Дорогой Михаил Михайлович.

Получил Ваше письмо и рукописи. Большое спасибо. Мне очень совестно, что мы Вас так перегружаем работой. Я и то прошу Михаила Осиповича, чтобы он не посылал Вам беллетристики, так как Вы сами предлагали ее не посылать. Поэтому до сих пор не послал Вам «Истоков», хотя гранки уже у меня были (правда, в скверном состоянии: все иностранные слова почему-то набраны по-русски!). На днях получу исправленный оттиск.

Я во всем с Вами согласен в Вашем письме. Переслал его Михаилу Осиповичу, а он, верно, пошлет Вам мое письмо или изложит его содержание. Я там подробно писал о книге Павла Николаевича <Милюкова>. Гольденвейзер передал мне ее.

Вполне согласен и насчет Гребенщикова[200]. Я просил Михаила Осиповича ему написать. Ему удобнее (Михаилу Осиповичу). Гребенщиков обычно на небольшие правки соглашается.

Не знаю, будет ли статья Тимашева[201]. Мы от него сведений не имеем (я по крайней мере). Сегодня Вишняк дал мне интересную академическую статью[202], – я ее сегодня же послал Мих. Ос., который отошлет Вам. Если Вы ее одобрите, то, пожалуйста, пошлите прямо в типографию, с пометкой «публицистика» и с Вашей подписью.

Разумеется, в статье Баулер (А. В. Гольштейн. – С. П.) все будет так, как вы указываете.

Как Вы себя чувствуете? У меня болей пока нет, но тоска смертельная. Впрочем, она не мешает мне работать. Объясняю ее отсутствием известий от моих и о моих из Франции, да еще полной беспросветностью общей (хотя в победе я совершенно уверен).

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 1.