Рэй выстрелил в девчонку. Но не в голову. Он не смог выстрелить ей в голову. Этаж накрыло давящей тишиной, только звон стоял в ушах. То, что должно было стать тихой казнью бывшего босса, переросло в погоню и перестрелку с ещё тремя трупами. Полное фиаско. Не так он представлял своё последнее дело, хотя изначально был против этого дерьмового плана. Рэй спрятал пистолет за пояс и прикрыл курткой. В такие моменты он ненавидел себя и весь этот конченый мир, который сделал его таким. Но больше, чем на себя, он злился на девчонку, мирно лежащую сейчас на грязном пыльном полу. Какого чёрта ей не сиделось дома? Это была полностью её вина, что она оказалась не в том месте не в то время. Он лишь сделал то, что должен был, он не мог поступить иначе.

– Симпотная девка, – Руди окинул девчонку взглядом, – Поторопился ты, старичок.

Разница в возрасте у них была не столь большой. Рэй знал, что он звал его старичком, лишь бы побесить.

– Могли прихватить её с собой, поразвлечься, а потом пристрелить, – усмехнулся Руди.

После таких слов Рэю захотелось выбить его татуированный кадык. В этом парне моральных принципов меньше, чем… Хотя о чём это он, у лысого выродка вообще не было моральных принципов.

– Оставь её, – сухо сказал Рэй.

Он подошёл к мужику с дырой во лбу, из которой, пузырясь, шла кровь. Рядом с ним лежала камера. Кто знает, успел ли этот фотограф что-нибудь снять, но дарить полиции такую улику не стоило. Рэй наклонился и стащил фотоаппарат с трупа.

Тишину нарушили шаги в коридоре, и двое ребят присоединились к ним. Гарри осмотрел холл и, как обычно, ничего не сказал. Джаспер мельком глянул на девчонку, затем перевёл взгляд на Рэя. Лицо здоровяка омрачилось. Излишняя чувствительность Джаса, несовместимая с их работой, бесила Рэя, особенно сейчас.

– Уходим, – приказал он, и парни направились к лестнице.

За годы служения иной стороне закона Рэй выработал привычку осматривать напоследок любое место преступления. Но не сегодня. Он не смог заставить себя ещё раз взглянуть на убитую им девчонку и вышел из холла. Если бы он всё же обернулся и пригляделся, то непременно заметил, как слабо вздымалась её грудь…

Они покинули здание через запасной выход. Машины босса не было, остались только следы шин в том месте, где она, пробуксовав, выбиралась из грязи. Моросил дождь. Руди сел на мотоцикл, припаркованный у стены, надел шлем и, газанув пару раз парням, уехал. Гарри завёл чёрный «фольксваген» со сменными номерами. Рэй устало плюхнулся на соседнее от водительского место, снял перчатки и закурил. Машина как ни в чём не бывало проехала через проходную. Территория промзоны быстро осталась позади.

Когда они выбрались на шоссе, мимо с шумом пронеслись три патрульные машины. Воображение нарисовало в голове картину того, как полицейские ворвутся в здание, поднимутся на второй этаж и обнаружат там её, остывшую и белую. Прогоняя этот образ, Рэй мотнул головой и уставился в окно. Смерть безызвестной девчонки беспокоила его больше, чем смерть бывшего босса, только Оскар Гилсон был последним куском дерьма, а у девчонки вся жизнь была впереди. Захотелось надраться до беспамятства, но стоило дождаться вечера, а пока он снова закурил и взял с заднего сиденья фотоаппарат. Следовало убедиться, что фотограф не успел снять ничего стоящего. На загоревшемся экране появилась надпись: «Вставьте SD-карту». Он так громко и смачно выругался, что Гарри резко затормозил и на всякий случай прижался к обочине. Рэй вылетел из машины и с силой ударил камеру о землю.

– В чём дело? – возник за его спиной Джаспер.

– Поздравляю, джентльмены. Мы в настолько глубокой жопе, что оттуда даже просвета не видно.

***

Тьма рассеялась, и я почувствовала, как тёплые пальцы касались вен на моей шее. Резко приподнялась и вцепилась в неизвестного, словно только его рука могла помочь не вернуться в мрачную, пожирающую бездну. Голова мгновенно налилась свинцом и пошла кругом. Запульсировал затылок. Сквозь скачущие перед глазами точки я увидела шатена с сединой на висках, глубокими морщинами, двухдневной щетиной и усталым взглядом.

– Всё хорошо, успокойтесь, – заверил он и, обернувшись, крикнул, – Позовите Воула!

Он не отпускал мою ладонь, и это подействовало убедительнее, чем его слова. Я ослабила хватку, попыталась сделать вдох и тут же ощутила острую боль в груди. Дрожащей рукой ощупала пальто и наткнулась на дырку от пули. Он выстрелил в меня… Чёрт подери, тот ублюдок выстрелил в меня!

– Он меня… убил? – прохрипела я осипшим голосом.

– Что?

С трудом сглотнув слюну, повторила попытку, – Он стрелял. Кажется, я ранена.

Незнакомец расстегнул моё пальто и утвердительно произнёс, – Раны нет. Вам стоит сказать спасибо тому, кто дал вам это.

Бронежилет остановил пулю. Я дотронулась до смертоносного кусочка металла, подумала об охраннике и обернулась к тому месту, где видела его в последний раз. Человек, благодаря которому я осталась жива, лежал с головой накрытый чёрной тканью.

– Его зовут Каспер Пирс, – тихо проговорила я, – Он отдал мне свой бронежилет.

– Он спас вам жизнь.

И теперь он мёртв. Я отвернулась и случайно заметила у разбитого окна ещё одно скрытое под тканью тело. Пошатываясь, поднялась на ноги и спросила:

– Кто, кто там лежит?

– При нём нашли удостоверение и водительские права на имя Джеральда Менсона…

Слёзы хлынули неудержимым потоком. Незнакомец спросил, знаю ли я этого человека, но, увидев мою реакцию, замолчал. Я беспомощно огляделась. В холле находилось по меньшей мере пять человек, и все они дарили мне свои сочувственные взгляды. От их пустой жалости стало ещё паршивее и невообразимо захотелось убраться отсюда. Незнакомец остановил меня. К нему присоединился мужчина с медицинским чемоданом в руках.

– Мне нужно на свежий воздух, – воспротивилась я.

– Как вас зовут?

– Санни Лесснер.

– Мисс Лесснер, это парамедик – Род Воул, он…

– Со мной всё в порядке, я просто хочу выбраться из этого проклятого места!

– У вас налицо шок, – раздражающе спокойно сказал парамедик, – Вам нужна помощь.

Слёзы мгновенно испарились. Я посмотрела на него так, будто он прилюдно назвал меня тронувшейся.

– Повторяю, я в порядке. И не нужно разговаривать со мной как с дефективной.

– Санни, – незнакомец заглянул мне в глаза, – В вас стреляли. Позвольте мистеру Воулу осмотреть вас, это не займёт много времени. А после я лично отвезу вас, куда попросите.

Было в его хрипловатом голосе что-то успокаивающее. Я сдалась и прошла с ними в одну из комнат. Незнакомец встал в пустом дверном проходе спиной к нам. Гадая, кто он и что из себя представляет, я скинула пальто и, поморщившись от боли, стянула бронежилет. Парамедик проверил пульс, давление, зрачки. Попросил снять свитер и внимательно осмотрел багрово-синюю гематому в том месте, куда ударила пуля.

– Небольшое сотрясение и ушиб грудной клетки, – сообщил Воул человеку в дверном проёме, – Но определить, целы ли рёбра без необходимого оборудования, я не могу. Ей нужно в больницу, Бранен, сделать рентген, – дождавшись, пока я оденусь, он снова повернулся ко мне, – Закатайте рукав, я вколю вам обезболивающее и успокоительное.

Я с недоверием покосилась на шприц в его руке, – Чтобы я стала овощем?

– Чтобы на душе не было так погано.

Заткнувшись, я позволила парамедику сделать оба укола. Хороший мужик, зря я ему грубила.

– Когда обезболивающее перестанет действовать, начните принимать эти таблетки по одной каждые шесть часов, – Воул протянул мне два блистера, – Они – сильнодействующие, так что возьмите ещё и это лекарство, оно снизит нагрузку на желудок.

– Спасибо. И простите за мою резкость.

– После того, что вам пришлось пережить, вы ещё держитесь молодцом, – мужчина закрыл чемодан, – Но как бы тяжело и больно ни было, помните: вы живы – и это главное.

Парамедик перекинулся парой фраз с человеком в дверном проёме и скрылся из виду. Я накинула пальто и подошла к незнакомцу.

– Пойдёмте, – сказал он.

– Могу я для начала узнать ваше имя?

– Детектив Бранен Коул.

Мы спустились на первый этаж и вышли из здания. На прохладном воздухе голова моментально прояснилась и притупилась боль. Пахло мокрым после дождя асфальтом и сырой землёй. У входа был припаркован двухдверный чёрный «форд», я посмотрела на стоящий рядом с ним старенький серый седан, и слёзы выступили на глазах. В отличие от отца Джерри всегда поощрял мою страсть к фотографии и даже подарил мне на четырнадцатилетние один из своих профессиональных фотоаппаратов. Он был пропойцей и дебоширом, раз двадцать увольнялся из «Графита», выносил мозг моему отцу бесконечными выходками, и всё же до последнего вздоха оставался хорошим человеком. Но теперь его нет, и серая старушка отправится на свалку.

– Те, кто умер мученической смертью, попадают на небо без очереди, – неожиданно раздался за спиной голос Коула.

Я посмотрела на него.

– Так говорят, – пожал плечами детектив, открывая передо мной дверь

«форда».

– Сдаётся мне, в больницу вы меня не повезёте?

– Поступим следующим образом. Вы расскажете обо всём, что здесь произошло, и тогда мы вместе решим, что делать дальше.

***

Больше часа они ждали на съезде с шоссе, пока на горизонте появится чёрный фургон. Им ничего не оставалось, как вернуться. Если фотограф заснял убийство Оскара Гилсона, то на карте памяти хранился компромат, способный уничтожить босса, бизнес, а заодно и их всех. Компромат в любой момент мог оказаться у правоохранителей, на счету была каждая минута, отчего ожидание становилось невыносимым. Но они продолжали сидеть в машине и тупо ждать – другого способа попасть на кишащее полицией место преступления не представлялось.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – произнёс Гарри, не сводя глаз с зеркала заднего вида.

Рэй затянулся и стряхнул пепел в приоткрытое окно, – Этот трюк никогда не подводил.

– А как же Гарден-Сити?

– В Гарден-Сити всё с самого начала пошло не по плану.

– Как вспомню тот кровавый кисель, до сих пор тошно становится, – раздался с заднего сиденья шёпот Джаспера.

Гарри усмехнулся, – Да уж, весело было, особенно когда Рэй схватился за топор.

– Мне кровь глаза залила, я тогда вообще ничего не видел.

– А помните, как Нут визжал: «Кровь в рот попала! Кровь в рот попала!» – добавил Гарри, – Думал, его прямо там вывернет.

– Он теперь даже кетчуп не ест, – улыбнулся Джас.

Они посмеялись, и градус общего напряжения спал. Рэй выкинул окурок в оконную щель и обратил внимание на выехавший из-за гаражей чёрный «мустанг»-купе. Наверняка сраные федералы. Рэй прикрыл лицо рукой, чтобы не светиться, незаметно глянул на сидящих в машине и едва не свернул шею. Увиденное было билетом в один конец до психушки, ведь в тот момент он мог поклясться чем угодно, что рядом с водителем сидела убитая им девчонка. Холод сковал спину. Она не могла выжить, в этом он даже не сомневался. Воображение сыграло с ним дичайшую шутку, на фоне хронического недосыпа, пристрастия к алкоголю и вечного нервяка померещиться могло и не такое. И всё же руки у него задрожали. Рэй потёр их о джинсы и уже собрался выбраться из машины проветрить голову, как Гарри сообщил:

– Едут.

Мгновенно собравшись, Рэй взглянул в зеркало заднего вида. Чёрный фургон замигал поворотником, предупреждая проносящиеся мимо автомобили, что съезжает с шоссе. Гарри завёл мотор, и «фольксваген» неспешно тронулся вперёд. Они проехали через ряд гаражей. Перед поворотом к промзоне размытая ухабистая дорога стала сужаться. Рэй огляделся. Слева шёл глухой бетонный забор, справа стояла трансформаторная будка, дорожная колея утопала в грязи.

– Давай здесь, – сказал он водителю, ставя глушитель на пистолет.

Джаспер недобро покосился на оружие, – Многовато убийств для одного дня.

– Второй раз я не облажаюсь.

Гарри остался за рулём, а они со здоровяком выбрались из машины. Осмотрелись. Вокруг не было ни души, только крики ворон нарушали тишину. Крики и шум колёс.

Рэй кивнул Джасперу, – Погнали.

Они упёрлись руками в багажник и стали толкать «фольксваген». Машина буксовала на месте, в стороны летели грязные брызги.

– Если кто-то поедет с промзоны, план рухнет, – заявил Джас.

– Значит, сделаем всё быстро, – раздражённо ответил Рэй.

Позади затормозил чёрный фургон. Они обернулись, услышав, как высунувшийся из окна водитель крикнул:

– Что, парни, застряли?

– Ага.

– Помощь нужна?

– Не помешает.

Водитель с напарником вылезли из салона. Рэй отметил про себя, что первый был низким и тучным, второй – бледным и хилым. Проблем с такими не возникнет.

– Вчетвером мы живо эту колымагу вытащим, – Джаспер похлопал ладонью по кузову.

– Тут виновата не машина, а дерьмовые дороги, – водитель встал рядом, – За что только мы налоги платим?

– Чтобы мэр наши деньги к себе в карман клал, – добавил его напарник.

Джас усмехнулся, – Да уж, карман у мэра широкий.

Не выдержав напора, «фольксваген» начал поддаваться, однако виртуоз Гарри продолжал буксовать на месте, выжидая положенные пару минут, после чего с шумом рванул вперёд.

– Вот спасибо, парни, – Джаспер пожал руку водителю, – Без вас мы бы ещё долго возились.

Рэй потянулся к заткнутому за пояс пистолету и краем глаза заметил у одного из гаражей вышедшего покурить парня. Тот мельком глянул в их сторону и снова уткнулся в экран смартфона. Рэй отпустил рукоять пистолета. Нужно ждать.

– А вы из какого отдела? – поинтересовался между тем водитель.

– В смысле? – Джаспер притворился, что понятия не имеет, о чём речь.

Рэй мысленно усмехнулся. В здоровяке умер актёр. К тому же, несмотря на грозный вид, он обладал удивительной способностью располагать к себе людей.

– Вы разве не на вызов приехали?

– Да не, мы тут работаем, – ответил Джас.

– О, ну в таком случае можете смело разворачиваться и ехать по домам, – усмехнулся напарник, – Сегодня у вас выходной.

Рэй обернулся. Парень у гаражей выкинул окурок и скрылся за дверью. Больше тянуть нельзя.

– А что случилось? – спросил здоровяк.

– Тройное убийство!

Слух резануло, и Рэй посмотрел на водителя, – Положили… троих?

– Иди ты, – усомнился Джаспер.

– Отвечаю. Мы как раз едем на вызов.

– Изначально вообще сообщили, что обнаружили четыре трупа, – вмешался напарник.

– Ага, наша бравая полиция, как всегда, отличилась: не смогли распознать живого среди мёртвых, – саркастично произнёс водитель, – Ладно, парни, проезжайте, мы и так тут с вами задержались.

– Спасибо ещё раз, – кинул им вслед Джаспер и перевёл взгляд на друга.

Рэй молчал, раздумывая над услышанным. Перед глазами вновь возникла девушка, сидящая в чёрном «форде». Гарри проехал вперёд, пропуская фургон, развернулся и остановился перед парнями.

– Вы чего их отпустили? – недоумевал он.

– Босс прикончил Гилсона, в охранника всадили три пули, фотографу прострелили голову – ни один из них выжить не мог, – Джаспер посмотрел на Рэя, – Выходит, что…

– Девчонка жива, – произнёс Рэй и ощутил, как наковальня свалилась с его груди.

– Ненадолго, – заметил Гарри, – С такой-то раной.

– Если бы она была при смерти, то первой приехала бы «скорая», а не труповозка.

Джас улыбнулся, – Черти собачьи, да на ней был броник!

– И SD-карта тоже у неё.

– Уверен?

Рэй кивнул, – Только у девчонки был шанс выбраться. Фотограф это понимал, поэтому отдал карту памяти ей.

Они сели в «фольксваген» и вернулись на шоссе.

– Девчонка и фотограф – кто они? – рассуждал вслух Рэй, набирая в смартфоне номер Нута.

– Не знаю, журналюги какие-нибудь, – предположил Джаспер.

– Вот-вот, – он включил громкую связь и дождался ответа с того конца, – Нут, смартфон Гилсона у тебя? Проверь, были ли у него назначены встречи на сегодня.

– Смеёшься? У этого мамонта кнопочный телефон, здесь, кроме будильника и «Змейки», ни фига нет.

– Дьявол… – Рэй достал из кармана пачку сигарет и серебряную зажигалку, – К Гилсону приходили журналисты. Нужно узнать, кто они.

– Что у вас там происходит?

– Мы тебе потом всё расскажем, а сейчас займись делом! – приказал Джаспер.

– Сэр, есть, сэр! – сыронизировал Нут и, чуть помолчав, сообщил, – Судя по последним вызовам, Оскар дважды звонил Маркусу Лесснеру – главному редактору издания «Графит».

– Бинго, – усмехнулся здоровяк.

Рэй затянулся и спросил, – Можешь просмотреть список их сотрудников?

– Легко, кого ищем?

– Девушку по имени Санни.

– Хм, среди сотрудников нет никого с таким именем. Мэйби, фрилансер?

– Такие вычурные засранцы, как «Графит», не нанимают фрилансеров, – возразил Джас.

– Может, она спит с главным редактором? – высказался Гарри, не отрывая взгляда от дороги.

Рэй промолчал, а про себя подумал, что эта девчонка не похожа на тех, кто ложится под мужика ради должности.

– Эх вы, бесполезные мешки с костями, чтоб вы без меня делали! – раздался довольный голос Нута, – Я порылся в биографии главного редактора и обнаружил чертовски интересный факт. У него есть дочь, ей двадцать пять лет и её зовут…

– Санни Лесснер, – закончил за него Рэй.

– Динь-динь-динь!

– Узнаешь, где она сейчас?

– Уже делается, босс.

***

Мы ехали минут сорок, и этого времени хватило, чтобы рассказать детективу об убийстве Оскара Гилсона, преследовании, комнате с оружием и перестрелке в мельчайших подробностях. Подействовало успокоительное, и мне было проще говорить о случившемся. Коул слушал, не перебивая, лишь изредка задавал уточняющие вопросы. После того как я потеряла сознание, мозг будто перезагрузился и заработал с двойной силой, а может, это включился запоздалый инстинкт самосохранения. В любом случае я прекрасно осознавала, что случится дальше. Моя жизнь превратится в бесконечные допросы, опознания и изнуряющие часы в зале суда, все будут без конца бередить мою душевную рану и не дадут забыть о том, что произошло.

В кармане пальто беззвучно завибрировал смартфон. Вынув его, я отклонила вызов с неизвестного номера и заметила сообщения от мамы в мессенджере. Открыла их и увидела фотографии природы, пропитанные спокойствием и тишиной: туман над лесным озером, закат, позолотивший верхушки сосен, бескрайние поля с безмятежно пасущимися коровами. Сердце заныло. Перед отъездом в очередную экспедицию мама предлагала мне отправиться с ней. Если бы я согласилась, то всё могло сложиться иначе. Возможно, Джерри с Каспером Пирсом остались живы и всего этого дерьма не случилось. Не в силах заглушить боль, от которой даже успокоительное не спасало, я отвернулась к окну и разрыдалась.

– Хотите кофе? – предложил детектив.

Не оборачиваясь, я помотала головой.

– А я, пожалуй, выпью чашечку, – сказал он и включил поворотник.

«Форд» остановился возле маленькой хипстерской кофейни, состоящей из ларька и нескольких столиков под навесом из гирлянд с золотыми лампочками. Коул попросил подождать его в машине. Я наблюдала через окно, как он сделал заказ, расплатился, отошёл от ларька и позвонил кому-то. Было в его поведении что-то странное: не сильно он торопился отвезти меня в участок. Складывалось впечатление, что он чего-то не договаривал, и во мне вскипело негодование. В конце концов, это я словила пулю и, как никто другой, заслуживала знать, какого чёрта тут творилось. Снова завибрировал смартфон. Не глядя на экран, я сбросила вызов, вылезла из машины и уверенно зашагала к детективу.

– Нет, никого из агентов там быть не должно. Пока мы не выясним, кто сливает информацию, я хочу, чтобы они держались подальше от этого дела. Криповски? Конечно помню. Ну? Не удивлён, бывших спецназовцев не бывает. Хм… Человека три-четыре, не больше. Вот за это спасибо, помощь мне не помешает. Саймон, не пытайся меня переубедить, я знаю, чем рискую. Это моё последнее дело, и я хочу довести его до… – почувствовав спиной чужое присутствие, Коул обернулся, – Мне пора.

– Ваш заказ готов, – сообщил голос из окошка.

Детектив подошёл к ларьку и вернулся с двумя бумажными стаканами.

– Взял для вас горячий шоколад. Сейчас необходимо выпить что-то сладкое и согревающее. Поверьте, вам сразу станет лучше, – Коул вручил мне напиток и направился к машине.

– Я никуда с вами не поеду, – решительно заявила я.

Он обернулся.

– До тех пор, пока вы мне всё не расскажете.

Детектив задумчиво отхлебнул кофе и жестом предложил мне сесть за один из столиков.

– Есть вещи, о которых вам знать не стоит. Поберегите нервы.

Начало многообещающее.

– Сомневаюсь, что мне ещё есть что беречь. Сегодня на моих глазах произошло убийство, затем погибли человек, пожертвовавший ради меня своим бронежилетом, и старый друг нашей семьи, а сама я оказалась на волосок от смерти.

– Вот я и решил, что для одного дня достаточно.

– Господи, может быть ещё хуже?

Коул помолчал, по всей видимости, раздумывая, с чего начать. В итоге рубанул правду как есть:

– Когда преступники узнают, что вы выжили, они будут искать вас, чтобы закончить начатое.

Понятия не имею, что я ожидала услышать, но точно не такой ответ. Детектив оказался прав: жалкие остатки нервов завязались в тугой узел. Одно дело – пытаться забыть пережитое нападение и не случившееся убийство, и совсем другое – жить в вечном страхе, что меня вновь попытаются убить. Теперь мне точно не грозят допросы, опознания и бесконечные часы в зале суда, ведь я до них просто-напросто не доживу. Я вскочила, сделала шаг и застыла на месте. Хотелось убежать от этого кошмара, но самое страшное, что бежать было некуда.

– Мисс Лесснер. Санни.

Вернувшись к бессердечной реальности, я посмотрела на детектива.

– Даю слово, что помогу вам.

– Включите меня в программу защиты свидетелей?

– Надеюсь, до этого не дойдёт.

Его слова вселили в сердце малость уверенности.

– Тогда как вы поможете мне?

– Вы покинете Дейтон на пару дней. Для начала.

– А потом?

– Будем действовать исходя из обстановки.

Я села обратно за стол и сделала глоток уже не очень горячего шоколада.

– Эти люди – кто они?

– Обыкновенная преступная ячейка, коих немало в городе.

– Среди ваших коллег есть их сообщник? Вы говорили по телефону, что кто-то сливает информацию.

Коул усмехнулся, – Стоит отдать должное, из вас выйдет неплохой журналист.

Пропустив мимо ушей скромный намёк на комплимент, я выжидательно посмотрела на него.

– Да, сообщник есть. В нашем деле такое встречается чаще, чем кажется, – детектив допил кофе и встал, – Пока преступники не прознали, что вы живы, время играет нам на руку, однако тратить его впустую не стоит.

В кармане пальто вновь завибрировал смартфон. Вынув его, я взглянула на экран. Это был отец. Я перевела взгляд на Коула, как бы спрашивая разрешение ответить на звонок, но тот покачал головой.

– Прошу вас воздержаться от любого общения по телефону. Ради вашей же безопасности.

– Отец с ума сходит от переживания.

– Уверен, ему сообщили, что с вами всё в порядке.

– Могу я отправить ему хотя бы короткое SMS?

– Позже вы поговорите с отцом, даю слово. А сейчас пора ехать.

Мы вернулись к автомобилю.

– Прежде чем податься в бега, я бы хотела заехать домой за вещами.

Судя по выражению лица, Коулу моя просьба пришлась не по душе.

– С кем вы живёте?

– С мамой, но она сейчас в отъезде.

Детектив задумчиво помолчал некоторое время и всё же сжалился надо мной, – Диктуйте адрес.

***

Джаспер вернулся в машину как раз в тот момент, когда Рэй закончил общаться с Нутом.

– Ну что там? – поинтересовался здоровяк.

– Ничего. Ему не удалось отследить девчонку, – Рэй задумчиво повертел смартфон в руках, – Она не отвечает на звонки.

– Хитрая штучка, – Гарри размял затёкшую шею.

– Или до сих пор в шоке, что чудом осталась жива, – предположил Джас и, поймав на себе суровый взгляд Рэя, вынул из пакета пару бумажных свёртков и протянул парням, – Разбирайте, пока не остыло. Прости, Гарри, острой не было, у них закончились халапеньо.

Они принялись за еду. Мимо с шумом проносились автомобили, слабые лучи солнца поблёскивали на мокром асфальте. Первым напряжённое молчание нарушил Гарри.

– Может, пора сообщить боссу? – предложил он.

– Ещё рано.

– Как бы не стало поздно.

Рэй прекратил есть, посмотрел перед собой и твёрдо сказал, – Если мы забьём тревогу и поставим всех на уши, это не поможет нам схватить девчонку.

И, давая понять, что разговор окончен, вылез из машины. Подошёл к мусорке, выбросил недоеденную шаурму, закурил и медленно выдохнул струю дыма в воздух. Мысли хаотичным роем крутились в голове, а время предательски быстро ускользало. Возможно, в эту самую минуту девчонка давала показания и федералы просматривали материал с проклятой карты памяти. Его обуяла дикая ярость, которую он с годами научился подавлять, и сейчас не позволил ей одержать верх над разумом. До тех пор пока их не объявили в розыск, оставался шанс всё исправить.

Он достал смартфон и быстро накидал сообщение:

«Нужна твоя помощь».

Ответ не заставил себя долго ждать:

«Ещё бы. Вы по уши в дерьме, ребятки».

Проигнорировав плевок в лицо, Рэй спросил:

«Свидетельницу привезли?»

Секунды показались вечностью, но ожидание того стоило.

«Пока нет. Я сообщу, когда её доставят».

Впервые за день стерва-удача соизволила улыбнуться им.

«Ты знаешь, кому принадлежит чёрный “мустанг”-купе?»

«Детективу Бранену Коулу. Он ведёт ваше дело».

Увидев на экране это имя, Рэй закрыл глаза и молча выругался. Он знал, что рано или поздно судьба снова сведёт его с Коулом, и всё же в глубине души надеялся, что этого не случится.

Вновь напомнил о себе смартфон: в мессенджере посыпались сообщения от Нута со всей информацией о Санни Лесснер, какую удалось найти за короткий срок. Рэй дал ему задание отследить «форд» Коула и вернулся к парням.

– Общался с Марлоу? – спросил Джаспер, едва он сел в машину.

– Как догадался?

Здоровяк усмехнулся, – По твоей кислой физиономии.

– Свяжешься с федералами – задолбаешься отмываться от дерьма, – брезгливо поморщился Гарри.

– Скажи это боссу, – ответил Рэй и открыл аккаунт свидетельницы в Pinterest.

Прочёл статус в шапке профиля: «В любой непонятной ситуации – путешествуй». Пролистнул несколько изображений. Девчонка любила снимать природу, и у неё неплохо получалось. Он задержал внимание на фотографии туманного леса и горных хребтов. Глядя, как солнце золотит заснеженные пики гор, Рэй невольно подумал, что похожий вид открывался из кофейни, которую он приобрёл пару лет назад. А ведь он до сих пор не рассказал парням о ней. Нажал на изображение профиля, и на экране возникло фото свидетельницы: холодные голубые глаза, светло-русые вьющиеся волосы, приятная улыбка.

– Удалось что-нибудь выяснить? – уточнил Джаспер.

– Девчонку пасёт детектив Коул, и они подозрительно долго не могут доехать до участка.

– Пусть Нут отследит его тачку, – предложил Гарри, – Это наш шанс.

– Он как раз этим занят.

– Коул… – задумчиво повторил Джаспер и взглянул на Рэя, – Знаешь его?

– Сталкивались в прошлом.

– Он представляет угрозу?

Рэй вбил в навигаторе адрес, – Сложно сказать. С одной стороны, его лучшие годы давно позади, с другой – он умнее всех нас, вместе взятых.

– Понятно, хитровыделанный старпёр, – Гарри завёл двигатель, – Куда едем?

– Мы недалеко от дома девчонки.

– Думаешь, они с Коулом заехали выпить кофейку по дороге?

– Нет, но… Почему бы не попытать удачу?

– Всё лучше, чем впустую задницы просиживать, – поддержал Джаспер.

До места они добрались минут за двадцать. Въехали во двор и остановились перед пятиэтажным зданием с колоннами на фасаде и узкими бесполезными балкончиками. Чёрного «форда» на полупустой парковке не оказалось. На площадке играли дети, возле дома пожилая женщина сажала цветочные кусты, рыжий пёс мочился на знак «Выгул собак запрещён», откуда-то сверху звучал живой саксофон. Спокойное место.

Джаспер остался в машине. Рэй с Гарри нашли нужный подъезд и подоспели к нему в тот момент, когда из него выходила девушка с коляской. Придержав ей дверь, нырнули внутрь. Четвёртый этаж, тридцать седьмая квартира. На лестничной площадке стоял едва уловимый запах свежесваренного кофе.

– Её мать точно в командировке? – усомнился Гарри.

– Нут голову давал на отсечение, что квартира пуста, – Рэй проверил лестницу и кивнул другу, – Давай.

Воровская отмычка быстро сделала своё дело, и они вошли в тёмную прихожую. Тишину помещения нарушали детские крики с улицы. Вооружившись, мужчины разделились: Гарри исчез в кухне-гостиной, а Рэй прошёл по коридору и поочерёдно проверил каждую комнату. Ванная, туалет, две спальни – никаких признаков чьего-либо присутствия. Он с досадой подумал о том, что весь сегодняшний день состоял из череды неудачных решений. Задержался в комнате девчонки. Кто она, эта Санни Лесснер, что из себя представляет? В спальне царил лёгкий беспорядок, над письменным столом висела коллекция открыток с горами из разных поездок. Ему приглянулась та, на которой был изображён белый бультерьер с походным рюкзаком за плечами, глядящий на горную долину. Рэю всегда нравились эти бойцовские собаки с крысиными мордами, возможно, он даже когда-нибудь завёл бы такого, только коричневого. На столе лежала почти законченная картина по номерам с изображением дороги, уходящей в закат, тут же валялись краски и кисти. На полке стояли учебники по психологии, книги про силу мысли и техники исполнения желаний, а рядом – антиутопии Оруэлла, Хаксли, Брэдбери. Он посмотрел на коллаж из множества разноразмерных фотографий на стене. Санни, её семья, друзья, несколько снимков из путешествий и – в некотором отдалении от остальных – фото парня, держащего на руках смеющуюся девочку. В малышке легко узнавалась сама Санни, но кто этот парень? Её брат? Тогда странно, почему здесь не было других его снимков.

– Рэй, – отвлёк от раздумий оклик из коридора.

Он заглянул в небольшую кухню-гостиную. Гарри указал на гейзерную кофеварку, оставленную на плите:

– Тёплая ещё. Похоже, они реально заезжали кофейку попить.

Ничего не ответив, Рэй метнулся обратно в спальню девчонки. На кону стояло слишком многое, чтобы верить предположениям. Он внимательно оглядел комнату. Если Санни Лесснер возвращалась домой, глаз обязательно за что-нибудь зацепится: смятое покрывало на кровати, открытая дверца шкафа, на столе нет ни компьютера, ни ноутбука. Всё мимо, нужно что-то более весомое. Рэй рассмотрел фотообои, полностью занимавшие стену позади кровати, и поймал себя на мысли, что уже видел сегодня это изображение туманного леса и заснеженных горных хребтов. Пригляделся. На полу в углу лежало тёмно-зелёное пальто, затерявшееся на фоне сосновых ветвей на обоях. Поднял его и нашёл дырку от пули. Что и требовалось доказать: Коул со свидетельницей были здесь, девчонка сменила одежду и прихватила с собой кое-что из вещей. Значит, старик не собирался везти её в участок.

Проверив, не завалялась ли карта памяти в карманах пальто, Рэй выскочил из комнаты, на ходу дозваниваясь до Нута, – Из кожи вон вылези, но найди мне сраный «форд» Коула.

***

Когда детектив дал листок с написанными от руки инструкциями, стало ясно, что выбираться из города мне предстоит одной. Заметив беспокойство на моём лице, Коул сказал:

– Вам не о чем волноваться. Исак Вилсон – владелец базы и мой старый друг. В восемь он будет ждать вас на автобусной остановке.

Часы на приборной панели показывали пять вечера. Я ещё раз пробежала взглядом по каждому пункту, дважды сложила лист пополам и спрятала в карман. Меня никогда не пугало одиночество, но сейчас меньше всего хотелось остаться наедине со своим страхом, особенно после того, как перестанет действовать успокоительное.

Пытаясь отвлечься от назойливых мыслей, я достала влажные салфетки и принялась оттирать строительную пыль с джинсов, которые не успела переодеть дома. Детектив дал на сборы ровно столько времени, сколько понадобилось ему, чтобы сварить и выпить кофе. Он управился за десять минут, я же большую часть этого времени металась по квартире, судорожно хватая всё необходимое, чтобы быть готовой даже к апокалипсису и что влезло бы в дорожный рюкзак. Одежда, нижнее бельё, предметы гигиены, лекарства, ноутбук. Ещё пара минут ушла на то, чтобы упаковать зарядки от ноутбука и смартфона и спрятать во внутренний карман деньги, что я копила на отпуск, банковские карты и немного мелких наличных. За оставшееся время я успела только сменить свитер на толстовку, кинуть за кровать дырявое пальто и надеть тёмно-синюю парку.

– Вы пьёте много кофе, – заметила я, глядя в окно.

– Так я и сплю плохо, – ответил детектив, не отрывая взгляда от дороги, – В течение дня взбадриваюсь несколькими чашками, а ночью снова не могу уснуть. Такой вот порочный круг.

– Вам просто нужен полноценный отдых.

Он вздохнул, – А кому он не нужен.

Мы выехали на набережную и увидели в зеркалах заднего вида, как огненно-алый закат окропил небо кровавыми брызгами. Глядя на красные всполохи, детектив тихо произнёс:

– Завтра будет ветрено.

– Мистер Коул, почему вы не можете поехать со мной?

– Мой отъезд из города вызовет подозрения. В это самое время наш шеф, капитан Питерс, сообщает группе, ведущей это дело, что я сопровождаю свидетельницу на конспиративную квартиру, где она проведёт ночь, а завтра приедет в участок для дачи показаний.

– К чему такие сложности, я готова рассказать обо всём прямо сегодня, прямо сейчас. Лишь бы их поскорее поймали.

– Вы когда-нибудь бывали на рыбалке? Чтобы не упустить хороший улов, следует проявить терпение. Известие о том, что свидетельница дала показания, спугнёт преступников. В лучшем случае они залягут на дно, в худшем – скроются из города. Все ниточки, ведущие к ним, оборвутся, нам придётся начинать всё заново, а ваша жизнь по-прежнему будет в опасности. Поэтому мы решили ловить на живца, но требуется время, чтобы рыба заглотила наживку.

Детектив свернул на мост, и на нашем пути возникла дорожная пробка. Солнечные отблески в окнах домов на противоположной стороне набережной угасли. Его дурацкие рыбацкие сравнения запутали ещё сильнее и навели на мысль, что он просто-напросто не хотел раскрывать детали плана. Ну и ладно, пусть делает, что считает нужным, только бы меня побыстрее оставили в покое.

– Как вы считаете, моим родным тоже угрожает опасность?

– Врать не стану, такая вероятность существует. Однако сейчас преступники целиком и полностью сосредоточены на том, чтобы… – Коул запнулся, по всей видимости, подбирая слова помягче, – …устранить вас в кратчайшие сроки.

Несмотря на его старания, меня всё равно пробрало до дрожи. Даже едва не став жертвой убийства, я не могла свыкнуться с мыслью, что кто-то желал моей смерти.

– Они ведь могут выследить нас в любой момент, – я с опаской посмотрела в зеркало заднего вида, страшась увидеть погоню.

Однако мы продолжали мерно плыть по дорожной пробке, и ничто в унылой картине серого города не вызывало беспокойства.

– Во-первых, отследить нас сложнее, чем кажется. Во-вторых, они и так знают, куда мы направляемся.

«Меть туда, где букашка будет», – невольно вспомнилась мне глупая цитата из любимого мультсериала, и тут же недостающее звено логической цепочки встало на место, а неясные речи Коула про рыбу и наживку обрели смысл. Чёрт возьми, он говорил обо мне. Это я – букашка, я – тот самый живец, на которого он собирался ловить преступников!

– Вы используете меня, как приманку? – я вгляделась в непроницаемое лицо детектива.

Тот кивнул.

– Думаете, они нападут на конспиративную квартиру?

– Не думаю. Уверен.

– А если их информатор узнает, что всё подстроено?

– На этот счёт можете не волноваться, ни полиции, ни федеральных агентов там не будет, – Коул уловил мой встревоженный взгляд и добавил, – Предвещая ваш вопрос, спешу заверить, что в одиночестве я не останусь. Шеф договорился о помощи со своим боевым товарищем, полковником спецназа Майклом Криповски. В операции по задержанию преступников примут участие его лучшие бойцы.

Эти слова подействовали исцеляюще на мою израненную душу. Теперь у поганых ублюдков нет ни шанса. После того что они сделали с Джерри, Каспером Пирсом, Оскаром Гилсоном и мной, они заслуживали казни без суда и следствия. По крайней мере, я точно вздохну свободно, если во время задержания застрелят лысого скинхеда и белобрысого подонка. Особенно белобрысого подонка. Господь свидетель, я бы отдала всё на свете, лишь бы в следующий раз увидеть своего убийцу на опознании в морге.

Мы миновали шумную площадь с бесконечным потоком транспорта, в центре которой одиноко возвышался обелиск, проехали мимо центральных ворот железнодорожного вокзала и остановились у второго входа, что вёл к пригородным поездам. Коул достал из пиджака бумажник, вынул несколько крупных купюр и протянул мне со словами:

– На дорогу и проживание.

– Мне неудобно брать у вас деньги.

– Это от полиции.

Сунув их в карман, я повернулась к детективу и произнесла, – Мистер Коул, я вам очень благодарна за помощь.

Он мягко улыбнулся, – Обещаю сделать всё возможное, чтобы вашей жизни больше ничего не угрожало.

Мне захотелось обнять его, но я сочла это неуместным и, накинув капюшон, выбралась из «форда».

– Я приеду за вами завтра, в крайнем случае послезавтра. Следуйте инструкциям, – сказал напоследок детектив.

Пока Коул смотрел мне вслед, я ещё чувствовала себя под его защитой, но стоило дверям за спиной закрыться, как ледяная волна ужаса накрыла с головой. Вот я и осталась одна. Беспомощно оглядела зал с кассами, нащупала в кармане листок с инструкциями, раскрыла его и прочла первый пункт: «Ничего не бойтесь».