Многие из больших поместий в Ранчо-Санта-Фе имеют имена, но у этого дома площадью шестнадцать тысяч квадратных футов на участке в двенадцать акров сейчас имени нет. Год назад он сменил владельцев, и новые хозяева, не испытывая никакого интереса к лошадям, убрали название со стелы у въезда, потому что оно отсылало к конным занятиям. У них есть ещё три дома в других штатах, и здесь они пока не живут, но уже разрабатывают планы по капитальной перестройке и расширению особняка, а также по замене конюшен музеем, где будут выставлять коллекцию старинных автомобилей. Пока же они используют недвижимость как дом для аренды на время отпуска: им неприятно держать активы, которые не дают отдачи.

Ещё покидая мёртвый сад, Майкл взломал компьютер компании, которая сдаёт в отпускную аренду только роскошные дома — и только самым благонадёжным, тщательно проверенным арендаторам. За любой четырёхмесячный период он редко зарабатывал достаточно, чтобы оплатить две недели в такой резиденции, но в этот раз цена — ноль. Через пять дней сюда приедет семья из Бостона. Управляющий объектом и персонал из трёх человек, который будет обслуживать жильцов, сейчас в отпуске, но вернётся через три дня, чтобы подготовить дом.

К тому времени Нина и Джон успеют отдохнуть, а Майкл найдёт убежище — желательно за пределами Калифорнии, — где они смогут залечь на дно на несколько недель. Там он поможет матери и сыну получить новые личности. Там же он сможет крепко подумать о том, чего хочет добиться со своим странным даром. Вместе они обсудят, как долго и на каких условиях им оставаться вместе — втроём против всего мира. Он надеется, что они захотят этого не меньше, чем он, но ему не пристало заранее решать, что для них лучше.

Вдоль участка тянется белая ранчо-ограда, уходящая от двух массивных колонн из уложенного камня, по сторонам внушительных бронзовых ворот. У въезда — стойка с кнопкой вызова и интеркомом, а также подсвеченная клавиатура. В доме нет никого, кто ответил бы на вызов, — или, во всяком случае, быть не должно. Джон просыпается и приподнимается на заднем сиденье; Майкл опускает стекло и вводит гостевой код, назначенный семье, которая будет жить здесь две недели. Створки изящных ворот медленно расходятся внутрь.

— Здесь живёт король?

— Этим владеет король технологий. Он разработал микрочипы, которые обрабатывали данные в пять раз быстрее прежних.

— С ума сойти. Представь, если бы они были в десять раз быстрее.

— Он бы владел всем миром, — говорит Майкл.

Длинный подъездной путь перекрывают сверху колоннады живых дубов. Низкие фонари-грибы разливают пятна света по булыжной мостовой, которая заканчивается большой площадкой для разворота, залитой лунным сиянием.

Двухэтажный дом чем-то напоминает работы Фрэнка Ллойда Райта: пологая крыша, широкие свесы, линейная кладка. Майкл паркуется у передних ступеней.

Он достаёт AR-15 и два запасных магазина, которые не использовал. Джон берёт дорожную сумку, а Нина, когда они поднимаются по ступеням, водит лучом своего Tac Light по переднему крыльцу, похожему на террасу.

Все окна темны, и никакой голос не требует объяснить, что они здесь делают. Сверчки и разные ночные птицы исполняют свои вечные хоралы.

Охранный пакет не модернизировали: электронного замка, который Майкл мог бы открыть дистанционно, нет. Он прикладом AR-15 выбивает одно из стёкол в двери. Похоже, датчика разбития стекла в системе не предусмотрено: тревога не срабатывает. Он просовывает руку внутрь, нащупывает засов, находит вертушок и отпирает.

Когда он открывает дверь, сигнализация начинает пищать, отсчитывая время, за которое можно ввести код снятия. Код у него есть — код управляющего объектом, который он ранее выудил из файлов охранной компании. Писк прекращается.

Нина включает свет — и открываются известняковые полы. Тёмные деревянные стены с глянцем, как у отполированного рояля. Персидский ковёр с драгоценной гаммой оттенков. Они проходят по главным комнатам: всё то же самое, а райтовская мебель стоит на коврах, каждый из которых, возможно, тянет на пару сотен тысяч.

— Я бы мог здесь жить, — говорит Джон.

— Мы здесь только в гостях, милый, — наставляет его мать.

На кухне они обнаруживают, что два Sub-Zero набиты продуктами — очевидно, тем, что заказали будущие жильцы. Джона особенно приводит в восторг морозильное отделение, полное премиального джелато.

Майкл заходит в гараж и включает свет. Он находит шесть стойл и две машины: Lincoln Continental и Range Rover. Пора бросить Bentley где-нибудь так, чтобы его не нашли какое-то время, — пока удача не кончилась. Если они возьмут Range Rover и уедут отсюда уже послезавтра с утра, у них будет два дня до возвращения управляющего и персонала. К тому времени они смогут оказаться в другом штате и найти новые колёса, а также убежище на более долгий срок, чем это.

Когда Майкл возвращается на кухню, Нина уже нашла миски и ложки и расставляет их на кухонном острове, у которого Джон уже устроился на табурете.

— Мы просто умираем с голоду, — заявляет она. — Первым блюдом по общему согласию идёт вишнёво-шоколадно-миндальное джелато.

Поставив AR-15 на столешницу и распахнув дверцу кладовой в поисках мусорных пакетов, Майкл говорит:

— Я с вами. Я только выйду — заберу деньги из тайника в Bentley. Машину бросим завтра.

Он находит коробку с восемнадцатигаллонными пакетами и вытягивает один.

— Сейчас вернусь.