Люсьен

Экран моего телефона вспыхивает от уведомления: Розмари опубликовала пост. Палец скользит по экрану, и ее изображение заполняет дисплей. Слова, которые она отправила в мир, не зная, кто их услышит, не догадываясь, что для кого-то они могут значить куда больше, чем для остальных.

Как поэтично она выражает себя — почти до боли. Комментарии множатся, и вдруг я замечаю его имя. Вэйл. Он отправляет ей красное сердце с пустого аккаунта. Ни фото, ни подписчиков, ни других следов активности. Я стискиваю зубы. Конечно, он повсюду — в каждом темном углу, в каждом ее движении. Он метит ее, как свою собственность, этим жалким сердечком.

Уголки губ растягиваются в ледяную усмешку. Хорошо. Тогда давайте поиграем. Пусть он станет свидетелем. Пальцы порхают над клавиатурой, стирают текст и начинают печатать заново. В итоге остается лишь одна строка: «Прекрасные слова прекрасной женщины».

Отправить. Через несколько секунд мой комментарий появляется под ее постом — прямо под его сердечком. Тихая война, разыгрываемая на публике, где никто не понимает, что происходит на самом деле.

Я откидываюсь на спинку кресла, кровь шумит в ушах. Я представляю его лицо, когда он читает эти слова, как закипает его кровь от осознания, что это я — ее сосед.

Но пока я смотрю на светящийся экран, в сознание прорываются образы, которые никогда не исчезали.

Бесконечный холодный коридор. Неоновый свет мерцает над грязными плитками. Детские голоса, далекие, приглушенные, словно доносящиеся сквозь воду. Я сижу на узком каркасе кровати, подтянув колени к груди, одеяло колется. О качестве тут речи не идет. Никто не приходит. Никто меня не хочет, и мне напоминают об этом каждый день.

Но есть еще кое-кто, ее зовут Джина. Она сидит рядом, настолько отчетливо, что я забываю: на самом деле место пусто, а она — лишь плод моего детского воображения. Ее глаза светятся в моем сознании, теплее, чем кто-либо когда-либо был ко мне.

— Почему они не хотят тебя? — спрашивает она тихо, едва ли не шепотом.

Я смотрю на голые стены, царапая ногтем ткань одеяла.

— Потому что я недостаточно хорош, — выдавливаю я. — Не достоин любви.

— Это неправда, Люсьен. Ты достаточно хорош. Это они ошиблись. Не ты.

— Но почему тогда…? — Мой голос срывается, всхлип застревает в горле. — Почему никто меня не видит?

Джина кладет невидимую руку в мою, и на мгновение я чувствую тепло.

— Тогда заставь их смотреть. Сделай себя настолько незабываемым, чтобы они уже не смогли закрыть глаза перед тобой.

Я прижимаюсь лбом к коленям, дыхание поверхностное. Прошли годы, однако этот разговор все еще звучит в моей голове. Со временем образ Джины поблек в памяти, но забыть ее я не смогу никогда. В самые темные часы детства она была рядом, хотя ее никогда не существовало на самом деле. Ее истинная природа? Загадка. Она появлялась, когда мир вокруг меня рушился.

И она дала мне силы, потому что теперь меня видят, теперь я нашел свой путь. Розмари — ключ. Через нее я наконец стану реальным. Не тенью и воспоминанием, а окажусь прямо здесь, в действительности.