле деревянного причала. Выбравшись из лодки, я помогла вытащить вещи и уточнила:

– Погоди, Руди – это тот лысый скинхед с татуировкой орла на шее?

– Ага.

– Серьёзно, этот кусок дерьма – племянник Гилсона? – удивилась я и тут же спохватилась, – Прости, мне не стоило так говорить про твоего друга.

Рэй усмехнулся и запрыгнул на причал, – Мы не друзья, но в одном ты определённо права: он ещё тот кусок дерьма.

В кромешной тьме мы поднялись в горку и вышли на тропу. Впереди за деревьями замелькали огни, и я с облегчением поняла, что там был дом с электричеством и иными плодами цивилизации. Мы направились к нему и неожиданно услышали низкий сухой голос:

– Не знаю, что вы тут забыли, но советую разворачиваться и проваливать отсюда.

Выглянув из-за спины преступника, я увидела пожилого мужчину, нацелившего на нас ружьё. Однако не успела испугаться, как Рэй ответил:

– Дед, это я.

Свободной рукой незнакомец зажёг фонарь и направил на наши лица.

– Рэй, ты, что ли?

– Кончай слепить, – раздражённо сказал тот, – Можно подумать, у тебя ещё кто-то есть.

Мужчина опустил фонарь, – Какого чёрта тебе надо?

– Я тоже рад тебя видеть, – хлопнул его по плечу Рэй и продолжил путь.

Мы выбрались из лесу и оказались перед деревянным двухэтажным домом с просторной верандой, гаражом и старым покосившимся сараем.

Хозяин обернулся и посмотрел на меня, – Этот говнюк даже не соизволил представить нас друг другу. Я Орсон, а ты, должно быть, Моника?

– Это Санни. Мы с Моникой разбежались, – ответил Рэй.

Орсон усмехнулся, – И почему я не удивлён, что очередная подружка тебя послала.

Я не сдержала смешок, – Поверить не могу, что вы его… – язык не повернулся назвать этого сурового пожилого мужчину со взглядом Клинта Иствуда дедушкой, – …что вы родственники.

– Да соседские собаки мне больше родня, чем этот неблагодарный выродок, – Орсон поднялся на веранду.

Внук саркастично развёл руками, – Может, ты забыл, но после твоей смерти только неблагодарный выродок сможет позаботиться об этой земле.

– Учитывая твои преступные делишки, это ещё большой вопрос, кто из нас двоих сдохнет первым, – не оборачиваясь, кинул ему дед и исчез в доме.

Рэй выругался вполголоса и перевёл взгляд на меня, – Принесу остальные вещи.

В полнейшем недоумении и гордом одиночестве я осталась стоять перед домом, глядя ему вслед. Входная дверь отворилась, и Орсон кинул мне:

– Ну чего мнёшься? Заходи! Ночи тут нешуточные.

Не став дожидаться повторного приглашения, я поднялась и окунулась в тепло протопленного помещения. Сняла парку и прошла в небольшую гостиную, где приятно потрескивали поленья в камине и негромко дребезжал стоящий на тумбе старый телевизор. В центре комнаты разместился низкий деревянный стол, вокруг которого стояли обтянутый велюром коричневый диван и застеленное пледом кожаное кресло.

Хлопнула входная дверь, а следом раздался голос хозяина:

– Чёрт подери, парень, что с твоим лицом? Специально разукрасился ради нашей встречи?

Не став ничего объяснять, Рэй прошёл в гостиную.

– Кому-нибудь ещё известно об этом месте? – спросила я у него.

– Только Джасперу, Гарри и Нуту, – тот устало плюхнулся на диван, – А теперь и тебе.

Я отвернулась, чтобы он не заметил моей улыбки, и обратила внимание на фото мужчины в военной форме.

– Это твой отец?

– Да.

– Вы с ним как две капли, – я перевела взгляд на соседнее фото, с которого на меня смотрела молодая загорелая женщина с короткими светлыми волосами и лучезарной улыбкой, – А это… Мия?

Рэй кивнул, и неожиданно для нас обоих я произнесла:

– Я её знаю, она общалась с моим братом, – и, догадавшись, о чём он подумал, возразила, – Нет, Джереми не употреблял наркотики. Мало ли что их связывало. Может, они учились вместе, или были друзьями, ну или любовниками, в конце концов.

– Скорее всего, – согласился он.

Захотелось сменить тему, и я спросила, – А где твои фотографии?

– Их здесь нет. Когда дед узнал, чем я занимаюсь, он вычеркнул меня из своей жизни. Но после того, как окончательно остался один, согласился возобновить общение на уровне холодного перемирия.

– И когда же ты был здесь в последний раз?

– Пару лет назад. С моей работой редко представляется возможность вырваться куда-то.

Орсон откашлялся, привлекая наше внимание, – Вы это, голодны? У меня там сготовилось жаркое. Не бог весть что, но горячая еда никогда не помешает.

Я уточнила, где можно помыть руки, и, умывшись, прошла на кухню. Рэй предложил мне пиво, я отказалась, и он поставил на стол две бутылки для себя и деда. Орсон разложил по тарелкам картошку с говядиной, мы расселись и приступили к еде.

– Мне стоит ждать неприятностей? – первым нарушил молчание хозяин.

– Нет, никто не знает, что мы здесь.

– И как долго вы планируете оставаться?

– Несколько дней, – Рэй отхлебнул пива, – Я лягу в гостиной, Санни займёт мою комнату.

– Не выйдет, там теперь мой кабинет.

Внук едва не поперхнулся, – На кой тебе кабинет? Мемуары пишешь?

– Не твоё собачье дело, ты здесь вообще не живёшь.

– А как там поживает мастерская, в которую ты превратил спальню отца?

– Так, ты поучи меня ещё! – Орсон стукнул ложкой по столу, – Совсем страх потерял!

Наблюдая за их беседой, я с трудом сдержала улыбку.

– Нужно заняться крышей. Сомневаюсь, что она переживёт ещё одну зиму, – заметил Рэй.

– А я, по-твоему, не знаю, – проворчал дед и добавил, – Мне тяжело делать это в одиночку.

– Найми кого-нибудь.

– Ещё чего. Ты в курсе, какие бешеные цены заламывают те прохиндеи?

– Так в чём проблема, я же на прошлой неделе высылал тебе деньги.

Орсон встал и покинул кухню. Вернулся через минуту и кинул на стол пачку нераспечатанных писем.

– Твои кровавые деньги мне не нужны, так что можешь забрать их обратно, – заявил он, – Или отдай вон в сиротский приют какой-нибудь. Хоть что-то хорошее сделаешь в этой жизни.

За столом возникло напряжённое молчание. Ничего не ответив, Рэй поднялся из-за стола и, прихватив пиво, вышел. Орсон уселся на стул и продолжил есть.

– Мистер Кензи, – вмешалась я, – Вчера вечером Рэй защитил меня от насильников, именно поэтому его лицо сейчас выглядит не лучшим образом.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Потому что Рэй сам не признается, а я считаю, что вы должны знать правду, – ответила я и добавила, – Ваш внук неидеален, но хорошего в нём определённо больше.

После ужина отмокла под горячим душем, переоделась и прошла в гостиную. Хозяин разложил для меня кресло, вручил подушку с одеялом и поднялся на второй этаж. Когда я выключила общее освещение и легла, слушая убаюкивающее потрескивание в камине, вернулся Рэй. Застелил диван, выложил на стол смартфон, пачку сигарет с серебряной зажигалкой и пистолет, затем скинул футболку и стянул джинсы. Воспользовавшись удобным случаем, я попыталась разглядеть продолжение татуировки у него на спине. Поймав на себе мой взгляд, он усмехнулся:

– Могу подойти ближе, чтобы тебе было удобнее рассматривать.

– Спокойной ночи, – смутилась я и повернулась на другой бок.